Ана

Двух пачек чипсов в день не хватало, и Кира ощущала постоянный, непроходящий голод. Временами он просто сводил с ума, но к такому было не привыкать. Когда мама лежала в депрессии, Кира иногда по несколько дней ничего не ела, потому что на продукты не было денег. Она волновалась за Ану — для организма пятилетнего ребенка такое морение голодом разрушительно, не говоря о том, что малютке сложно объяснить, что больше еды нет. Мартина отдавала дочери свою порцию чипсов, но это не сильно помогало. Девочке с каждым днем было все хуже. Каждый раз поедая банановые чипсы, Кира испытывала чувство вины и накатывала грусть. — Пока нам везет, — приободряюще выговорил Рэй, сминая опустевший цветастый пакет, и более мрачно добавил: — Но удача не вечна. Нужен план, и поскорее. Твоя поддержка пришлась очень кстати. Ты уверена по поводу дымовой шашки? Кира, смакуя удовольствие, положила в рот последний банановый слайс, потом посмотрела на Рэя. Когда он пытался казаться деловым, это выглядело мило, но сейчас он не хорохорился, а спрашивал на полном серьезе. — Не шутила, — Кира довольно улыбнулась. — У тебя есть предложение получше? — Если ты придумала устроить внутри дымовал, чтобы бандиты испугались пожара и примчались тушить, — вот теперь Рэй говорил скептически, — проще поджечь мусор. Итог будет тот же — все мы тут задохнемся, а похитители даже не сообразят, что случилось. Дым они заметят, когда поздно будет кого-то спасать. — Немного не так, — Кира улыбнулась, — я не предлагаю поджигать это место. Ты сам говорил, нам нужен отвлекающий маневр. Дымовая шашка поможет лучше, чем горящий мусор. — И как же? — Рэй по-настоящему заинтересовался. — И как ты планируешь ее создавать? — Я видела, что несколько человек курят. У кого-то могли остаться спички. Из негашеной извести, серы со спичек и пустой бутылки можно создать шашку. Детонатором будет выступать любой шнурок. От трения воспламенится сера, известь дымится очень сильно. Это позволит выиграть время, чтобы разоружить бандитов, когда они явятся раздавать еду. — У заложников только зажигалки, — возразил Рэй. — Тогда сделаем шашку с водой, — задумчиво ответила Кира. — Не так удобно, придется действовать очень быстро. Но дым точно даст. Или… я посмотрю, что тут удастся найти. Если извести окажется много, сделаем фитиль из шнурка и подожжем. — Давай попробуем! — подхватил Рэй. — С тебя найти известь. Знаешь, как она должна выглядеть? Кира кивнула. Она, как химик, прекрасно представляла, что искать и как. Рэй принял ее план, и такое партнерство ласкало самооценку. К тому же, было приятно наконец применить полученные в колледже знания. Все же не зря училась! На этом они разошлись. Рэй отправился к заложникам, Кира пошла исследовать стены здания. Она начала с коридора, где даже при свете дня было темно. Свет из расположенных под крышей узких окон не проникал в узкий глухой проход. Там пришлось бы оценивать стены почти на ощупь. Кира откорвырнула часть покрытия и вышла с ним к свету. Слой был только один, и это оказалась обычная штукатурка. Стены не белили, а штукатурили под покраску, но окрашивать по какой-то причине не стали. Коридор — тупиковый вариант. Кира приступила к исследованию стен в основном помещении. Тот же результат — штукатурка без чистовой отделки. В таком строительном составе нет активных химических элементов. Кира поднялась на второй этаж. До этого она избегала заходить в небольшие комнатушки, но теперь решилась. Внутри первой, которая располагалась напротив лестницы, на полу валялся пропитанный пылью матрац с подозрительными бурыми разводами, напротив стоял поломанный металлический стул. От предположений, что могло тут происходить, по коже пробежал морозец. Кира передернула плечами и принялась обследовать стены — ничего нового. Но, в отличие от основного холла, в этой комнате неплохо сохранился потолок. Она забралась на пошатывающийся стул и попыталась дотянуться до него. Роста не хватило, а между тем, судя по матовому блеску, пожелтевшее от времени покрытие могло оказаться известковой побелкой и даже на глаз казалось, что оно не мелится. Кира быстрыми шагами спустилась на первый этаж и жестом подозвала Рэя, который сидел в окружении венесуэльцев и что-то увлеченно им рассказывал. — Укрепляешь авторитет? — иронично спросила она, когда он подошел. — О чем хоть вещаешь? — Байки травлю, — отшутился Рэй. — Чем тебе помочь? Кира вместо ответа привела его в комнату со стулом. — Подсади меня, мне до потолка не дотянуться, — смущенно попросила она. — Он может быть покрыт известью. Рэй кивнул с хитрой улыбкой и подошел вплотную. Он был на голову выше, почти в два раза шире Киры, и сейчас она ощутила себя перед ним маленькой и беззащитной. Но это вызывало не страх, а желание зарыться в его объятия. Он казался тем щитом, который защитит от всех невзгод и оградит от любых неприятностей. Рэй в одно проворное движение подхватил Киру за бедра и, словно она ничего не весила, поднял под потолок. Она царапнула покрытие ногтями. Меления не было, но это оказалась краска. Не побелка. Потолки здесь успели покрыть акрилатным составом, судя по собравшимся гармошкой лоскуткам. — Ставь меня на пол, — досадливо скомандовала Кира. — Это краска, а не побелка. Рэй почему-то не спешил отпустить ее. Он несколько секунд игриво смотрел на нее снизу вверх, крепко обхватив бедра, а потом, разжал локти и поймал через мгновение, уже заключив в объятия за талию. — Такая деловая, ты выглядишь безумно соблазнительно, — прошептал он Кире на ухо и втянул носом запах ее волос. А потом, будто переключив пластинку, поставил ее на пол и добавил: — Не огорчайся, способ выбраться найдется. Кира не понимала, как расценивать поведение Рэя. Переключение между соблазнительным искусителем и просто другом в нем было слишком резким. В первое мгновение он демонстрировал страстное желание, а в следующее уже по-дружески приободрил. Может, упоение, с которым он вдохнул ее запах, просто почудилось? — Пойду посмотрю другие комнаты, — оторопело проговорила Кира и прошмыгнула на балкон. Рэй вышел следом. — Зови, если снова надо будет подсадить, — проговорил он с загадочной улыбкой и направился обратно на первый этаж. Кира, все еще под впечатлением от его выходки, некоторое время в задумчивости стояла на пороге второй комнаты. В голове рисовались романтичные картинки. Кира прямо видела, как Рэй обнимает ее — большой, высокий, сильный, он сжимает ее в крепких руках, и их губы сливаются в нежном поцелуе на фоне закатного солнца. В небе висят мелкие перистые облачка, подернутые румянцем догорающего солнца, свежий вечерний ветер ласкает кожу… Да, красивая картина, от таких мыслей внутри стало жарко, а потом Кира вернулась в реальность. Чтобы поцелуй с Рэем мог состояться, нужно как-то вырваться из плена и желательно до того, как кого-то из них уведут. Она продолжила поиски извести, но в остальных двух комнатушках покрытие потолка и стен на вид оказалось таким же. Правда проверять Кира не стала — вряд ли строители стали бы использовать другие составы — комнаты явно отделывались в одно и то же время. Напоследок она решила обследовать пространство под балконом. Спустилась на первый этаж и направилась под лестницу. Судя по необработанным бетонным плитам, о потолочном покрытии здесь речи не шло, а стены оказались отделаны все той же штукатуркой без слоя краски. Кира с тоской смирилась с тем, что негашеной извести здесь найти не удастся, и уже собиралась заявить об этом Рэю, когда услышала жалобный плач Аны. Мартина сидела на полу, положив голову дочери к себе на бедра и гладила девочку по голове. Ана жалобно всхлипывала — прислушавшись, Кира разобрала, что девчушка жаловалась на боль в животе. — Что с Аной? — спросила она у венесуэлки, приблизившись. — Живот болит? Мартина подавленно кивнула. В ее глазах стояли слезы. Кира присела рядом с девочкой, сжала ее запястье и прислушалась к пульсу. Замедленный. Точно сосчитать количество ударов было невозможно, но сердце девочки билось определенно реже, чем должно. Глаза запали, лицо побледнело, на губах виднелись белесые барашки пенообразной слюны — явный признак нехватки жидкости. — У Аны сильное обезвоживание, — сурово процедила Кира. — У тебя есть еще вода? — Нет, мы в завтрак все выпили, — сдавленным голосом выдавила Мартина. — Ты знаешь, как ей помочь? — Ей нужно больше воды, — ответила Кира, понимая, что сейчас может облегчить страдания ребенка, только отдав ей свою воду. — У меня осталось еще полбутылки. Сейчас принесу. Кира решительным шагом дошла до угла, где Рэй организовал небольшой тайник, в котором они оставили бутылки с водой, и забрала свою. Вернувшись к Мартине, она вручила ей воду и дождалась, пока Ана попьет. Девочка жадно присосалась к бутылке и с небольшими передышками выпила все, что там осталось. — Скажи сеньоре спасибо, — ласково скомандовала Мартина, и Ана поблагодарила Киру. В переносице кольнуло. Сердце больно сжалось от вида страданий беззащитной малышки. Голосок звучал слабо и безжизненно. Находиться рядом стало невыносимо, и Кира направилась на балкон. Там она снова окажется одна и сможет успокоиться. Поведение Рэя начало раздражать. Его совсем не волновало, каково несчастной девочке. Он весело беседовал с мужской частью заложников и вообще не обращал внимания ни на Мартину, ни на Ану, ни на кого больше. Кира уселась на балконе, свесив ноги, и попыталась найти в себе силы подумать о чем-то хорошем. О том, с каким упоением она вдохнет аромат улицы, почувствует ветер на коже, примет душ, даже если он окажется в номере самого занюханного мотеля. Но мысли все время возвращались к несчастному ребенку. Она сделала все, чтобы помочь Ане, но этого все равно было недостаточно. Если бы она могла заклинать… Хех, даже если бы могла… Кире еще не приходилось регидрировать организм, и подходящих заклинаний у нее не было. Что бы она могла сделать для Аны, будь у нее возможность применить способности? Да ни черта. Ровным счетом ничего. Так же искала бы дополнительную воду ребенку. Кира твердо решила разработать заклинание на регидрацию. Потом, если, конечно, удастся выбраться. Черт, думай, Кира! Нужен план побега и уже вчера!