Чхве Сан

«Где. Носит. Этого. Придурка???» внутренне выл Сан, из последних сил борясь с желанием скинуть со своих бёдер ладони обнаглевшей преподавательницы.       Занятие проходило как обычно. Толпа потных студентов в откровенно облегающих нарядах старательно выплясывала перед зеркалом, надеясь на похвалу от строгой наставницы. Только Чхве приходил в оверсайз футболке и широких спортивных брюках. В прочем, это никак не скрывало его натренированное тело от похотливых взглядов доброй половины присутствующих. Сейчас все занимались парами, а так как постоянного партнёра Сана – Уё(ба)на в зале не было, похотливая старая ведьма «любезно» составила парню компанию во время парного упражнения. И, разумеется, воспользовалась своим положением, наверно, в сотый раз, если не в тысячный, и облапала студента во всех возможных местах.       Сан ловил на себе горящие взгляды однокурсниц и некоторых однокурсников. Оно и понятно, преподавательница-извращенка старательно делала Чхве мокрой фантазией всех вокруг – ставила ему партии, поражающие аудитории своей откровенностью, выпихивала на сцену в таких костюмах, что он был скорее раздет, чем одет, ещё и, не стесняясь, комментировала его пластику, используя слова исключительно с сексуальным подтекстом.       В общем, стараниями наставницы, Сан стал главным секс-символом своего потока. О нём слагали легенды, и каждая вторая девица мечтала лечь с ним в постель, обманутая нелепым выдуманным образом и ни грамма не интересуясь, что же парень на самом деле из себя представляет.       Когда ладонь женщины в очередной раз за занятие (которое продлилось от силы минут 20) с нажимом прошлась по его заднице, в зал для репетиций вдруг влетел (мать его) Уён. - Простите! – верещал он, летя к другу на всех парах. – Я дичайше извиняюсь за опоздание! Не мог выбрать футболку! Ни у одной нет достаточно сексуального выреза! Все как для монахов сшиты!       Парень вклинился между другом и преподавательницей, указывая на свои бессовестно оголённые ключицы. Футболку, кстати, для него сшил Хонджун. Никто не воспринял его нытьё всерьёз, но это и не требовалось. Отвлекающий манёвр сработал, и прогул ему не засчитали, и от Сана старуха отцепилась. - Где ты был, придурок? – прошипел Сан на ухо другу, когда все вернулись к занятию. - А в чём дело? Она уже успела посягнуть на твою драгоценную задницу?       Чхве раздражённо фыркнул и отвернулся. - Да ладно?! Правда, что ли?! Да я ей руки оторву!       Уён резко развернулся, но Сан успел поймать его за шкирку, до того, как тот шагнул к наставнице. - С ума сошёл? - Она посмела облапать национальное достояние Намхэ!.. - В прошлый раз ты говорил, что национальное достояние Намхэ это мой пресс! - И он тоже! – усмирив свой гнев, Чон вернулся к занятию. – Поверить не могу, что ты сам не дал ей отпора! - Забыл, чем закончилась предыдущая попытка? - Эй, в прошлый раз ты действовал по правилам! Кто же знал, что она трахается с секретарём ректора?! - Ты можешь говорить тише? - Да все уже в курсе! Я имею в виду, - голос Уёна снизился до шёпота, - что тебе мешает, ну, просто оттолкнуть её? Сколько можно её терпеть?       Сан ничего не ответил. Он уже сталкивался с подобного рода домогательствами, если жаловался – ему не верили, а когда применил силу, чтобы защититься, его обвинили в нападении на женщину. Вот он и держал себя в руках…       Вечером они с Уёном наслаждались блаженным ничегонеделаньем. У них была своя маленькая традиция – после недели упорной работы, они ходили поесть острой курочки, а потом валялись в своей комнате в общежитии и залипали в игры на телефонах. Только Сану в игры поиграть не удалось. Стоило парню влиться в игру, так сказать, слиться со своим персонажем, на его телефон стали приходить бесчисленные уведомления. - Да твою мать! – Чхве раздражённо отбросил телефон в сторону, совершенно не беспокоясь о том, куда приземлиться его гаджет. Всё равно тот не был дорогим, и Сан планировал приобрести что-нибудь получше в ближайшее время. - Что случилось? – Чон поднял телефон друга, так удачно приземлившийся на пол рядом с его кроватью, и посмотрел на экран. – Серьёзно, Сан? Опять? Ты опять расстался с девушкой через смс? - Почитай переписку, - скучающим голосом ответил Чхве, хватая какой-то журнал.       Кто-то удивлён тем, что Уён знает пароль от санового телефона? Ему хватило всего нескольких минут, чтобы разразиться хохотом, едва не скатываясь с кровати. - Папочка, отшлёпай меня! – ржал студент, изо всех сил пытаясь исказить свой голос. – Я был о-о-очень плохим мальчиком и заслуживаю… заслуживаю… - Заткнись, а? - Заткни мой рот… фу, не, даже я не могу этого вслух произнести! - Теперь понимаешь почему? - Ага, - Уён сочувственно вздохнул и посмотрел на друга. – Знали бы они, какой ты на самом деле котик. Разочарование масс было бы несоизмеримо ни с чем.       Сан лишь пробурчал что-то неразборчиво.       На самом деле, Чон не пытался издеваться над другом, скорее, это был его способ отвлечь Чхве от очередного разочарования. Правда, как видите, срабатывало далеко не всегда. Ему действительно было жаль парня, ведь тот был не просто хорошим, по личному мнению Уёна Сан был одним из лучших людей из тех, кого он знал. Но разве кого-то это волновало, когда студент имел настолько лакомую оболочку, что уборщицам в универе не хватало тряпок и вёдер, чтобы подтирать слюни его поклонниц и поклонников? Сан был добрым, ласковым, заботливым. Наверно, заботливым в первую очередь. Он любил заботиться и хотел, чтобы о нём заботились. Он знал предпочтения всех в студсовете, приносил всем перекусы и попить, ни разу не ошибившись в том, что хотелось бы его друзьям. А как он ухаживал за Уёном, когда тот заболевал! И каждый раз, когда кто-то вёлся на его образ и не желал копать глубже, парень искренне огорчался.       Ещё раз взглянув на друга, который упорно делал вид, что читает статью (журнал был каким-то иностранным и о моде, его, естественно, подкинул Хонджун-хён, но языка никто не знал, поэтому просто иногда любовались картинками), Уён вздохнул и уткнулся носом в переписку. Не, а вдруг там всё не так критично? Оказалось, что критичнее некуда. Чхве упорно пытался объяснить собеседнице, что всё ею перечисленное никак не вяжется с его представлениями о здоровых отношениях. Он даже не намекал – напрямую говорил, что никакой он не доминант и нету у него под кроватью никакого набора для начинающих фетишистов! Уён мог подтвердить! У Сана под кроватью был пустой чемодан, который они туда буквально ногами впихивали, годовой запас протеина, купленный по акции, и, возможно, завалялся какой-нибудь носок. Не факт, что свежий. Он, в отличие от Чхве, с максимальной осторожностью положил телефон друга на прикроватную тумбочку (так они ласково называли старую табуретку с поломанной ножкой, замотанной изолентой) и откинулся на кровать, ныряя куда-то в свои мысли. - Сан-а! У тебя есть планы на завтра?       Чхве нервно ёрзал на барном стуле и стеснялся поднять глаза от прилавка. Он, честно говоря, не совсем понимал, какого чёрта припёрся в заведение, описанное Уёном. Из очень эмоционального и сбитого описания, он узнал, что в чайной лавке с его другом произошло какое-то чудо. - Молодой господин, - прямо перед ним, на деревянную поверхность прилавка опустились изящные женские ладони, - если Вы пришли высматривать трещины на моём прилавке – могу одолжить лупу. - А? – Сан удивлённо вскинул голову. - Наконец-то, Вы на меня посмотрели, - девушка широко улыбнулась. – Вы скажете, зачем пришли, или продолжите созерцать столешницу? - Я… - парень посмотрел на полки за спиной незнакомки. – Эм… я вообще-то больше кофе люблю…       Она немного склонила голову в бок и снисходительно посмотрела на него: - И что же Вы забыли здесь, в обители чая?       Парень пожал плечами и надул губы: - Меня друг сюда отправил… - Уён, да? Я давно ждала Вас, господин Чхве Сан. - Я же с Вами по телефону тогда разговаривал, да? - Меня зовут Азалия.       Они пожали друг другу руки, и Сан почувствовал, как, крупица за крупицей, напряжение отступает. Он помнил, каким окрылённым Уён вернулся в тот день, когда на звонок Чхве ответила (как только что выяснилось) Азалия, и мысль о том состоянии друга странным образом вселяла ему спокойствие. Мол, обидеть его тут не должны. - Думаю, что мне удастся подобрать чай, который пришёлся бы Вам по вкусу, - улыбнулась девушка, отходя к полкам.       Парень терпеливо ждал, пока отыщется та самая банка и заварится тот самый чай. А он действительно оказался тем самым, потому что, даже не успев сделать глоток, Сан влюбился в исходящий от напитка аромат. А попробовав, Чхве не смог удержаться от мелкого потряхивания кулачками. Он был настолько милым, что Азалия не сдержала улыбки, глядя на него. - Это просто потрясающе! – довольный Сан прижал ладонь к груди и очень наигранно всхлипнул. – До мурашек пробрало! - Рада, что Вам понравилось. Это эксклюзивный чай, приготовленный на юньнаньской плантации по моему заказу. Называется Пу Эр Шу Кофе. И, как Вы могли догадаться, в нём есть немного кофе.       В голове Сана завертелись шестерёнки, пытаясь подсчитать, сколько может стоить чайничек эксклюзивного чая в подобном заведении. Стоило ли ему звонить Уёну и Юнхо и отменять их небольшой шоппинг-тур в следующие выходные?       Пока он усиленно думал, Азалия подала ему к чаю малюсенькие тарталетки с каким-то поистине восхитительным кремом и ягодами, от которых парень буквально мычал, уплетая одну сладость за другой. Работница лавки ничего не говорила вслух, но Чхве заметил, как она умилялась, глядя на его искреннюю реакцию. И это было крайне непривычно, ведь, как упоминалось ранее, в университете на парня уже давно повесили определённый ярлык, и любое отклонение от представлений о нём вызывало, как минимум, удивление. Чаще всего – разочарование. А Азалия буквально впитывала каждую его эмоцию, и улыбалась шире с каждым его писком. - Вы так смотрите… - смущённо пролепетал Сан, опуская взгляд на свою полупустую чашку. - О! Простите! Я заставила Вас чувствовать себя некомфортно, да? Просто, вы так выражаете свои эмоции, что я… наверно, я просто залюбовалась…       Студент почувствовал, как щёки и кончики ушей стали гореть. Увидев его реакцию на свои слова, девушка рассмеялась. - Боже, Чхве Сан, Вы просто прелесть! Я прежде не встречала столь очаровательного мужчины!       И если бы Сан обладал роскошью покраснеть ещё больше, пожалуй, он бы именно так и сделал. - Простите-простите! – заметив его состояние, залепетала девушка. – Я больше и слова не пророню обещаю!       Он хотел было возразить, но со стороны лестницы стали доноситься тяжёлые шаги. - Тем более, что моя смена только что закончилась, и лавка со всеми её посетителями переходит в руки моего брата.       К ней за прилавок зашёл мужчина. Высокий, красивый, но очень хмурый. Азалия сняла передник с себя и повесила его на шею своего брата, чем тот явно был недоволен, но не сказал ни одного слова против. Попрощавшись с Саном, девушка словно выпорхнула из-за стойки и направилась в сторону винтовой лестницы. Чхве был так расстроен, что, как и прежние эмоции, не смог скрыть внезапно нахлынувшей на него печали. Он огорчённо надул губы и опустил голову так низко, что подбородок его почти лёг ему на грудь, испустив при этом настолько выразительный вздох, что даже суровый взгляд Рудольфа как-то смягчился. - Заранее извиняюсь, если веду себя бестактно, - голос Азалии прозвучал настолько близко, что Сан от неожиданности вздрогнул, - но… эм… Вы сильно заняты сейчас? В смысле, у Вас что-то запланировано?       Ему едва хватило ума покачать головой. - Не хотели бы Вы пойти со мной наверх и пообщаться… - Да! – ответил он слишком резко. – То есть, да, я бы с удовольствием с Вами пообщался.       Они вместе удалились на второй этаж, провожаемые суровым взглядом Рудольфа.       Оказавшись в спальне девушки, Сан немного смутился. В первую очередь потому, что, помимо кровати и шкуры медведя, присесть в комнате было негде. Он неловко потоптался у двери, неубедительно делая вид, что рассматривает узор на обоях, ожидая, что же ему предложит Азалия. И совершенно встал в ступор, когда она взобралась с ногами на постель и приглашающе похлопала по месту рядом с собой. Чхве потупил ещё немного, прежде чем решился принять приглашение. Он уселся, сложив ноги по-турецки и неестественно выпрямив спину. - Вы можете расслабиться, - едва не захихикав, сказала Азалия. - Простите, я… немного стесняюсь… - Почему?       Парень мелко пожал плечами. На самом деле, он сам не до конца понимал причину своего состояния. Наверно, всё дело было в том, что Азалия проявляла свой интерес к нему иначе, чем другие девушки. И это при том, что она уже пригласила его в свою спальню… - Уён говорил, что вы вместе занимаетесь танцами…       Сан никогда не сказал бы об этом вслух, но он был благодарен за смену темы. - Это так. Мы познакомились на выступлении группы уличных танцоров и стали общаться из-за любви к танцам. А когда после школы встал вопрос о поступлении, я уже знал, чем хочу заниматься и потащил Уёна с собой… - Не знаю, говорил ли он Вам об этом, но он считает, что Ваша настойчивость спасла его от нудной офисной работы. - Он собирался поступать на экономический, Вы представляете?! Разве он похож на экономиста? - Совершенно не похож, - Азалия опустила взгляд, перебирая пальцами пушистый ворс покрывала, словно смутилась чего-то. – Можно попросить Вас кое о чём? - Э, д-да. Конечно, да… - Уён говорил, что у Вас есть запись ваших совместных выступлений… Я бы очень хотела посмотреть, если Вы не против…       Сан немного ошалел с того, сколько всего успел растрепать Уён всего за один вечер. Хотя, он, как никто другой, знал, каким болтливым был Чон, особенно, когда нервничал. Коротко кивнув, студент выудил из кармана телефон и стал искать подходящее видео. К его сожалению, на всех выступлениях его костюмы были слишком откровенными, поэтому найти что-то, что было не стыдно показать, было непросто. В итоге, студент морально подготовился ко всевозможным комментариям в свой адрес и наугад включил запись.       Азалия смотрела, жадно впитывая каждое движение, каждую вспышку на небольшом экранчике, а когда видео закончилось – перемотала и посмотрела ещё раз. Отдавая телефон, она посмотрела на парня глазами, полными восторга, и даже не постеснялась схватить его за руку. - Чхве Сан, Вы просто невероятны, - выдохнула она, вызывая у него смешанные чувства. - Вы так думаете? – Сан отвернулся. Он уже почти жалел, что показал видео, уверенный в том, что теперь его образ затмил его настоящего… - Сколько же времени Вам понадобилось на то, чтобы добиться такой пластичности? – девушка дёрнула его пленённую конечность. – Вы, должно быть, приложили колоссальное количество усилий. Ваши навыки просто… вау.       Чхве выпал в осадок в сотый раз за вечер. Пока он расширенными от удивления глазами смотрел на собеседницу, она, едва не задыхаясь от восторга, нахвалила его. - Сан?       Он не сразу заметил, что поток хвалебных речей прекратился с минуту назад, поэтому просто сидел и моргал, всё так же глядя на девушку. - Прости, - ему пришлось прокашляться, потому что голос внезапно охрип. – Честно говоря, я привык к другой реакции… - Тебя обычно критикуют? - Ну-у-у, не совсем.       И снова повисло молчание. Сан, очевидно, не хотел рассказывать, что он привык слышать о своих выступлениях, и Азалия это видела, поэтому допрашивать его не стала. И когда спустя несколько минут они не нашли темы, чтобы возобновить беседу, она опечаленно вздохнула: - Уже поздно… - Да, мне, наверно, пора…       Всё в том же неловком молчании они дошли до двери, лишь открыв которую, Чхве решился оторвать взгляд от пола: - Я могу прийти снова? - Конечно, - улыбнулась Азалия, - я буду ждать твоего возвращения.       Парень кивнул и сделал ещё один шаг, но замер: - Я не заплатил за чай… - Давай сделаем вид, что я тебя угостила. Лавка принадлежит мне, так что проблем с начальством у меня не будет, - и прежде чем Сан успел на это ответить, она сократила расстояние между ними и неуклюже чмокнула его в щёку.       Как ни странно, Чхве не впал в очередной ступор. И даже не залился краской от макушки до пят. В его распрекрасной головушке что-то щёлкнуло и, не вполне осознавая, что именно он творит, парень потянулся губами к чужой щеке, но, почему-то попал в губы…       Кто из них захлопнул дверь, никто не обратил внимания. Нежный, почти невесомый поцелуй поглотил их настолько, что весь окружающий мир вдруг потерялся. Горячие ладони Азалии придерживали щёки Сана (будто она боялась, что он решит это прекратить), а его руки едва ощутимо обнимали её за талию. Для них больше не существовало времени, только бескрайняя нежность, что вылилась в этот спонтанный поцелуй. А когда они нашли в себе силы оторваться друг от друга, Чхве прижался своим лбом к её лбу и прошептал: - Я бы мог задержаться ненадолго… - Я бы очень этого хотела.       Они стали медленно пятиться обратно к кровати, не разрывая своих нежных объятий. - Твой брат не придёт убивать меня за то, что я закрылся наедине с его сестрой в спальне, ещё и в столь поздний час? - У моего брата нет права убивать кого-либо без моего разрешения.       У парня был на уме какой-то остроумный комментарий, но был забыт, стоило девичьим губам снова оказаться на его.       Внезапно Сан почувствовал, как по телу разливается тепло, почти жар, поэтому поспешил скинул с плеч плотную байку. И пальцы его тут же потянулись к странным завязкам на кофте Азалии, которые легко поддались его рукам, так что вскоре и на её теле стало на одну преграду меньше. Её ладони мягко скользили по его сильным рукам, так осторожно, словно он был весь соткан из тончайшего шёлка, и его могло повредить даже дуновение ветра. Даже когда её ладонь легла на его затылок, не было привычного парню ощущения хватки в волосах или ногтей на коже. Её пальцы нежно поглаживали его, и Чхве буквально таял от этого.       Вскоре с него слетела и футболка, предоставляя рукам девушки новые просторы для изучения. Однако, едва она успела провести по его широким плечам, Сан рухнул перед ней на колени и стал осторожно стягивать брюки. Расправившись с этим элементом одежды, он усадил девушку на край матраса и припал губами к белым бёдрам. Сан не оставляет видимых следов, невесомые поцелуи заставляют кожу гореть, а прикосновения холодных широких ладоней – покрываться мурашками.       Азалия сама стянула с себя рубаху. Она осторожно приподняла лицо парня за подбородок, чтобы втянуть его в новый, такой же сладкий и нежный поцелуй. Чхве поспешил раздеться, да так, что чуть не завалился на бок, балансируя на одной ноге. Вместе они кое-как переползли по кровати выше. Сан очень боялся придавить хрупкую Азалию своей тушкой, поэтому навис над ней, упираясь локтями в матрас. Но, несмотря на все тренировки, руки начинают трястись, с каждой секундой теряя силы удерживать его немалый вес. И когда парень понял, что через секунду может рухнуть на девушку, он скатился вбок, чтобы усесться так же, как и ранее – сложив ноги по-турецки. Он ни на миг не сомневался в том, что Азалия взберётся на его бёдра.       Их уста снова слились в поцелуе, словно существовать по отдельности для них было теперь невозможно. Его руки гладили её спину, а её – обвили его шею. Оба тихо постанывали, когда его горячее возбуждение соприкасалось с её влажной промежностью. - Ты не торопишься, - прошептала Азалия, когда губы Чхве опустились на её шею. – Боишься, что я передумаю? - Пытаюсь растянуть удовольствие, - его язык прошёлся от ямочки на ключице вверх по её горлу, зубы невесомо прикусили тонкую кожу на подбородке. – Или мы ограничены во времени? - У нас есть всё время мира, дорогой.       Тем не менее, девичье тело красиво изогнулось в его руках, призывно выпячивая красивую попку и проходясь своей влажностью по крепкому члену. Её ладошка метнулась назад и направила его плоть.       Сан прикусил губу, чтобы сдержать рвущийся из тела стон, и прикрыл глаза, полностью отдаваясь моменту. - Давай побудем так немного, - выдохнула ему в ухо девушка. – Боже, как же это потрясающе хорошо, наконец почувствовать тебя.       Кажется, она говорила что-то ещё, но Сан уже не мог разобрать ни единого звука. Его реальность замерла в тот момент, когда Азалия плавно качнула бёдрами, сначала выпуская его из себя наполовину, и сразу же плавно насаживаясь обратно. Всё что он мог это исступлённо гладить её кожу, всю, до которой он мог дотянуться, и целовать её лицо, шею, грудь… Ему хотелось расцеловать её всю, и желательно прямо сейчас. Поэтому, собрав всю волю в кулак, он ссадил Азалию с себя, бессовестно игнорируя её недовольный скулёж. С лёгкой игривой улыбкой, он уложил девушку на живот и с поцелуем в затылок попросил не шевелиться.       Она дёрнулась, хихикая, когда почувствовала губы на своей пятке. Горячие ладони легли на тонкие лодыжки, фиксируя, пока губы продолжили атаковать беззащитные ступни. Азалия хихикала от щекотки, но честно старалась не зарядить Чхве по лицу. Поцелуи медленно поднимались выше, оставляя за собой обжигающие дорожки. Язык немного подразнил чувствительную кожу на сгибе колен, а руки, тем временем, уже подобрались к округлым ягодицам и мягко сжали их, высекая из горла девушки нетерпеливый стон.       Зацеловав, как казалось, каждый миллиметр нежной кожи, Сан шепнул что-то несвязное в девичий загривок и медленно вошёл в неё, замирая. - Сан, пожалуйста, - заныла она, - прижмись ко мне. Я хочу чувствовать тебя всего. Пожалуйста.       Чхве, старательно удерживающий свой вес на упирающихся в матрас ладонях, едва не рухнул на неё тут же, услышав эту просьбу. Но, к счастью, сумел удержаться и медленно опустился грудью на её влажную от пота спину. Двигаться в таком положении оказалось не слишком удобно, но Сан сумел приспособиться и стал совершать медленные толчки, покрывая россыпью поцелуев дрожащие девичьи плечи.       Переплетались пальцы, тела, возможно, души.       Сану ещё никогда не было так хорошо, о чём он не переставал повторять на каждом выдохе. Азалия могла только стонать, подставляясь под новые поцелуи, иногда ловя губами губы парня.       Позже они лежали нагие, обнимаясь и глядя друг на друга совершенно влюблёнными глазами, обмениваясь редкими поцелуями и глупыми фразочками. Сан не переставая водил кончиками пальцев по её нежной коже. А Азалия мягко оглаживала его лицо. Идиллия, не иначе. - Ты останешься до утра?       Сердце Чхве неприятно ёкнуло от осознания того, что ему придётся покинуть это поистине волшебное место и его не менее волшебную хозяйку. Он смог только кивнуть, прижимая девушку к себе немного ближе. - Жаль, что ты не можешь остаться насовсем, - продолжала она, водя губами по его лицу. - А если бы я этого захотел… ты бы позволила? - Ещё не время, - загадочно ответила она, чем немного напугала его. И уже через секунду в её глазах загорелись смешинки, и Сан получил лёгкий шлепок по груди. – Вам ещё учёбу надо закончить, молодой человек! - Так дело только в этом? – парень облегчённо расхохотался, перекатываясь на спину. - В следующий раз я тебя без диплома на порог не пущу! - Э! Мне учиться ещё полтора года! - Что ж… это будет непросто…       Азалия взвизгнула, почувствовав, как юркие пальцы щекочут бока...       Рудольф задумчиво протирал витражную столешницу, на которой теперь стояло 6 чашек…