Часть 3

      Гарри Поттер       Сестренка моя дрожит, прижавшись ко мне, но молчит. Имя она свое не называет, но учитывая, под кого ее замаскировали — ей нужно время, а вот я в ярости. Да что там в ярости, я просто в бешенстве. После всех новостей мне хочется всех просто убить и все, но я держу себя в руках. Мне почти одиннадцать здесь и больше сотни было там, надо держать себя в руках.       Как Главный Аврор, я знаю о Гринготтсе немного больше, чем другие, поэтому аппарирую не на Косую, а на немного другую аллею, где находится совершенно особенный операционный зал — для нелюдей. Впрочем, мне все равно, люди, нелюди. Придерживая рукой сестренку, я иду широким шагом к дверце, угадывающейся в стене. Обычная, в цвет стены дверца, безо всяких надписей раскрывается передо мной, как будто сама по себе.       Внутри обычный, на первый взгляд, операционный зал, только пустой, за исключением одинокого гоблина за конторкой, но я знаю, что это просто такое устройство — чтобы посетители не видели друг друга. Поэтому спокойно подхожу к ничуть не удивленному сотруднику банка.       — Жизни вашим детям, уважаемый, — здороваюсь я так, как принято только у гоблинов. Вот теперь он удивляется, поднимая на меня взгляд. — Мне нужна полная проверка нас двоих и консультация.       — Идите за мной, — коротко отвечает мне сотрудник банка, точно именно такого не ожидавший.       Я киваю, идя вслед за ним. Думая, что мы попадем в одну из защищенных комнат, удивляюсь, когда мы начинаем спускаться вниз. Сестренка, которая не сестренка, прижимается ко мне, обхватывая руками поперек корпуса, отчего идти становится труднее, но я все понимаю — страшно ей. Просто страшно девочке, так бывает.       — Не надо бояться, — тихо говорю я ей. — Гоблины никогда не причинят вреда детям, даже человеческим.       — Совсем-совсем? — тоненьким голоском спрашивает она меня.       — Совсем-совсем, — киваю я. — Для них дети — святыня, а мы дети.       — Вы дети, — подтверждает гоблин, заводя нас в ритуальный зал. — Я не буду спрашивать, откуда ты это знаешь. Сначала определение, затем ритуал.       — Хорошо, — киваю я, потому что он прав — сначала дело.       — Капните по капле крови на пластину, — просит он нас обоих.       С трудом оторвав от себя руку сестры, помогаю ей сделать то, что просит гоблин, ну и сам конечно. Пластина несколько раз меняет цвет, а во взгляде сотрудника банка появляется сталь. Значит, дело не настолько простое, как я себе навоображал. Что же, я всегда грудью встречал удары судьбы, посмотрим, что будет сейчас.       — Здравствуй, дитя иного мира, — чуть кланяется гоблин сестренке, а затем вздыхает и объясняет мне. — Девочка — это ты. Она из другого мира, но полностью подобна тебе.       — Значит, она мне ближе, чем сестра, — делаю я вывод, хотя о таких случаях даже и не слышал. — Запишем сестрой, ты согласна?       — Согласна… — шепчет девочка. — Меня Гарриэт зовут… ну, коротко Риэ…       — Риэ… — пробую я ее имя. — Ласково очень, тоже непростой жизнь была?       — Я расскажу, — очень тихо говорит она.       — Потом, — глажу ее я. — Когда будешь готова.       Гоблин проводит каким-то камнем на цепочке вдоль тела сжавшейся Риэ, а моя магия клокочет, вырываясь пологом Тьмы в желании защитить родную душу. Гоблин еще раз вздыхает.       — Я вижу следы попытки насильственного морфизма тела, — наконец произносит он, и моя Тьма с силой бьет в стены зала.       Я знаю, что это такое, я же Главный Аврор. Сестренке пытались насильно изменить тело, судя по всему — сменить пол. За такие вещи нужно сажать на кол, и я этим займусь, пусть даже это и было в другом мире. Никто из обидчиков не уйдет, неважно, где они находятся. Гоблин ждет, пока я возьму себя в руки, чтобы добить:       — Вы не Поттер, — сообщает он мне.       — Изгнали? — коротко интересуюсь я, уже ожидая подтверждения.       — По крови даже близко не Поттер, — качает он головой. — Как и ваша… сестра. А вот кто вы, мы сейчас узнаем.       Я понимаю, что сейчас произойдет — ритуал Полного Воззвания, когда обращаются вовсе не к предкам, а к самой основе Мира с целью точно определить, кто мы такие. Крайне редкий и сильно недешевый ритуал не производится просто так, нужно иметь хотя бы подозрения. А какие тут могут быть подозрения? Вот и я не понимаю.       Воздух в зале сгущается, становится тяжелее дышать, я уже думаю, что дело хорошо не кончится, когда вижу фигуру, приближающуюся к нам. Рефлекторно затолкав Риэ за спину, готовлюсь встретить неизвестного. Мне все равно, кто это, я не отдам мою сестру никому и закрою ее от любой опасности.       — Дитя моей крови… — в зале неожиданно светлеет, я вижу мужчину в короне, держащего на плече меч. — Кто посмел тронуть дитя моей крови? — кажется, ритуальный зал содрогается.       — Кто бы ни тронул, они умрут, — твердо гляжу ему в глаза, на что неизвестный мне пока хмыкает.       — Я подтверждаю ваше право, дети, — сообщает он мне… нам. — Кровь от крови, плоть от плоти, магия от магии. Да будет так!       — Да будет так! — отвечают ему, кажется, сами стены.       Затем, я на мгновение будто теряю сознание, а в следующий миг вижу склоненного передо мной гоблина, удивившись этому факту. Гоблины не склоняются ни перед кем! Кем же мы стали?       — Ваши высочества… — обращение меня вводит в ступор — такого я не ожидал. — Желаете ключи от своих владений?       — Желаем, — автоматически киваю я. — Погодите, вы сказали «высочества»? Что это значит?       — Вы принц и принцесса Пендрагон, по воле Короля, наследники рода, — отвечает мне гоблин.       Вот это поворот! Чего я совершенно не ожидал, так это подобных новостей, но они означают, что мы в опасности пока на нас не надеты артефакты. Гоблин прав, нужно отправляться «во владения», другого варианта просто нет. Сестренка, что характерно, молчит. Она так ничего и не поняла. Ничего, дома расскажу.       Гермиона Грейнджер       Такого я совсем не ожидаю, потому что эту женщину, наконец, узнаю. Та, которой любят ругаться недалекие маги, с доброй улыбкой меня сейчас рассматривает. Это Моргана. Значит, я дитя ее крови? Но как же родители? Или действительно я удочеренная?       — Дитя моей крови, — продолжает Моргана. — Ты находишься в великой опасности в этом мире, но пока покинуть его не можешь, потому я дам тебе защиту, знания и кров.       — Я в маггловском мире живу, — объясняю ей. — Родители — дантисты.       — У тебя нет родителей в привычном смысле, — качает она головой. — Ты была перенесена в этот мир без моего ведома, потому, несмотря на то что перешла Грань дважды, нуждаешься в защите. Те люди, что сопровождают тебя, будут заботиться, но…       Я ее понимаю — желание защитить свое дитя. Это обычное, абсолютно нормальное желание и для феи, и для человека, поэтому я очень хорошо понимаю ее. И я — девочка Гермиона, и я — бывшая уже Министр… Что же, учитывая все раскрывшееся, сила Морганы мне пригодится. Я смогу защитить Гарри и уничтожить всех, кто посмел на меня покуситься!       — Возьми эти артефакты, — протягивает она мне шкатулку. Простая серебряная шкатулка безо всяких украшений. — Надень их прямо сейчас.       — Хорошо, — киваю я, открывая шкатулку, а Моргана начинает объяснять мне, что куда надо надеть.       — Разденься, дитя, — советует она мне, и я следую ее совету, хотя немного стыдно раздеваться на людях, но безопасность превыше всего.       Оказывается, в шкатулке есть артефакты, предохраняющие и от насилия, и от принудительного раздевания, для этого и нужно обнажиться, потому что неприметные цепочки прикладываются к телу, будто всасываясь в него, как, впрочем, и остальные артефакты. Спустя полчаса я одеваюсь обратно, чувствуя себя защищенной. Моргана тем временем достает артефакты и для родителей, в конце выдав мне небольшую статуэтку.       — Это ключ в твои владения. В этом мире у тебя только небольшая крепость, — говорит мне она, добавив затем: — На королевской земле.       — Не знаю, что это значит, но благодарю, — приседаю я в получившемся вполне естественным книксене. — А учиться?       — В твоих владениях, — улыбается она мне. Очень добрая у нее улыбка. — Там же мы будем с тобой встречаться. Никакие щиты, кроме королевских, не в состоянии тебя удержать, помни это!       — А разве Пендрагоны не вымерли? — удивляюсь я, на что Моргана еще раз улыбается, но на вопрос не отвечает. — Я хочу уничтожать, это нормально?       — Это нормально, дитя, — кивает она. — После того, что с тобой сделали, ты в своем праве. Повторяй за мной.       И я повторяю за ней слова, как я понимаю, ритуала о кровной мести. Зачем это нужно, я пока не знаю, но будучи твердо уверенной в том, что Моргана плохого не посоветует, подчиняюсь. Мы еще говорим некоторое время, причем, она меня наставляет в том, как себя правильно вести, после чего я вновь оказываюсь в той же комнате. Не говоря ни слова, подхожу к родителям, чтобы надеть на них цепочки неснимаемых артефактов.       — Теперь никто не сможет вас заколдовать или принудить к чему-либо, — объясняю я им. — Вы теперь защищены.       — А ты, Миона? — спрашивает мама, на что я улыбаюсь.       — Леди ле Фэй защищена сама по себе, — откликается гоблин, склонившись передо мной в поклоне.       — Благодарю вас, — киваю я в ответ.       Я уже знаю, что на меня не действуют никакие законы, кроме королевских, а таковых в Британии не знают, поэтому руки мои развязаны. Что же, теперь я не грязнокровка, а леди, причем, леди ле Фэй, что само по себе зачеркивает все планы, контракты и брачные попытки в отношении меня. Только потому, что моя кровь древнее, а сила — первородна. Семейству Уизли следует присматривать себе место на кладбище повеселей.       Теперь я точно могу не дать в обиду того самого нескладного мальчишку, которому хотелось всего только капельку тепла. Он не желал ни приключений, ни почитания, а всего только тепла, ласки и хлеба, ибо был голоден постоянно. Вынужденный колдовать, он никак не мог набрать вес, и за это ответственен все тот же Дамблдор. Что же, крестражи его точно не спасут, потому что некромантией фея Моргана, кажется, тоже владела.       — Поехали домой, — улыбаюсь я родителям. — Теперь все точно будет хорошо.       — Палочку смените, — советует мне гоблин, давая адрес, записанный на листке пергамента и кивая в сторону каминов. — Ваши… родители могут подождать здесь.       — Очень хорошая идея, — улыбаюсь я, сразу же двинувшись в сторону каминов.       Адрес я узнаю — мастерская Кидделла, делающая палочки индивидуально, на заказ. Это значит, что у меня не будет блоков и тому подобного, потому что законы об ограничении колдовства на меня не распространяются — моя кровь просто древнее всех этих министерств. У них нет власти надо мной, что мне очень нравится. Просто до визга.