Очищение.

На фоне всяческих переживаний, обдумывания действий, а также смысла происходящего, из моих мыслей не уходила и Женщина Под Вуалью. Держа в мыслях её образ, прокручивая её слова, вспоминая тихий, ласковый, но холодный голос неведомого мне существа, изо всех сил пытающегося сделать вид, что оно не желает зла, я размышляла: «Ведь это она на протяжении всего моего пути влияла на него. Она сделала так, чтобы меня и Сириуса обнаружили. Она когда-то убила отца Калии и заставила её жить, вместе с этим существом внутри неё. Она же и вернула к жизни Джеспара. Но её след я увидела не только здесь. Отнюдь. Она везде. Её образ и там, и тут преследовал меня, в знаках, в видениях, в рассказах других людей. Куда бы я не пошла. Чего бы не сделала, Женщина Под Вуалью следует за мной по пятам. Она сама сказала мне, что не является Высшей, мол она нечто куда более сложное.» Всё было так. Образ Женщины Под Вуалью был встречен мною больше раз, чем я могла заметить. Но особым случаем была встреча с менестрелем по имени Эсме Йалиал. Молодая светловолосая этерна наняла меня в качестве помощника найти её подругу по имени Тэра. Особенность той девушки была в том, что она видела некий «чёрный туман» угнетающий её разум всю жизнь. Из-за него она не могла прочувствовать все радости жизни, что-то гнетущее гложило её и заставляло чувствовать себя неполноценной. Будто она должна сделать что-то, о чём не знает. Нечто настоящее. В поисках этого «настоящего» юная этерна уплыла в Эндерал, оставив подруге лишь письмо. Эсме не могла остаться в стороне и пошла искать её. Я старалась помочь ей, надеясь, что мы сможем найти Тэру. Но каждый раз, приближаясь, казалось бы, к финишу, мы ловили лишь тень девушки. Эхо позволило мне увидеть кое-что… И видения мои страшили меня с каждым разом всё больше. Я увидела небольшую секту людей, что поклонялись Женщине Под Вуалью подобно божеству, считая себя обязанными совершить «нечто настоящее». В видениях Эхо я услышала и о мифе, в который они свято верили, о некоем городе Кадат. Согласно писаниям этой секты, Кадат был первым городом людей. Люди там были счастливы и бессмертны. И всё бы ничего, да только вот по логике таких мифов, призванных убедить людей в том, что нельзя просто так брать и наслаждаться жизнью, что счастье должно быть малым и доставаться непременно через страдания, жители пришли к тем же выводам. Вечная жизнь не радовала их, а изобилие и достаток угнетали. Тогда Она, нетрудно догадаться, что имелась ввиду именно Женщина Под Вуалью, и создала Цикл. Чтобы люди умирали, чтобы страдали, чтобы умирали миры, чтобы живущие ценили свою жизнь и то, что они делают и ради чего дышат. И раз в Цикл избирает Она семерых, чтобы привести их к себе, сохранив в их лице знания, опыт, чувства, счастье и горе всего Цикла, дабы передать это следующей смене. В семёрку «избранных» попала и Тэра. Все они просто… умерли. Не представляю, что Она с ними сделала, но я и Эсме нашли лишь оборвки тканей, которые когда-то были их робами. Надо ли говорить, что Эсме была обескуражена? Такой путь. И всё зря. Да, истерикой подругу не вернёшь. Чуть придя в себя, Эсме сама успокоилась и рассказала о том пресловутом «чёрном тумане». Этерна видела его с детсва, он не давал ей жить, он и привел к секте. К смерти. Тогда я не знала даже, что предположить. А сейчас… Анализируя всё, что я уже знала о Женщине Под Вуалью, о Себе, о Высших, о Цикле, у меня возникал главный вопрос: «Неужели миф о Кадате правда? Неужели Циклы и впрямь её рук дело? Тогда зачем всё это? Зачем нужен хоть кто-то такой, как Арантеаль, верящий в то, что он хоть кого-то спасёт? Зачем нужен Юслан, который лишь всё испортит? Зачем нужна я?.. Чтобы что? Зачем этот тщетный спектакль, который раз за разом разыгрывается наивными беспотными перед всем миром, на потеху Высшим? Почему не оставить лишь одного Коарека, который жаждет «возвышения» при помощи Очищения?! Ведь это было бы проще! Куда как проще… Или дело в другом, и есть что-то ещё, что я упускаю?» Я никак не могла понять и того, почему Женщина Под Вуалью всё это делает, что ей самой с этого? Она раз за разом прокручивает весь этот сценарий, и зачем? Всё это казалось мне максимально бессмысленно. До боли в голове мои размышления не давали мне покоя: «Она убеждала меня в том, что Циклы абсолютны для всех реальностей. Зачем же давать мне надежду? Она сказала, что «быть может, я смогу что-то изменить»… Тоже самое сказал и Старец… Да, Старец. Ведь он знает больше, чем знает Чёрный Страж. Но в отличие от него, он не просто хранитель знаний. Он считает себя наблюдателем. А по сути, беспомощной мебелью… Тоже самое и сказала мне Женщина Под Вуалью, что она наблюдатель… Но нет, она слишком часто вмешивается в происходящее, чтобы быть просто наблюдателем! И зачем она всё это делает?.. А чтобы, как она сказала, всё случилось так, как должно быть, как уже происходило… значит… она просто вновь идёт по протоптанной дороге, даже не пытаясь отклониться от курса… Но почему она дала мне все эти видения… и почему только сейчас? Зачем давать надежду, если она заведомо ложная?!. Или всё же… И снова на все свои вопросы мне придётся искать ответ самой… Что ж. Я найду.»

***

Карта наконец была расшифрована, колдуны и магистры поняли, где искать Нуминос. Всё случилось примерно так, как я и ожидала, за исключением нескольких нюансов. Мои видения всё-таки убедили Тручессу Натару Даль’Верам не отдавать Сигильский камень Коареку. Однако, она и ещё несколько Хранителей предпочли сбежать. С одной стороны, они дали нам небольшую фору и не наделали проблем с Красным Безумием. Но при этом сильно демотивировали многих других Хранителей, которым стало тяжелее противостоять неримской армии. Всё же Таранор Коарек вошёл в город. Это был лишь вопрос времени. Верховный Магистр Теалор Арантеаль вещал свои пафосные речи, делая вид, что вдохновляет людей. Всё шло по сценарию… к краху. Арантеаль вызвал меня к себе. Рассказал, что мы должны были идти через Подгород, чтобы попасть в древний храм пирийцев и найти их собственный Светоч. Но, поскольку Арк штурмуют неримцы, мы можем пройти только через тоннели, проведённые в Подгород прямо из Храма Солнца. Слово в слово, как было в моих видениях. У Подгорода всегда были неоднозначные отношения со Святым Орденом. Жители угнетённого района уже восставали против властей Арка. Даже Ралата, что так ревностно отстаивала своё личное пространство, иногда вступала в конфликты с Хранителями. Чтобы предотвратить дальнейшие возможные бунты, прямо в Подгород были проведены тоннели, по которым можно было выпустить ядовитый газ и отравить всех, живущих в пещерных трущобах. Это мне объяснил благородный Грандмастер Теалор Арантеаль. «Ну конечно, — думала я, — Святой Орден непогрешим. Ему можно творить всяческие зверства. Во славу Мальфаса? Твари. Вместо того, чтобы налаживать жизнь в той части города, вы решили закрыть глаза на их существование и убить всех, если потребуется, чтобы потом не бодаться с бунтовщиками, не согласными жить в канализации. Как всё просто.» Я изо всех сил постаралась скрыть свою неприязнь к Грандмастеру и постаралась поскорее уйти. Напоследок Арантеаль сказал, чтобы я взяла с собой наёмника. Я ожидала этого и лишь кивнула, уходя. Дальше предстоял поиск Нуминоса.

***

В чём суть Высших? В том, что они филигранно пользуются чувствами людей, играют на их слабостях. Например: тщеславный а-ля миссия — Грандмастер Теалор Арантеаль, готов был сдать город и принять смерть от неримцев, но только после того, как «спасёт мир». Да только никого он спасти не должен был. Его задачей было зажечь Светоч без Нуминоса, когда выбора уже не будет, запустив то самое Очищение. Юслан Ша’Рим — вольный маг. Тот самый предатель, коим двигала лишь жажда мести за себя и его семью. Не больше не меньше. Задачей Предателя в этой игре — всеми силами мешать Лидеру и в последний момент лишить его триумфа. Я — желающая спасти жизни. Спасти любимых. Моей задачей было только указывать на следующий шаг. Как оказалось, моя роль здесь самая незначительная. Когда мы шли по пирийским руинам, на подходе к храму мы нашли тела. Это и были несчастные пирийцы, от которых осталась лишь высохшая оболочка, похожая на куски торфа в форме человеческих тел. Однако, позы их были различны. Мучительную смерть приняли несчастные, и она настигла их всех, до одного. Кто-то пытался убегать, кто-то полз, кто-то молился. Моё сердце дрогнуло, когда я увидела два обнявшихся тела, так крепко скрепившихся, бывших одним целым. Перед жуткой гибелью им ничего не осталось, как обнять того, кто им дорог. Умереть вместе, рядом, чувствуя последнее тепло друг друга, медленно уходящее из их тел. Я взглянула в сторону Джеспара, он тоже смотрел на них, а затем поднял взгляд и на меня. Его печальные синие глаза и тревога, неприкрыто отражающаяся на лице, говорили о многом. Я промолчала. Как и он. Дальше мы увидели большое тело, застывшее с маленьким тельцем в объятиях. Родитель до последней секунды пытался прикрыть своё дитя собой. Как больно было смотреть на это. Но Высшие были бы не Высшие, если б и в этот раз не поглумились над нашей смертностью и тленом тел. Они стали разговаривать с нами через тела несчастных пирийцев. Когда в воздухе возникли образы Теалора и одной из Рождённых Светом — Иоланды, когда мы услышали их разговор об их незаконном тайном сыне Наратзуле, Арантеаль в ярости попытался разрубить мечом собственный призрак, тщетно, конечно. Вечные нанизали его на иглу, как жука, он был перед ними беззащитен. Воспоминания о его предательстве только разозлило его. Не знаю, испытывал ли бесплотный Теалор угрызения совести. Сомневаюсь. Скорее, кроме злости, ничего. Вечные бы не остановили нас, я это уже знала, они сознательно нас подначивали. Все мы не более, чем куклы в лапах Высших, которые при помощи наших слабостей становятся сильными. Сами они пусты и беспомощны. В них нет ничего, кроме информации, кроме знаний целых цивилизаций, кои Цикл за Циклом они поглощали, умело используя для манипуляций. И моя решимость это прекратить возрастала с каждым новым глумливым видением. Как я и ожидала, Высшие нагнали на нас тучу нежити, от который всё же мы успешно отбивались, продираясь к пирийскому храму. Но вдогонку они оживили скелет дракона, который был в этих пещерах. Дракон напал на нас и устроил обвал. Всё произошло слишком быстро. Я не успела сообразить и меня чуть не завалило камнями. Надо отдать должное Юслану, он хоть и предатель, но его гадкая цель сослужила мне службу. По его расчётам я ещё была ему нужна, потому он успел меня вытащить. Да, я ударилась головой, но выжила. Как и Арантеаль. Оглядевшись вокруг, я стала искать глазами Джеспара, надеясь, что он выполнил мою просьбу и телепортировался отсюда. — Неужели твой возлюбленный предал тебя, — с иронией спросил Арантеаль, — вы же были так близки, правда? Продажная шкура почуяла горячее, его и след простыл. — Он с усмешкой смотрел на меня. — Почему я не удивлён? — Разве это имеет значение, — одёрнул его Юслан, — наёмник — это последнее, о чём стоит думать. — Да, — сухо сказала я, — идём. — Моя злость на слова Арантеаля с трудом держалась во мне, но на лице не дрогнул ни один нерв. — Нельзя задерживаться. — Отлично, Прорицательница, — ответил Великий Магистр, — я всегда знал, что ты умеешь рационально мыслить, пёс с ним. Мы уже близко… Я чувствую. «Гнида. — вдруг пронеслось в моей голове. — Сам предал ту, что тебя любила. И собственного сына сослал, выбросил, как котёнка. И судишь по себе других. Меня не удивляет, что Наратзул поднял восстание против Рождённых Светом. Ненависть к ним в него заложил ты, но не своим примером, а анти-примером… по-другому не скажешь. Я уж всё о тебе знаю, всё видела, меня тебе не обмануть. Это такого «Лидера» нам подсунули Высшие? Они неплохо поглумились над нами.» — с этими мыслями я направилась вперёд, вглубь руин. Для начала нужно было довести Лидера и Предателя до самого конца. К самой последней рубежи, там, где проходит финишная прямая, где Предатель явит свою сущность, Прорицатель погибнет, а Лидер, наплевав на всех, всё испортит. Но Прорицателю не суждено было погибнуть. Не в этот раз. Магия — самое совершенное оружие. Не без проблем и сложностей, однако ты никогда не оценишь способности мага на вид. Как и его намерения зачастую почти невозможно предугадать, ведь магия безмолвна и особых жестов не требует. Мне нужно было лишь довести Арантеаля и Ша’Рима туда, откуда ни один из них не сможет сбежать. Лучше всего подходил тот самый зал, где стоял угасший тысячи лет назад Светоч. Это было замкнутое пространство, которое позволяло наложить барьерное заклинание, не дающее телепортироваться тем, кто попал в этот барьер. Арантеаль и Ша’Рим пошли вперёд и не заметили моей манипуляции, слишком увлечённые Светочем. Также их отвлекли и видения, которые, на этот раз, мы видели все вместе, так как Эхо именно в этом месте было наисильнейшим. Следующим моим заклятием было полное высасывание маны у Юслана. Тяжёлое заклятье, но я его осилила. Я знала, что Ша’Рим энтропист. Нельзя было дать ему возможность этим воспользоваться. Сама я не была сильна в Энтропии, потому и потратила много сил на это. Маг ослаб и свалился с ног, так как потеря маны вызывает большой скачок лихорадки. Я тоже это чувствовала, но моих сил хватило на ещё одно заклинание. Пока Арантеаль пытался выкрикнуть что-то недоумённо-возмущённое, я сковала их обоих магическими путами, лишающими ещё и физических сил. Лидер и Предатель в мгновении ока стали не дееспособными. Я не собиралась их отпускать. Но колебалась. Убивать их не было желания. А оставлять их в живых было равносильно запуску Очищения. Подойдя к Грандмастеру, ползающему по пыльному каменному полу от бессилия, я, глядя прямо ему в глаза, сказала: — Ты никогда не был спасителем! Если запустить Светоч сейчас, пустым, то он и спровоцирует Очищение. И виновником слал бы именно ты! — Ч-что ты… не-несёшь, — мямлил он, — от-откуда… тебе это… знать? — Так случилось, что мне позволили это узнать. Вопреки всем сценариям. Ты не Король на доске Цикла. Ты всегда был лишь Пешкой. — Пешка… — выдавил он, — …может дойти… до конца доски…и… — Пешка не успела дойти до конца доски. Её съел Ферзь. Разрядом молнии я лишила жизни Лидера — Теалора Арантеаля. Отчасти я ощутила долю облегчения, но это всё же был ещё не конец. Настала очередь Юслана. Маг лежал на полу на спине, казалось, смирившись с тем, что сейчас случиться, даже не пытался сопротивляться удерживающему его заклятью. Я встала над ним. Ша’Рим смотрел на меня с неким призрением, но и усталостью. Усталостью от жизни. — Ты был предателем с самого начала. — Сказала я, строго смотря на него. — Как ты это узнала?.. — Я Прорицательница. Забыл? Поначалу мне было жаль его. Я вспомнила о его семье, что он потерял из-за Теалора. Но, позже я ещё подумала: «Им двигала жажда мести, и только она. По сути, того самого Юслана уже и в живых нет.» Подумать дважды — хорошая идея. — Лишари мог бы и пожалеть… — Произнесла я с укором. — Ты и об этом догадалась… — Маг усмехнулся и отвёл взгляд вверх. — Жаль, что только сейчас… Могла бы спасти свою подружку… Ты права, с Лишари я поспешил… Надо было тебя убить… — Он закрыл глаза, готовясь умереть. — Тогда всё бы получилось… Удар молнией. Две кучки пепла. Я прошла мимо того, что осталось от Лидера и Предателя. Мне было уже плевать на них. Появилось чувство облегчения. Осталось последнее. Нужно было активировать воспоминания древнего пирийского Светоча, воздействовав на остатки чёрных камней, что лежали рядом с ним. Когда я потянулась к одному из них, древние тела пирийцев, умерших тысячелетия назад от Очищения, которые были вокруг, вдруг ожили. Их глаза загорелись красным. — Смотрите, кто у нас оказался умным. — Голоса Высших со злобной иронией говорили со мной, пытаясь запугать. — Ты думаешь, что всё на этом закончится? Откуда тебе вообще быть уверенной, что Светоч сработает даже с Нуминосом? Ты сама ничего не знаешь. Ты сама — полное ничтожество. Пешка, самая чёрная из всех. — Может, хватит? — Меня уже нельзя было так легко сбить с толку, как раньше, я хорошо знала все их выкрутасы, и меня ни капли не дёрнуло от их появления. — Я знаю почему вы сейчас тут, потому что вы боитесь. Всё это время вы боялись, пытались мешать. Все ваши попытки провалились, все ваши планы лопнули, как мыльный пузырь. Поэтому вы боитесь. Вы пытались меня убедить в том, что не испытываете тех же чувств, что и люди. Но это невозможно! Ибо вы состоите из людей! Из их душ, из их воспоминаний и чувств, накопленных в период пережитого ими Цикла. Вы и есть люди! И манипулируете, используя все уловки, которые только может выдумать человеческий разум. И вы впервые провалились. От того по-настоящему боитесь. Правильно, твари, бойтесь. Скоро я вышвырну вас из этого мира, и вы не сможете мне помешать. Кишка тонка. Они замолчали, но не ушли. Я видела горящие глаза, которые молча, с настоящим, чувствуемым мною, ужасом, следили за моими действиями, но сделать не могли больше ничего. Я активировала каждый кристалл, лежащий рядом. Древний светоч начал вдруг издавать знакомый мне гул, вводящий меня в транс. Так я смогла попасть в Разум погибшей цивилизации.

***

Нуминос — так называемая душа Высшего. Только с ним можно правильно зажечь Светоч. Только с ним можно изгнать Высших из этого мира. Слово Мертвеца — маленькая шкатулочка, мистический артефакт, который может связать тебя с душами давно умерших, обладающий величайшей силой во вселенной, и эта сила оказалась сейчас в моих руках. «Это не конец» — вертелась в голове мысль, когда я, держа в одной руке шкатулку, а в другой свиток, приготовилась возвращаться в Храм Солнца. Времени у меня на этот раз было больше. Неримцы ещё не зашли в ворота Храма, но активно штурмовали их, ведь уже заполонили город. Я неслась со всех ног к Светочу, видя вокруг панику и хаос, но не обращая на всё это внимания. И меня словно никто не замечал. Перед моими глазами был только Светоч, а в ушах моих стоял невыносимый гул, уничтожающий мою психику, который будто становился громче по мере того, как я приближалась с Нуминосом в руках. Но и одновременно он вводил меня в транс. Я не смогла бы уже остановиться, даже если бы хотела. Я приближаюсь к Светочу. Гул пульсирует в моей голове, в унисон со стуком моего сердца. Я помещаю заполненный сердечник в устройство. Светоч ярко вспыхивает, давая мне понять, что он теперь полноценен. Я запускаю его. Вспышка слепящего света. Гул. Клятый гул. Он затихает. Наконец-то!..

***