Глава 13 - Гермиона. . .

10 и ¾ дюймов виноградной лозы дрожали в воздухе, а рука ведьмы, державшая её, была смертельно бледной. Поспешно наложенные Гарри амортизирующие чары на всё пространство камина были единственным, что не позволило Энди упасть обратно в пламя и получить серьёзные травмы. Оглушённая ведьма медленно сползла на пол перед камином. Гарри обернулся к Гермионе и увидел, что глаза девушки расширились от страха. Лицо ведьмы потеряло всякий цвет, а дыхание вырывалось короткими рваными вздохами, словно ей было трудно дышать. Волшебник медленно протянул руку и положил её на руку Гермионы, в которой она держала палочку. Оказывая лёгкое давление, он медленно опустил палочку вниз, пока она не упёрлась в пол. Глаза Гермионы, не отрываясь, смотрели на распростертую на полу ведьму. - "Винки", - тихо произнёс Гарри, чтобы не испугать ведьму, лежащую рядом с ним. Рядом с ним раздался тихий хлопок, на который Гермиона, казалось, даже не обратила внимания, так как пристально следила за тем, чтобы упавшая женщина не поднялась на ноги. - "Не могла бы ты проводить Гермиону в её покои?" - Гарри обратился к эльфийке, прежде чем она успела что-либо сказать. - "Я присмотрю за Энди", - добавил он, заметив обеспокоенный взгляд Винки на оглушённую ведьму, лежащую на полу. - "Конечно, хозяин Гарри", - тихо ответила маленькая эльфийка, шагнув вперед и взяв свободную руку Гермионы в свою. - "Сюда, Мисси Грейнджер, хозяина Гарри", - сказала Винки ведьме, уводя девушку, но не раньше, чем Гарри уловил, как Гермиона начала снова и снова бормотать что-то похожее на - "Этого не может быть". Гарри сомневался, что Гермиона вообще понимала, что происходит вокруг неё в этот момент, так как ему было ясно, что она находится в состоянии шока. - "Чёрт возьми! Я должен был догадаться, что так будет", - негромко ругал себя Гарри. В конце концов, он поступил точно так же, когда впервые встретил Энди. - "Я должен был догадаться, что у Гермионы будет такая реакция на то, что она увидит её впервые!" - Гарри зарычал на собственную глупость. Рассерженный волшебник поспешил к Энди и, опустившись на колени, подхватил её на руки, после чего поднялся. Он быстро дошел до дивана, где усадил ее поудобнее. Быстрым взмахом палочки он убедился, что серьёзных повреждений нет. Он читал несколько медицинских книг, которые Энди посоветовала ему добавить в библиотеку. Кто бы мог подумать, что они так скоро пригодятся? Молча размышлял Гарри. Он был благодарен за диагностические заклинания, которым научился из них. Гарри присел на край дивана рядом с Энди и, направив на неё свою палочку, произнёс "Rennervate". - Когда ведьма зашевелилась, Гарри осторожно положил руку ей на плечо, чтобы она не вставала. - "Полежи немного, Энди. Ты получила довольно серьезный удар". - "Я чувствую себя так, словно Гремучая Ива приняла меня за бладжер", - слабо сказала Энди, поднимая руку и прикладывая её к груди, где было больно. Последнее, что она помнила, - это как она вышла из камина и достала свою палочку, чтобы убрать пепел с одежды. Это был довольно неприятный день, и она была рада, что оказалась дома. - "Не так уж и далеко от истины", - ответил Гарри нежным голосом, протягивая руку и заправляя прядь волос за ухо ведьмы, а затем ласково прикоснулся к её щеке. - "Боюсь, тебя снова приняли за твою сестру", - сообщил он ей, мысленно коря себя за то, что позволил случиться подобному, когда должен был догадаться об этом. Энди повернулась навстречу его прикосновению, ее губы оставили целомудренный поцелуй на тыльной стороне его ладони, пока она наслаждалась теплом прикосновения Гарри к своей щеке. - "Я так понимаю, что мисс Грейнджер с нами?" - Увидев короткий кивок Гарри, она продолжила. - "Могу только предположить, что для нее было очень страшно поверить в то, что она снова видит Беллу. С ней все в порядке?" - спросила Энди, в ее тоне чувствовалась тревога за юную ведьму. - "Я не знаю", - честно ответил Гарри. Гарри не удивило, что, несмотря на то, что нападение было именно на Энди, она в первую очередь беспокоилась за Гермиону. Она всегда больше беспокоилась за других, чем за себя. - "Я попросила Винки отвести ее в ее комнаты. Думаю, у нее был шок или что-то в этом роде, так как она пошла без всякого протеста и, кажется, была в каком-то оцепенении". - "Ты просто так отпустил ее?" - с недоверием спросила Энди, в которой проявилась ее профессиональная медицинская сторона. - "Она, должно быть, до смерти перепугана", - сказала Энди, собираясь встать и проверить, как там девочка, но ее остановила рука Гарри, положившаяся ей на плечо. - "Я тогда больше беспокоился о тебе", - признался Гарри. - "Полежи здесь немного и отдохни". Теплая улыбка медленно расползлась по лицу Энди в ответ на его слова, поскольку она была глубоко тронута тем, что он так заботится о ней. Она все еще привыкала к тому, что кто-то так сильно заботится о ней, а она в свою очередь заботится о нем. Если бы только... - начала она, но тут же поспешно оборвала мысль, не дав ей продолжиться. Вместо этого старшая ведьма протянула руку и нежно погладила Гарри по щеке. - "Ты хороший человек, Гарри. Я в порядке. Немного побаливает, но все в порядке. Однако я подозреваю, что твоя подруга не в порядке и очень нуждается в твоём присутствии". - "Ты уверены, что с тобой все в порядке?" - спросил Гарри, увидев, как улыбка Энди слегка расширилась, после чего она медленно кивнула. - "Кикимер", - позвал Гарри. - "Пожалуйста, побудь здесь с Энди, пока она не будет готова встать", - сказал он эльфу, как только тот появился. - "Полежи немного здесь и отдохни, хорошо?" - сказал Гарри Энди. - "Да, доктор Поттер", - игриво предложила Энди, чтобы показать, что с ней действительно все в порядке. В груди у нее было такое ощущение, будто ее пнул гиппогриф, но в остальном она чувствовала себя на удивление хорошо. Возможно, это как-то связано с волшебником рядом со мной, - тихо размышляла она, все еще наслаждаясь прикосновениями Гарри. Прошло много времени с тех пор, как мужчина прикасался к ее сердцу и к ее личности. Я могла бы привыкнуть к его прикосновениям, подумала она, прежде чем смогла остановить себя. Гарри долго смотрел на нее, чтобы убедиться, что она выполнит его указания, затем наклонился и поцеловал ее в щеку, едва не задев уголок рта женщины и ее полные губы. - "Я вернусь, чтобы проведать тебя после того, как повидаюсь с Гермионой", - сказал он Энди, вставая. - "Спасибо, Кикимер. Пожалуйста, проследи, чтобы она отдохнула", - обратился Гарри к эльфу. - "Кикимер живет, чтобы служить благородному Дому Блэков, молодой хозяин", - почтительно ответил эльф. Поскольку Энди снова стала членом семьи Блэк, Гарри знал, что Кикимер позаботится о ней. Кивнув на прощание и улыбнувшись Энди, Гарри вышел из комнаты и направился наверх, в апартаменты, которые он выделил для проживания Гермионы. - "Гермиона?" - произнес Гарри, слегка постучав в дверь комнаты. - "Это Гарри, Гермиона. Ты в порядке?" - спросил он через дверь. Наступила долгая пауза, но ответа не последовало. - "Гермиона, я вхожу", - объявил он, взялся за ручку двери и повернул её. Поместье принадлежало Гарри, и не было ни одного замка на двери, который не открылся бы от его прикосновения. Даже магия не могла преградить ему путь, если бы он решил воспользоваться своим правом владения. Когда он открыл дверь, в гостиной было темно, свет из коридора отбрасывал на пол яркую полоску. С помощью беспалочковой магии Гарри заставил лампы зажечься и осветить комнату только для того, чтобы увидеть, что она пуста. Заметив закрытую дверь спальни, Гарри подошёл к ней и повторил процедуру. - "Гермиона? Это я, Гарри. Ты в порядке?" - спросил он, но снова не получил ответа. - "Я вхожу", - объявил он через минуту или две. - "Только не стреляй", - добавил он с наигранным легкомыслием. В спальне было совершенно темно. За окном наступила ночь, но даже если бы её не было, из-за задвинутых тяжёлых штор было бы трудно разглядеть, что находится внутри комнаты. Свет, исходивший из гостиной, действительно освещал комнату настолько, что в ней почти ничего не было видно. Поначалу он не мог определить местонахождение ведьмы, так как она не сидела ни на кровати, ни за столом. Только лёгкий звук повторяемых раз за разом слов привёл его к ней. Гермиона сидела на полу, забившись в дальний угол комнаты. Левая рука девушки была прижата к груди, а вторая вытянута перед собой, палочка была так крепко зажата в руке, что костяшки пальцев белели даже при тусклом освещении. Её глаза были больше, чем обычно, их белки были видны по всей окружности, когда она смотрела на дверной проем, через который вошел Гарри. Юная ведьма, казалось, снова и снова бормотала - "Этого не может быть", - словно от одной только силы воли эти слова должны были стать правдой. - "Спокойно, Миона", - сказал Гарри, медленно приближаясь, вытянув перед собой руки в знак того, что он безоружен. - "Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе?" - спросил он, оказавшись в нескольких шагах. Поскольку ответа не последовало, Гарри медленно опустился на колени, а затем переполз на другое место и, наконец, занял место справа от Гермионы, прикоснувшись к её плечу. Несколько минут они сидели в полной тишине, не считая постоянного бормотания Гермионы про себя. Спустя некоторое время, казалось, присутствие Гарри стало ощутимым для расстроенной ведьмы. - "Этого не может быть", - заявила Гермиона уже более громким тоном. - "Молли убила ее. Я была там! Я видела это! Это не может быть она!" - почти истерично заявила она. - "Все в порядке", - попытался заверить Гермиону Гарри. - "Это не она, Гермиона. Это была мама Доры, Энди. Беллатриса Лестрейндж погибла в битве за Хогвартс в мае этого года. Я видела её тело. Она действительно мертва", - подтвердил Гарри. Он был слишком хорошо знаком с ужасами, которые принесла война всем, и, пожалуй, не хуже ведьмы, сидящей рядом с ним. Беллатриса Лестрейндж вырезала на руке Гермионы надпись "грязнокровка", когда пытала её ради удовольствия. По сей день ведьма носит рубашки с длинными рукавами, чтобы скрыть шрамы, которые невозможно удалить. Постепенно его слова, казалось, дошли до испуганной ведьмы, и она повернула голову, чтобы посмотреть на него. Она смотрела на него с немного удивлённым и слегка растерянным выражением лица. - "Гарри?" - По её тону было понятно, что она не совсем понимает, что происходит и вообще где она находится. Гарри видел, как его лучшая подруга прокручивает в голове недавние события. - "Беллатрикс!" - воскликнула Гермиона, вновь крепко сжав палочку, и устремила взгляд на открытую дверь, даже толкаясь в бок Гарри, словно ища у него защиты. - "Это была не она", - повторил Гарри, обнимая Гермиону и притягивая её к себе на колени. - "Я с тобой", - тихо сказал Гарри, крепко обнимая дрожащую ведьму и прижимая её к себе. - "Я не позволю никому и ничему причинить тебе вред, Гермиона", - сказал Гарри, даже когда женщина в его объятиях разрыдалась. Мимолётно подумав, Гарри понял, что сейчас в его объятиях плакала половина ведьм в его доме. Прошло некоторое время, прежде чем сдерживаемые слёзы перестали течь, а тело Гермионы перестало дрожать. - "Не хочешь рассказать мне об этом?" - тихо спросил Гарри. Прошла долгая минута или две, прежде чем Гермиона начала говорить, но как только она это сделала, шлюзы словно открылись, и всё полилось из неё потоком. Беллатриса пытала её проклятием Круциатус в течение, казалось, нескольких дней, пытаясь получить информацию о планах Ордена. Когда ведьма убедилась, что она ничего не знает, её действия превратились скорее в развлечение, чем в добычу информации. - "Она сказала, что я не достойна быть ведьмой, обвинив меня в том, что я украла свою магию у какой-то чистокровной ведьмы. Она назвала меня грязнокровкой, и об этом должен знать весь мир", - рассказывала Гермиона, еще больше сжимая Гарри в объятиях, пока слова лились с ее губ. - "Она вытащила клинок из-под своей одежды. Он был черным, как обсидиан. Я отчетливо помню отблеск свечи, мерцающий на лезвии ножа", - сказала она, и дрожь пробежала по ее телу при воспоминании об этом. - "Она... она повалила меня на пол и приковала к нему липкими чарами", - сказала Гермиона дрожащим от волнения голосом. "Она сказала, что не хочет использовать на мне проклятие паралича всего тела, так как хочет услышать, как я буду кричать. Как же я кричала", - призналась она, глядя в пол и не видя ничего, кроме далеких воспоминаний о том дне. - "Когда она начала вырезать слово на моей руке, я думала, что оно будет жечь, но этого не произошло. Оно было ледяным", - вспоминает Гермиона. - "Я чувствовала, как холод лезвия проникает в моё тело, в самые мои кости, и это было больно! Было почти так же больно, как от пыточного проклятия, но совсем по-другому. Все, что я могла делать, - это лежать и кричать, извиваясь и пытаясь оказаться как можно дальше от лезвия! Никогда еще я не чувствовала себя такой беспомощной", - призналась она, когда слезы снова потекли по ее лицу. - "Теперь ты в безопасности", - мягко проворковал Гарри ведьме, сидевшей у него на коленях, в то время как его рука водила взад-вперед по ее спине, как он надеялся, успокаивающим образом. Гермиона приподнялась и посмотрела на него, слабый отблеск света на её щеках показал, что она всё ещё плачет. Медленно наклонившись вперед, чтобы дать ей время отстраниться, если она захочет, он нежно поцеловал ее губы со вкусом слез. Гарри хотел, чтобы она знала, что все, что она ему сказала, не изменило его чувств к ней. Он по-прежнему заботится о ней и любит ее, как и прежде. Поцелуй не был долгим, как это бывает. Однако он был очень значимым, поскольку передавал его чувства девушке, лежащей у него на коленях. По крайней мере, он на это надеялся. Видимо, это сработало, так как Гермиона ответила на его поцелуй. Когда поцелуй закончился, она даже прижалась лбом к его лбу. Гарри тяжело сглотнул, прежде чем озвучить свою просьбу: - "Покажи мне его". Смышленой ведьме потребовалось мгновение или два, чтобы понять, о чем он просит. Гермиона резко отпрянула от него, соскользнув с его коленей и упав на пол. Ведьма попятилась назад, пока не наткнулась на край кровати, где прижала левую руку к груди. - "Нет! Это отвратительно", - воскликнула она. - "Я не хочу, чтобы кто-нибудь видел это! Это уродство", - эмоционально заявила она ему. - "Ты прекрасна, Гермиона", - честно сказал ей Гарри. - "И ничто из того, что сделала с тобой эта сумасшедшая ведьма, никогда этого не изменит", - добавил он, поднимаясь на ноги и направляясь в ее сторону. - "Покажи мне", - повторил он. Гермиона забралась на кровать при приближении Гарри, одновременно прикрывая от него свою покрытую шрамами руку. Она живо вспомнила выражение ужаса, появившееся на лицах ее родителей, когда она показала им свою руку в Австралии. Если ее собственные родители были в ужасе от ее внешнего вида, то чего же она могла ожидать от своего лучшего друга? Я люблю Гарри. Если бы он так на меня посмотрел, это просто разбило бы мне сердце, - сказала она себе. - "Это отвратительно", - повторила она волшебнику. - "Как ты вообще можешь смотреть на меня?" - "Я могу смотреть на тебя, потому что ты прекрасна, Гермиона", - ответил Гарри, присаживаясь на край большой кровати. Молодой волшебник не делал никаких усилий, чтобы сократить расстояние между ними. Что-то внутри подсказывало ему, что это должна сделать сама Гермиона. - "Ты всегда была красивой для меня. По крайней мере, с тех пор, как я осознал, что ты девушка", - добавил он, и на его губах заиграла небольшая улыбка. - "Покажи мне. Пожалуйста", - снова попросил он. - "Я не могу. Я не хочу, чтобы ты это видел", - ответила Гермиона с другого края кровати. Молодая, неуверенная в себе ведьма боялась, что если Гарри увидит это жуткое напоминание о том дне, то он не захочет иметь с ней ничего общего. Какая-то часть её мозга говорила ей, что это чушь и что Гарри никогда не будет таким поверхностным, но в данный момент её неуверенность не слушалась, и она твёрдо держала ситуацию под контролем. - "Ты не представляешь, каково это - иметь такое отвратительное напоминание о том, что она сделала со мной в тот день!" Гарри тяжело вздохнул, прежде чем ответить спокойным тоном. - "Ты права", - сказал он ей, а затем поднял руку и откинул челку, чтобы показать свой знаменитый шрам в виде молнии. - "Вместо этого у меня есть это, чтобы напоминать мне о том дне, когда мои родители умерли, а я - нет", - серьезно ответил он. - "У меня множество шрамов, напоминающих мне о том, что я выжил, когда многие другие, кто должен был бы выжить, не смогли. Значит ли это, что ты тоже считаешь меня ужасным?" - "О, Гарри!" - воскликнула Гермиона, осознав, насколько глупо прозвучали ее слова. - "Нет, конечно, нет", - воскликнула Гермиона, преодолевая расстояние между ними и заключая мужчину в объятия. - "Твой шрам - это не твоя вина, Гарри. Ты очень красивый волшебник, как со шрамом, так и без него. Он никогда меня не беспокоил!" - "И твой шрам меня не беспокоит, Гермиона. Ты не виновата в том, что он у тебя есть. Если ты будешь прятаться и испытывать отвращение к этому, это только убедит тебя во всем, что сказала эта сумасшедшая", - сказал ей Гарри. - "Ты ведьма в первом поколении. Этим можно гордиться. Твои дети станут ведьмами и волшебниками и будут творить великие дела для нашего мира, если они будут похожи на тебя. Покажите мне, что ты все еще та Гермиона, которую я знаю и люблю. Ведьма, которая встречает любой вызов лицом к лицу. Девушка, которая на третьем курсе врезала Драко Малфою!" При этом воспоминании на лице Гермионы появилась небольшая улыбка. - "Тогда мне было приятно", - призналась она. Логическая часть мозга Гермионы включилась, когда она взвесила слова Гарри. Она не могла отрицать, что если бы она продолжила в том же духе, то Беллатриса, несомненно, победила бы, и не за счёт того, что сделала мёртвая ведьма. Нет, вместо этого дочь Блэка победила бы просто потому, что сама Гермиона позволила это.. Я горжусь тем, что я ведьма, - сказала она себе. И к тому же я чертовски хорошая ведьма! Мысль о том, что её дети будут ведьмами и волшебниками, невольно заставила её задуматься о своём будущем и о надежде на то, что оно будет связано с мужчиной, которого она сейчас обнимает. Если Гарри действительно любит меня, и мы будем вместе, то рано или поздно он его увидит, - размышляла она, думая о большом шраме на левом предплечье. Если все пойдет хорошо, он, вероятно, будет видеть меня гораздо чаще, - с легким румянцем заметила она. Гарри почувствовал, как девушка вздрогнула и выскользнула из его объятий. Молодой волшебник наблюдал за тем, как Гермиона усаживается рядом с ним, и нерешительно потянулся к рукаву её рубашки. Лучшая подруга оттянула рукав и впервые обнажила покрытую шрамами руку. В тусклом свете, проникавшем через открытый дверной проём, он смог разглядеть буквы, вырезанные на алебастровой коже. Взяв руку в свои ладони, Гарри наклонился и нежно поцеловал каждую букву. Гермиона вздрогнула, когда губы Гарри впервые коснулись её кожи. Чего бы она ни ожидала, но уж точно не того, что он будет целовать шрамы на её руке. Нежное прикосновение его губ и то, как бережно он держал её руку, словно это была самая дорогая для него вещь на свете, заставили юную ведьму вновь закрыть глаза. С каждым последующим поцелуем ее сердце таяло все больше и больше. Когда волшебница села обратно, ей пришла в голову одна мысль. - "Значит, ты понял, что я девушка?" - спросила она с дразнящей улыбкой, чтобы сдержать слёзы. - "Конечно", - подтвердил Гарри с небольшой, застенчивой улыбкой. Он и по сей день помнит, когда именно это произошло. Это был третий курс. Они оба сидели на Клювокрыле, Гермиона сидела сзади и обнимала его за талию. Ощущение её груди, прижавшейся к его спине, не оставляло никаких сомнений в том, что она не просто девушка. Поездка, хотя и была потрясающей, оказалась несколько некомфортной по причинам, не имевшим ничего общего с гиппогрифом, на котором они ехали, и не имевшим ничего общего с направлением его кровотока в тот момент. - "Хочешь убедиться в этом?" - кокетливо спросила Гермиона. жеманно спросила Гермиона, желая убедиться в том, что она по-прежнему ему нравится и не кажется отталкивающей после того, как он увидел ее шрамы. Хотя, конечно, какая-то часть Гермионы хотела просто затискать его до потери сознания. Она должна была признать, что мягкая, удобная кровать была намного лучше, чем шкаф с метлами в Хогвартсе. - "Конечно", - повторил Гарри чуть хрипловатым голосом, прежде чем наклониться и приникнуть к её губам. Они откинулись на спинку кровати, и все мысли о шрамах и гиппогрифах вылетели у них из головы, а на смену им пришли голодные губы и блуждающие руки. Через некоторое время они отстранились друг от друга, оба почти задыхались, губы распухли, но на лицах играла широкая улыбка. - "Я была права", - выдохнула Гермиона. - "Ты хорошо целуешься", - добавила она, довольная тем, что теперь знает об этом из первых рук. - "Наверное, это из-за компании, в которой я нахожусь", - игриво ответил Гарри, ожидая, пока его пальцы сами собой разогнутся. Они немного полежали в объятиях друг друга, прежде чем Гарри озвучил единственный вопрос, который все еще не давал ему покоя. - "Рон?" Тяжёлый вздох вырвался из уст Гермионы и прошелся по груди Гарри, где лежала её голова. - "Рон не написал мне ни разу с тех пор, как начал обучение в Аврорате", - сказала она Гарри. Гермионе казалось, что между ней и их рыжим другом что-то есть. Она и не думала о том, что они с Гарри когда-нибудь будут вместе. Я не из тех девушек, с которыми герой уезжает в закат, - всегда говорила она себе. Лучшая подруга героя - это совсем другая история, которая, как ей казалось, была вполне доступна. Наверное, я ошибалась. В голосе Гермионы ясно слышалась боль, которую причинили необдуманные действия Рона. Гарри предположил, что у нее все еще есть к нему чувства. Думаю, я не могу ожидать, что она забудет о нём в один миг. Они дружили втроем уже много лет. Гарри часто ненавидел то, как Рон обращался с Гермионой, втайне считая, что он мог бы гораздо лучше заботиться о ведьме. Когда Гарри понял, что Гермиона предпочитает Рона ему, он придержал язык и сделал все возможное, чтобы помочь им двоим. - "Наверное, нам стоит спуститься к ужину", - сказал Гарри, не зная, что сказать о Роне. Хотя Рон и был его другом, он был влюблен в Гермиону, что ставило его в довольно затруднительное положение. - "Я уверен, что Энди и остальные уже ждут нас". Гермиона содрогнулась при мысли о том, что ей придется столкнуться с миссис Тонкс после того, что она сделала. Погрузившись в свои мысли, Гермиона даже не обратила внимания на то, что Гарри сказал, что там будут и другие. Она всё ещё ощущала губы Гарри на своих губах и его руки, блуждавшие по её телу во время поцелуя. Это ощущение хотелось испытывать снова и снова, и желательно поскорее, призналась она себе, чувствуя, как внизу живота все еще приятно покалывает. - "Гарри, давай я сначала приведу себя в порядок и сменю школьную мантию", - сказала она, садясь и перебираясь на край кровати. Волшебник рядом с ней сделал то же самое, после чего встал и выскользнул из комнаты. Вскоре из спальни вышла ведьма в маггловских джинсах, удобной рубашке с лёгким свитером с длинными рукавами и удобных ботинках. - "Я готова", - сказала она, переступив порог гостиной. Гарри улыбнулся, увидев девушку, которая была его лучшей подругой. Было видно, что она не пожалела времени на то, чтобы вымыть лицо, так как не было никаких признаков того, что совсем недавно она плакала, за исключением небольшого покраснения глаз. Гарри нравилось видеть её в маггловской одежде, и он без колебаний сказал ей об этом. - "Ты прекрасно выглядишь", - сказал он, протягивая покрасневшей ведьме руку, - "пойдём?". - "Конечно", - ответила она, просунув руку в локоть. Они вышли из комнаты Гермионы и направились по коридору к лестнице. Гермиона была рада, что Гарри оказался рядом, так как не знала, куда идти. Она была немного не в себе, когда Винки привела её к себе в комнату. - "Мне так стыдно за то, что я сделала с миссис Тонкс", - призналась Гермиона. - "С ней все в порядке?" - "С ней все в порядке", - заверил ее Гарри. - "Я убедился, что она лежит и отдыхает, прежде чем оставить ее. Кикимер остался с ней, если ей что-нибудь понадобится". - Гарри был лишь отчасти удивлен тем, что они первыми пришли на ужин, пока не увидел, как Винки выскочила, чтобы сообщить остальным, что пора есть. Гарри выдвинул для Гермионы стул справа от своего и осторожно придвинул его, как только она села. - "Уверен, что остальные скоро придут", - сказал он, усаживаясь на своё место. Питание в Вестфилде было довольно неформальным, завтрак подавался на буфете. Предполагалось, что завтракающие сами себе накроют. В обед на стол выкладывались бутерброды с фруктами, сырами и крекерами. На ужин еда появлялась на столе магическим образом, как это было в Хогвартсе. Первой появилась Полумна, которая бросилась к подруге и заключила Гермиону в объятия, которыми могла бы гордиться Молли Уизли. - "Гермиона!" - воскликнула сияющая ведьма. - "Я так рада, что Гарри наконец-то привёл тебя сюда. Я так по тебе скучала", - заявила Полумна. - "Хотя Дафна и Трейси - прекрасные собеседницы, они, как правило, довольно замкнуты в себе. Мэри всегда больше заботится о том, как правильно и все такое, с ней вообще трудно вести беседу. Теперь у меня есть кто-то, с кем я тоже могу немного поболтать!" - "С кем?" - спросила Гермиона. Насколько она знала, в доме волшебника жили только миссис Тонкс, Тедди, Полумна и Гарри. Гермиона повернулась и посмотрела на Гарри вопросительным взглядом. - "Это другие мои гости", - несколько нервно признался Гарри, только в этот момент осознав, что ни в одном из своих писем он не упоминал о них Гермионе. Мужчина отмахнулся от этой мысли, сочтя её неважной, о чём и сообщил ей сейчас. - "Наверное, я не сообщил тебе о них". - "Видимо, да", - спокойно ответила Гермиона, в то время как Луна скользнула на сиденье рядом с Гермионой и с удивлением наблюдала за обменом репликами. - "Дафна Гринграсс, помнишь её по школе?" - спросил он, заметив, как сузились глаза ведьмы. Гермиона слишком ясно вспомнила великолепную ведьму, на которую с третьего курса все парни пускали слюни, словно младенцы. - "Ну, ей нужно было где-то остановиться, так как она оказалась на улице, и я предложил пожить здесь некоторое время", - продолжил Гарри, слегка пожав плечами, внезапно почувствовав себя виноватым, хотя и не знал, почему. - "Она попросила, чтобы к ней присоединилась ее лучшая подруга Трейси Дэвис. Трейси тоже училась на нашем курсе", - добавил Гарри. Гермиона помнила эту тихую, застенчивую девушку-интроверта только потому, что они учились в одном классе. - "Она оставалась у нас некоторое время и в конце концов просто переехала к нам", - сказал Гарри, чувствуя, как на душе становится теплее. - "После того, как к нам присоединилась Полумна, я решил, что девочкам, наверное, стоит получить ЖАБА..." - "Именно поэтому он нанял меня", - сказала Мэри Макдональд с порога. - "Мэри Макдональд", - представилась Гермионе старшая ведьма по пути к своему месту. - "Мистер Поттер любезно разрешил мне жить здесь, пока я буду обучать юных жительниц его дома". - "Мисс Макдональд ходила в школу с моей мамой!" - воскликнул Гарри, радуясь возможности поделиться этим фактом со своей лучшей подругой. - "У нее самые замечательные истории о маме и папе! Мэри рассказывала мне о том, как они учились в Хогвартсе!" - "Лили Поттер была моей лучшей подругой", - подтвердила Мари. - "Мы жили в одной комнате в общежитии и все такое. Я сидела в первом ряду во время их отношений с Джеймсом", - с грустной улыбкой рассказала Гермионе Мэри. - "Даже в те времена о них ходили легенды. Лили - за то, что отказала волшебнику, на которого западали все девчонки, а Джеймс - за то, что бегал с группой хулиганов. Когда они, наконец, встретились, это было похоже на сказку". Гермиона повернулась к Гарри и увидела, с каким восторженным выражением лица он впитывает каждое слово старшей ведьмы о его родителях, и порадовалась за него. Однако тот факт, что он был занят тем, что заполнял свой дом другими ведьмами, не очень-то радовал её. Дафна Гринграсс была красавицей на любой вкус. Трейси, если немного поработать, тоже будет красавицей. Может быть, не так, как Дафна, но уж точно в стиле девушки из родного города. Полумна была просто олицетворением миловидности, особенно когда улыбалась. Гермиона не понимала, как она может конкурировать с ней. - "Очень приятно познакомиться с вами, мисс Макдональд", - с небольшой улыбкой предложила Гермиона. - "Значит, вы профессор?" - "Профессор, учитель, преподаватель - все равно", - ответила Мэри, взмахом руки заняв место справа от места Энди за столом. - "Я преподавала в Салеме уже несколько лет после получения высшего образования, мисс Грейнджер. Сейчас, когда Англия снова находится в руках здравомыслящих ведьм и волшебников, я почувствовал, что пришло время вернуться домой. Я слышал, что в этом году вы стали старостой. Мистер Поттер очень хвалит вас", - пояснила Мэри, увидев удивленное выражение лица девушки. - "Пожалуйста, зовите меня Гермиона", - предложила покрасневшая ведьма. - "Директриса МакГонагалл разрешила нам, пропустившим седьмой год из-за войны, вернуться в этом году и сдавать ЖАБА. Поскольку в этом году студентов гораздо меньше, она попросила, чтобы я выполняла обязанности старосты". - "Не то чтобы ты этого не заслуживала, Грейнджер", - сказала Дафна с порога, когда она вошла вместе с Трейси. - "Все в нашем классе знали, что ты будешь старостой. Ты гораздо чаще других соблюдала правила и получала хорошие оценки", - добавила она, проходя к месту слева от Гарри. Волшебник встал и отодвинул стул для Дафны, затем сделал то же самое для Трейси, после чего вернулся на свое место за столом. - "Не думаю, что кто-то еще на нашем курсе хотел бы этого так сильно, как ты", - проворчала Трейси. - "Лично я бы этого не хотела. На нас и так слишком много давят с нашими ЖАБА, чтобы еще и добавлять к этому обязанности старосты. Кроме того, я была уверена, что меня все равно не будет на последнем курсе". - Заметив вопросительные взгляды собравшихся за столом, пурпурно-волосая ведьма пояснила. - "Моя мама была уверена, что выдаст меня замуж при первой же возможности. Я даже удивлена, что она еще этого не сделала". Гарри только и смог, что сдержать гнев, вспомнив свой предыдущий разговор с матриархом Дэвисов. - "Да, но... я очень рад, что она этого не сделала", - выдавил он из себя, чем вызвал робкую улыбку бывшей слизеринки. Все, что он собирался еще сказать, замерло на его губах, когда в комнату вошла Энди. Гермиона, видимо, почувствовав, кто пришёл, поспешно опустила глаза на руки, лежащие на коленях, чувствуя себя одновременно и виноватой, и смущённой из-за своего поступка. При виде старшей ведьмы у Гарри буквально перехватило дыхание. На ней было обычное для ведьм платье, правда, светло-пастельного голубого цвета с белыми кружевами на широкой груди. Белые кружева, казалось, скорее подчеркивали, чем умаляли достоинства женщины, как бы намекая на то, что скрывается под ними. В отличие от обычаев волшебников, где женщины прикрывали практически всё, платье Энди не имело рукавов, оставляя обнажёнными длинные алебастровые руки. Гарри узнал в этом платье то самое, которое было на ведьме раньше, только оно было кардинально изменено. Пожалуй, более шокирующей, чем платье ведьмы, была сама женщина. Косметика искусно подчеркивала тонкие скулы Энди, а легкий слой румян подчеркивал цвет ее щек. Бледный оттенок помады со вкусом украсил губы, подчеркнув их выразительность. Самым поразительным изменением стали волосы. Исчезли длинные черные локоны, которые так напоминали ее сестру Беллатрису. Вместо этого Энди сделала короткую стрижку-пикси, демонстрирующую оголенный затылок. Ведьма выглядела на десять лет моложе, и Гарри подумал, что она никогда не выглядела так красиво. Первым признаком того, что рядом с Гермионой кто-то стоит, стало появление голубого платья в периферийном зрении. При появлении старшей ведьмы в комнате воцарилась полная тишина. Гермиона не знала, но именно шок от появления Энди, а не предстоящая конфронтация между двумя ведьмами, лишил их всех голоса. Что я ей скажу? Лихорадочно думала Гермиона. Я должна извиниться и надеяться, что она не возненавидит меня, ведь мы, очевидно, какое-то время будем жить под одной крышей. Юная ведьма подняла голову и открыла рот, чтобы заговорить, как вдруг обнаружила, что её руки заняты визжащим и корчащимся малышом. Тедди быстро протянул руку и схватил две горсти волос. - "Мое!" - громко заявил мальчик и попытался засунуть одну руку в рот - с волосами и всем остальным. В результате ребенок скорчил гримасу, и ведьма, державшая его, заулыбалась. - "Здравствуйте, сэр", - промурлыкала Гермиона, когда её поведение резко изменилось. - "Вы, должно быть, Тедди, о котором я так много слышала от вашего крёстного. Он не сказал мне, насколько вы красивы". - Дальнейшие слова были потеряны, так как черты лица Тедди медленно менялись, пока не стали похожи на черты лица Гермионы. - "Он такой же, как его мама!" - Гермиона задохнулась. - "Ты не сказал ей?" - укоризненно спросила Энди, переведя взгляд на Гарри. Она предполагала, что Гермиона будет чувствовать себя очень несчастной из-за случившегося. Старшая ведьма с годами усвоила, что иногда лекарством от такого состояния является отвлечение. Нет ничего более отвлекающего, чем ребёнок, который может изменить свою внешность, - размышляла она. - "Да, ваш крестник унаследовал метаморфические способности Доры", - ответила Энди, возвращаясь взглядом к ведьме, державшей на руках внука. -"Как-то вылетело из головы", - пробормотал Гарри, немного защищаясь. - "Я был очень занят последние несколько месяцев", - благоразумно пробормотал он про себя, чтобы дамы не услышали. - "Кажется, было много вещей, о которых мне не сказали", - заявила Гермиона, почти идеально соответствуя укоризненному тону Энди. Молодая ведьма подняла на Энди извиняющийся взгляд. - "Миссис. Тонкс, мне очень жа... подожди, что вы сказала? Мой крестник?" - Гермиона запнулась. - "Все в порядке, мисс Грейнджер", - с теплой улыбкой ответила Энди, успокаивающе положив руку на плечо сидящей ведьмы. - "Я знаю, вы подумали, что это моя сестра вышла из огня, а не я. Вы не первая, кто так ошибается", - призналась она, бросив быстрый взгляд в сторону Гарри, отчего волшебник съёжился почти так же, как Тедди на коленях у Гермионы. - "Надеюсь, моя новая внешность не позволит повториться тому же самому?" - спросила Энди, смущенно поднимая руку, чтобы потрогать короткие волосы за ухом. Гермиона быстро кивнула в знак заверения. - "Как я уже говорила одному нашему общему знакомому волшебнику", - продолжила Энди, снова бросив взгляд на Гарри, - "я уже не такая ловкая, как раньше, поэтому уклоняться от заклинаний сейчас немного сложнее". - "Мне очень жаль, что так получилось, миссис Тонкс", - призналась Гермиона. - "Я даже не понимала, что делаю". - "Просто Энди", - поправила ее старшая ведьма. - "Я и так чувствую себя старой, когда здесь столько молодых привлекательных женщин, без "миссис Тонкс", которое напоминает мне о моем возрасте. Отвечая на ваш вопрос, скажу, что в своем последнем завещании Дора указала вас в качестве крестной матери Тедди", - пояснила Энди. - "Я думала, что Гарри уже сообщил вам об этом, ведь он знает об этом уже некоторое время". - Обе ведьмы одновременно повернулись к сжавшемуся волшебнику и окинули его пронзительным взглядом. - "Да..., ну...., я собирался сказать ей, когда она приедет", - запинаясь, произнёс Гарри, теряясь под их пристальными взглядами, - "но всё осложнилось раньше, чем я успел". - Остальные три присутствующие ведьмы смотрели на него, но молчали. Им не потребовалось много времени, чтобы узнать, что случилось с Энди под воздействием палочки Гермионы. Дафна обнаружила отдыхающую ведьму на диване и спросила, что случилось, так Трейси и узнала. Полумна, похоже, просто знала, возможно, это Нарглы держали её в курсе событий. - "Он прав", - заметил Энди. - "Может быть, нам стоит его простить?" - "Возможно", - отозвалась Гермиона как раз перед тем, как они оба отвели взгляд от волшебника. Гарри издал тихий вздох облегчения. - "Здравствуй, Тедди. Я твоя крёстная мать, Гермиона", - обратилась она к Тедди, чьи волосы теперь были каштановыми. Глаза, похожие на ее собственные, уставились на нее в ответ, прежде чем на лице ребенка появилась широкая улыбка. - "Моя!" - Тедди еще раз заявил, чтобы все знали, что ведьма - его личная собственность. Энди вспомнила, как он поступил точно так же при первой встрече с Гарри. - "Да, но я уверена, что все уже проголодались", - извинилась Энди, забирая Тедди из рук Гермионы. Ей понадобилась помощь Гермионы, так как Тедди, похоже, не собирался в ближайшее время отпускать волосы ведьмы. Освободившись, Энди усадила малыша на стульчик рядом со своим местом за столом. Обычно рядом с ней сидела Полумна, и они по очереди присматривали за Тедди, но сегодня маленькая ведьма переместилась на другое место, так что сегодня она сидела рядом с Гермионой. Как только Энди уселась, появилась еда. За ужином каждый из них рассказывал о том, как прошел день. У Энди был довольно напряжённый день в больнице Святого Мунго, и в этом не было ничего необычного. Гермиона рассказала о поездке на Хогвартс-экспрессе, а затем ей пришлось объяснять легенду о восьмидесяти шкафах, в которую верили хаффлпаффцы. Гермиона оказалась очень заинтересованной, когда Энди, к большому смущению Гарри, пересказала историю о том, как они отправились в магазин женского белья и как Гарри в ужасе убежал. "Итак, Энди", - начала Дафна, когда в разговоре наступило затишье, - "я слышала, что сегодня у вас был довольно жаркий день?" - "Настоящее пекло", - ответила Трейси. Гермиона, уверенная, что речь идёт о её нападении на Энди и о том, что она едва не покалечила ведьму, почувствовала, как её щёки пылают от смущения. Если бы не быстрое вмешательство Гарри, Энди упала бы обратно в пламя. Все упоминания о жаре должны были быть именно об этом, она была уверена в этом. Юная ведьма опустила голову от стыда. Тот факт, что Гарри присоединился к ним, Все упоминания о жаре должны были быть именно об этом, она была уверена в этом. Юная ведьма опустила голову от стыда. Тот факт, что Гарри присоединился к нам, только усугубил ситуацию. - "Она действительно выглядела немного помятой, когда пришла домой", - криво усмехнулся Гарри, понимая, что делает Дафна. Немного юмора не помешало бы Гермионе забыть об этом инциденте. - "Запекшейся, без сомнения", - заявила миниатюрная Рейвенкло. - "Фрикасе", - предложила Мэри, чтобы не остаться в стороне, когда до неё дойдёт, что происходит. Смущение Гермионы переросло в недоумение. Все эти упоминания о кулинарии привели девушку в замешательство. И уж точно они не звучат недоброжелательно, подумала она. - "Даже тушеная", - ответила Дафна, когда до нее дошла очередь. - "Может быть, запеченная?" спросила Трейси, слегка хихикнув. - "Жареная?" спросил Гарри, изогнув бровь. - "Ее гусь точно приготовлен", - подсказала Луна. Однако именно сама Энди заставила всех, даже Гермиону, захихикать. - "Фламбированная - это тот термин, который вы ищете, я думаю", - предложила она. Гермиона захихикала, подняв руки в знак капитуляции. - "Хорошо. Я поняла", - призналась она, чувствуя, как прежнее смущение покидает ее. - "Я чуть не угробила Энди". Дафна озадаченно наморщила лоб, поскольку маггловский термин был ей незнаком. - "Она не очень-то хороша в этом деле, правда?" - сказала она Гарри, но достаточно громко, чтобы все ее слышали. - "Она исправится", - ответил Гарри с широкой ухмылкой, глядя на обиженную ведьму справа от себя. Напряжение спало, и разговор снова вернулся к праздной болтовне. Гарри откинулся на спинку стула и потягивал свой напиток, скользя взглядом по столу. Гарри медленно улыбнулся, осознав, что жизнь, хоть и суматошная и не такая, как он ожидал, но гораздо лучше, чем когда-либо прежде. Никто не пытается его убить, за столом полно красивых, умных ведьм, которые ему очень дороги. Жизнь была хороша! Вернувшись в свои комнаты после ужина, Гарри уставился на письмо, которое ждало его. Мистер Поттер, Я снова вернулся в Лондон. Я назначил нашу встречу в Гринготтсе на 9 часов утра. Я возьму с собой палочку Дафны, чтобы мы могли договориться о встрече. Я надеюсь, что Дом Блэк заботился о ней в мое отсутствие и что она в добром здравии. С уважением, Джеральд Гринграсс