5. Приказ

      Со дня рождения Арианы прошло около трёх недель. Поцелуй Казуторы никак не выходил из головы, но самое страшное было то, что за это время парень больше даже не взглянул на Хирай. Она не понимала, что он делает и какую игру ведёт. Было обидно, что лучший друг после того, как украл её первый поцелуй, просто слился. В этом все мужики! Риана злилась и старалась просто забыть произошедшее.       За прошедшие три недели девочка немного сблизилась с Норой. Не смотря на слова Ханемии, после нескольких разговоров Ариана подумала, что Аой не такая уж и плохая. Она такая же жертва обстоятельств, как и сама Хирай.       Когда стало понятно, что Казутора перестал помогать адаптироваться и общаться с подругой, на его место пришла Ёсида. Девушка рассказывала о том, что происходило в колонии раньше, сколько она отсидела и сколько ещё придётся провести здесь времени.       Закончилась ещё одна неделя, и наступили выходные. Что-что, а выходные в колонии не отличались сильной строгостью. Заключённые были в праве сами выбирать, как проводить время, за исключением плановых прогулок и утренней зарядки.       Обычно Риана проводила выходные дни в комнате, читала или рисовала. Заняться особо было нечем. Несколько раз она ловила себя на мысли, что жизнь в колонии не сильно отличалась от той, что была в квартире отца. Только здесь никто не орал на неё за малейшую провинность. Неужели она уже привыкла? Похоже, это было так. Однако в колонии были другие проблемы, вызывающие постоянное напряжение. Многие заключённые смотрели на Риану как хищники на жертву, присматривались. Это был лишь вопрос времени, когда кто-то из них начнёт действовать.       Эти выходные начались уже привычно: подъём в восемь, обязательная зарядка, завтрак и свободное до обеда время. Когда Ариана вернулась в комнату после завтрака и разминки, она собиралась сесть порисовать. Настроение было, на удивление, хорошим. Недавно приезжал Накадзима и подарил девушке новый скетчбук. В последне время рисование стало её любимым занятием, и мужчина подметил эту деталь из писем девочки. Так-то полицейский многое замечал, даже если сама Риана об этом не упоминала. Он словно понимал её лучше, чем собственные родители.       Когда Риа уже открыла альбом и взяла карандаш, дверь в комнату открылась. На пороге стояла Аой. Девушка выглядела растрёпанной, а на шее под серой рубашкой виднелись красные, почти багровые следы. Очевидно, она пришла после встречи с Датенши. Соседка не редко жаловалась на грубость парня, но отказывать ему боялась. «Он сильнее. Я ничем не смогу ему противостоять», — говорила она.       Будучи обычным наблюдателем, Хирай могла только посочувствовать, хотя помогать не очень-то и хотела. При разговорах об Акире ей хотелось просто сменить тему.       — Это опять он? — нахмурившись, спросила Хирай, наблюдая, как соседка входит в комнату и направляется к ней.       — А? — на мгновение девушка растерялась, словно не поняла, о чём говорит Риана, но почти сразу изменила поведение. — Да. Не бери в голову, — отмахнувшись, Нора подошла к «подружке» и присела бедром на край стола.       Девочка немного недовольно наблюдала за соседкой, ожидая каких-то причин, почему она так просто отмахивается от проблемы. Заметив неоднозначную реакцию Хирай, девушка слабо улыбнулась.       — Я привыкаю. Всё в порядке, — успокаивающе добавила она. При взгляде на открытый блокнот улыбка на лице девушки стала отчетливее. — Знаешь, а у нас похоже завтра появится соседка, — она закрыла скетчбук Рианы и заглянула в её янтарные глаза.       Во взгляде подростка проскользнуло любопытство, но в тоже время стало тревожно. Какой она будет, эта соседка? Что если будет какая-то быдловатая грубиянка? Вероятно, будет тяжело.       Заметив реакцию девочки, Нора положила руку на её плечо, как бы поддерживая и успокаивая, прежде чем продолжила говорить.       — А ещё с завтрашнего дня здесь меняется управление. Будь осторожна, а то вдруг новый директор захочет выслужиться, — девушка подмигнула ей так, как будто намекала на что-то, но Риана не поняла на что. — Пойдём прогуляемся? — предложила Аой, резко меняя тему. — На улице погода классная.       Новость о новом директоре пролетела так, невзначай, а следом и тема сменилась, отчего у Хирай не было времени осмыслить этот факт. Девочка недовольно нахмурилась прозвучавшему предложению.       — Там холодно, — в голосе Хирай отчетливо звучали нежелание выходить и скептицизм.       — Да ладно тебе. Не холодно, а свежо.       Не дожидаясь ответа, Аой схватила Риану за руку и повела к выходу из комнаты, та даже возразить не успела. Уже в коридоре девочка вырвала свою ладонь из руки спутницы и пошла рядом с ней. На лице брюнетки читалось очевидное недовольство. Её немного бесило, что Нора ведёт себя так, будто они близкие подружки «не разлей вода». Пусть они и сблизились, но до как таковой дружбы было ещё как до Китая.       Нора вела соседку по коридорам, не задумываясь. Она направлялась не к выходу на внутренний двор, а уверенно пропустила нужный коридор, уводя школьницу по какому-то неизвестному ей маршруту. Девочка чётко заметила это, когда Аой прошла мимо открытых массивных металлических дверей. Она напряжённо замедлила шаг. Что-то было не так. Девочка и не заметила, как в коридорах становилось всё меньше людей, а после они вовсе не исчезли. Их не было совсем.       — Аой, а где все охранники? — встревоженно поинтересовалась Хирай, стараясь не выдавать появившегося волнения.       — В этой части здания их нет. Она не используется, — отмахнулась девушка, продолжая путь.       А ведь правда. Коридоры, к которым вывела Ариану Аой, все выглядели так, будто эта часть здания заброшена: облупившаяся в некоторых местах краска, потрескавшийся потолок, старые двери с заметной ржавчиной и едкий запах сырости и пыли, вызывающей приступ тошноты и желание откашляться.       — А почему она открыта? Я думала, что неиспользуемые части зданий в таких учреждениях закрывают... — она настороженно оглядывалась, почти останавливаясь.       — Просто нужно знать время, — с улыбкой произнесла девушка, а в голове прозвучало продолжение: «И людей». Но этого она не сказала.       Шатенка спокойно продолжала идти, ни на секунду не останавливаясь, а Хирай задалась вопросом: почему Ёсида была так уверена, что она сейчас продолжит идти с ней? Продолжать путь совсем не хотелось. Здесь было холодно, темно и страшно. Они здесь были одни, и девочка пока не понимала, зачем её сюда привели. Хирай была в шаге от того, чтобы развернуться и пойти обратно в спальню. Но она не помнила дорогу, поэтому была вынуждена идти вперёд.       Когда они остановились перед какой-то дверью, из-под которой на полу виднелось слабое свечение, Ариана поняла, что здесь точно что-то не так. Откуда здесь свет? Именно в этот момент в голове прозвучали слова Казуторы: «...химера. Ей никогда нельзя доверять...» — а по телу пробежал холодок. Девочка собралась развернуться и бежать назад по памяти, но Ёсида и шанса на это ей не дала. Она схватила соседку за руку и затащила в комнату. Риана даже пикнуть не успела, когда двери за их спинами захлопнулись.       Плечи Хирай непроизвольно дёрнулись от грохота. Девочка сжалась, нервно озираясь. В комнате было темно, что по углам разглядеть хоть что-то было просто нереально. Свет исходил от нескольких свечей, которые давали основания для того, чтобы предположить, что электричества тут не было. Ариане понадобилось несколько секунд, чтобы немного адаптироваться и сориентироваться.       Народа внутри было не много: человек пять вместе с Норой. Один находился у двери, двое — рядом с Акирой, а сама девушка — позади Рианы. И это, наверное, только те, к кому Датенши был настроен благосклоннее всего. Его, так называемые, «подчинённые» — придурки без собственного мнения и чувства собственного достоинства, готовые беспрекословно пресмыкаться перед тем, кто сильнее.       Под взглядами всех присутствующих заключенных у Рианы перехватило дыхание. Она не понимала, что происходит. Все эти люди — в основном парни — с разными выражениями на лицах будто ждали чего-то… Или кого-то.       — А вот и ты... — лениво произнёс дьявол.       Акира сидел на полу, самодовольно ухмыляясь с зажатой между пальцев дымящейся сигаретой, а вокруг него в разных частях комнаты стояли остальные заключённые.       Хирай почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что здесь происходит? Зачем он их собрал? А главное: зачем Нора её сюда привела?       Сдерживая подступающий вязкий комок нервов, девочка отступила назад, но тут же столкнулась с плечом Аой, которая, так кстати, стояла позади, закрывая собой выход.       На лице Датенши заиграла ухмылка. Парню льстило то, насколько сильно его боялись. Он лениво затушил сигарету и указал ей взглядом на место напротив себя.       — Сядь.       Он не спрашивал — приказывал. Ему было без разницы, что думала Хирай, он ожидал выполнения приказа.       Девочка не стала возникать. Ей было до чёртиков страшно. Ариана подошла на два шага, остановившись в двух метрах от Датенши, медленно опустилась на пол и сложила руки на коленях.       Оценив то, как далеко от него села девочка, парень с насмешкой хмыкнул.       — Не трясись так, я не кусаюсь, — несколько мгновений он наблюдал за ней, нагнетал обстановку молчанием. — Я решил, что ты слишком долго привыкаешь... Не понимаешь, насколько всё серьёзно. Не вписываешься.       Когда он начал свою речь, Ариана почувствовала, как по телу бегут мурашки. Что дальше будет? Она станет как Нора? Нет. Она же слишком маленькая. Они же не осмелятся, да?       Она очень надеялась на то, что даже у таких отбитых придурков есть хоть какие-то принципы, но где-то далеко на подкорках она знала, что это ошибка. Нет у них принципов.       Датенши махнул кому-то рукой, потом достал новую упаковку сигарет, вскрыл и, взяв одну себе, протянул пачку девочке. Хирай несколько долгих секунд смотрела на протянутые сигареты прежде, чем из-под ресниц глянуть на парня, о чём моментально пожалела. Его взгляд был пронизывающим, он так и кричал о том, что если она откажется от сигарет, то произойдёт что-то страшное. Словно то, закурит она или нет, могло показать её отношение к парню. И если оно негативное, то ей же хуже.       «Это проверка? Неужели он так со всеми? Что мне делать?» — мысли сменялись очень быстро, вызывая панику. Но и та никак не могла выбиться наружу, проявляясь лишь в дрожащих пальцах, тянущихся за сигаретами.       На лице дьявола заиграла едва заметная усмешка — уголки его губ поднялись вверх, показывая довольство её выбором. Не долго думая, Акира подпалил край своей сигареты и сделал тоже с той, что была зажата между пальцев Хирай.       Все это происходило в полной тишине. Взгляды всех присутствующих были устремлены на девчонку, которая, казалось, от стресса была готова отключиться. Никогда в жизни Риана раньше не курила, но не раз видела, как это делал отец. Не смотря на это, она долго и пристально смотрела на тлеющую сигарету, не решаясь сделать затяжку.       Казутора наблюдал за всем из тени. Он знал, что в углу его будет не видно, поэтому встал подальше, чтобы подруга его не видела. Наблюдая за происходящим, парень всё крепче сжимал кулаки и челюсть, лишь бы не сорваться на «главаря», который переходил все границы. Он буквально издевался над Хирай и не скрывал этого. А может, Датенши делал это ему на зло?       В конце концов, затаив дыхание, девочка прильнула к фильтру сигареты губами и втянула через неё воздух, как через тугую коктейльную соломинку. Тяжёлый, едкий дым крепкого табака ворвался в рот и горло, обжигая своим жаром нёбо и вызывая сухость. Горло начало саднить как при аллергии. Казалось, ей в глотку втыкали иголки, которые раздирали её поверхность. В груди что-то болезненно дрогнуло, а затем из неё вырвался грубый, сухой кашель.       Это даже полноценной затяжкой было не назвать, ведь правильно это делать она не умела, но и того малого количества дыма, попавшего в лёгкие, было достаточно, чтобы ударить в голову. Не то от недостатка кислорода, не то от воздействия табака голова у Арианы начала кружиться, словно земля под ней качнулась. В глазах на секунду потемнело, а тепло в груди стало тяжёлым, как если бы на неё положили камень. Эти эффекты постепенно прошли, оставив после себя неприятное, смолистое послевкусие во рту.       Акира, словно не замечая мучений собеседницы, спокойно сделал ещё одну затяжку и, выдохнув дым, продолжил.       — ...Я решил дать тебе небольшое задание, — парень, который отходил вернулся и положил на пол между ними какой-то свёрток прямоугольной формы, по которому сложно было определить что внутри. — Если откажешься или не справишься... — он сделал короткую паузу, словно думая, стоит ли договаривать. — А в общем-то, не будем о плохом.       После слов Датенши воображение само дорисовало возможное развитие событий, она видела, как многие заключённые измывались над теми, кто был слабее. И если в школах это как-то регулировалось и редко доходило до крайностей, то здесь могли даже забить до смерти или, что чаще происходило, довести до суицида. Риана сама слышала о таких случаях от Аой, хотя за эти несколько месяцев здесь ничего такого не видела.       — Чт... — голос дрожал, а слова застревали в горле, когда девочка пыталась заговорить. Понадобилась пара секунд, чтобы собраться с мыслями. — Что мне нужно сделать?       Сговорчивость Рианы ему очень нравилась. Акира молча пододвинул сверток в её сторону и продолжил:       — Ничего сверхъестественного. Просто передай это жильцу пятнадцатой комнаты. Он там один живёт. Так что не ошибёшься.       Тяжело сглотнув, Хирай немного расслабилась и потянулась к свёртку.       — Это всё?       — Да. Можешь идти. Только не попадись надзирателям, — с этими словами сам парень поднялся и направился к двери, а вслед за ним и все остальные, как псы за хозяином.       Только когда все вышли, сама Риана тоже поднялась и пошла к выходу. Казутора не двигался с места, пока дверь за девочкой не закрылась. Наконец, оттолкнувшись от стены, парень затушил почти догоревшие свечи и, спрятав их, чтобы надзиратели не нашли, тоже ушёл.       Тем же вечером Ариана дождалась отбоя и тихо покинула комнату, чтобы выполнить задание. Весь вечер она думала, стоит ли его выполнять. Гадала, чем это для неё обернётся, но не имела и понятия. Страшно было браться за выполнение, но ещё страшнее было отказаться. Нора всё время сидела в комнате, будто присматривая за Рианой. Неужели приказ Датенши? Хирай уже поняла, что Аой доверять нельзя. Казутора был прав.       Если Ёсида действительно выполняет приказ дьявола — значит, что если девочка струсит, то Акира об этом узнает первый. У неё уже не было возможности отказаться.       После отбоя, когда надзиратели проверили всех на наличие в комнатах, Ариана поднялась с кровати и тихо прошла к двери. Прислушавшись, она убедилась в том, что за дверью никого нет, и медленно, почти бесшумно покинула комнату.       В коридорах было темно из-за отсутствия окон. Также там было пустынно, как в самых глубоких пещерах мира, хотя и там туристы появлялись чаще, чем люди в этом тёмном пространстве. В темноте коридор, уходящий в обе стороны от неё, усеянный дверями, напоминал бесконечно уходящую пустоту. Она не видела ничего дальше вытянутой руки.       Риана ещё никогда не покидала комнату после отбоя. Ощущение того, что с каждым шагом она приближается к проблемам, не покидало. Стараясь не думать о том, что будет, если её поймают, Хирай с тревогой сделала первый шаг в темноту.       Лестницы находились по обе стороны коридора, но только одна была дальше всего от возможной опасности в виде охраны, ведь находилась в другом конце корпуса. Туда она и пойдёт.       Весь жилой корпус по сути был общим, но разделён по этажам. Во избежании каких-то неприятных и неловких ситуаций всех заключённых разделили: девушки находились на втором, а парни — на первом. И там, и там были свои туалеты и душевые, поэтому никому от этого хуже не было. Хотя днём в свободное время все жили, как хотели.       Продвигаясь по коридору вдоль стенки, Риана старалась не издавать лишних звуков. Её старания чуть не пошли крахом, когда стенка закончилась, а под ногами появились выступы ступенек. Она едва не упала, но вовремя успела ухватиться за край перил и восстановила равновесие. Нужно было пройти ещё дальше и начать спускаться, но так можно было убиться, поэтому каждое движение было осторожным и обдуманным.       Наконец, оказавшись на первом этаже, девочка подошла к первой попавшейся двери, чтобы посмотреть её номер, но тут взгляд привлекло светлое пятно дальше по коридору. Из-под одной двери лился свет, полоска которого попадала на под через щель внизу. Свет был тусклым и слабым, вероятно, это свет настольной лампы.       «Кто-то ещё не спит?» — подумала брюнетка. — «Нужно быть потише», — с этими мыслями она принялась выискивать нужную комнату.       Оказалось, что пятнадцатая — это как раз та самая, из которой шёл свет. Несколько секунд она стояла на месте, не решаясь постучать, но по итогу всё же сделала это так тихо, как только могла.       Стук костяшек по металлу пролетел по коридору эхом, заставив брюнетку задрожать от напряжения. Дверь открылась почти сразу, и на пороге показался худощавый бледный парень с мешками под глазами и ненавидящим всё вокруг взглядом. Он казался всего на пару лет старше самой Арианы. Ничего не говоря, он забрал «посылку» и просто закрыл дверь, да так резко, что грохот ударил по ушам и заставил бедную Хирай в ужасе уносить ноги, ведь этот шум слышал скорее всего весь этаж, если не всё общежитие.       Она даже задуматься не успела над произошедшим, когда уже стояла в комнате, прижимаясь спиной к двери и тяжело дыша. Руки трясло от страха, а глаза бегали по помещению. В коридоре послышались шаги и голоса надзирателей. Девочка с колотящимся в истерике сердцем поспешила лечь в постель, чтобы не вызвать подозрений, и прижала к себе игрушку.       Когда шаги остановились ровно за дверью их спальни и через маленькое окошечко просочился свет фонарика, она затаила дыхание. В голове, как мантра, повторялась одна единственная фраза:       «Лишь бы они не зашли. Лишь бы не вошли в комнату», — держать трясущиеся руки спрятанными было непросто, но как только свет потух и шаги начали отдаляться, девочка смогла выдохнуть.             Ариана почти не спала. Каждые пару минут её глаза открывались сами собой, и она вслушивалась в тишину комнаты, будто ожидая шагов за дверью. Но ночь прошла спокойно, хотя для самой Хирай это невозможно было назвать спокойствием. Её мозг постоянно воспроизводил картинки того, как он передаёт свёрток, а после этого её ловят.       К утру тело казалось ватным. Девочка едва встала на зарядку, а на самой разминке её движения были будто замедленными, а взгляд — рассеянным. Надзиратели, конечно, не придали этому значения, ибо довольно часто подростки просто ленились выполнять упражнения.       Завтрак прошёл так же, как и всегда. Голоса подростков терялись в металлическом звоне посуды, из-за чего голова Арианы разболелась. Кто-то сзади смеялся, и девочке казалось, что причиной смеха является именно она. Ей казалось, что все знают, чем она занималась вчера, и что она сильно облажалась. Нора сидела рядом с Арианой, она говорила с соседкой, но та никак не отвечала. Хирай даже не слушала то, что говорит её «подружка».       Нехотя девочка прикончила завтрак, сдала посуду и отправилась в свою комнату. Сейчас должно было быть свободное время. Ариана только достала все принадлежности для рисования, когда голос по громкоговорителю объявил:       — Объявление: сегодня в одиннадцать часов все заключённые должны явиться в спортивный зал. Настоятельно рекомендуется нигде не задерживаться.       Хирай закатила глаза. Ей так не хотелось идти на собрание. Зачем им этот пафос? Хотя это хоть что-то интересное в скучной жизни заключённых. Поскольку до сбора ещё было время, девочка решила всё же заняться своим любимым хобби. Карандаш привычно лёг в пальцы, но линии на бумаге выходили неровными, дрожащими, словно её внутреннее состояние пыталось вырваться на бумагу.       В этот момент в коридоре послышались шаги. Сначала они звучали довольно обычно, но Ариана всё равно боялась, что это пришли за ней. Через несколько секунд шагов за дверью стало очень много, а кто-то и вовсе бежал.       Ариана подняла голову. Сначала она подумала, что ей это всё кажется, ведь в колонии всегда шумно, но она уловила в голосах за дверью что-то не то. Они все были слишком... Тревожные.       — На первом этаже что-то случилось, — единственная фраза, которую разобрала Хирай.       Девочка вздрогнула. Сердце будто опустилось вниз, а пальцы затряслись. Она сразу же встала и рванула к двери, но остановилась у порога, боясь выглядывать наружу. Ариана пыталась подслушать, но слышала лишь обрывки фраз, которые никак не складывались в общую картину. За дверью раздался крик взрослого мужчины, зазвучали какие-то команды, из-за чего стало ещё страшнее.       Любопытство и тревога победили осторожность, поэтому Ариана медленно приоткрыла дверь и вышла в коридор. Там уже собрались девочки из соседних комнат, и каждая пыталась понять, что происходит.       — Говорят, что на первом этаже... — прошептала одна из девушек, но тут же осеклась, заметив бегущего надзирателя.       Риана старалась не выделяться, поэтому пошла за толпой заключённых, которые так и норовили сунуть свои носы в чужие дела. В груди у девочки неприятно тянуло, ноги пошатывались, но останавливаться было нельзя. На первом этаже собралась куча народа. Заключённые толкались и переговаривались, их голоса смешивались в гул.       — Он что, реально повесился?       — На завтраке его не было.       — А я видел его вчера вечером в душе!       — Как он вообще это сделал?       Ариана пыталась вслушиваться во все разговоры сразу, но в итоге получалась какая-то каша из фраз. Она попыталась протиснуться ближе к той самой пятнадцатой комнате. Дверь была распахнута настежь, в проёме мелькали силуэты надзирателей. Один из них, видимо главный, отдавал приказы. Другой что-то фотографировал. Третий делал записи.       — Все в сторону! Живо! — рявкнул один из охранников, размахивая руками. — Никому не подходить!       Толпа только сильнее зашумела. Из-за широкой спины надзирателя Ариана всё-таки смогла разглядеть, что происходит в комнате. Прямо у окна болталось худое тело. Парень будто парил в воздухе. Но люди же не умеют летать.       Дыхание Хирай сбилось, а в глазах потемнело. Она увидела его всего на миг, но ей этого хватило. Тот самый парень, который сегодня ночью молча забрал у неё свёрток, сейчас безжизненно висел, привязанный к лампе.       — Все по комнатам! — раздался новый приказ. — Быстро!       Заключённые начали неохотно расходиться, при этом продолжая возбуждённо перешёптываться. Те, кому довелось хоть глазком заглянуть в пятнадцатую комнату, рассказывали об увиденном остальным. Только Ариана шла, опустив взгляд вниз. Она была виновата в его смерти.       Всю дорогу до комнаты в голове крутился всего один вопрос: «А что будет дальше?». От нервов в висках стучало, а перед глазами рябило. Риана даже не заметила, как добралась до комнаты, где Аой уселась за стол, а сама девочка бессильно скрючилась в позу эмбриона и прижала к себе игрушку.       Даже высказаться было некому. Казутора её игнорировал, а Нора уже дала понять, что доверять ей плохая идея.       «Верёвка была в посылке?... Но как Акира её достал?» — это был вопрос, ответа на который никто не даст. Её просто подставили — это факт. — «Что будет дальше? Меня же не отправят в карцер?» — по телу пробежал холодок. Она помнила, как Аой о нём рассказывала. Всех сильно провинившихся отправляли туда на изоляцию. Хирай и представить не могла, что будет делать в полном одиночестве сутки напролёт.       От мыслей о худшем голова разболелась. Время пролетело как пыль во время бури — стремительно и незаметно. Когда настало время идти в спортзал для встречи с новым директором, Ариана попыталась взять себя в руки и поднялась с постели. К её удивлению, Ёсиды в комнате не оказалось. Похоже, она ушла раньше. Но зачем?