4.1

      Наряд лесного погранпоста бурно обсуждал донесение по радиосвязи. Стрельба в столице, жертвы и множество раненых, подозреваемые выходцы из колоний. Шок быстро сменился проклятиями в адрес всех зверолюдов на свете. Они перетекли в жуткие истории от некогда служивших в колониях знакомых, потом о политике и прочих вещах, уже далёких от изначальной темы.       Из-за поворота показался грузовик, уезжающий за границу. Вышедший дежурный поднял руку в знак остановки. Машина иностранной марки подъехала к посту, высокий кузов закрыт тканью. Дежурный подозвал одного из двух помощников, сам обратился к водителю:       — Приветствую, сэр. — тот опередил запрос, протягивая документ из окна. — Быстро вы управились, уже возвращаетесь?       — Товар оказался с браком, везу обратно на склад. — ответил водитель, пока выходил к дежурному — И ведь топливо за мой счёт, побрал бы их.       — Ясно. — он вернул бумажку и подал знак помощнику, тот направился к кузову.       — Что такое? Разве вы не помните меня? — забеспокоился водитель.       — Я всё помню. Вы слышали новости?       — Не слышал...       — В Фюрнесе произошло покушение, пострадали люди. Прошу прощения, но мой долг не допускать подобные катастрофы. — серьёзно сказал дежурный, раннее позабывший о долге за круглую сумму.       — Да... Как же... — занервничал водитель. К нему подошли в упор.       — Что у вас там, неучтёнку запрятали? — говорили в пол голоса — Ей богу. Но если я найду оружие...       Кузов пошатнулся с глухим стуком внутри. Оба кинули взгляд, затем первый продолжил:       — То тебя арестуют, как подельника.       — Помилуйте, с таким дел не имею. — ответили тем же шёпотом.       Удар о землю, из кузова спрыгнули.       — Споткну... — дежурного сбило с ног некой вспышкой, едва тот успел договорить.       Водитель в ужасе прижался к машине. Из груди упавшего кровоточила огромная рана, дымились края обожённой одежды. Со стороны кузова подошла высокая фигура в тёплом плаще.       — Я-я не хотел... — заикался водитель, глядя на хрипящее тело.       — Не нужно. — равнодушно прервал его мужской голос.       Распахнулась дверь поста. Вышедший кричал сдаваться, на ходу досылая патрон в карабин. Фигура что-то выхватила из кармана, направила руку и разжала ладонь. Снова эта вспышка, со звуком раздуваемого огня, сразила офицера ровно как предыдущую жертву. Колдун направился к посту спокойным шагом. Он отпнул оружие от раненого, осмотрел пост и стал возвращаться.       — Перенесите их внутрь. — сказал мужчина водителю, залезая в кузов.       Ему хотелось возразить, но сейчас явно не то положение. Дежурного с трудом взяли за окровавленные подмышки. Рана так и продолжала сочиться. Шофёр отвернулся, дабы не смотреть на это, правда у двери поста лежало такое же обезображенное тело. Когда наконец донесли первого, нащупали рукав другого и подтянули следом. Можно было уходить, но неописуемый хрип заставил рефлекторно обернуться. Его издало одно из застывших окровавленных лиц.       Шофёр выбежал с поста, поддавшись рвотному позыву. Фигура притащила за ворот третьего пограничника и положила к остальным. Как он был умерщвлён, непонятно — и не хотелось понимать. Колдун зашёл внутрь, было слышно, как двигали мебель и вываливали на пол содержимое ящиков. Шофёр дошагал к грузовику и невольно присел. На такое он не подписывался. Как это произошло? О каком покушении была речь?       Он нащупал тряпку в ящике за кабиной, старательно оттёр руки. Теперь они в пыли и саже, уж лучше так. Послышался удар по железу — колдун с ведром проткнул бак патрульной машины. Отнёс это на пост, вскоре вернулся и присел рядом с водителем. Ему опять поплохело.       — Забудьте обо всём, что вы видели. — сказал пассажир — Вас это не касается. Едем дальше, без лишних остановок.       Затем убийца вновь скрылся в недрах кузова. Водитель не медля прыгнул за руль, завёл мотор, поставил передачу и тронулся. Всё это время старался случайно не повернуть голову, к злосчастным кровавым дорожкам. Спустя какое-то время, боковое зрение уловило столп чёрного дыма в зеркале на двери.       На посту соседнего герцогства проблем не возникло. Машина проехала до предприятия в черте города, где отгрузила бракованный товар. Перед этим на заправке водитель не обнаружил пассажира, видно успел скрыться. Радоваться нечему, его можно встретить позже, когда дело дойдёт до ассигнаций от контрабанды.       Тем временем, скрывшийся неподвижно сидел у бульвара. В преддверии лета плотная одежда выглядела странно, но сейчас нет сил исправлять это. Даже его железный ум изредка поддавался усталости. Некогда воин, уроженец великих дюн, теперь вынужден сновать по бетонным джунглям гладкокожих. Вплетаться в их собственные интриги ради исполнения воли принца мёртвого королевства. Врагам и союзникам он известен как Сетос, среди них едва ли найдётся кто-то помнящий его родовое имя.       Он должен был сгинуть с защитниками, а не отправлять их остатки на убой. Всё это действо лишь проливает ненужную кровь. Никакие выходки не освободят колонию от завоевателей, пока они не ослабнут или её не отобьют другие. Даже когда это случится, поколения умеющих лишь сражаться уйдут в наёмники, а кровь оставшихся смешается с народом нового хозяина. Их родина обречена на вымирание. Опытный офицер более других осознавал это, но остаётся с нею до конца. Сменятся времена, падут прежние нравы, но однажды данная клятва угаснет только вслед за душой.       Сетос собрался мыслями, нельзя ослаблять бдительность. Едва ли здесь безопаснее, чем в Мирее. Лавения маленькое государство, которому не посчастливилось оказаться между двух огней — Мирейской Империей и Домийской Республикой. Когда-то давно народы обеих стран проживали в этих землях, но со временем мигрировали в разные стороны. Оставшиеся основали Лавению, независимую сначала благодаря силе, потом торговле и международному праву.       Но участники союзов обрывают связи — конвенции всё более теряют смысл. Ныне два давних соперника открыто оспаривают принадлежность герцогства, приводя аргументы тысячелетней давности. Военные и экономисты заинтересованы его выгодным расположением, а простые умы возвращением исторической родины.       Город кишит шпионами различных сторон, к одному из них сейчас следует наведаться. Сетос пошёл по залитым солнцем улицам. Не в пример прежней стране, здесь не было предубеждений к иным расам. Встречались прохожие нестандартного телосложения, или торчащие из-под шляп и фраков хвосты и уши. Но ему нельзя было перестать прикрывать лицо воротом; да и не хотелось, хладнокровным чешуйчатым предпочтительнее оставаться в тепле.       Он завернул в общеизвестный квартал публичных домов. Из двух рядов открытых дверей разносились весёлые звуки роялей и скрипок. Всё вместе это сливалось в какофонию, столь же неоднородную, как здешние посетители. Спустя время Сетос зашёл в нужную дверь. В нос ударил приторный запах духов и уксуса, последний немощно пытался нейтрализовать их.       — Приветствуем вас, мсье! — артистично встретил его работник вестибюля — Что же вы, как с севера? Куртки долой, мы народ тёплый!       — Виноват. — равнодушно ответил Сетос, взяв шляпу в руку и навесив плащ на предплечье. — Прошу аудиенции с мисс Линетт, прямо сейчас.       — Ох, как. — работник просмотрел списки — Боюсь, сейчас она занята подготовкой к приёму.       — Моё имя — Сетос, мы хорошие друзья. Наша встреча займёт не более пяти минут. Где она находится?       — Раз так, третья слева, по тому коридору. — озадаченно сказали ему.       — Благодарю.       Он пошёл по направлению. За обилием картин было видно, что цвет стен в коридоре отличался от вестибюля. Непонятно зачем расставленные кресла также были разных форм. Такие заведения всегда отличались безвкусицей, настолько безобразной, что она стала их характерной чертой. Пришедший постучался в третью дверь слева, тут же вошёл и закрыл за собой. Почувствовалась приятная тишина, пахло ароматом вишни.       — Кто же такой нетерпеливый? — донесся из ванной мелодичный женский голос.       У него не было настроения отвечать. Говорящая выглянула из ванной и переменилась в лице, перед ним можно быть честным. Она вышла в одном полотенце перед сидящим на кровати.       — Сетти? В чём дело? — спросили уже более глубоким непринуждённым голосом.       — Вы знаете, зачем я здесь. — ответил он неглядя — Что сказал миреец?       — Он очень недоволен последними событиями. Проклинал всё на свете, говорил, что всему свету конец.       — Не ошибается... — пробурчал Сетос под нос. — Что ещё?       — Ничего дельного. Сдаётся мне, больше он сюда не придёт.       Это означало, что связи оборваны. Ситуация вышла из-под контроля, разумный ход с его стороны. Особенно учитывая ещё один ненужный инцидент по пути сюда.       — Вам следует уходить, Линетт. — сказал он — Люди развяжут войну, ещё большую, чем когда-либо. Это место падёт одним из первых.       Повисло молчание. Приглушённое пианино тарабанило в вестибюле, слышны возгласы из соседних комнат.       — Из-за покушения? — мрачно спросила она.       — Из-за всего. Боюсь, будут втянуты страны Альянса и Содружества, две стаи долго ждали повода оскалить зубы. Средиземье утонет в огне и крови.       — Сроки?       — Меньше месяца.       — Приму к сведению — она вздохнула и ушла в ванную. Затем вернулась к нему, без полотенца и с распущенными пепельными волосами. — Раз уж впереди месяц, можно уделить один час делу. — сказала она с ноткой прежней игривости.       Сетос посмотрел на неё. Тридцать с лишним лет ничуть не отразились на коже, сияющей как белый фарфор. Большая грудь удивительно гармонировала с тонкой талией. Из пепельных по шею локон высились лисьи уши, у талии выходило девять пышных хвостов — довольно редкий вид, расположенный к колдовству.       Он встал, взял её за плечи и поцеловал, глядя в алые глаза. Она собиралась прижаться в ответ, но Сетос отстранился.       — К сожалению, мне нельзя быть здесь. — сказал он — Вскоре за мной придут. Берегите себя, Линетт. Прощайте.       С этими словами он надел шляпу, взял плащ и вышел. Линетт задумчиво облокотилась на стену. Он бы не стал зазря так выражаться, кажется, это и в правду было прощанием.

***

      Близилась ночь, следователи разбирали остатки погранпоста под светом фонарей. Подозреваемый сложил жертв в кучу и завалил их деревянной мебелью, чтобы огонь обезобразил тела перед экспертизой. Однако стало ясно, что орудие убийства связано с колдовством — странные раны поблёскивают металлом, нет ни выходных отверстий, ни цельных остатков пули. Приборы фиксируют от них сильный элементный фон. Будто некто запустил маленький катализатор как снаряд, и тот разрушился при ударе.       Мало кто из подозреваемых на территории Миреи был на такое способен. Никому из них не нужно было оказываться здесь, в этом направлении, в связи с последними событиями. Никому, кроме одного зверолюда.