Сейчас. В понедельник.

Я сбросила с себя одежду, снова мокрую от непрекращающегося дождя. По пути в душ заметила, что Маша уже была дома – она сидела в наушниках у ноутбука, что-то активно печатая. Решила не пугать ее – когда включится вода в ванной, она сообразит, что я вернулась с пробежки. Уже после, растирая волосы полотенцем, я прошла на кухню. Как и предполагалось, Маша поняла, что я дома. На столе стояли две тарелки с карбонарой. – Машунь, ну я же не ем после пробежки, – с робкой улыбкой протянула я. – Сегодня не ебет! Есть, что отметить! Так что садись. Я покорно села, наблюдая за тем, как Миногарова суетилась с бутылкой шампанского. Наконец, когда то было открыто и разлито, она успокоилась. – Первый бокал я посвящаю своей талантливой подружке! Твоя идея залетела на миллион просмотров и принесла мне нехуевую монетизацию! Мы чокнулись, отсалютовав друг-другу с довольными "Ура!". Я отглотнула совсем чуть-чуть – в организме, несмотря на регулярный спорт, еще были живы отголоски буйной пятницы. – Знаешь о чем хотела спросить, – будто бы услышав мои мысли, продолжила Маша, – ты в пятницу точно домой сразу уехала? Утром ты, конечно, храпела в кровати, но черт тебя пойми, что ты могла наворотить ночью. Особенно, если вспоминать, что он тоже был там... – Ты обладаешь какой-то информацией и хочешь вывести меня на чистую воду? – перевела стрелки я. – Обладаю. Блин, весь день ждала, не могла тебе на работе это при всех вкинуть. У меня Антон спрашивал твой номер, говорит, ты ему нигде не отвечаешь. До меня наконец дошло, почему он не пытался меня найти – я же сама заблокировала его во всех соцсетях. Вот черт... – А ты ему что ответила? – Написала, мол, прости, дружок, не могу не обсудив с Олей, тебе ее контакт передать. А он сразу слился, говорит, ладно, не переживай, не горит дело. Что за дело у него там не горит? – Маш, в общем... – Ну понятно, я так и знала, – даже не удивилась подруга, – слушай, ты ни к нему, ни от него, не хочешь разобраться с этим наконец? – Как? Закодироваться? Подруга усмехнулась, опустошая свой бокал. – Покурим? – предложила я. – Как курить, так мы сразу готовы, как вкусные пасты есть, так это мы подумаем! – развела руками уже слегка повеселевшая Маша. Мы вышли на балкон. Она открыла окно. – Прикинь, Сакеева замуж вышла, – после первой затяжки бросила я. – Пиздец не завидую ее потомству. Хотя справедливо будет, если ее детей так же донимать будут в школе, как она тебя. – Ты "Место под соснами" что ли пересмотрела? – усмехнулась я, – она вроде повзрослела, уже взгляд не такой убогий. – Это шмотки не убогие с богатым папиком, а взгляд – тот же. Ты на нее подписана что ли, защитница? – Нет, у Лены в историях увидела. В тишине выдохнув сигаретный дым, Маша вернулась к основной теме: – Так ты что с Шастуном делать собираешься? Это уже какая-то нездоровая хрень. Вы с универа в кошки-мышки играете. – Я понимаю, Маш. Тогда мы с Антоном поступили в один вуз, правда, уже на втором курсе разбежались. Это не мешало нам периодически встречаться в тайне от всех, а в родном городе и вовсе вести себя так, будто бы ничего не изменилось. Когда мы окончательно ’разорвали связи’, судьба, кажется, специально стала нас сталкивать. Правда, периодичностью в год. – Я понимаю, но как будто сама не хочу это разрывать. – Тогда начни встречаться с ним, не усложняй. Я хмыкнула. Допив шампанское и прервавшись еще пару раз на перекуры, больше не касаясь щепетильного разговора об Антоне, мы разошлись по комнатам. Маша разговаривала с кем-то по видеосвязи, а я просто смотрела в потолок, ожидая, когда сон сам придет ко мне. Мысли были неоднозначными. С алкоголем в крови хотелось позвонить ему. Но дозы было недостаточно, чтобы сорваться. Глаза я открыла за минуту до будильника. Видимо, тело посчитало вчерашний вечер лечебным опохмелом. Может и не нужно пить боржоми? На работе еще никого не было. Мне нравилось приходить раньше: пустой холодный офис всегда казался самым спокойным местом на земле. К десяти подойдет остальная часть креативной группы. К одиннадцати раздуплится Нурлан, раздавая всем продюссерские поручения. Этажом ниже уже работает колл-центр и сммщики. Возможно, заглянет пара дизайнеров – они, по большей части, на удаленке. А затем будут подходить клиенты, основную коммуникацию опять же поддерживая с Нурланом и периодически со мной, если его не будет на рабочем месте. Я открыла ноутбук, постепенно прогружая необходимые программы и доску с задачами. За спиной раздался голос: – Интересно, а ты вообще спишь? Я вздрогнула: – Господи, тебя-то чего принесло ни свет ни заря? – Важный заказ вырисовывается. Нужно прописать брендинг под ключ. Надеялся тебя здесь встретить, потому что я вообще нихуя не секу, что креативного можно предложить айтишникам, – пожимая плечами пробасил Нурлан. – Не боись, прорвемся, – с улыбкой поддержала его я, – А когда заказ пришел? Маркетологи ничего не передавали. – Да у них какие-то сумасшедшие работают, вчера вечером пацан в личку постучался, говорит, наслышаны о нашей работе, хотят, чтобы мы с тобой лично занимались проектом. Бабки, видимо, у программистов крутятся нихуевые. Я усмехнулась. – А что за компания? – Название мудреное, то ли Афродита, то ли чет другое греческое. – Не Андромеда? – с осторожностью спросила я. – Точно! Бля, вот видишь, ты стопудово лучше разбираешься. По телу прошла ледяная дрожь. Компания была мне знакома. – Это от названия созвездия. А кто тебе писал? – По-моему, сам генеральный. Он же учредитель и он же основатель. Дела ведет лично. Хотя по виду пацан-пацаном. Антон Шастун. Антон Шастун, значит…