Сейчас. В среду.

– Лаврецкая, да ты угараешь, – протянул Нурлан после моей презентации уже оформленных идей для креативов, – Ты, бля, вообще спала сегодня ночью? Сука, и даже не придраться. Он запрокинул руки за голову, в удивлении качая головой. – Давай так, короче, ты до вечера притормози с этими компьютерщиками, а то мне стремно уже на второй день им отсылать готовую концепцию. Они подумают, что я либо тут сотрудников в рабстве держу, либо на "отъебись" все делаю, чтобы сбагрить побыстрее. Они же не знают, что ты такая башковитая. Часов в пять сама еще раз глянешь, отредачишь, может какие косяки найдешь. Завтра уже назначу им встречу и начнем в отделы передавать. – Нормально, давай. Но думаю, ты зря нагоняешь за скорость, учитывая, что я сейчас больше на контроле проектов, чем на креативе. Два дня достаточно, чтобы все продумать – это же просто идеи. – Ебаный ты "Эдвард-руки-ножницы", не выгори мне к концу рабочего дня с такими таймингами. "Просто идеи" у нормальных людей дня по три занимают, а потом еще пару – на оформление. Что ты вообще такое, – все удивлялся Нурлан. Вообще, подобная реакция была для него чем-то вместе похвалы. Я работала здесь со второго курса, и он каждый раз удивлялся то моей скорости, то навыкам. – Получается, встреча с клиентами примерно в пятницу? – с улыбкой переводила тему я. – Получается, так. Только ты не забудь еще, что у нас в пятницу съемка в ночь для рекламы гипермаркета. И скажи, твоя подруга Катя, которая стилист, сейчас в городе? – Катя Позова? В городе. А что такое? – Стилист слилась, нужно на замену искать. Как думаешь, согласится? – Учитывая, что на образы два дня – не уверена, если честно. Но я предложу ей. С Катей мы тоже познакомились на втором курсе и быстро выяснили, что переехали сюда из того места, которое подарило мне незабываемые школьные воспоминания, но, по иронии судьбы, встретились только здесь. По еще большей иронии судьбы она стала женой лучшего друга Антона. Отыскав ее контакт в телефоне, я нажала на кнопку вызова. Катя была из тех друзей, которым можно и приятно именно звонить, а не писать сообщения. – Да, Ольчик! – послышалось радостное приветствие Позовой на том конце трубки. – Скажи, если я предложу тебе работу на вечерок, ты будешь рада? – О-о-о, буду рада! – А если добавлю, что съемка в ночь и на подготовку образов – два дня? – А это уже вопрос оплаты, – смеялась она в трубку. Обговорив основные моменты с Катей, я, окрыленная, снова зашла к Нурлану. – Ликуй, у нас будет стилист. – Не сомневался в тебе, Лаврецкая! – Только еще пять тысяч сверху по гонорару накинь. Нурлан округлил глаза. А я, улыбаясь, добавила: – Ну а что ты думал. Она профессионал в отличие от тех фрилансеров, которых ты находишь, да еще и сроки сжатые. Конечно, Катя не торговалась со мной по поводу своей оплаты. Но мне захотелось порадовать ее за человечность и отзывчивость хотя бы таким образом. Рабочий день прошел легко и социально – шутки от коллег в курилке позволяли расслабляться между задачами. В этом был бонус моего положения – я была чем-то вроде связующего звена в агенстве и, поэтому, оставалась на одной волне и с подчиненными и с начальством. Солнце радовало теплотой наступавшей золотой осени, и в последний час я, окончательно отпустившая этот день и отправившая Нурлану итоговый вариант презентации для Антона, вышла посидеть на лавочке с кофе, греясь под лучами. Однако, меня быстро опустили на землю. – Атас, Ольга, рано отдыхать. Пришлось Шастуну отправить презу, он завтра в обед подъедет. Так что запряги бухгалтера на подсчет сметы. Пиздец он, конечно, меня заебал за сегодня, че у него так все срочно, – уже больше себе, чем мне сказал Нурлан и ушел обратно в офис. Черт, – выругалась я, пролив кофе на плащ, – Вот блять, – добавила чуть тише, осознав, что уже завтра снова увижу его.