chapter 2

      Виктория чувствует, как её сердцебиение учащается, вторя горячему дыханию ворона на своей шее. Правой рукой она накрывает его пальцы на своей талии, а левой зарывается в рыжие волосы, притягивая Птицу ещё ближе. Ощутив нежный поцелуй за ушком, Вика, кажется, забыла, как дышать. Птица медленно спускается поцелуями ниже к шее, вынуждая откинуть голову на его плечо. Рука на талии сжимается сильнее, вырывая из уст Виктория приглушенный стон. Птица лукаво улыбается, левой рукой касаясь упругой груди, ощутимо сжимая. Тихий стон слетел с ее губ, прежде, чем Птица успел заглушить его.       — Ждала меня?       Боги! Его шёпот. Бархатный, низкий и тягучий, будто мед. Соски вмиг затвердели, проступая сквозь тонкое платье, привлекая его внимание.       — Ждала.       — Я просил не закрывать окно. — Лёгкий шлепок по бедру, — не очень гостеприимно. Не находишь?       Вздрогнув, Виктория сильнее прижалась спиной к его груди, запрокинув голову.       — Ты знаешь, дело не во мне.       Её дыхание сбивается, стоит Птице скользнуть рукой под платье.       — Могу предложить свою кандидатуру для решения данной проблемы.       — Мы можем обсудить это позже. — расставив ноги, Виктория в предвкушении закусила губу. — Может, уберёшь когти?       — Когда я в обличии ворона это невозможно.       — Я не об этом. Ты наносишь непоправимый урон моему белью.       — О, голубка моя! Я возмещу ущерб.       Тело к телу. Кожа к коже. Максимальный контакт и непрекращающиеся поцелуи. Это то, что им нужно здесь и сейчас. Она льнет к нему кошкой, целует так, как никто до неё и улыбается, когда он прикрывает глаза, стискивая её в объятиях.       — Ещё.       Голова идёт кругом от его рук, что бесстыдно исследуют податливое тело, а разум отключается, стоит ему провести рукой по увлажненным складкам. Виктория стонет, льнет к нему, но Птица медлит, заставляя изнывать от болезненной пульсации между ног.       — Птица.       Виктория стонет, ёрзает, зовёт его, двигает бёдрами, а он рычит, погружая пальцы в её влажное лоно.       — Даааа.       Он чувствует, как она расходится на фалангах, принимая его.       — Там пожар. — Птица проводит кончиком носа по выступившей венке на шее и целует, а у неё темнеет в глазах от такого контраста. Чувства слишком хаотичны, чтобы сразу их осознать. Он снова целует ее, проникая языком в её рот. Задыхаясь, она отвечает на поцелуй, чувствуя, как его пальцы покидают ее.       — Ммм...       Его руки опускаются к ягодицам, ощутимо сжимают и поднимают над полом.       — Терпение.       Она прижимается к его груди, силясь унять дрожь в теле.       — Ты доверяешь мне? — Птица гладит ее по щеке, не позволяя отвести взгляд.       От возбуждения стучит в висках. Контуры стен плывут перед глазами, теряя четкость. — Да.       Птица мягко опускает её на кровать, освобождая от платья. Ткань трещит по швам, отлетая вглубь комнаты.       — На тебе слишком много одежды. — Птица забирается на кровать, наслаждаясь открывшимся видом.       Взглядом скользит по обнаженному телу, а после кладет руку на её лоно, лаская сквозь тонкую ткань. — Слишком много.       Склонившись над ней, ворон оставляет поцелуй на лобке, вызвав у Виктории протяжный стон.       Почувствовав его горячее дыхание, она закусила губу, предвкушая дальнейшие действия.       — Приподними бёдра.       Она послушно выполняет его просьбу, позволяя Птице снять с себя промокшие трусики. Медленно раскрыв её бедра так, чтобы она оказалась прямо перед ним, ворон осторожно коснулся её пальцами, распределяя влагу, задерживая пальцы у входа. Его голодный взгляд блуждал по изгибам её тела, задерживаясь на особо интересующих местах. Не отрывая взгляда, Птица наклонился и лизнул её складки, пробуя на вкус.       Задохнувшись от ощущения волнующих губ, коснувшихся её, Виктория вздрогнула, а затем, не сдержавшись, застонала.       Она не раз касалась себя. Но ощущение тёплого языка на клиторе ни шло ни в какое сравнение.       Раздвинув её складочки пальцами, Птица проник в неё языком, вознаграждённый стоном.       — Птица, – выдохнула Виктория и нежно провела рукой по рыжим волосам. Она наслаждалась его умелыми ласками, пока он наслаждался тем, как её стенки сжимаются в округ его языка, будто пытаясь вытолкнуть его. Выгнув спинку, Виктория вскрикнула, чувствуя приближение сладкой дрожи. Пальцы на её ногах судорожно поджались, а руки вцепились в рыжие волосы, вызвав у Птицы сдавленный рык.       — Да, вот так. Я готова.       Оргазм неуклонно начал расти в ней, приближая к долгожданной разрядке. Её бедра задрожали, а стоны стали более громкими, разносясь по всей комнате. Пара точных движений и взмокшее тело содрогнулось, заставив Викторию неестественно выгнуться.       Зафиксировав её бедра, Птица не позволил ей отстраниться, продолжив сладкую пытку. Его губы обхватили взбухший клитор, всасывая, а руки до боли сжали нежную кожу.       — Пожалуйста, остановись.       Содрогаясь всем телом, Виктория попыталась отползти назад, но все попытки оказались тщетны. Птица крепко держал её за бёдра.       — Птица.       Довольно улыбнувшись, Птица отстранился, облизывая губы в ожидая, когда Виктория придет в себя. Но вместо этого она притянула его к себе, вовлекая в поцелуй. Собственный вкус, оставшийся на его губах, заставил её стонать от желания, которое невозможно было контролировать.       — Сделай это прямо сейчас.