Глава 13. Пэкман

Единственное, о чем сейчас мечтал учитель Айзава - большая кружка черного и крепкого кофе. Однако попить жизненно необходимый бодрящий напиток мужчина мог только после совещания в кабинете директора ЮЭЙ. Помимо Сотриголовы, ожидаемо был приглашен его коллега и куратор параллельного геройского класса Секиджиро, а также Всемогущий, который выглядел еще более болезненным, чем в последнюю встречу. Директор Незу, к удивлению, был краток и говорил исключительно по существу: он сразу доложил приглашенным про спасенного Бакуго Кацуки и что мальчик после полицейского допроса уже находится дома. — Теперь наша задача заключается в обеспечении безопасности всех наших студентов. В последние месяцы я активно работал над постройкой общежитий. Это пока единственный путь, который я как руководитель могу предложить нашим подопечным. Конечно, ученики будут круглосуточно на территории академии, но это для их блага. Тем более, я не могу игнорировать некоторый догадки, которые подтвердились после летнего лагеря: ведь так мы хотя бы сможем выявить шпиона среди учеников или персонала, который передает информацию злодеям. Вас же я попрошу провести беседу с родителями и опекунами ваших учеников - постарайтесь найти к каждому индивидуальный подход. Не все из них будут нам доверять после случившегося, поэтому очень прошу быть более внимательными и чуткими. Адреса и маршрут подготовил мой секретарь - чем раньше приступите, тем быстрее мы сможем реализовать наш план. Шота всмотрелся вдаль через большое панорамное окно за спиной директора: на ранее неиспользуемой просторной территории, на которой он надеялся возведут новые тренировочные полигоны, теперь как грибы после дождя выросли новенькие корпуса, для каждого отдельного класса в академии. Айзава даже в уме не мог прикинуть, во сколько миллионов йен обошлось это удовольствие (или же необходимость) для академии. Главное, чтобы нам стимулирующие не обрезали… Чуть позже сидя в выделенной для него машине, Айзава просматривал список адресов, которые он и присоединившийся к нему Всемогущий должны по очереди посетить. Первым по пути оказался дом Джиро Кьека. Айзава был не особо удивлен, когда встретился с недовольством и претензиями от отца семейства. Разрядила напряженную обстановку сама Джиро, которая заверила классного руководителя, что ее отец лишь делает недовольный вид, хотя на самом деле был в восторге как от речи Айзавы-сэнсея во время пресс-конференции, так и от поступка Всемогущего. Учителя спокойно выдохнули и приготовились к разговору в следующей семье. – Я думал, упреков будет больше. Если не занят - давай выпьем после всего этого мероприятия? – Айзава прошелся ладонью по непривычно послушным и аккуратно собранным на затылке волосам. После того, как директор мягко намекнул Айзаве про выступление перед журналистами, мужчина постарался привести свой внешний вид к общественно приемлемому. Но отсутствие привычной щетины и ниспадающей челки на глаза доставляют ему небольшой дискомфорт. Всемогущий негромко усмехнулся, наблюдая за непривычно смущенным младшим коллегой: – Думаю, это будет лишним! Герой, уже не скрываясь, пребывал в своей не-геройской форме и внутренне волновался перед следующей встречей. Ведь теперь им нужно было смотреть в глаза родителям Кацуки Бакуго. – Да забирайте этого оболтуса! – бодро проворковала госпожа Бакуго, схожая с сыном как две капли воды, параллельно и вероятно привычно отвесив легкий подзатыльник своему сыну. – Хватит меня бить, старуха! Я тебя прибью! – огрызнулся Кацуки. – Захлопни варежку, сопляк! Из-за того, что ты такой слабак, тебя умудрились схватить какие-то конченные отморозки!! – мать Кацуки, не стесняясь в выражениях, на этот раз более болезненно шлепнула сына по голове. Их попытался успокоить отец семейства, который скромно сидел на краешке дивана, но тут же был послан всеми членами семьи в далекое пешее путешествие. Лица преподавателей во время подобного семейного общения не нужно было представлять - Айзава и Тошинори были явно шокированы. Ну, теперь я понимаю, откуда у вспыльчивости и несдержанности Бакуго ноги растут. – Значит, я вас верно понял, и вы согласны с предложением? – Айзава придал своему голосу более отстраненный и будничный тон. – А-а, ну если Вы про общежитие, то да. Там ему будет намного лучше! Кацуки не всегда думает о том, что делает, но именно ему досталась сильная причуда, из-за чего окружение сильно избаловало его. Вот он и вырос таким. Его всегда хвалили лишь за ум и причуду, – госпожа Бакуго сделала глубокий вдох, вероятно сожалея о прошедших годах и упущенном воспитании. – Поэтому я очень благодарна Вам, Айзава-сан, за слова, которые вы произнесли на пресс-конференции. В тот момент я была рада, что Кацуки оказался в этой академии, где его так хорошо понимают. Конечно, как мать, я переживала, когда его похитили, и рада, что он оказался цел и невредим. Может, он и похож на злобного засранца, но под вашим руководством он сможет стать достойным Человеком! На этот раз мать мягко потрепала сына по волосам, пока сам Бакуго сидел с недовольным выражением лица, ожидая очередную порцию подзатыльников. – Прошу, сделайте из него героя, каким он сам мечтает стать, – оба родителя в знак глубокого уважения склонили головы вместе с Бакуго, чью голову в добровольно-принудительном порядке заставила опуститься любящая материнская ладонь. Наблюдая за этими эмоциональными качелями, Айзава уже слабо понимал, как ему реагировать. Его легонько пихнул в бок Всемогущий и тихо прошептал, прикрывая рот ладонью: – В общем, я угощаю! Уладив все формальности с взрывной семейкой Бакуго, Айзава развернул планшет для уточнения следующего адреса - им оказался дом Мидории Изуку. Как только преподаватели дошли до служебной машины, позади послышался голос Кацуки - тот очень хотел задать вопрос Всемогущему. Тошинори, который плелся вслед за Айзавой, остановился и, со всей серьезностью выслушав откровенный вопрос парня, спокойно ответил: – Кем мне приходится юный Мидория? Учеником. Я вижу в нем сильного героя, как и в тебе, юный Бакуго. Задумавшись, ученик 1-А класса развернулся на крики матери, и с поникшим видом пробурчал вслед: – Ясно, по каким-то причинам Вы не можете сказать правду. Спасибо за ответ. Предположение Кацуки также заставило задуматься и самого Айзаву. Он не раз подмечал, что Всемогущий более расположен к слабому и неуверенному Мидории и уделял тому времени больше, чем было должно учителю. Это походило на более глубокие межличностные отношения наставника и подопечного. Преподаватели в молчании доехали до дома Мидории. Во время поездки Айзава решил, что после всех этих недомолвок, бывшему герою номер Один стоит лично посетить семью Изуку. А ему самому отправиться по следующему адресу и тоже, в свою очередь, без лишних ушей посетить нового студента 1-А класса. Поначалу, Айзава не понял, почему его привезли в магазин радиоэлектроники. Войдя внутрь, он встретил, по всей видимости, хозяина магазина, находящегося в преклонных годах и нелепых крупных луповидных очках. Старичок, прищурившись, всматривался в подбирающего слова Айзаву, пока тот не представился преподавателем из академии ЮЭЙ. Пенсионер добродушно пригласил мужчину пройти на второй этаж, где как раз и находилось гораздо более скромное, чем у предыдущих семей, жилое помещение. – Я рад познакомиться с Вами лично, Айзава-сан! Еще с первого взгляда Вы показались мне человеком справедливым и честным, и я очень горд, что моя Эйко теперь будет учиться под Вашим руководством! – старичок рассыпался в любезностях перед Айзавой, и герой ненадолго прервал его, чтобы уточнить, где сейчас находится его внучка. – О-ох, она с минуты на минуты вернется с подработки! – Что простите? – Сотриголове не понравился ответ старика, потому что герою уже не раз приходилось заново разжевывать недалеким ученикам условия обучения в академии, – В правилах академии студентам запрещается иметь сторонний вид деятельности. Если он, конечно, не связан с производственной практикой. – Правда? Ой-ой, это нехорошо. Моя Эйко всего лишь немного подрабатывает в больнице. Знаете, нынче мое семейное дело приносит одни убытки… – Понимаю, но правила есть правила. Ваша внучка их видела и подписывалась за их исполнение, – Айзава не был удивлен, однако его неприятно тяготила мысль о новом проблемном ребенке в его и без того сложном классе. Своими выходками и умозаключениями Камигаума могла негативно повлиять на весь класс, и стоило прямо сейчас расставить все точки над “i”, прежде чем она прибавит еще больше проблем. Через несколько минут, как и предсказывал старик, объявилась сама нарушительница правил, крайне удивленная визитом Сотриголовы. Эйко с плохо скрываемым подозрением начала задавать вопросы, на что дедушка попросил ее присесть и от начала и до конца выслушать будущего классного руководителя. – Во-первых: сегодня с утра всем студентам академии были разосланы уведомления о личном собеседовании с кураторами. Подозреваю, ты не успела ознакомиться с письмом, если исходить из той информации, которую мне уже успел рассказать твой почтенный дедушка. И раз ты уже официально зачислена в мой класс, то заново перечитай договор с академией - с начала нового семестра ты предоставишь мне документ, в котором значится твое увольнение с подработки. Лицо Эйко неравномерно покрылось красными пятнами, а брови почти вровень сомкнулись на переносице - она полагала, что достаточно долго сможет скрывать этот факт от Айзавы. И если Маиджима-сэнсей достаточно лояльно относился к ученикам и особо не следил за их деятельностью вне стен академии, то от Сотриголовы подобных поблажек ждать не стоило. Тем более, что он уже оказался в курсе. – Во-вторых: из-за случившегося инцидента, руководство школы переводит весь учебный процесс под круглосуточное наблюдение в целях безопасности. Особенно это касается геройских классов. Поэтому я здесь, чтобы получить согласие от учеников и их опекунов для переезда в общежитие на территории академии. Сразу оговорюсь, что проживание бесплатное, с предоставлением всех удобств - в рамках разумного. – Ого, вот это забота об учащихся! Нет, не зря ЮЭЙ одна из лучших академий! Конечно я не имею ничего против! Эйко только на пользу пойдет общение со своими сверстниками, да и совместный быт с будущими героями. Со мной, стариком, одни проблемы, а молодежи нужно собственное пространство! Айзава перевел взгляд на все еще молчавшую Эйко. Судя по ее кислому лицу, она не слишком была рада возможности делить “совместный быт” с учениками 1-А класса. – Что-нибудь скажешь? – Нет, – недолго думая, ответила девушка. – Нет? – уточнил Сотриголова. – Нет, я не перееду в общежитие, – твердо и четко проговорила Эйко. Дедушка тут же принялся возмущаться, по-старчески кряхтя на внучку. Он не понимал, почему вместо типичного для ее лет подросткового желания поскорее свалить от “предков” Эйко отказывалась от прекрасной возможности влиться в интересные студенческие будни, тем более в бесплатном общежитии от самой академии. О таком предложении можно только мечтать! Айзава также недоумевал от категоричного ответа ученицы, ведь морально был готов принимать отказы преимущественно со стороны родителей. И готовился переубеждать только взрослых, а не трудных подростков. Мужчина тяжело вздохнул под звуки недовольного старческого кряхтения из-за странного решения внучки. Сотриголова жестом руки попросил пожилого мужчину остановить свою тираду, обращаясь к еще более замкнувшейся в себе Эйко: – Не знаю, какая блажь тебе в очередной раз пришла, но даю время подумать. До начала семестра. Не хочу как-то нагнетать и заранее расстраивать, но академия не сможет в нынешних реалиях гарантировать твою безопасность. В таком случае, тебе придется решать свое положение на более высоком уровне. Айзава понимал, что во второй раз запугать разговором с директором у него не выйдет, поэтому решил дать шанс упрямой Камигауме самой хорошенько обдумать свое решение. И в случае повторного отказа уже окончательно умыть руки и не брать на себя ответственность за дурную голову подростка. Тем более, ему все еще не давали покоя слова директора о шпионе в стенах академии. Своими неосторожными словами и действиями Камигаума была одной из первых в личном списке подозреваемых Сотриголовы. И, скорее всего, ее вину он вскоре сможет доказать, как бы печально это не звучало. Коротко попрощавшись с все еще молчаливой ученицей и ее расстроенным дедушкой, Айзава прошел к входной двери и задержал взгляд на одной единственной семейной фотографии, уже порядком выцветшей со временем. На ней была запечатлена молодая семейная пара: женщина с растрепанными сиреневыми волосами скромно улыбалась и держала на руках сверток с месячным ребенком, у которого уже залегала маленькая складка между надбровными дугами, несмотря на то, что на момент съемки малыш очевидно спал. Рядом сидел куцего вида мужчина, в неопрятной одежде и уже явных залысинах на висках. А между ними с широкой улыбкой и кривоватым рядом зубов, чуть приобнимая за плечи приунывших супругов, стояла более молодая версия дедушки, но все с теми же толстыми очками-лупами. Сотриголова отметил, что Эйко с ее более угловатым лицом удивительным образом не похожа ни на одного родителя. Хотя генетика в целом была довольно странной штукой в представлении Сотриголовы, особенно когда дело касалось мутантных причуд... Уже ближе к вечеру Сотриголова был доволен, что сумел до конца рабочего дня посетить всех своих учеников и их родственников. Значит, следующий день он наконец-то посвятит отдыху после вынужденного общения со слишком большим количеством людей и, как истинный интроверт, займется восстановлением моральных сил. А сегодня вечером, как и обещал Всемогущий, в небольшом уютном заведении его будет ждать прохладное газированное жидкое золото. Уже предвкушая вкусный ужин с пенным, Айзава вмиг рассердился из-за внезапного входящего звонка, к тому же с незнакомого номера. В борьбе с желанием не отвечать на вызов и сделать вид, будто не услышал стандартной мелодии из своего кармана, победила совестливость: это мог быть один из родителей учеников, который, вероятно, хотел еще раз уточнить информацию. Прижав динамик к уху, мужчина услышал на другом конце телефонной линии странную фразу: – Котика нужно покормить, Сотриголова. Герой пару секунд молчал, пока до него наконец-то не дошел смысл сказанного. – Хорошо, заеду в зоомагазин по пути.

***

Расскажи братьям-кузнечикам, какое название их кошачьему кафе Сотриголова, то это расстроило бы их до глубины души. Но пока Джиро и Ичиро послушно ждали приезда героя-про, хотя им самим было невтерпеж выяснить у детективов подробности расследования. Одоната загадочно улыбался, лишь периодически подогревая интерес братьев фразой, что в этом деле все гораздо более прозаичнее. Ну и что свидетелем является как раз тот, кого они разыскивали. Войдя в полупустое кафе (братья заранее позаботились о том, чтобы в самый час пик не было никаких посетителей), Айзаву встретили четверо: "кузнечики" все также лениво и беззлобно переругивались между собой, стрекозинноглазый Сёдзики широко раздувал щеки и активно остужал обжигающе горячий кофе, а его пухлощекий зеленый компаньон, чьего имени герой так и не запомнил, с безучастным видом развалился на диване, периодически поглаживая кошек, которые облепили парня и активно требовали его внимания. – Сотриголова, наконец-то! Корм купил? – с порога спросил его Ичиро. Айзава непонимающе уставился на первого брата, и через мгновение закатил глаза. – А что, нужно было? – Ну да! Эти красотки надеялись как минимум на угощение! – встрял в разговор Одоната, вскакивая с места и протягивая герою ладонь для рукопожатия. Сотриголова и во вторую встречу демонстративно проигнорировал приветственный жест. – Тогда говорить нужно конкретнее. Я приехал исключительно ради дела. Где ваш свидетель? Одоната указал в сторону подсобки той же рукой, которую протягивал для рукопожатия. – Только хочу предупредить об одном: этот молодой человек немного нервный, ну сами знаете, все наркоши похожи на друг друга. Так что я не знаю, употребил ли он собственный товар или припас на потом. – Хочешь сказать, что пойманный вами свидетель также является и их проблемой? – Айзава кивнул головой в сторону братьев-кузнечиков. – Удивительное совпадение, Айзава-сан! Я с Мицуной сам был в шоке от этого поворота! Сотриголова не особо верил словам начинающего детектива - его собственный опыт доказывал, что удачное стечение обстоятельств может быть следствием ошибочного суждения, особенно у начинающих и глупцов. А Айзава был хоть не профи, но что-то смыслил в детективном деле. Все пятеро, даже ранее безучастный напарник Одонаты, спустились в подсобное помещение, где среди металлических стеллажей, заставленных коробками с товарами, на хлипком пластмассовом стульчике сидела одинокая мужская фигура. Руки и ноги бедолаги были привязаны к сиденью, а во рту был самодельный кляп в виде чьего-то носка. Дилетанты… Увидев входящих, заложник замычал и пытался дергать фиксированными конечностями. Айзава приказал снять с пойманного кляп и активировал свою причуду на случай, если пленник может использовать способность, которой возможно управлять при помощи голоса - в самой академии герой лично взялся обучать ученика с подобной причудой. – Мужики, мамой клянусь, я вообще не при делах! Отпустите по-братски, а?! Голос бедолаги был неприятным и ломанным, и сам он выглядел скорее убого, чем опасно: в широко посаженных круглых глазах читался нулевой интеллект, особенно когда парень вразнобой моргал красными и опухшими веками; бритая лысая макушка и мохнатая, покрытая сизо-лиловыми перьями шея вкупе делали юношу похожим на потрепанного городского голубя - в довесок ассоциацию дополняли бордовые мясистые ладони с четырьмя когтистыми пальцами с каждой стороны. На парне нелепо топорщилась дутая и объемная темная куртка, и исходя из рода деятельности пойманного, Айзава догадывался, что объема придают набитые опасной дрянью карманы. – После того, как ответишь на наши вопросы… Джиро, стой! Младший брат-кузнечик резко сорвался с места и ударил по лицу пленника. Тот пискнул и от неожиданности, потеряв равновесие, упал навзничь вместе со стулом. – Не братья мы тебе, гнида! Ичиро, отпусти, я поверить не могу, что эта шелупонь у нас под носом в Нарухате бизнес крутит! Да он же сам на торчка похож! И наверняка долбит свой же вонючий “триггер”! Старший брат-кузнечик поспешил успокоить младшего, а Мицуна деловито вернул пленника в сидячее положение. – Джиро, если не будешь держать себя в руках, то выгоню, – Сотриголова с неодобрением проговорил угрозу сквозь зубы, давая времени Ичиро угомонить своего брата. После рукоприкладства, Джиро все же прислушался к Айзаве и стал вести себя более сдержанно. А Сотриголова наконец-то приступил к допросу, отыгрывая роль исключительно “злого полицейского”: – Как тебя зовут? – Пэкман. – Полное имя. Твоя кличка не интересна. – Не знаю. У меня не было родителей, которые бы дали мне имя. Беспризорник. Судя по виду, вероятно нет еще двадцати лет. И это в эпоху расцвета силы Всемогущего… Недоглядели. Наш промах. – Причуда есть? Если да, то какая? – Ну, я, гм, могу съесть все, что угодно. Даже металл и бетон на раз перевариваю. Такой вот у меня желудок, прям как у акулы. – Когда ты начал продавать “триггер” в Нарухате? – М-м-меньше полугода назад. – Кто дает тебе товар? – Хмхм… – Кто. Дает. Товар. – Не знаю, я его в указанном месте забираю. После СмС-ки. – Его телефон у вас? Сёдзики положительно кивнул головой и в доказательство продемонстрировал из кармана светлого тренча старую кнопочную модель. Айзава жестом приказал отдать улику ему, после чего спрятал гаджет в складках комбинезона, про себя ругая Одонату за непрофессионализм, потому что тот умудрился заляпать своими отпечатками поверхность телефона. – Кто твой босс? – Не знаю… – А вот тут ты врешь, – Айзава заметил, как взгляд задержанного синхронно двинулся в сторону. – Кто тебя нанял? С кем еще работаешь? – Я один торгую на улице… – буркнул Пэкман, захлюпав носом, переносица которого была заклеена полоской белого тканевого пластыря. – Вижу, тебе не раз ломали нос. Если не скажешь, кто тебя нанял, я постепенно буду ломать каждую косточку в твоем организме, пока не добьюсь правильного ответа. Усек? По-видимому, Айзава надавил на больное, и парень испуганно посмотрел на героя. Айзава дал пять секунд на размышление и вновь задал вопрос, медленно надвигаясь на пленника. – Я…я не знаю его имени… Только помню, как выглядит! – Ну? – Бугай, носит маску с прорезями. Такой, типичный вышибала и рекетир. А, еще у него на руках кастеты! Сотриголова вскинул левую бровь. Куцее описание Пэкмана подходило под большинство злодеев, которых герой-про встречал на своем пути. И почему они все типично похожи друг на друга? Небритые зверинные рожи и телосложение тягающих ежедневно штангу. – Еще шрам на щеке… – Как выглядели кастеты? – это было единственное, за что мог зацепиться Айзава. – Ну, наверное как обычные, с наконечниками такими затупленными, о-о-й, – Пэкман внезапно замолчал, будто ему пришла в голову гениальная мысль. – Я слышал, как его братюни один раз назвали! – И? – Да так и звали - Кастет! Сечешь? Сотриголова сложил руки на груди и скептически посмотрел на диллера. Вероятно, в его промытых наркотой мозгах смешалось все, что можно. Потому что человека по прозвищу Кастет герой знал лично. И не особо верил словам уличной шпаны. – Уверен? – Да-да-да, это точно он! Братюни говорили, что он жесткий тип, может спокойно до смерти забить, а из головы кашу сделать своими кастетами! Блин, это получается… черт, это же он из моей головы такое сделает!! – от осознания собственной участи голос Пэкмана сорвался на истерический визг. Параллельно из его горла начало клокотать, создавая неприятную какофонию звуков. – Так тебе и надо, погань! – в этот раз Пэкмана обозвал Ичиро, а брат лишь молча подтвердил его слова, с презрением смотря на связанного диллера. Пэкман начал визжать и хныкать, приговаривая о своей несчастной судьбе. Ведь никто не будет плакать по уличному барыге. Понимая, что парню нужно дать немного времени свыкнуться со своим незавидным положением, Айзава позвал всех выйти обратно в зал. Джиро, то ли из чувства благодарности, то ли по привычке, поспешил налить герою его любимый эспрессо. — Мне кажется, у него от «триггера» реально кукуха протекать начала. Что будете с ним делать? — поинтересовался Ичиро. — Придется пробивать его «так называемого» босса. Эй, Одоната, ты уверен, что он все еще имеет отношение к моему запросу? — Айзава отхлебнул небольшой глоток, и сам немного расслабился: все-таки какой же волшебный эликсир этот кофе! — Дайте ему немного времени прийти в себя и сами узнаете, — детектив грустно взглянул на остатки своего наполовину выпитого и остывшего напитка. Как предсказывал Одоната, пленник вскоре успокоился, и Айзава вновь спустился к нему. На этот раз с ним пошли только двое сыщиков. — Прошу, пожалуйста, защити меня от Кастета! Ты же герой!! — захлебываясь слюнями и соплями, проблеял Пэкман. Айзава презрительно скривился, и задумался, что уже не может, как раньше, беспристрастно выдерживать подобные допросы. Работа в академии смягчила его. — Мне нужна еще информация. — Что угодно, только обещай, что не дашь ему найти меня! Сотриголова не хотел идти на сделку с барыгой, но в данной ситуации небольшая ложь могла сделать большое дело. — Хорошо, а теперь успокойся и отвечай на вопрос. Айзава достал из кармана штанов небольшую фотографию и расположил ее на уровне глаз дилера. — Знаешь ее? Пэкман, все еще хлюпая носом, старательно проморгался и насколько это возможно внимательно всмотрелся в фотографию. — Н-нет, не знаю… хотя… если убрать волосы… — от мыслительного процесса парень так натужился, что у него вздулись венки на лбу. — Вроде припоминаю. — Выкладывай все, что знаешь. — Похожа на Бэйбиметалл. — Чего? — Чел, на улице имен нет. Только прозвища. Она сама такое выбрала после первого боя. — Рассказывай подробнее. — Ну, я точно не уверен, но если с фотки убрать волосы, да вот эту белую полоску, то похожа на девку, которую я встретил год назад. Я тогда все еще надеялся, что смогу подняться на ставках, вот и крутился в темке подпольных боев без правил. А тут еще попалась мне эта девка, хотя больше на пацана тогда была похожа, злая и под ноль стриженная. Ну и заинтересовалась этими боями. Я ее тогда нахер послал, куда ей даже против шестерок на ринге. Но после первого боя я сам охерел - девка хорошей драчуньей оказалась. Мелкая, но прыткая че, даже в паре раундов громил смогла обхитрить и на лопатки уложить. Думал, что какое-то время на ней бабла подниму, хотя на высшую лигу не рассчитывал - там ее бы точно размазали по рингу. Но как назло, она внезапно пропала. Ну, я и забил. Хотя жалко было, я уже понадеялся на крупный куш. — Участвовала в подпольных боях? Их уже прикрывали после облавы почти девять лет назад. — Это полицейские прикрыли самый крупный и популярный, а местячковые так и остались. Айзава нахмурился. Значит, их работа пошла насмарку. Рейд в самом крупном узле в Осаке, как оказалось, лишь на время разогнал разношертную шайку уличного сброда. — Есть еще что-нибудь про девчонку? — Да мы особо не общались. Ну знаете, я не лезу в дела своих бизнес-партнеров. Поэтому никакой личной инфы не знаю. В этот раз Айзава поверил словам барыги. Но озвученное ранее мужчине крайне не понравилось. Значит, предчувствие не обмануло его. Какую цель Камигаума преследовала, когда влилась в такое сомнительное общество, еще предстояло выяснить. Окончив разговор, Шота приказал сыщикам отвязать Пэкмана и отвести в машину. Оставив это поручение на Мицуну, Одоната подошел к Сотриголове, чтобы уточнить дальнейшие планы на барыгу. — Вы и вправду его защитите от босса? — Да, отвезите его в полицейский участок. В обезьянике он будет в полной безопасности. Седзики ухмыльнулся, а Айзава передал в конверте ранее обговоренную сумму за их услугу. Сыщик спрятал деньги во внутреннем кармане тренча, чем немного удивил героя. — Даже пересчитывать не будешь? — А я Вам доверяю, Сотриголова. Вы же все-таки герой! Попрощавшись с братьями-кузнечиками и героем-про, Одоната пританцовывающей походкой добрался до автомобиля, где на заднем сидении потерянно ерзал все еще связанный по рукам и ногам Пэкман. — Куда вы меня отвезете? — со страхом спросил он. — Тссс, это сюрприз! Синий кейкар тронулся с места и немного попетлял по межквартальной улице. Спустя время автомобиль, мягко шурша шинами, остановился возле заброшенного здания. Пэкман снова начал истерить, но Мицуна отработанным движением заткнул его рот еще один носком. Барыга упирался и пытался выскользнуть из-под хватки двух сыщиков, пока они вытаскивали его из машины. Напарники дотащили извивающегося парня вглубь заброшки и оттолкнули в грязный, заваленный мусором угол, из которого тут же врассыпную выскочило полчище потревоженных тараканов и даже парочка крыс. Одоната присел на корточки перед мычащим в истерике Пэкманом, доставая из кармана складной нож. С ядовитой усмешкой стрекозиноглазый помахал лезвием перед глазами бедолаги, который от страха уже был ни жив ни мертв. — Хорошее представление, птенчик! Но уж больно иногда фальшивил. А мне нужен был другой эффект. Сотриголова не должен был засомневаться в твоих словах, дубина! — Одоната быстро взмахнул рукой, и в следующий миг над бровью Пэкмана появился тонкий, но глубокий порез. Парень заскулил, забрызгивая слюной и соплями собственные штаны. — Я не очень доволен твоей работой, но если продолжишь усердно трудиться, то так уж и быть, я могу и простить тебя, — Одоната еще раз придвинул лезвие к парню, отчего тот инстиктивно сжался, ожидая новой боли, но Сёдзики за пару движений разрезал ножом сдавливающие конечности веревки, — Твоя смена на сегодня не закончена, товар лежит на втором этаже. Хорошенько запомни, где находишься, потому что придется устроить еще одно ма-аленькое шоу. Прямо перед полицейским участком…