Глава 3.

Природа неумолима в вечном танце смерти. Две силы всегда сплетаются в нечто новое, пока обе не поглотят друг друга. Ничто не может быть лишь созидающим или сокрушительным, приобретая единственный навык, которому учит мир, — адаптацию. Жизнь невозможна без баланса, пусть и вынужденного. Ядовитый мицелий — основная пища выживших — не только проклял их на недолгую жизнь, но и подарил спасение. Даже насекомые стали частью системы. Из них делали биоткань. Очищенные и выпаренные хитиновые панцири с долей органики клали на грибные колонии, получая плотный, как войлок, исходник. Затем сшивали жилами жуков и костяной иглой. Внутренний мягкий слой держал терпимую температуру и делал возможной циркуляцию воздуха, пока размягчённая оболочка врага иронично становилась бронёй с порами. Всё это выполняло роль новой кожи — возможности выходить под свет, которой человек когда-то лишился, нарушив уклад экосистем в желании стать новым Богом. Руки Мэрид внимательно обходили каждую деталь защитной одежды, выявляя высохшие участки и обильно смазывая их восковым маслом. Это важное условие — чтобы мицелий оставался живым как можно дольше. Остатки вещества были нанесены на открытые участки кожи головы и волос. Надев маску с фильтром, закрывающую лицо до бровей, она слабо кивнула Юну, подтверждая готовность. Они переодевались быстро, выученно, стоя спиной друг к другу, пока солнечный свет хищно пробивался через крышку выхода из тоннеля. На клетку был накинут кусок той же биоткани. Мера недостаточная, чтобы не потерять здоровье и силы, но рабочая, для того чтобы быть живым, когда тебя подадут к обеду. Техник начал взбираться по лестнице, в конце сдвигая защитную заслонку и выбираясь во внешний мир. Перекинув рыжие пряди через плечо, девушка последовала за ним. Рука Юна коснулась её, забирая клетку и помогая выбраться наружу. Взгляд встретил молочно-жёлтое небо, зеленоватые облака и солнце, которое казалось вдвое больше, чем видели раньше жители потерянного мира. Последствия изменения атмосферы. Но самое страшное — молчание. Воздух был густой и тяжёлый. Каждое движение — выверенное, медленное; дыхание — спокойное и контролируемое. Всё ради того, чтобы окисление не добивало ткани излишне быстро. Никаких разговоров и паники. Это молчание с редкими звуками шаркающего защитного костюма и есть новая песнь человечества: резкое безмолвие после многовекового шума. По пути встречались деревья — гурнии. Их крона состояла из колючек — в ответ на агрессивное воздействие света. Парень открыл мешок и медленно собрал урожай: твёрдые сморщенные плоды с лёгким запахом гнили. Обязательный презент для жилой зоны D16, которая примет их перед встречей с Королём. Таймер. Механическое устройство напоминало им об обязательном глотке подсоленной воды с горечью минерала каждые двадцать минут. До D16 оставалось четыре таких сигнала. Кожа была липкой и влажной — день выдался более жарким, чем представляла компания. Вынужденная мера: насекомые избегали появляться днём из-за палящих лучей, что позволяло не рисковать встретить их голодными. Таймер. Мэрид нервно взглянула на него. Прилипший костюм лишь усиливал дискомфорт. Глоток. Не забыла девушка и про нора, встретив взгляд Юна. Между ними была удушающая атмосфера, но не только от природных условий, но и от чего-то большего. Обида. Путь был изматывающим, ноги уже дрожали. Вода в её мизерном количестве не освежала, давая лишь электролиты. Так было неспроста: лишняя нагрузка на почки усугубит потоотделение. Показалась стальная плита, врытая в землю для связи с подземной частью сектора D16. Три коротких удара рукой возвещали другим: они на месте. Таймер сработал четвёртый раз. дополнение: Гунрии: https://ibb.co/276kF5rW Костюмы: https://ibb.co/Qjx2JckT Глава: https://ibb.co/NgSqgdjp