Глава 4.

Точка их назначения — настоящий оазис для местных. Бывшее метро — источник подземных вод, которые, проходя через фильтр породы, были настолько чисты, что не нуждались в слое грибниц. После катастрофы дренажные насосы со временем перестали работать, и вода просочилась сквозь трещины бетона и плит. Популярность D16 стала подспорьем для масштабной сети торговли и обмена. Быть жителем сектора — привилегия, а чаще — право наследования места. Люди осознавали: доступность уничтожит все блага этого подобия рая. Прибывшие сняли маски — наконец-то возможность нормально дышать и говорить. — Что принесли? — к Юну подошёл мужчина на голову выше его. Кожа была высушена от частых вылазок и в некоторых местах висела струпьями, покрытая трещинами, часть из которых никогда не заживала. Задумчиво закусив губу, встречающий заглянул в протянутый мешок. — Плоды? Чёрт, да ну?! Наконец-то хоть кто-то подумал о выпивке, — заметно повеселев, голос, кажется, раздался над всеми ближайшими станциями. — Эй, народ! Эти двое обеспечили нам ещё одно ведро браги. Толпа оживилась, послышался одобрительный свист. Мысль о том, что возможность забыться не иссякнет, явно порадовала присутствующих. — Не спеши, Нэл, — техник приблизился почти вплотную. — С вас ужин, помыться и ночлег. — Я такие дела не решаю. Нужно слово Ксандра. — Тогда… — рука Юна крепко перехватила добытое из его рук. — Мы будем говорить с ним. Встречающий фыркнул, не уязвлённый тоном гостя, зная, что говорит со связным Авеля. — Ждите. Когда Нэл, шаркая, удалился, Мэрид прошла вперёд, оглядывая территорию — вдвое выше и шире их дома. Споры и пыль мерцали в воздухе, но их было намного меньше. Размеров помещения хватало, чтобы смрад готовки не застаивался, оставляя хоть сколько-то свежего воздуха. Освещения было больше, можно было разглядеть даже цвет стен. Во взгляде сверкнула зависть, которая проявлялась каждый раз, когда она приходила сюда. — Ты глянь. У них даже рыба есть, — голос девушки пытался быть нейтральным, с плохо скрываемой ноткой раздражения. Слепое тело без чешуи лежало на железном листе, пока рядом закипал ржавый котёл. Глубинный сом — сложная добыча, обитающая почти на самом дне. Труднее, пожалуй, лишь ловить подо льдом, чего почти никто не решался делать, зная, как сильно поверхность отражает злое солнце. — С кем они только ишачатся? — вопрос Мэрид прозвучал в полушёпоте у самого уха Юна. — Известно с кем. Ксандр всю верхушку кормит руками дураков типа нас, — желание сплюнуть при мысли о правительстве было непреодолимым. — Точно, — выдохнула девушка. — А вот и мои любимые два сплетника, — грубый тон раздался за спинами обоих. Фигура подкралась незаметно, словно охотясь. Ксандр был близок к возрасту, когда до конца жизни оставалось несколько лет. Белки глаз — жёлтые, с красными прожилками, руки — в шрамах от язв. — Мэри, снова хлопочешь для Короля? — лидер D16 обошёл её по полукругу. — Когда я видел тебя в последний раз, ты мне до подбородка была. Усыхаешь, что ли? Юн неожиданно засмеялся — хрипло, но искренне, разбавляя напряжённую обстановку между этими двумя. — Я хотя бы не боюсь выходить наверх, трясясь над последними годками, — язвительный ответ прозвучал резче, чем планировалось. — Ауч, — ладонь Ксандра театрально прижалась к его груди. — Хороша. А теперь нам с Юном надо всё обсудить. — И что? Мне просто стоять здесь и ждать, как собака? — Зачем? — демонстративно удивился мужчина, махнув рукой вправо. — Подожди там, пройдись. У нас, кстати, есть турник. Повисишь. Щёки Мэрид гневно покраснели, пока двое начали уходить от неё, но до их ушей успело донестись: — Мудила. Ухмыльнувшись, оба свернули за угол. Перед Мэрид открывался длинный тоннель, где маячило множество товаров для пришедших путников. Взгляд пробежал по мыльным корням, средствам гигиены в виде куска изношенных тканей со мхом внутри, рядом — подобие аптеки. Но каждый раз, оказываясь здесь, девушка направлялась лишь к одной локации — лавке Джун. Только подруга могла заведовать чем-то подобным в условиях апокалипсиса — средствами для кожи. Раньше товары располагались на полу, но теперь шатенка стояла возле небольшого технического склада. Красивой формы руки в ожогах после экспериментов мягко, но требовательно обняли Мэрид. — Надеюсь, ты за баночкой сажи с органикой, милая. Выглядишь… потрёпанно, — мягко отстраняясь, девушка оглядела лицо подошедшей с синевой под глазами. Послышался вздох. — А сегодня все планируют заметить, как я заебалась? — Больше никому не позволим, — тень мягкой, доброй улыбки легла на губы Джун; плечо толкнуло дверь, приглашая внутрь. — Заходи. Внутри — множество полок, освещаемых фитилями масляных ламп. — И как Ксандр отдал тебе целое помещение? — Ты бы знала, что готовы отдать спутницы генералов, чтобы не быть похожими на вяленую крысу. Сердце Мэрид потеплело, тело приняло расслабленную позу, выражение лица перестало быть колким. — Получается? — Зависит от оригинала и от того, не сожжёт ли это лицо. Но в целом я в этом хороша. Обе сели на железные скамьи. Карие глаза заинтригованно рассматривали подругу. — Что несёшь на этот раз? Дно клетки громко ударилось о стол, демонстрируя товар. — Какой толстый, — рефлекторно, язык слегка облизнул верхнюю губу; интерес стал максимальным. — На что же вы его меняете? Зная Джун с тринадцати лет, когда та ещё жила в одном блоке с ней, а также её равнодушие к играм политиков, Мэрид не удержалась: — Не знаю, поверишь ли ты, но если всё сложится удачно… Наша жратва перестанет быть настолько ядовитой. Глаза напротив всё ещё блуждали между прутьев, разглядывая нора: — Подробнее. — У тварей есть нейтрализатор. То, что уберёт яд и токсины. — И зачем им это? — Они сожрали почти всех на поверхности. К тому же моё ли это дело? Лишние пять-шесть лет слишком заманчиво звучат. Девушка удивлённо посмотрела на неё. — Не верю. Ты и не разрыть причину? Колись, что придумала. Отпираться было глупо: та слишком хорошо её знала. — Чёткого плана нет, но Юн поможет осмотреть их логово, улучшить мою схему. Джун одобрительно кивнула. — Уже ближе к правде. Но что, если это сработает? У твоей общины будет большое преимущество. Не боишься столкнуть лбами Авеля и Ксандра? Мэрид нервно пригладила свои рыжие пряди, пока дыхание пыталось выровняться: — Пусть валят к чёрту и хоть загрызут друг друга. Плевать. Но если есть шанс сделать это месиво безопасным, то я им воспользуюсь. Последовал ещё один кивок головы. — Роль пешек всё равно не изменится, — осторожно приблизившись, давняя знакомая аккуратно поинтересовалась: — Могу я рассчитывать получить немного для своих опытов? — Опытов? Хочешь угробить единственную возможность на мордашки? — Вовсе нет, — лёгкий наклон тела в попытке смягчить реакцию. — Но понять, что это и какие имеет последствия, полезно, не находишь? — Хорошо. Но сначала это получат жители моего сектора. — Не возражаю. Воцарилось недолгое молчание, прежде чем тоска по обыденным разговорам хлынула в сердце Мэрид. — Как ты? Элис? Джун потупила взгляд, зная, что ответ вызовет слишком бурную реакцию для её ушей. — Я в порядке. Элис… в третьем корпусе Клейма, — девушка знала, как её подруга презирает это место. Бункер для беременных, где условия приближены к стерильным, чтобы хоть двое из десятка ушли живыми. С каждым годом желающих было всё меньше, а большую часть женщин мицелий делал бесплодными уже к двадцати годам. — Спокойно. Но Мэри не выдержала: — Джозеф?! Я его, блядь, убью. — Тихо, зверёныш. Она сама пошла на это. Резкий выдох, словно попытка поверить в эти слова. — Сама? Сама выбрала рискнуть и привести в этот мир следующую жертву? Во весь этот пиздец, где мы находимся? — голос накалялся от ярости и волнения. — Повежливее. Некоторым нужно верить хоть во что-то, чтобы не развалиться. — Помереть в окружении бетона, пока исследуют, как ты корчишься, — не надежда. Джун резко встала в попытке увеличить дистанцию между грубостью Мэрид и мысленным образом Элис. — Это не наше дело. Но, когда немного смягчишься, на обратном пути можешь поговорить с ней. Она будет здесь. — О, я поговорю. Шатенка громко ударила о стол кулаком. — Не смей добивать её! Люди всегда жили на грани катастрофы. Нас бы не было здесь, прячься каждый по норам. Ответ не заставил себя ждать. Тон был ядовитым и злым, словно в шаге от крика. — Нас бы не было под землёй, пожирающими личинок? Слабый аргумент. Резкий стук прервал спор и охладил градус диалога. Джун аккуратно открыла дверь, впуская Юна. Парень огляделся, одобрительно хмыкнул, глядя на успехи дел травницы. Взгляд не мог не скользнуть по Мэри и её взбешённому лицу. — Если часто будете так закрываться, — начал он, — кто-то решит, что вы замышляете заговор. Хозяйка лавки была рада смене беседы, не выдерживая ядовитого тона Мэрид. — Всего лишь посиделки двух подружек. Ну, знаешь… мальчики, масочки… переворот, — последовал фальшивый смех, и она оглянулась на гостью за столом, которая продолжала смотреть в стену, думая о своём. — Шути, Джун. Пока не окажешься под кустом гурнии, когда другой займёт твоё место, — мужской голос был мягким, беззлобным, но с нарастающей тревожностью, видя напряжение между двумя его знакомыми. — Эй, а можем мы перейти на менее драматичную ноту? — фигура шатенки уже выскальзывала в приоткрытую дверь. — Идём к «огням». Мэри осталась на месте, не реагируя, и только громкое покашливание Юна заставило посмотреть на него. Последовал лёгкий кивок головы в сторону выхода — как попытка заставить её шевелиться. «Огнями» называли дальнюю станцию, наиболее освещённую. Место сбора одичавших и усталых людей, которые охотно меняли на алкоголь провизию, инструменты и здравый смысл. Кустарное пойло было лучше, чем в других секторах. Волшебством изготовления заведовал старик по имени Джей. Поговаривали, у него даже есть трёхлетнее деревянное ведро, которое не успело сгнить и сохранило в неглубоких трещинах дрожжи за все годы использования, что ускоряло брожение и добавляло градус. Юн достал заготовленный мешочек соли, кидая его на импровизированный прилавок. Компания выбрала место в отдалении от остальных, присев на пол и облокотившись о стену. Джун сделала первый глоток, передавая флягу парню, а тот — Мэрид. Мэри не протянула руку. — Смотришь на него, как на жука, — удивлённо заметила её подруга, пытаясь пошутить. Юн выдержал взгляд своей спутницы, но молчание между ними резало воздух. Страх за Элис, незнание будущего, подозрительность и усталость от осторожности накопились в душе Мэрид и требовали разрядки. — Хочешь что-то сказать? — его голос убил тишину, пока глаза продолжали смотреть в упор. Мэрид вспыхнула, словно ждала причины наброситься: — О, много чего. — Всё ещё дуешься, что тебя не пустили первой? — Всё ещё не могу осознать, что чувак, которого я знаю пять лет, даже на секунду не задумался. Бровь парня удивлённо поползла вверх, словно не в силах осознать суть обвинений. — Почему тебя так беспокоит, переживал ли я о тебе? Рыжие волосы в свете казались огнём, а тон их обладательницы — презирающим. — Дай-ка подумать. Мы идём в святилище мутантов с ценной жрачкой, чтобы взять то, что изменит жизнь людей. И да, блядь, меня беспокоит, что тащусь с тем, кто выбирает свою шкуру без капли стыда. Безмолвие ударило снова, но было удушающе холодным и мерзким, колким и заползающим под кожу обоих. Джун тряхнула головой, выползая из шока, как из липкого кокона. События этого вечера достаточно сильно изводили нервы. Не выдержав, она поднялась в попытке выглядеть непринуждённо. — Мне надо пройтись… Захмелела. Робкие шаги затихали на фоне, пока Юн и Мэрид продолжали уничтожать друг друга взглядом. — Так вот что ты думаешь, — начал он. — Что я — грёбаная мышь, что свинтила первым? Девушка одобрительно хмыкнула. — Похоже на это. Голос стал напряжённым и злым. Ещё немного — и они бы подрались, как дети за сладкую лепёшку из хитиновой муки. — Это правила безопасности, Мэри. Техники идут первыми, чтобы проверить надёжность лестницы в таких случаях. Эта хуйня могла добить не хуже обвала сектора. А если с другими ты шла первой, то задумайся, насколько всем было похер. Она нервно сглотнула, унижение душило, переходя в обвинения. — Докажи. — Доказать? Как? Если ты об этом не в курсе — попробуй выйти с животных ферм и узнать что-нибудь полезное, — выпалил Юн, в ту же секунду пожалев об обесценивании работы Мэрид, но ярость не дала признаться даже самому себе. — О, так ты геройствуешь, пока я отращиваю жопу грызунам? Это имеешь в виду? — Я… ничего не имею в виду. Но ты не можешь вывалить на меня такое и думать, что всё окей. Собеседница вскочила на ноги. — Второй и последний раз, когда я связываюсь с тобой в таких делах. Если хоть одно сомнение, пока не вернёмся назад… Угроза повисла в воздухе. Юн оставался на месте, продолжая смотреть на неё снизу вверх с напускным спокойствием. — Тогда что? — Вы все идёте на хер. Ты и твой отряд тщеславия. Короткий, резкий выдох. — Уйдёшь? С твоим характером тебя не возьмут даже чистить клубни. Отчаяние скрутило сильнее. Болезненность того, что даже он не верит в её полезность. — С нейтрализатором меня возьмёт кто угодно. Юн поднялся. Сказанное ударило пощёчиной. — Ты несерьёзно, — его голова рефлекторно мотнулась из стороны в сторону, выражая несогласие. — Бросишь нас? *Его?* Мэрид не спешила отвечать, и это уничтожило остатки самообладания. — Хорошо, — продолжил парень, доставая выданные Ксандром на вечер припасы из сумки и бросив долю девушки к её ногам. Когда тот уходил, не прозвучало ни слова — лишь быстрые шаги и беспокойное дыхание. Прошло около десяти минут, пока измученная произошедшим Мэрид осела вновь на пол и громко обиженно крикнула в пустоту: — Ну и пошёл ты! Тень вышла из-за угла, обретая черты Ксандра. Мужчина навис над ней, пока она пыталась угадать, как много лишнего тот услышал. — Правильно, — начал он. — Пошёл он. Мужчина поднял оставленную флягу и сделал глоток, оборачиваясь на пришедшую в D16. — Поговорим? дополнение: Ксандр https://ibb.co/JjX2f3LZ Джун https://ibb.co/TxpXGSjv глава: https://ibb.co/cc0M3WtB