Глава 2: Новые друзья и проблемы

Голос этого мальчишки был напуганным. Петрову даже стало немного смешно. — Я человек. А ты ожидал увидеть здесь кого-то другого? — Антон слегка усмехнулся. — Ты… Со стороны леса вышел… Я испугался немного… Извини, если я грубый… В свете фонаря блондин сумел разглядеть лицо нового знакомого. Его глаза зелëные. Такие же, как и у Антона. Уши оттопыренные. Вязанная чëрная шапка съехала вправо, открывая взору коротко подстриженные русые волосы. — Ничего страшного. — Петров разглядывал мальчика с неподдельным интересом. Не ожидал 6-классник, что встретит в этом мрачном месте кого-то дружелюбного. — Меня Вова зовут. Матюхин. — русоволосый мальчишка протянул руку новому знакомому. — Антон Петров. — ответил блондин, пожав руку Вовы. Матюхин и Петров тут же двинулись к школе. — А ты в каком классе? — начал диалог Антон, поправляя очки. — В 4в. — ответил Вова, слегка потягиваясь. — А ты новенький, как я погляжу. — Да. В 6в записали. 4-клашка нервно и шумно сглотнул, что не осталось незамеченным 6-классником. — Ты аккуратнее там будь… Там гопники есть… Прижмут ещё за школой… Меня тоже так один раз прижали… И вот результат… — Вова слегка задрал рукав, обнажив ссадину на запястье, отчего Антон невольно поморщился. — До сих пор болит, если дотронуться… Точнее, один из них… Но он пропал… Семëн Бабурин звали… Его даже старшеклассники побаивались… А тут — раз! Как сквозь землю провалился! Ни слуху, ни духу. Только перстень его нашли… Помню, как он меня избил тогда… Очнулся я, когда темно уже было… Побежал домой… А дальше… *** — Эй, малец! Стой! Чего в потëмках шароëбишься?! Я остановился, когда услышал голос нашего участкового. — Константин Владимирович! Я всë объясню! — начал было я, но по моему лицу он всë понял. — Опять гопники? — как-то сочувственно произнëс Тихонов, мягко кладя руку мне на плечо. — Да… — Давай, Вова, домой провожу! Пятифанов у меня ещë попляшет! Не переживай, пацан! С Пятифановым у меня будет отдельный разговор, а с Бабуриным ещё отдельнее! — Ромка здесь не при делах! — я заступился за своего обидчика, ведь он меня редко трогал физически. Чаще всего оскорблял. — Ну, значит Бабурин огребëт за двоих! Я же не знал, что мне теперь делать. Теперь они от меня точно никогда не отстанут. Жаловаться милиции не принято… Из уст таких, как Ромка, это прозвучало бы «Мусорнулся ты, Матюха!». *** — Ничего себе… К нам милиционеры заходили… Как раз с его фотографией. — в глубине души Петров даже порадовался то, что они с ним никогда уже и не пересекутся. И радовался, что его самого зовут не Семëн. Не хотелось ему с этим… «Человеком» одно имя носить. — Да. С Бабуриным они поговорить толком и не успели. На следующий день с родителями узнаëм, что пропал. Все тогда засуетились серьëзно. — мальчишка прикусил нижнюю губу. — Да уж… Ладно, давай не будем о плохом! — ответил Антон, явно намереваясь разбавить обстановку. *** Когда ребята переодевались, то Вова сумел разглядеть волосы нового друга. — Ты блондин! Это клëво! — русоволосый всплеснул руками, а в его зелëных глазах загорелся ещё больший интерес, чем был до этого. — Спасибо. Мне так никто ещё не говорил. — 6-классник смутился от комплимента в его сторону. Девочки ему редко комплименты делали, а мальчики ещё реже. По телу пробежалась дрожь. Чëрт! Эти насмешки… Их противные и садистские оскалы. Вырвать бы им все до единого зубы! Антон мотнул головой, отгоняя мизантропские мысли. — Слушай, Антон, давай вместе домой пойдëм? Я подожду тебя. — неожиданно предложил Матюхин. — Хорошо. — улыбка сама собой расплылась на губах «очкарика». *** Прозвенел звонок и новоиспечëнные друзья разбрелись по своим кабинетам. На удивление Антона, его приняли достаточно… Спокойно? Но разговаривать с ним никто не хотел. Пока что, по крайней мере. Мальчик спокойно сел за предпоследнюю пустую парту третьего ряда. *** На уроке Лилии Павловны хотелось клевать носом. Уснëшь, даже если в Северный Ледовитый океан окунуться. Блондин, делая вид, что рисует в блокноте, заметил, что на него постоянно смотрят 4 человека. Первые двое сидят сбоку. Один шатен с карими глазами и в костюме гопника. Второй бурят по национальности, с выбритыми боками и коричневой чëлкой. Глаза у него тоже карие. Одет он был в какой-то свитер. Видимо, это те самые гопники, о которых говорил Вова. Но смотрели они на новенького с неким интересом. Третьей была русоволосая девочка с зелëными глазами, немножко напоминающая чертами лица змею. Ну, а так она красивая. Её взгляд выражал безразличие, но одновременно и интерес. Четвëртой была девочка с длинными чëрными волосами и голубыми глазами, сидящая на первой парте соседнего ряда. Она тоже красивая. — Чë рисуешь, очкастый? — шëпотом спросил пацан в адидасе. — Во-первых, у меня имя есть. Во-вторых, особо ничего. Идей нету. — Смотри, Бяшка, ишь какой. — шатен слегка толкнул бурята в плечо. — Вижу, Ромыч. Огрызается ещë, на. — Я не огрызаюсь. Простите уж, если я грубый, но я терпеть не могу, когда меня называют «очкастый» и тому подобное. То, что я ношу очки — не значит ничего. — отчеканил Петров, хаотично чертя что-то на листе. — Пятифанов, Петров, что вы там так бурно обсуждаете?! — учительница прервала спор, злобно сощурив глаза. — Тему урока обсуждаем, Лилия Павловна! Это так «интересно». Аж спать захотелось! — ответил Рома с лëгкой насмешкой в голосе. — К доске такими темпами пойдëшь, раз спать тебе хочется! Рома лишь промолчал, а Лилия Павловна отвернулась от него и продолжила что-то трындеть. — Катькина матушка та ещё грымза. — прошептал гопник то ли новичку, то ли Бяше, то ли вообще самому себе. — Во-во, на. — поддакнул бурят, что-то чиркая карандашом на деревянной поверхности. Петров понял по одному только виду их парты, что никакими «шедеврами» там и не пахнет. В основном ручкой или карандашом были написаны очень «культурные» слова с последующей визуализацией. Антон же тем временем нарисовал трансформера. Взгляд карих глаз гопника с удивлением метнулся в блокнот. — Хера се! Шаришь. Наш братан! — тихо промолвил Ромка. Петров смутился. — «Со мной подружиться хотят или что?» — подумал блондин. — Во-во, на! — Тоха, если не ошибаюсь? — спросил Пятифан. — Да. — Я Рома. А это Бяша. — Пятифанов указал на бурята, продолжившего писать на парте карандашом. — Приятно познакомиться. — Взаимно. — со лба стекла капля пота, а в груди появилось небольшое волнение. *** Антон продолжал рисовать в блокноте, но уже стоя на очередной перемене в коридоре. — Что рисуешь, Петров? — раздался слегка насмешливый девичий голос. Блондин поднял голову и увидел ту самую русоволосую девчонку с зелëными глазами. — Ничего особенного. — с ноткой опаски ответил зеленоглазый мальчишка и показал ей очередного трансформера. — Даже не знаю, что сказать. — её оценивающий взгляд прошëлся по рисунку. Колени Антона затряслись, а сам он в тот момент будто бы сделался уязвимым. — А… Как тебя… Зовут? — заикаясь и еле подбирая слова, робко произнëс Петров. — Катя. Смирнова. *** — «Катькина матушка та ещё грымза.» *** — Лилия Павловна — твоя мама? — А ты любишь задавать глупые вопросы. — насмешливо фыркнула Катя, хищно улыбнувшись. Антон прикусил нижнюю губу, а щëки залились кровью от смущения. Взгляд опустился в блокнот. — Я… Я… — Екатерина! Подойди, пожалуйста! — голос классной руководительницы прервал диалог Смирновой и Петрова. — Увидимся, Петров! — хохотнула Катька и скрылась за дверью кабинета. Антон нервно сглотнул. — Что делаешь? — внезапно раздался голос справа, заставивший 6-классника вздрогнуть. Сидящий на подоконнике Вова с интересом поглядывал в блокнот друга. Матюхин на последних фразах резко погрустнел. — Красиво рисуешь! Жаль, я так не умею. Мама говорит, что из меня художник, как из говна пуля. — Спасибо, Вова! А ты уверен, что мама говорит правду? — сердце бешено заколотилось. Есть ли в этой чëртовой жопе хоть один нормальный и любящий родитель?! В изумрудных глазах Петрова загорелся едва заметный огонëк. — Ну… Не знаю… Я пробовал… Вроде и хорошо выходит… А вроде и не очень… — русоволосый 4-классник замялся и потеребил свою рубашку. — Могу научить тебя. — с улыбкой ответил блондин. — Антон… Ты серьëзно? — на губах зеленоглазого возникла широкая улыбка, обнажившая белоснежные и правильные зубы. Видимо, он тот ещё чистоплюй. — Ну конечно, Вова. Как можно шутить о таком? Матюхин крепко обнял друга. В коридоре было практически пусто, ведь скоро должны начаться уроки. Петров даже встал в ступор. Его обнимают. Его обнимают. Антон неловко обнял нового друга в ответ. Первый в этой школе человек, проявивший к нему нескрываемую и искреннюю доброту. — Ладно, я пошëл. У меня уже последний урок. Увидимся у входа школы. — сказал Вова, разорвав объятья. — Везëт. Хорошо. Увидимся. — с улыбкой ответил Антон. Матюхин быстро потопал в свой кабинет. Прозвенел звонок. *** На уроке всë было уже, как рутина. А только 1 день в школе. Рома с Бяшей страдали хренью и переговаривались с Антоном. Катя всë также на него смотрела и шушукалась с соседкой по парте. А та самая девочка, имя которой он пока что не знал, сверлила его заинтересованным взглядом. В дверь раздался стук и она открылась. — Лилия Павловна, прошу меня извинить. Антон Петров здесь? — Да. Это я. — проговорил блондин и встал из-за парты. — Собирайся. Твой отец просил сказать, что очень важное дело. В груди неприятно защемило, в горле появился тошнотворный ком. Антон нехотя собрал вещи и как можно быстрее покинул класс, чтобы узнать в чём дело. *** — Папа! Не может быть! Я не верю! Нет… — слëзы скатились по щекам мальчишки. — Может, сын. Может… Её правда больше нет… — Борис лишь продолжал курить сигарету, стоя на школьном крыльце рядом с сыном. — Маму не могли убить! Не могли! Правда? — голос Антона охрип. Отец ничего не ответил. Лишь понуро опустил голову. Мальчик не мог верить в услышанное. Его мама… Еë нет… Он просто застыл в шоке. Но уже не плакал. Почему-то камень, лежавший на его душе, внезапно свалился и рухнул вниз, будто в бездну. — Антон? Ты уже уходишь? А почему меня не подождал? — раздался голос русоволосого мальчика за спиной. Вдруг он заметил Бориса. — Ой! Здравствуйте! — Вова… — Петров заметил Матюхина. Резко покатились слëзы. Не из-за маминой смерти. Из-за того, что он не сдержал своего обещания. — Прости меня… Я не смогу… 4-классник не стал упрекать друга, поскольку заметил, что что-то не так. — Ну-ну, сына. Спокойно. — отец положил свою крепкую и сильную руку на хрупкое плечо 6-классника. — Пошли. — Пока, Вова… — Пока, Антон…