Часть 4. Скоро домой!

      Через несколько заворотов и перекрытых путей Грегори наконец-то нашел путь наружу. Он видел, что в этой шахте должны были установить такой же засов, как и в других местах, но по какой-то причине не успели.       Он выломал вентиляцию и выпрыгнул наружу, тут же свалившись в бассейн из шариков. Бултыхаясь, Грег вынырнул из сухого бассейна и осмотрелся по сторонам. Эту часть комплекса мальчик никогда не видел и был крайне удивлен обнаружить детскую площадку.       Возле бассейна из шариков возвышался игрушечный замок нежно-пурпурного цвета, стены которого представляли собой веревки, пластик и камни для скалолазания. В этом игрушечном бастионе было несколько этажей-тоннелей, в которых обычно дети любили играть в догонялки или прятки. Грегори встречал такие сооружения у своих друзей во дворах, но таких больших он ещё не видел.       Возле замка стояли маленькие столы и стульчики с разными наборами для игр: где-то был сервиз для чаепития с игрушками, где-то лежали листы бумаги с карандашами для рисования, а где-то хранились карточки UNO и Мафия для ребят постарше.       В углу застекленной и огражденной детской площадки располагался шкафчик с игрушками, откуда дети в любой момент могли взять себе плюшевого маскота Пицца-Плекса и представить, что их игрушечный друг — настоящий, хотя бы на пару минут.       Рядом со стеллажом с игрушками располагался пост охраны, в котором в данный момент никто не сидел. Этот уголок глобально отличался от остальной атмосферы детского клуба: он был красный с вкраплениями жёлтых звёзд, а вся остальная территория была выполнена в зелёных и пастельно-фиолетовых тонах.       Стены локации располагались за территорией этой площадки. Можно сказать, что игровая зона являлась огромным «аквариумом» для детей, куда взрослые не могли попасть, поэтому малыши могли заниматься чем угодно, не опасаясь того, что родители разрушат их веселье.       Осознав, что Грегори в безопасности, по его щекам потекли слезы. Грег не любил плакать и считал, что ревут только нытики и слабаки, но в данный момент он не мог скрыть свои эмоции.       Мальчик все ещё не мог поверить, что позволил им затуманить его разум. Позволил себе насадиться на крючок и стать куклой в руках бесчувственных машин. Каким же идиотом он был…       «Ладно, хорошо… — попытался успокоить себя Грегори, шмыгая носом. Он вытер слезы и осмотрелся по сторонам вновь. — Нет смысла реветь. Надо найти способ выбраться отсюда раньше, чем меня обнаружат охранники или эта ненормальная шайка-лейка. Левша сможет все разрулить… Я надеюсь», — добавил он без капли веры.       Мальчик прошел вдоль игровой площадки и обнаружил странную конструкцию. В одном из углов вблизи дверей стояла огромная белая коробка с красными ленточками и бантом. Из боковины торчал рычаг, медленно прокручивающийся по часовой стрелке. Из этой коробки доносилась нежная мелодия колыбельной, которая немного подуспокоила нервы мальчика.       «Музыкальная шкатулка? Но почему она играет, хотя здесь никого нет?» — задумался Грег, подойдя немного поближе.       Раздался щелчок, и мальчик увидел, как на территорию этой локации заехал работобот-охранник. Грегори быстро открыл шкатулку и запрыгнул внутрь, захлопнув за собой крышку. Грег закрыл рот и нос руками, чтобы заглушить своё дыхание, и прислушался к тому, что происходило снаружи.       Бот немного покатался взад и вперед и уехал, закрыв за собой дверь. Мальчик расслабленно выдохнул и уселся на дне темной шкатулки.       — У меня новый сосед? — вдруг раздался голос в сантиметре от Грегори, и он вылетел из коробки, как пробка из бутылки.       Крышка немного приоткрылась, и из темноты на Грега взглянули два зелёных огонька. Мальчик отполз подальше, наблюдая за тем, как высокая фигура выползает из шкатулки.       — Я вновь проспал, не так ли? — потянулась черная тонкая фигура, которая не была похожа ни на человека, ни на зверя. Скорее, это была какая-то кукла, лицо и одеяние которой напоминали мима. — Мне казалось, что мы закончили играть несколько часов назад! А уже наступило утро! Ну, в любом случае, я успел соскучиться по вам!.. Ты зачем взял шарики?       Грегори стоял возле сухого бассейна и угрожающе смотрел на него, держа в руке несколько разноцветных шаров. Он прокричал:       — Если приблизишься ко мне, я кину ими в тебя! Ты кто такой?!       — Ох, ты, видимо, в первый раз пришел в наш музыкальный детский сад? — радостно спросил робот, приглядевшись к Грегу повнимательнее. — Я не могу найти твой гостевой профиль… Как тебя зовут, малыш?       — Я не малыш! Я уже взрослый! Мне 11 лет! — оскорблено выкрикнул Грегори. Эта сладкая приторность его голоса нисколько не успокаивала разбушевавшееся сердце, вспоминавшее клоунессу. — Кто ты такой?!       Кукла сделала шаг назад и выставила руки вперёд, неловко улыбаясь ему:       — Видишь, я совершенно безоружен! Я не причиню тебе зла! — он выпрямился и поклонился мальчику. — Меня зовут Марионетка. Но обычно дети зовут меня Марио. Можешь называть меня как угодно! Я детский воспитатель, слежу за тем, чтобы дети любого возраста могли найти себе занятие в моем небольшом садике!       Пока Марио говорил, Грег осматривал его с ног до головы. Несмотря на то, что Марионетка говорил в мужском роде, его тело и типаж больше походили на женщину: у него были широкие плечи и таз, а также узкая талия. В отличие от других аниматроников, у Марио не было одежды, только длинный фиолетовый плащ, выходивший из-под плеч, и неоново-фиолетовые острые наплечники. Всё его тело покрывал тёмно-синий, блестящий металл, на руках и ногах сияли белые полосы, но также присутствовали вкрапления зелёного цвета в виде волнистых узоров на запястьях. Заместо лица у Марионетки была неподвижная, улыбающаяся маска с красными щеками, красными губами и фиолетовыми полосами, напоминающими слезы. Сквозь черные прорези маски на мальчика смотрели два любопытных зелёных глаза, осматривавшие Грега в ответ, будто бы они были инопланетянами друг для друга.       Грегори находил Марионетку странным и немного жутким: Марио всем отличался от остальной труппы аниматроников, но при этом он ощущался по-настоящему живым. Живее, чем все люди, которых когда-либо видел Грег. Мальчик читал эмоции робота в неподвижной улыбке его маски, и это напрягало его: как можно чувствовать эмоции того, кто абсолютно никак их не выражает?       Он видел, что аниматроник переживал из-за поведения Грегори и его агрессии в сторону ни о чем не подозревающего робота.       Грег чувствовал, что ведёт себя не совсем корректно, поэтому опустил руки вниз, но не выпустил мячики из ладоней. Он аккуратно, следя глазами за движениями Марионетки, пытался обойти его и добраться до дверей, ведущих на выход из этого красивого ада.       — Слушай, мне проблем не надо! Я просто уйду, и мы вдвоем сделаем вид, что никогда друг друга не видели. Идёт? — спросил Грегори, пытаясь скрыть свое волнение и страх. — Но куда же ты? — изумился Марио, поворачиваясь за ним на месте. — Ведь утро только началось! Да, ещё пока нелюдно, но скоро подтянуться и остальные дети! А пока мы можем порисовать, поиграть или просто поговорить!       «Ну что он привязался ко мне?! — недоумевал Грег. — Эта кукла совсем не понимает, что я не хочу быть здесь? Или он просто игнорирует мои слова?»       — Если бы это было «утро»… — закатил глаза Грегори.       Сначала Марио не понял его сарказма, но затем он посмотрел на настенные часы, его глаза сверкнули неоново-зеленым светом, и Марионетка охнул:       — О боже! Сейчас же двенадцатый час ночи! Почему ты здесь?! — Марио дернулся в сторону Грега, но тот тут же пригрозил мячиками, и кукла отошла обратно. — Тебя оставили здесь родители? Тебя забыли забрать?! Ох, у меня будет с кем-то очень серьёзный разговор! Нужно срочно сообщить охране о том, что ты здесь!       — Не смей! — крикнул Грегори, перекрыв дорогу к посту охраны.       Марионетка удивлённо покосился на него и недоумевающе спросил:       — Почему нет? Разве ты не хочешь домой?       — Ну, я… — замялся мальчик. Он понимал, как глупо это выглядит с точки зрения робота, но он не хотел попасться в руки человека в маске. Уж слишком сильно тот пугал парня. — Я не хочу, чтобы из-за меня были проблемы, ясно?.. — соврал Грег, отведя взгляд в сторону. — Если мои родители узнают, что я здесь, они меня убьют!       — Убьют?.. — повторил Марионетка и уложил руку на грудь. Грегори почувствовал от куклы такую странную ауру, будто Марио переживал из-за этих слов всем своим роботизированным сердцем.       — В переносном смысле, — уточнил Грег, и Марио заметно успокоился.       — Хорошо, мы не будем сообщать твоим родителям об этом, — пошёл ему навстречу Марионетка. — Но я должен отдать тебя под защиту охраны, чтобы с тобой ничего не случилось!       — Со мной ничего и не случится! — топнул ногой Грегори. — Я спокойно могу дойти до дома сам! Мне просто надо отсюда выйти, понимаешь?       Марионетка тяжело вздохнул и замолчал. Кажется, внутри него боролись два противоположных чувства, и он не понимал, какое из них должно было победить. Кроме того, от Марио веяло каким-то непонятным, едва уловимым теплом, название которому Грегори никак не мог подобрать. Ощущения от него были странные, но приятные. Грег мог бы сказать, что этот робот был одним из самых чувственных и милых, но позволить себе снова попасться на ту же удочку дважды он себе не мог.       — Хорошо, если ты так уверен в том, что ты дойдёшь самостоятельно, я не буду сообщать никому о том, что ты здесь, — наконец решился Марио. — Но позволь мне проводить тебя до выхода, чтобы удостовериться, что никто тебя не поймает.       — С какой стати я должен тебе верить? — насторожился мальчик, сделав несколько шагов назад. — Почему я должен доверять какому-то клоуну из коробки?       Марионетка замолчал на несколько секунд, склонил голову над землёй и пожал плечами:       — Мне нечего тебе сказать… — признался он. — У тебя нет никаких причин доверять мне или же следовать за мной… Но я правда хочу тебе помочь. Это моё предназначение и желание, — Марионетка улыбнулся Грегу, и парень немного успокоился. — Я знаю, каково тебе… Ты одинок и напуган… Ты хочешь вернуться к своим родителям, но у тебя нет возможности это сделать… Я прекрасно понимаю это чувство…       Нахмуренные брови Грегори выгнулись дугами при упоминании родителей. Почему-то слова робота показались ему такими искренними и грустными, что мальчик полностью проникся ими и умерил свой пыл. Неподдельная печаль и скорбь задели тонкие нити души Грега, и он глубоко вздохнул, расслабив руки. Разноцветные шарики повалились на пол, и он вновь поднял глаза на Марио, но уже с большим доверием и желанием слушать его.       Марионетка благодарно кивнул ему и продолжил:       — Возможно, твоё недоверие ко мне оправдано. Я много раз подводил людей и всё ещё не могу простить себя за это… Но если ты дашь мне шанс… Небольшую возможность узнать, что с тобой все будет в порядке… Тогда я буду поистине счастлив.       Грегори задумался. Что в принципе он терял? Да, те трое пытались убить его, но они содержались в закрытых камерах глубоко под землёй! А Марио всё это время сидел здесь и мирно спал. У него было множество возможностей для побега, но он ими не воспользовался. К тому же в его зоне даже охраны не было! Значит ли это, что он был абсолютно безопасен? И что значили его слова про то, что он много раз подводил людей?..       — Ладно, черт с тобой, — отмахнулся Грег, — хочешь проводить меня — значит проводишь. Но, — перебил его мальчик, когда Марионетка начал радостно хлопать в ладоши, — ты просто выведешь меня отсюда и никому не сообщишь о том, что я тут был. Хорошо?       — Хорошо, — кивнул Марио, улыбаясь. — Только если ты пойдёшь пешком, то у тебя будет больше шансов попасться…       — И что же ты предлагаешь? — поинтересовался Грегори.       В следующую секунду робот опустился на колени и открыл грудной отсек, протягивая руку Грегори.       — Нет! Я не полезу туда! — мальчик пошатнулся и испуганно отошёл подальше.       — Не беспокойся, это безопасно! Я проверял это на подарках, и ни один из них не сломался и не помялся! — заверял его Марионетка, водя пальцем по внутренней части своего живота. — Видишь, здесь нет никаких острых элементов! Все шестерни и провода находятся внутри эндоскелета, так что тебе нечего опасаться!       «У них у всех фетиш на запихивание меня им в живот?!» — возмущался про себя Грег.       Он понимал, что другого выбора не было: либо во внутреннюю часть Марионетки, либо в злые руки человека в маске или охраны. Грегори цокнул языком и взял за руку Марио.       Пока он залезал внутрь, Грег пригрозил ему пальцем:       — Если что-то внутри перемолет меня в кашу, я вернусь к тебе в виде призрака и буду преследовать до конца твоей жизни!       Неожиданно для Грегори аниматроник рассмеялся:       — Ох, поверь мне, ты не захочешь быть призраком на земле.       — Это ещё почему?       — Очень трудно будет уйти на покой, — вкрадчиво ответил Марионетка и закрыл свой грудной отсек.       Грегори оказался в полной темноте, чувствуя лишь, как гудит мотор, шипят серво-проводы и шумит вентилятор.       — Я попытаюсь идти как можно медленнее, чтобы не трясти тебя, — предупредил Марионетка.       — Это не самая большая моя проблема. Я вообще ничего не вижу! — пожаловался мальчик, опираясь о внутренние стенки робота, благо здесь не было никаких клешней.       — Мне казалось, у тебя на руке были эти модные часы. Разве они не должны светиться?       — Ах, точно! — опомнился Грегори, включив Фаз-часы. — Совсем забыл про них! Стало светлее, конечно, но толку от этого света мало, когда вокруг тебя только чёрные стены…       «Много жалоб…»             — А?       — Я говорю, дай мне секундочку, я подключу твои часы к моим глазам, — ответил мальчику Марионетка.              Грегори мог поклясться, что слышал чьи-то чужие голоса, но они пропали в тот же момент, как Грег почувствовал чужое присутствие. От этого ему на душе стало хуже.       — Го-то-во! — объявил Марионетка радостным голосом. — Теперь ты можешь открыть приложение «Жизнь со звездами»! Обычно дети через него наблюдали за своими родителями, которые бродили по комплексу, но твоё приложение теперь связано с моими камерами в глазах! Ты сможешь увидеть все то же, что и я!       — А если я захочу посмотреть, что творится во всем комплексе, я смогу это сделать? — поинтересовался Грег.       — Разумеется! Просто переключись на любую из камер! Они обычно подписаны с помощью цифр.       Грегори открыл приложение и увидел план здания, разделённый по этажам. Между ними можно было переключаться с помощью стрелочек. На каждом этаже можно было выбрать зону, в которой находилось от трех до семи камер слежения. В правом верхнем углу появилась иконка Марионетки, на которую мальчик и нажал.       Тогда он увидел тот же детский сад, только глазами Марио.       Кукла быстро зашагала к дверям детского сада, но при этом пыталась идти так, чтобы мальчик чувствовал себя наиболее комфортабельно внутри неё. Грегори, конечно, качало из стороны в сторону, но это не было так сильно, как если бы Марионетка бежал.       На выходе из детского сада Марио внезапно застыл.       — Что такое? — спросил его Грегори.       — Я впервые покину свой детский сад, — ответил ему Марионетка, заглядывая за спину. — Даже не представляю, что меня ждёт за воротами моего уютного гнездышка…       — Ой, не парься! — буркнул Грег. — Там нет ничего интересного! Просто отведи меня к какому-нибудь выходу…       — Да, да, конечно, — Марио вздохнул и медленно зашагал в сторону дверей. — Ты, кстати, так и не сказал, как тебя зовут, — не скрывая свое любопытство, произнес робот.       — Зачем тебе моё имя? Мы всё равно больше никогда не увидимся, — понуро опустил плечи Грегори и отвёл взгляд в сторону.       — Ну как же! Я должен знать имена тех, кто был в моем детском саду! Просто, чтобы хотя бы вспоминать о них время от времени и думать: «Как там поживают мои милые малыши?» — он мечтательно произнёс это, взглянув на потолок, где располагалось искусственное звёздное небо.       Было видно, что каждый ребёнок для Марионетки не был пустым звуком. Все они являлись его личными звёздочками, за которыми он любил наблюдать и был рад видеть в любой момент времени.       — Видимо, ты очень любишь детей, не так ли? — спросил его Грег с неким сочувствием и даже завистью.       Да, он завидовал тому, что кто-то где-то беспокоился о других детях, у которых и так были родители, которые могли о них позаботиться. А у него же не было никого, к кому он мог так же обратиться за помощью и поддержкой…       — Конечно! Я люблю всех детей! Все они уникальные и поистине талантливые! Просто надо показать, к чему им нужно стремиться, чтобы стать чудесными людьми. Да и, в конце концов, каждый ребёнок — это просто живое существо, о котором нужно беспокоиться и дарить ласку. Этим я и занимаюсь, это и есть моё предназначение. Каждый раз, когда я вижу детские улыбки и глаза, полные радости, я не могу не сказать себе, что я делаю всё правильно! Это ли не счастье для такого старого робота, как я?       Марионетка нежно улыбнулся и продолжил свой путь. Грегори еле сдерживал свои эмоции, которые бурлили в нём, словно фонтан.       Никогда в своей жизни он не слышал, чтобы человек так искренне и душевно отзывался о своей работе. И Марионетка даже не был существом с сердцем!       Марио никто не платил и гроша! О нем не говорили ни по радио, ни по телевидению. Даже Грег как фанат Пицца-Плекса никогда не слышал про этого аниматроника, словно он был просто задним планом по отношению к остальной труппе. Обычным работоботом.       Что было такого уникального в другой части группы?! Чего не хватало у Марионетки?! Маскоты же все пустышки! Они все злые и жестокие! Будто только Марио был создан с любовью…       — Думаю, ты сильно удивишься тому, что ты найдешь за стенами, — смущённо прошептал Грег.       — Правда? — оживился робот. — Там красиво?       — Очень красиво, — слегка улыбнулся Грегори. — Как так вышло, что ты ни разу не покидал свой сад?       — Днём я работаю, а все остальное время сплю, — снисходительно ответил Марионетка. — Да и Левша не позволяет мне покидать эту локацию. Он говорит, что мне здесь безопаснее.       — Хочешь сказать, что этот медведь постоянно ошивается у тебя? — усмехнулся мальчик. — Видимо, ты ему небезразличен.       — Левша был первым, кто пришел меня проведать после того, как я впервые оказался в комплексе, — хихикнул робот. — Кроме того, у нас есть свои причины, чтобы быть в близких отношениях.       — У-у-у, понимаю, — протянул мальчик и рассмеялся себе в руку. — Ладно, скоро мы будем у выхода?       — Не могу тебе ничего обещать, я и сама впервые здесь.       — Сама? — зацепился за его слово Грег. —       Ой, прости! Оговорился! — замялся Марионетка. — Думаю, скоро будем там.       Вдруг Марио почувствовал, как его кто-то тронул за локоть. Он обернулся и увидел работобота, который пытался вернуть Марионетку обратно в детский сад. Робот смотрел на это с умилением, ведь работобот был раза в два меньше, чем кукла, но он и не желал причинять ему вред.       Марио аккуратно отодвинул работобота, присел на колени и взял его за плечи. «Не волнуйся, малыш, я скоро вернусь! Мне нужно просто кое-что уладить», — после этого он потрепал работобота-охранника по голове, словно маленького котёнка, и развернулся, чтобы продолжить свой путь. Бот сначала мило поурчал, а затем, вглядываясь в спину уходящего Марионетки, сообщил по рации следующую новость…

***

      — Что значит Чарли ушла?! — восклицал Майкл, пребывая на грани безумия и выдирая себе остаток волос с головы. — Какого черта этот мелкий бот не доследил за ней?!       — Шарлотта пропала? — спросил вошедший в отдел Запчастей и Ремонта Левша с подбитым плечом и разодранным предплечьем правой руки. — Как давно это случилось?       — Посмотрите, кто явился! А не ты ли должен был наблюдать за тем, чтобы Чарли не встряла в никакие передряги снова?! — злобно кричал Афтон, держась за голову. — Господи, всё было так идеально спланировано! Не было никаких вариантов для этой отбитой тройки, чтобы они вышли из своих клеток! Но нет! Каким-то чудесным образом они открыли клетки и выбрались из них! А затем и Шарлотта пропала! Что это такое, твою мать?!       — Прекрати истерить, — твёрдо произнес Левша, залатывая свои раны. — Шарлотта не могла уйти просто так. Видимо, есть какая-то причина. В любом случае, я побеспокоюсь о том, чтобы найти её раньше, чем её найдёт Афтон и другие.       — Извините, пожалуйста, что я опять истерю! Но не Вы ли, мистер идеал, должны были задержать их в подвале, а не выпустить наружу?! — распылялся Майкл.       Мужчина переживал всей душой за ход их операции. Все эти 3 года планирования, которые они с Генри провели вместе, создавая роботов и продумывая систему Пицца-Плекса, пошли коту под хвост всего за одну ночь. Они желали всё сделать намного позже, но теперь выхода не было…       — Мистер Эмили оборудовал мой чип системой самосохранения. Если я чувствую, что я не могу выиграть эту битву, мне приходится уходить. Лишь поэтому я позволил этой опасной тройке покинуть подвальное помещение и занять весь Пицца-Плекс, — объяснялся медведь. Он успел заделать расколы и разломы в своем экзоскелете и встать рядом с Майклом. — Однако, у дверей есть функция, которая самостоятельно закрывает проходы при приближении к ним одного из ботов. Иначе говоря, никто из них не сможет покинуть это заведение, но для этого нужно активировать режим «Аннигиляции». Без разрешения мистера Эмили это сделать не получится.       — Ладно, чёрт с этим, попытаемся пока что поймать их или удержать в комплексе. По крайней мере, до тех пор, пока мистер Эмили не прибудет сюда. Надо сконцентрировать своё внимание на всех входах и выходах из Пицца-Плекса. Все вентиляция перекрыты, но есть также проходы, которые я ещё не успел заделать, потому что какие-то чёртовы охранники не хотели покидать своих рабочих мест раньше времени и мне не удавалось сделать всё по-тихому! К тому же многие запасные выходы не оборудованы системой, которая позволит их перекрыть в одно мгновение, так что придётся как-то их отгонять от этих мест, чтобы они ни в коем случае не прознали про них… — Майкл прорычал и рухнул лицом на рабочий стол. — Господи, почему всё это произошло?! По какой причине всё это происходит в данный момент?! Что я не усмотрел?! Что недоглядел?!       — Не принимай всё это так близко к сердцу. В конце концов, людям свойственно ошибаться. Они не машины, — пытался поддержать его Левша, но Майкла лишь оскалился:       — Я давно уже не человек! И шанса на ошибку у меня уже нет!       Мужчина оторвался от рабочего стола и вцепился руками в плечи Левши:       — Найди Шарлотту любыми средствами. Заставь её остаться в этом комплексе. И не проворонь остальных! Каждая смерть и каждая прореха будет не только на моей совести, но и на твоей тоже.       — А как же Мистер Эмили? — вопросил медведь.       — Мистеру Эмили мы ничего сообщать пока что не будем, потому что у него и так предынфарктное состояние! — ответил ему Майкл, схватив за затылок и придвинув того поближе. Афтон шептал: — Если он узнает, что мы в одну ночь умудрились потерять сразу четырёх роботов… Мне кажется, он присоединится к царству мёртвых в тот же момент. Будем ждать, когда он прибудет сюда самостоятельно, тогда и расскажем… Ты меня понял?       Левша кивнул и отошёл подальше.       — Хорошо, я попытаюсь поймать Шарлотту. А что ты будешь делать?       Майкл немного замялся и взглянул на свои фаз-часы, которые в данный момент показывали одни лишь помехи.       — А я попытаюсь остановить Фредди, иначе он разломает вообще все камеры. Почему этой гниде постоянно надо мешать мне жить?!       — Поверь мне, дружок, ты не представляешь, насколько Фредди заноза в заднице! — рассмеялся Фокси. — И с победой над этим ничтожеством я тебе помогу! Ибо, даже несмотря на то, что мы, технически, семья, он урод в ней!       — Отлично, — кивнул Майкл, выпрямившись. — Если все готовы, мы можем начинать нашу миссию. Никто не покинет этот комплекс, и мы закончим всё здесь. Раньше или позже, но мы закончим всё раз и навсегда!