Книга Ⅰ. Глава ⅩⅩⅩⅠ. Все познается в сравнении.

      Морщась от пульсирующей боли в затылке, Синдбад недоуменно осмотрел представшую перед ним камеру и пришел к неутешительному выводу — действительно похитили. Видимо, огрели со спины, когда он пытался увести Мелиссу с того проклятого вечера. Собственная оплошность неприятно царапнула под грудиной. И с каких пор к нему так просто подкрасться?       «По крайней мере, нас не разделили», — парень перевел взгляд на прикованную к противоположной стене подругу, чтобы убедиться, что та в порядке. К счастью, ни пострадавшей, ни напуганной Мелисса не выглядела: выдав Синдбаду бодрящего пинка, девушка вступила в неравную борьбу с задравшимся подолом платья.       — Мелл, мне кажется, у нас есть проблемы посерьёзнее твоих голых коленок.       Светлая бровь вопросительно взлетела вверх.       — Я лишь хотела, чтобы ничего не отвлекало тебя от решения этих «серьезных проблем», — хмыкнула девушка. — Но как скажешь.       Оставив платье в покое, Мелисса вытянула ноги, невзначай касаясь бедра Синдбада оголенной лодыжкой.       «И правда, отвлекает», — вынужденно признал парень, скользя взглядом по изящной голени. Когда он все же нашел в себе силы поднять глаза, то столкнулся со светящимся насмешкой и непривычным вызовом взглядом подруги.       — Не думай, что я критикую, но все же цепи и кандалы — перебор для первого свидания.       Металлические оковы демонстративно звякнули на чужих запястьях, а Синдбад едва не подавился возмущением: это же не он придумал!       «Да что с ней вообще такое?» — в груди кольнуло неясным волнением. Язвительность Мелл, конечно, вперед нее самой родилась, но все же поведение девушки было странным: слишком расслабленным и раскрепощенным для ситуации, в которой они находились.       — Ты точно в порядке? — спросил Син, с тревогой всматриваясь в слегка расширенные зрачки Мелиссы.       — Руки затекли, — попыталась отшутиться она, но, заметив чужой настрой, со вздохом добавила: — В голове неразбериха, никак не могу собрать мысли в кучу. И мутит немного. Наверно, пойло Волчьей Маски еще не до конца выветрилось… Как понимаю, именно ему мы обязаны за столь радушное гостеприимство?       — Да, как оказалось, у Хэдеса на нас зуб, — мысленно отметив странную кличку, кивнул парень. — И нет, дело не только в вашем с ним… конфликте.       Под вопросительным взглядом Мелиссы Синдбад быстро пересказал ей вчерашний разговор с Просперусом.       — Так он пытался нанять нас для устранения конкурента? — недовольно скривила губы девушка. — Какой неприятный тип.       — Да, но сейчас я как никогда разделяю его желание избавиться от Хэдеса.       — А насчет смерти Галлуса… Мы действительно его убили?       Это «мы» отозвалось иррациональным теплом в груди. Сам Синдбад считал себя причастным к смерти Галлуса наравне с Виттелем, и было странно приятно осознавать, что Мелл разделяет этот взгляд.       — Да, — без утайки ответил парень, получая в ответ спокойный кивок. — Не хочешь спросить, кто именно из нас?       — У меня уже есть уверенная версия, а об остальном мне расскажут, когда будут готовы, — немного грустно вздохнула Мелл.       «Надеюсь, мне тоже», — уловив в словах подруги двойной смысл, отвел глаза Синдбад. Атмосфера сразу стала напряженнее.       — Если что, я бы никогда не осудил друга за подобное, — зачем-то добавил он. — Особенно, когда у него были причины так поступить.       — Знаю. И я тоже, — губы Мелиссы на миг дрогнули в робкой улыбке, после чего с них сорвался циничный хмык. — Если честно, мне настолько плевать на смерть Галлуса, что это даже странно. Но то, сколько проблем на нас валится даже после его кончины, бесит.       — В целом согласен. Хотя не думаю, что Хэдес к нам прицепился, чтобы отомстить за товарища. Скорее не может простить угробленный бизнес.       «И подпорченную физиономию», — мысленно добавил Син.       — В любом случае надо бы выбираться… Кстати об этом, саи не особо подходили к платью, но почему ты не взял свои сосуды джинна?       — Потому что в приглашении было сказано не приносить оружия, — покрываясь стыдливым румянцем, буркнул Син. — Теперь я понимаю, что это было частью ловушки, но тогда мне казалось разумным проявить вежливость и согласиться на это условие.       — Отныне никакой вежливости, — вздохнула Мелл. — Значит, нужен другой план…       Договорить она не успела: за дверью послышались шаги, и через мгновение в камеру ввалился Хэдес с откровенно мудацким выражением на некогда лощеном лице.       — О, неужели мои гости, наконец, проснулись? — с гнусной ухмылочкой Хэдес обернулся к Мелиссе. — Я ведь обещал показать тебе свои камеры, пташка, так что скажешь?       Мерзкая двусмысленная фраза и уничижительное прозвище вызвали в Синдбаде почти неконтролируемое желание начистить Хэдесу морду. Правда, в следующий миг треснуть захотелось уже Мелиссу.       — Размеры не впечатляют, — намерено разочарованно протянула девушка и снова дернула руками в цепях. — Да и состояние вызывает сомнения… Оно еще точно рабочее?       Лицо Хэдеса пошло алыми пятнами, а Синдбад едва сдержал трагичный стон. Ну почему нельзя промолчать? Хотя бы иногда!       Прежде чем разъярённый мужчина успел шагнуть к Мелл, Синдбад поспешил перевести его внимание на себя.       — К чему это все? Ты ведь понимаешь, что похищение не сойдет тебе с рук. Как минимум, наши люди будут искать нас.       — И найдут лишь трупы, — глумливо протянул сразу купившийся на уловку Хэдес, с высока взирая на сидящего перед ним пленника. — Двое перебравших вина молодых людей пошли купаться ночью и утонули — трагичная, бессмысленная смерть. А главное, расследовать в ней совершенно нечего. Даже вашим друзьям придется смириться.       Со стороны Мелиссы послышался тихий фырк который Синдбад полностью поддерживал. Смирятся как же — зная их друзей Хэдес сам быстро отправится на корм рыбам… Хотя лучше бы до этого не доводить.       — Но я так понимаю, это еще не все? Раз уж мы еще разговариваем, — неприятная мысль холодом скользнула по позвоночнику: не будь Хэдес таким тщеславным придурком он бы не стал ждать пробуждения пленников, а сразу исполнил свой план и тогда…       — Понимаешь, убить вас во сне без мучений — слишком большая милость. Вы же даже ничего не поймете, — любезно пояснил Хэдес. — Конечно я бы предпочел пытки, но у нас маловато времени, потому я придумал кое-что поинтереснее с участием твоей подружки.       Несформировавшееся осознание набатом ударило в голову, вызывая в Синдбаде черную ярость.       — Только тронь ее, — с угрозой прорычал Син, прожигая нависшего над ним мужчину ненавидящим взглядом, — и…       — И ты ничего мне не сделаешь, — отмахнулся Хэдес. — Я возьму твою девку, а ты будешь сидеть здесь в одиночестве, сходя с ума от того, что не смог ее защитить. А когда отчаяние станет невыносимым, я, так и быть, милосердно убью вас обоих.       Синдбад зло дернулся в цепях, но новый поток угроз прервал скучающий девичий голос.       — Так ты решил «продлить наши мучения» минуты на полторы? Время, видимо, и правда поджимает.       «Да чем он ее опоил?!» — Син шокировано уставился на подругу, реакции которой уже не на шутку беспокоили: ни ситуация, ни гнусные намерения Хэдеса Мелл, казалось, не волновали. Разве что утомляли и вызывали раздражение. И все бы ничего, если бы угроза не была реальной.       — Мелкая дрянь, — процедил Хэдес, делая резкий шаг к Мелиссе. — Не слишком ли много спеси для безродной девки, сидящей у моих ног? — Подцепив пальцами висящую на шее девушки жемчужную нить, он с силой потянул ту на себя, вынуждая недовольно зашипевшую Мелл поддаться вперед. — Но ничего, времени показать тебе твое место у меня хватит.       Мелисса его тирадой не впечатлилась. Более того, похоже, она ее даже не слушала, думая о чем-то своем.       — Скажи, а тебя не раздражает твой голос? — игнорируя мысленные приказы Сина заткнуться, с почти искренним интересом поинтересовалась девушка. — Просто он такой мерзкий, как у визгливого порося…       — Довольно! — рявкнул Хэдес, срывая украшение с девичьей шеи. Тонкая нить лопнула, оставив красный след на коже, и перламутровые бусины застучали по каменной кладке. В зеленых глазах вспыхнула злость, но одарить Хэдеса новым «комплиментом» Мелл не успела — обернувшись к застывшему в дверях охраннику, мужчина бросил резкий приказ: — Займись девкой!       — Не трогай ее! — взревел Синдбад, яростно, но безуспешно дергаясь в цепях: тучный охранник даже не повернул головы, и все, что оставалось парню — беспомощно наблюдать, как тот прижимает смоченную чем-то тряпку к лицу выворачивающейся Мелиссы. Сопротивление девушки продлилось не больше нескольких секунд, после чего ее тело обмякло, безвольно повисая на цепях. — Что ты с ней сделал, сволочь?!       — О, пока еще ничего, но скоро сделаю. Возможно, ей даже понравится, — Хэдес победоносно оскалился. — Ну а ты пока можешь насладиться этой прекрасной камерой… В одиночестве.       Когда Хэдес и закинувший на плечо полубессознательную Мелиссу охранник ушли, с лязгом захлопнув тяжелую дверь, на Синдбада многотонной плитой обрушилось осознание того, насколько все плохо. Злость, бессилие и страх за подругу разъедали изнутри. Ни о каком холодном рассудке не было и речи: кровь стучала в голове, а мысли ускользали, как вода сквозь пальцы, лишая возможности придумать хоть какой-то план спасения. Да какой тут может быть план? Синдбад безоружен и никак не мог вырваться из сковавших его цепей: запястья были уже в кровь содраны, но проклятые кандалы держали все также крепко.       — У меня нет на это времени! — во всю силу своих легкий рявкнул Синдбад, отчаянно прикладываясь головой о каменную стену. Затылок тут же обожгло болью, но на него, как и на пульсирующие руки, было глубоко плевать. — Черт!       — Оп-па! Одного нашел, а где вторая?       Знакомый голос стал полнейшей неожиданностью, и на мгновение Синдбад даже усомнился в его реальности.       — Тай! — с непередаваемым облегчением воскликнул парень, впиваясь взглядом в нарисовавшееся по ту сторону оконной решетки лицо товарища. Выяснять, как друг их нашел, не было времени, потому Син перешел к главному вопросу: — Скажи, что ты принес мои сосуды?!       — Обижаешь, глава, — хмыкнул Тай, уже просовывая сквозь прутья массивную подвеску с рубином. — Так и знал, что вы даже на свидание нормально сходить не сможете.       Синдбад несколько раз вздохнул, успокаивая все еще заполошно бьющееся сердце. Все хорошо, теперь он мог помочь Мелиссе.       Главное — не опоздать.

***

      Мелиссу куда-то волокли, волокли и наконец приволокли, сбросив на пол, как мешок картошки. Немилосердно, но хоть немного отрезвляюще. Девушка открыла глаза и попыталась собрать двоящуюся картинку воедино. Признаться, чувство утери связи с реальностью ее уже знатно достало.       Довольно быстро Мелисса осознала, что находится в роскошной спальне, по которой расхаживал неприлично самодовольный Хэдес. Мужчина что-то говорил, но слова его доносились. как сквозь толщу воды и совершенно не желали восприниматься. Впрочем, наверняка изо рта Хэдеса лился очередной хвалебный спич самому себе, так что теряла девушка немного.       — … Что скажешь?       Обдумывать бессмысленные вопросы наркоторговца совершенно не хотелось, но, пожалуй, в ее положении имело смысл потянуть время.       — Что? — «гениально» поддержала беседу Мелл.       — Я спросил, как тебе моя новая разработка. Предыдущие девушки, приняв ее, становились податливыми, словно воск, и ласковыми, как котята.       Мелисса прислушалась к ощущениям: повадок хвостатого семейства, к счастью, не заметила, но вот тело действительно двигалась через силу. До боли впившись ногтями в бедро, девушка подняла взгляд на застывшего в нескольких шагах Хэдеса.       — А кто-то на уже тебя блевал? Потому что меня тянет. Хотя, возможно, дело тут в том, что просто ты мне омерзителен до тошноты.       — Ах ты языкастая дрянь! — мгновенно вызверившись, подлетел к ней Хэдес. — Я научу тебя уважению!       Голова мотнулась от обжёгшей щеку пощечины.       «Ауч», — подвигав занывшей челюстью, Мелисса сморгнула выступившие слезы и довольно хмыкнула. Боль действительно отрезвляла: картинка перед глазами стала четче, да и тело, кажется, стало вспоминать, что должно слушаться хозяйку. Жаль, не до конца.       «Ладно, будем работать с тем, что имеем», — с этими мыслями Мелисса протянула руку вверх, и Хэдес (не иначе как растерявшись) рывком помог ей подняться.       — Ты и правда тупой, — разочарованно вздохнула девушка, с минимальной трудозатратностью оказавшись там, где и планировала — перед носом недоуменно уставившегося на нее мужчины. Чтобы в следующий миг нанести не особо сильный, но достаточно резкий и точный удар в шею (спасибо Виттелю за уроки).       Хэдес осоловело и даже будто обиженно моргнув, бессознательно повалился вперед, лицом приземляясь на выложенный камнем пол. На раздавшийся следом хруст Мелл непроизвольно сморщилась.       — Неприятно, должно быть, — пробормотала девушка и, с трудом обогнув распластавшееся под ногами тело, подошла к стоящему нас столе графину. — Пора приходить в чувства.       Литр воды, опрокинутый на голову, действительно позволил почувствовать себя бодрее и добраться до двери из комнаты почти не качаясь и лишь один раз споткнувшись (о все также лежащего на полу Хэдеса). А вот за дверью ждала неожиданная картина: притащивший Мелл охраник, привалившись к стене, мирно посапывал на посту.       «И это люди, решившие похитить двух покорителей подземелья! — мысленно возмутилась девушка. — Никакого уважения!»       Поборов желание пнуть мужчину под толстый зад, Мелисса тихо проскользнула по коридору и рванула (точнее поковыляла нетвердой походкой) к лестнице. Наверняка Синдбад там весь извелся, стоило сообщить, что с ней все в порядке.

***

      Далеко бежать не пришлось: после первого же пролета Мелиссу резко дернули в сторону, вжимая в нишу за безвкусной колонной.       — Ох! — выдохнула девушка, ловя знакомый золотой взгляд. — Син, как ты выбрался?       — Тай помог, — коротко отозвался друг, взволнованно рассматривая ее лицо. — Тебе навредили?       — Кто? Эти актеры из театра абсурда? Я тебя умоляю.       — Но почему ты мокрая? И что с твоей щекой?..       — Син, — Мелисса обхватила лицо парня руками и, поддавшись ребяческому порыву, быстро чмокнула его в нос. — Я в порядке, правда.       Очевидно, не ожидавший подобного выпада, Синдбад на миг застыл в растерянности, а затем, нервно кашлянув, сменил тему.       — Хорошо, тогда пойдем. Нужно вывести тебя отсюда.       — Стоп, стоп, стоп! — уперлась пятками Мелисса, когда ее попытались вытащить из-за колонны. — Собираешься просто уйти и оставить этого мудака без наказания?       — Как выберемся, сообщим Просперусу о произошедшем. Тот давно ищет возможность прижать Хэдеса.       — Хэдес точно отвертится. Его слово против нашего, — несогласно качнула головой Мелл. — Чтобы его прижать, нужны неопровержимые доказательства.       Синдбад страдальчески закатил глаза.       — И у тебя уже идея, которая мне точно не понравится?       В ответ Мелисса лишь невинно улыбнулась.

***

      Сложнее всего было убедить Синдбада оставить ее одну.       На самом деле идея была до банальности проста: чтобы обвинить Хэдеса в похищении, надо было продемонстрировать похищенного. Потому, отправив Сина призывать в свидетели Просперуса, Мелисса вернулась в камеру. Только не в «свою» а в соседнюю — благо, в резиденции Хэдеса их оказалось аж три.       Вздохнув, Мелл бросила взгляд на покрытый инеем замок, который Синдбад заморозил на случай, если кто-то попытается вломиться в камеру. Такая забота была приятной, хотя и казалась немного излишней, ведь пришедшему в себя Хэдесу и в голову не пришло проверить «пустующие» камеры: убедившись, что Синдбад сбежал из заточения, наркоторговец с проклятиями покинул подвал и больше в него не спускался. И теперь единственным развлечением Мелиссы было вслушиваться в доносящийся с верхних этажей шум — похоже, Хэдес поставил на уши весь дом, и теперь тот гудел, как встревоженный улей.       Ожидание было утомительным, но что хуже, действие наркотика явно начало усиливаться: кожа покрылась испаренной, к которой липли спутанные волосы, а все тело ломило от странной истомы. Хотелось воды, прохлады и чего-то, чему Мелисса не могла дать описания. Облизнув пересохшие губы, девушка принялась сверлить недобрым взглядом дверь в камеру. И где, черт возьми, носило Синдбада?       Как по заказу, до слуха донеслись звуки приближающихся шагов и чьи-то возмущенные восклицания. Мелисса поспешила принять самый несчастный и напуганный вид, на какой только была способна и, судя по лицам ввалившихся в камеры мужчин, прекрасно в этом преуспела.       — Мелл!       Сковывающие запястья цепи лопнули под действием силы джинна, и неожиданно потерявшая опору Мелисса повалилась в руки подскочившего к ней Синдбада. Легкое недовольство, вызванное излишним драматизмом, быстро угасло: объятия были приятными, а от сосуда Велифора исходила так необходимая девушке прохлада. От накатившего облегчения захотелось блаженно улыбнуться, но Мелисса сдержала этот порыв. Их спектакль только набирал обороты.       — Господин Хэдес, как вы это объясните? — потрясая пышными усами, воскликнул мужчина в дорогом доспехе. Его возмущение выглядело естественным, в отличие от укоризненного взгляда престарелого торговца, стоящего рядом. Судя по всему, того самого Просперуса. — Что это юное создание делает в вашей камере в подобном виде?!       «Юное создание» Мелл милостиво пропустила мимо ушей, довольная тем, что ее творческий подход к созданию образа «несчастной пленницы» не остался незамеченным: к промокшему платью и не до конца сошедшему следу от пощечины добавились воронье гнездо на голове, растертые до покраснения глаза и разодранный подол. Дорогое платье, конечно, было жалко, но на что не пойдешь ради искусства.       Но не смотря на все это, вряд ли у Мелиссы получилось выглядеть более жалкой, чем сверкающий разбитым носом Хэдес, что с видом выброшенной на берег рыбы оглядывал присутствующих.       — Как видите, господин Арминиус, я был прав, — раздался над головой Мелл полный нескрываемой ярости голос Сина. — Когда мы покидали прием, кто-то напал на меня со спины и бессознательным отволок за скалы на пляже. Я пришел в себя только утром и, узнав у своих людей, что Мелисса не возвращалась, сразу предположил, что ее пропажа может быть делом рук господина Хэдеса… Уж слишком заинтересован он был ей вчера.       — Это все грязная ложь! — гнусаво заверещал обвиняемый.       — По-вашему, девушка сама заперла себя в вашем подвале?! — еще более грозно затряс усами Арминиус.       — Предлагаю немного успокоиться и послушать, что скажет юная леди, — голос влезшего в перепалку Просперуса был по-отечески заботливым, но во впившихся в Мелл тусклых глазах не было и капли мягкости.       И вот он, ее звездный час — сейчас Мелиссе нужно было убедительно изобразить жертву похищения. Однако лишь на этом обвинении она останавливаться не собиралась.       — На в-вчерашнем приеме, — подрагивающим голосом начала девушка, — Господин Хэдес предложил мне «особый» напиток, но, выпив его, я почувствовала себя нехорошо. Последнее, что я помню о вечере — как Синдбад вывел меня из резиденции, а потом… — очень натурально всхлипнув, Мелл поднял влажные глаза на набившихся в камеру мужчин. — Сквозь сон я почувствовала, как в меня плеснули водой, и очнулась здесь. В этой камере… и в цепях и…       Голос сорвался (не по плану, но весьма к месту) и Хэдес попытался воспользоваться паузой, чтобы вставить свои пять медяков, но этот порыв оборвал мужчина в доспехе.       — Не спеши, милая, — еще более ласково произнес Просперус. — Скажи, этот человек причинил тебе вред?       «Стыдливо» опустив глаза, Мелисса «призналась»:       — Очнувшись, я ничего не понимала. Господин Хэдес много кричал, а потом он… Он начал меня домогаться, — голос упал почти до шёпота, — Порвал платье, а когда я попыталась сопротивляться, разозлился еще больше: схватил меня за волосы, ударил… Сказал, что даст мне немного времени обдумать свое поведение, а потом вернется с особым средством, которое сделает меня сговорчивей…       Завершающим актом по лицу Мелиссы потекла одинокая слеза. Занавес. Ну разве она не хороша? Судя по силе, с которой руки Сина сжали ее плечи, и тому, как резко упала температура в камере — даже слишком.       — Я убью его, — пугающе спокойно произнес парень, и Мелл поспешно ущипнула его за бедро, чтобы напомнить, что большая часть ее слов — выдумка.       — Понимаю вашу ярость, — не скрывая гнева, произнес Арминиус. — И благодарен, что вы, проявив дальновидность, связались с нами, прежде чем вершить самосуд. Прошу вас и теперь проявить благоразумие и не пятнать репутацию совершенным на эмоциях убийствами. Позвольте правосудию Рема настигнуть виновного и…       — Какое еще правосудие?! — заверещал Хэдес, прерывая до странности высокопарную для данной ситуации речь Арминиуса. — Девка врет! Все было совсем не так!       — Что ж, может, вы хотите поведать нам свою версию событий? — с еле уловимой ухмылкой обратился к нему Просперус.       — Я… Она… Эта девка вломилась в мои покои! — поняв, что едва не закопал сам себя, попытался выкрутиться Хэдес. — И напала, пока я спокойно отдыхал! Вы только посмотрите, что она сделала с моим лицом!       — Не неси чушь! — зло рявкнул Синдбад. — Еще скажи, что в кандалы она себя сама заковала!       — Да! Чтобы подставить меня!       — Все не так! — воскликнула Мелисса, решив, что не может оставить второй акт спектакля без своего участия. — Господин Хэдес сам разбил нос, поскользнувшись на выходе из камеры!       — Ах ты мелкая лгунья! — взревев, Хэдес угрожающе шагнул в ее сторону, не заметив, как на мгновение пол под его ногой покрылся тонкой изморосью. Истеричный визг и вот многострадальный нос Хэдеса вновь встречается с каменной кладкой.       Чтобы сдержать рвущийся с губ смешок, Мелисса силой прикусила внутреннюю сторону щеки и «испуганно» вжалась лицом в тяжело вздымающуюся грудь Синдбада. А тем временем Арминиус, вытащив из ножен длинный меч, прижал его острие к шее скулящего на полу Хэдеса.       — Довольно! — громогласно произнес мужчина. — У нас достаточно оснований задержать тебя. Не осложняй свое положение.       Хэдес попытался что-то возразить, но его скулеж Мелисса уже не слушала: откинувшись на плече Синдбада, девушка устало прикрыла глаза, перед которыми тут же заплясали цветные круги.       «Поскорее бы уже свалить отсюда».

***

      Разумеется «поскорее» не получилось.       Сначала Арминиус, который явно имел зуб на Хэдеса, действительно взял того под стражу и дал двум своим подчиненным приказ обыскать дом. Мужчины довольно быстро отыскали запасы наркотиков и вызывающие подозрения документы, после чего Арминиус решил вновь допросить Мелиссу с Синдбадом, но в этот раз под запись. К счастью, разговоры на себя взял Син, и пока друг обсуждал дела с Арминиусом и Просперусом, отказавшаяся от обеда Мелл жевала булку с чаем, стараясь не сильно клевать носом.              В итоге сбежать из резиденции Просперуса удалось лишь под вечер.       Оказавшись, наконец, в своей каюте и сменив драное платье на тунику, Мелисса принялась разбирать превратившееся в воронье гнездо волосы. За этим занятием ее и застал вломившийся в комнату Синдбад.       — Эм, прости, что без стука, — поняв, что подруга не совсем одета, смущенно отвел глаза он. — Просто хотел узнать, как ты.       Встав с кровати, Мелисса накинула на плечи покрывало и подошла к застывшему в дверях Сину.       — Я в порядке… Ну или почти, — не сказать, что сознание Мелл окончательно прояснилось, но жар, тошнота и ломота в теле прошли. А небольшой беспорядок в мыслях можно и на усталость списать. — Ты сам-то как? Выглядишь взвинченным.       Перестав нервно разминать пальцы, Синдбад вздохнул, взлохматил и без того растрёпанную челку и, наконец, посмотрел на девушку с неподдельной виной во взгляде.       — Не могу перестать думать, что все могло кончиться гораздо хуже.       — Ну не кончилось же, — подхватила его вздох Мелисса, у которой не было сил на самобичевание и поиск виноватых. Вместо этого она шагнула вперед, окончательно уничтожая расстояние межу собой и Сином, и глухо буркнула ему в плечо: — Проехали.       Какое-то время они, как дураки, стояли посреди комнаты, ища в объятиях друг друга утерянные равновесие и покой.       — Это было самое ужасное свидание из всех возможных, — внезапно раздался голос Синдбада. — Прости.       — Не будь так самокритичен. Уверена, история помнит свидания и похуже, — хмыкнула девушка. — Но в следующий раз я бы обошлась без нудных приемов и безумных преследователей.       — Значит, ты дашь мне еще шанс?       Мелисса подняла голову навстречу веселому золотому взгляду и, приподнявшись на носочках, оставила легкий поцелуй на улыбающихся губах Синдбада.       — Даже выделю еще аванс.       Вот теперь они, пожалуй, и правда были двумя идиотами: стоят смущенные и неловкие, смотрят друг на друга без малейшего понимая, что делать дальше.       — Эм, тебе наверно, нужно отдыхать, — первым сообразил Син. — Я, пожалуй, пойду.       — Стой! — ощутив, как размыкаются согревающие объятия, Мелл недовольно нахмурилась и, вцепившись в ремень друга, дернула его обратно. — Ты пришел только узнать, как я?       — Да? — осторожно протянул Синдбад, будто неуверенный в правильности своего ответа.       — И теперь просто уйдешь?       — Наверное, я должен? У меня ведь нет… ну… причин задерживаться?       Синдбад снова начинал нервничать, и отчего-то Мелиссе это показалось очень забавным.       — Что прям не одной? — «недоуменно» выгнула бровь она.       Румянец, так и не сошедший со скул Сина, казалось, стал ярче, а его взгляд опустился на губы Мелиссы, вызывая у той табун невесомых мурашек. Кажется, кто-то заигрался.       — Я имела в виду, — прокашлявшись, девушка шагнула назад, уходя от обжигающих касаний чужих рук. — Что у тебя наверняка есть вопросы о моем знакомстве с Хэдесом… и прочем.       Столь резкая смена темы на мгновение выбила Синдбада из колеи. Однако он быстро собрался и уверено кивнул:       — Есть. Но я не собирался расспрашивать тебя о том, о чем ты не готова говорить.       — Спасибо, — искренне улыбнулась Мелл.       Она и правда избегала этого разговора, но по большей части из-за того, что не любила выворачивать душу на изнанку. Но с другой стороны, это же ведь Синдбад. С ним Мелисса поделиться могла.       — Не против задержаться, чтобы получить свои ответы? — она села на кровать, указывая другу на свободное место. — Я бы хотела перевернуть эту страницу сегодня и больше никогда к ней не возвращаться.       — Звучит как отличное завершение дня, — Синдбад упал рядом и, притянув Мелл к себе, опустил их обоих на подушки. — Рассказывай.       Устроившись поудобнее в чужих руках, девушка подняла взгляд к потолку и неспеша заговорила.       — Наверно, начать стоит издалека… Так вот, когда я была ребенком.

***

      Разбудил Мелиссу без преувеличения зверский голод. Что в целом не удивительно, учитывая, что после великолепных разработок с Хэдесом девушка проспала часов тринадцать и пропустила не только завтрак, но и даже обед. Зато выспалась на год вперед. Хоть какие-то плюсы.       К счастью, морить Мелл голодом никто не стал: Синдбад очень галантно притащил еду прямо в каюту девушки, а на вопрос, почему они еще не дома, уклончиво ответил, что сначала нужно сделать небольшой крюк.       «Я ведь все еще должен тебе нормальное свидание», — бросил он, выскакивая за дверь.       И вот, спустя несколько часов и не самую простую швартовку, Мелисса вступила в незнакомый порт. Весьма колоритный, надо заметить.       — Тааак… Тай, откуда ты, говоришь, знаешь про это место? — спросила девушка, с подозрением оглядываясь вокруг.       — Когда служил на Буре… Чайке, мы часто заходили в этот порт, — пожал плечами парень. — А что?       — Да так, — Синдбад ненавязчиво прикрыл Мелиссу от взора сплошь увешанного оружием мужика, проходящего мимо. — Просто интереса ради: скажи, ты что, пират?       — Разумеется, нет! — с праведным возмущением воскликнул Тай. — Я честный контрабандист!       — Удивительно, как у тебя получилось совместить эти два слова в одном предложении, — под тихий смешок Мелл хмыкнул Синдбад. — Хорошо «честный контрабандист» а что насчет этих ребят?       Проследив за чужим кивком, Тай бросил незаинтересованный взгляд на снующий в порту сброд и философски пожал плечами.       — Предположу, что пираты. Ну что поделать, это же Киликий — пристанище всех морских разбойников.       — И когда я попросил дружеского совета куда привести Мелл…       — Я предположил, что это место самое то, — не моргнув и глазом, подхватил Тай. — В вашем стиле. Тут даже особо стараться не надо, чтобы в неприятности влипнуть.       — Но я хотел сегодня не влипать в неприятности! — эмоционально всплеснул руками Синдбад. Однако Тая впечатлил.       — Друг, надо быть реалистом. К тому же, смотри — Мелс в восторге.       Внимание занятых спором парней вернулось к девушке, что с куда большим интересом, чем раньше, осматривалась вокруг.       — Ну а что? — поймав слегка осуждающий взгляд Сина, пожала плечами она. — Интересно же. Тай, а куда здесь можно сходить?       — О, ну я бы начал с осмотра местной архитектуры, а потом прогулялся по очаровательному саду, — язвительно закатил глаза парень. — Мелс — это пиратский остров. Здесь есть бордель, паб и рынок со всяким старьем и краденными вещами.       Быстро переглянувшись с почти смирившимся Сином, Мелл уверено кивнула:       — Остановимся на рынке.       — Отличный выбор, — одобрил Тай. — Подождите меня. Оставлю указания команде, а потом расскажу, что тут как устроено.       Проводив взглядом убежавшего на корабль товарища, Синдбад еще раз осмотрел грязный, полный разбойных лиц порт и обернулся к Мелиссе с печальным вопросом в глазах.       — А если все снова пойдет не так, у меня будет шанс на третье свидание?

***

      Синдбаду явно стоило перестать спрашивать у товарищей советы по отношениям.       А ведь он просто поинтересовался у Тая, не знает ли тот какого-нибудь места с интересной историей (Мелисса же такое любит). И вот, пожалуйста, вместо красивых видов и романтичной прогулки по пляжу — очередная экскурсия в мир преступности. Ну, хотя бы история у этого места действительно была.       По «легенде» когда-то давно этот остров был частью материка, небольшим поселением близ Партенопа (нынешнего Неаполя). В эпоху пиратства его оккупировали северные дикари, превратив небольшое поселение в укреплённый форт, откуда совершали набеги на другие города. Годы обладающим нечеловеческой силой северным пиратам удавалось бесчинствовать на море и в прибрежных городах, пока против них не выступил отряд во главе с молодым воином Пернадием. Поговаривали, у воина была «особая» сила, что в будущем принесла хозяину немало побед и помогла объединить земли Рема, но достоверных сведений о тех днях не сохранилось.       Единственное, в чем сходились местные рассказчики — сражение между Пернадием и капитаном северных пиратов было настолько разрушительным, что земля кололась под их ногами, а волны поднимались над кронами самых высоких деревьев. В итоге некогда мощный форт был отделен от материка и превратился в остров в прибрежных водах. Но то было лишь первое столкновение Пернадия с северными пиратами, и обе стороны знали: главное сражение еще впереди.       Почти год обе стороны наращивали силы, сходясь лишь в редких морских стычках: Пернадий начал объединять людей на материке и даже сумел заключить союз с мощной морской державой — Актией — что до недавнего времени была единственной страной, способной дать отпор пиратам. Сами же северные разбойники начали собирать под своими флагами местных морских волков.       В итоге легендарное морское сражение закончилось поражением пиратского альянса. Северные разбойники сбежали в свои ледяные земли, остальные же оказались на висельнице или ушли в тень. Великая эпоха пиратства закончилась, однако пиратское дело не погибло.       «Очевидно», — мысленно фыркнул Синдбад, с недовольством косясь на снующий вокруг сброд — как любой уважающий себя торговец, пиратов он недолюбливал. Что касается рассказанной Таем истории — прошлое острова интересовало парня едва ли больше, чем настоящее, но одна деталь засела в мыслях. Пернадий Алексий, похоже, владел силой джинна, но об этом никто не знал. Более того, по словам проведшей немало времени в ремской библиотеке Мелл, хотя потомки Пернадия и унаследовали престол, сам он правителем так и не стал. Но разве в этом был смысл? Если действительно, именно Пернадий, обладая невиданным могуществом, принёс Рему военные победы и процветание, о нем должны были слагать легенды! Но все, что осталось в летописях о генерале прошлого — лишь краткое упоминание о «большом в кладе в развитие империи».       Синдбада от этой мысли коробило. Пусть прославиться в веках и не было его первостепенной задачей, допускать того, чтобы время стерло имя «Покорителя семи морей» со страниц истории, парень не собирался.       — Я одного только не могу понять, — голос все еще увлеченной разговором Мелиссы вырвал Сина из тщеславных размышлений о будущем величие. — Почему пиратскому острову позволяют существовать так близко к берегам Рема? Неужели у Империи недостаточно мощи расправиться с кучкой морских бандитов?       — Ну, во-первых, не стоит недооценивать местный народ. Пираты живут разбоем, и большинство из них неплохо сражается. К тому, спасаясь от тирании Мусташима, в своё время сюда сбежало несколько волшебников, так что с этой стороны остров тоже имеет какую-никакую защиту. Ну и самое главное, даже если бы Рем захотел напасть на Киликий, он бы просто не смог его найти.       — Как это? — с удивлением включился в беседу Синдбад. — Остров ведь совсем недалеко от материка.       — А вот это хороший вопрос, — прежде чем продолжить, Тай воровато огляделся и понизил голос. — Разумеется, после своего поражения пираты далеко не сразу решились сюда вернуться. Первым это сделал капитан Киликий, в честь которого и был назван остров. Киликий решил, что это место, обладающее историей и довольно выгодным расположением, может стать отличным убежищем для всех «морских бродяг, что закону предпочли свободу». Но для начала остров нужно было обезопасить. И для этого из одного из своих плаваний он притащил самого морского духа!       Тай взял драматическую паузу, но у Мелиссы, разумеется, тут же возник вопрос.       — Что еще за морской дух?       — Байка, которую моряки травят в портовых тавернах, — закатив глаза, фыркнул Син. — Мол в море обитают могущественные существа, способные управлять течениями и сбивать корабли с курса. Но на деле это лишь пустая болтовня.       — Да, многие рыбаки, что не заходят далеко в море, поддерживают это заблуждение. Однако бывалые мореходы знают, о чем говорят.       — А ты из тех, кто считает, что рыбаки — это не настоящие моряки? — недовольно прищурился Синдбад, задетый чужим снисходительным тоном. Даже весь опыт Тая в мореплавании не даёт тому права насмехаться над делом, которому Сина обучил отец.       — Разумеется, нет, — примирительно вздохнул Тай. — Я пытаюсь сказать, что людям сложно поверить в то, с чем они никогда не сталкивались. Однако мне казалось, что человек, носящий на поясе клинок с заточенным в него синим гигантом, должен обладать более широкими взглядами.       Поймав улыбающийся взгляд Мелиссы, Синдбад поджал губы, сдерживая рвущийся с языка язвительный комментарий. У него достаточно широкие взгляды. но это не значит, что нужно верить каждой первой небылице!       — Так что там про морских духов? — вернулась к теме Мелл, мимолетным жестом касаясь пальцев Синдбада. — Ты веришь, что они существуют?       — Да, хотя сейчас их почти не встретишь. Однако среди моряков ходят истории о древних временах когда духи правили во всех семи морях. Тогда морские ветра и течения подчинялись не законам мира, а воле этих могущественных существ. И людям в море путь был закрыт.       — А потом они все внезапно пропали, — не сдержал саркастичного комментария Син. — О! Или, может, это все-таки люди научились обращаться с опасными водами?       — Возможно, — в согласии Тая слышалось смирение взрослого, вынужденного доказывать что-то скептичному ко всему подростку. Ужасно раздражающее сравнение. — В любом случае в море люди вышли, однако необъяснимые вещи порой случались: корабли с опытными капитанами и командой сходили с давно известного курса, течения непредсказуемо менялись, а ветра не покорялись парусам, и даже звезды не могли указать бедолагам верный путь.       — Человеческий фактор никто не отменял. Даже самый опытный моряк может ошибиться.       — Или столкнуться с силой, справиться с которой неспособен.       — Так по твоему, один из этих духов охраняет пиратский остров? — спросила Мелисса, прежде чем Синдбад открыл рот, чтобы начать новый виток спора.       — Не по своей воле, — продолжил рассказ Тай. — Как я говорил, Киликий пленил морского духа и запер на острове, вынудив скрывать его от незваных гостей. Верите или нет, но это место невозможно обозначить на карте. Многие навигаторы пытались, но ни разу созданные ими карты не приводили моряков в нужное место.       — Как же тогда сюда попали мы? — скептично выгнула бровь девушка.       — Я привел корабль по памяти, — пожал плечами Тай. — Приплыть на остров может лишь тот, кто уже знает к нему дорогу. Еще поговаривают, что остров не подпускает тех, кто имеет против его обитателей дурные намерения, но в это я уже сам не верю. Ну какие пираты без дурных намерений?       Синдбад согласно хмыкнул, косясь на узкий проулок, в котором явно затевалась какая-то потасовка. Преступники, что с них взять.       — История, конечно, интересная, — поднимая глаза к затянутому облаками небу, протянула Мелисса. — Но как-то это все сомнительно. То есть… Неужели где-то на острове и правда заточен сильный морской дух?       — Не где-то, а во владениях нынешнего правителя Киликия, — без тени сомнения кивнул Тай. и Синдбад просто не мог за это не уцепиться.       — Так может, проверим?       Ответом ему стала неодобрительная тишина.       — А ты правда этого хочешь? — показалось, что в зеленых глазах промелькнула тень досады.       Синдбад замер в недоумении. Хотел ли он влезть в очередную авантюру лишь ради того, чтобы доказать свою правоту? В любой другой день определенно да. Но сегодняшний он хотел провести с Мелл как самая обычная пара: со спокойными прогулками, беспечными разговорами и, если повезёт, сорванными украдкой поцелуями. А приключения от них никуда не денутся.       — В другой раз, — ответил Синдбад, ловя мимолетную благодарную улыбку. Похоже, Мелисса полностью поддерживала идею о спокойном дне.       «Но мы все еще на пиратском острове», — тяжко вздохнул Синдбад, бросая намекающий взгляд на Тая. К счастью, тот бы весьма сообразительным.       — Ну, вот и славно. Мы как раз почти дошли до рынка, — парень указал на виднеющиеся впереди торговые палатки. — Так что развлекайтесь, а я пока прошвырнусь по своим делам. Предлагаю часа через три пересечься в пабе, мы проходили мимо него минут десять назад…

***

      Распрощавшись с Таем, ребята двинулись к рынку, более внимательно разглядывая местность. В целом Киликий был грязным, пропитым, но очень колоритным городом. Здесь как будто не было единого ритма: кто-то работал, кто-то пил и горланил песни, а кто не мог ни того, ни другого, валялся в грязи бессознательной тушкой. Отовсюду слышалась отборная ругань, да и пьяные потасовки, похоже, тут были обычным делом. Однако весь этот хаос был удивительным образом гармоничным и даже почти не отталкивающим.       Ладно, последнее было ложью. Честно говоря, местечко было мерзким, а курящие у борделя девицы, что, казалось, мылись еще реже, чем стирали, натянутые на тело тряпки и вовсе вызвали легкую тошноту. Но рядом шла с любопытством крутящая головой Мелисса, так что Синдбад был готов вытерпеть что угодно. Даже полную антисанитарию.       А оказавшись среди торговых рядов, парень и сам приободрился, с куда большим интересом осматриваясь вокруг. Рынок был таким же грязным и преступным, как и весь остальной Киликий, но здесь нашлись действительно интересные вещички, вроде товаров с Востока, которые Син нигде больше не встречал.       В целом, прогулка проходила замечательно. Местные к паре не лезли, не пытались втянуть в скандал или собственные разборки. Разве что ушлые торгаши пару раз хотели втюхать свой хлам в тридорога, но рынок на то и рынок. Важнее то, что, несмотря на некоторые опасения Сина, в их сменивших статус отношениях с Мелл почти ничего не изменилось. Не было странной неловкости и некомфортных пауз в беседе: ребята все также говорили обо всем на свете, спорили и подтрунивали друг над другом. Разве что теперь Синдбаду не нужно было прятать глаза, опасаясь, что светящиеся в них влюбленность будет слишком очевидна. Потому во взгляде Мелиссы читались те же чувства.       И все хорошо, пока Син не предложил купить какую-то заинтересовавшую подругу безделушку, тем самым натолкнув Мелл на «гениальную» идею обменяться подарками. Рузмеется, Синдбад был категорически против разделяться и потому спустя сорок минут нервно мялся у одной из торговых палаток, высматривая запропастившуюся куда-то Мелиссу.       «Если она не появится прямо сейчас… "       — О, нашла наконец!       — Черт, Мелл, — не скрывая облегчения, выдохнул парень, оборачиваясь к подошедшей со спины подруге. — Я уже переживать начал.       — Не стоило. Мне, конечно, сделали парочку непристойных предложений и чуть не свистнули кошель, но в целом место тут спокойное, — легкомысленно отмахнулась девушка. — Чур, я первая презентую подарок. Кстати, можешь гордиться, я за него торговалась.       Синдбад опустил взгляд на очевидно совершенно пустой кошель Мелиссы и не сдержал веселого смешка. Чтобы не купила девушка, она явно переплатила.       «А может, и нет…» — Синдабд удивлённо замер, рассматривая оказавшийся в руках широкий браслет с массивным золотым камнем по центру.       Не дожидаясь пока друг прокомментирует подарок, Мелисса перехватила его запястье, немного неловким движением помогая закрепить браслет и попутно заваливая потоком информации.       — Это цитрин — его еще называют камнем купцов — привлекает деньги и успех, как мне сказали… Может, обманули, хотя предыдущую хозяйку браслет все же обогатил…       Мелисса все продолжала говорить, а Синдбад прикрыл глаза, переживая момент теплого смущения. Парень сам не знал, что взволновало больше — то, что подруга подарила ему украшение, или то, что подарок Сину ужасно понравился.       «Парочка мы, конечно, странная», — подумал парень, поднимая глаза на слегка порозовевшее лицо Мелиссы, которая в своём рассказе, наконец, дошла до истинной причины заинтересованности именно в этом браслете.       — Смотри, — она как-то по-особенному нажала на камень, и оказалось, что тот был закреплен на откидывающейся крышке. — Наверно, это углубление предполагалось использовать для яда, но думаю подойдет и для какого нибудь универсального противоядия… Такие вообще существуют? — не дожидаясь ответа от неуверенно пожавшего плечами Сина, девушка перевернула его ладонь и вновь на что-то нажала. С тихим щелчком из браслета выскочил тонкий стилет. — Круто, да?       — И правда, — искренне улыбнулся Синдбад, сдерживая невероятно сильное желание сгрести подругу в объятия. — Красиво и многофункционально, в твоём стиле, — Мелисса довольно зарделась, и Син поспешил достать из кармана собственный подарок. И, судя по вспыхнувшим искренним восторгом зелёным глазам, в этот раз он не прогадал. — Решил, что где, как не на острове пиратов, можно купить рабочий инструмент любого уважающего себя преступника.       Удивительно, но набор тонких отмычек очень уместно смотрелся в ловких пальцах Мелиссы, которая с видом знатока перебрала непонятные Сину железки и осторожно коснулась крупной жемчужины — подвес с ней сделал сам Синдбад, использовав единственную уцелевшую бусину с печально погибшего ожерелья.       — Теперь влезать, куда не просят, будет гораздо проще, — повесив отмычки на пояс, хитро улыбнулась Мелисса. — Спасибо.       — Не забудь позвать меня, когда соберешься взламывать что-то интересное. Не люблю пропускать веселье, — улыбнулся в ответ Син и, перехватив чужие пальцы, потянул подругу прочь с рынка. — Пойдем. Думаю, Тай нас уже заждался.

***

      Когда пара добралась до паба, Тай действительно уже был на месте и даже успел заказать ужин с крепким местным вином. От еды нагулявшая аппетит Мелисса не отказалась, а вот с алкоголем решила повременить — все-таки проводить третий вечер подряд в опьяненном состоянии было бы слишком.       Парни же, обрадовавшись, что им больше достанется, тут же разлили себе вино и подняли кружки с простетским, но душевным тостом.       Время летело незаметно и очень весело. На смеющихся за своим столом ребят особого внимания не обращали, ведь чем дальше, тем более пьяными, шумными и разгульными становились посетители паба: кто-то пел, кто-то спорил, в дальнем углу кидали кости, а парочка совсем нетрезвых моряков тискали продажных девиц с размазанным по щекам макияжем. В общем, атмосфера всеобщей вакханалии была сомнительной, но настроения друзьям не портила. А кульминацией вечера стал момент, когда на импровизированный помост вылезли местные музыканты и, совершенно не попадая в ритм, заиграли незатейливую, но задорную мелодию.       Заслышав первые звуки флейты, Синдбад тут же подскочил на ноги и протянул руку недоуменно вскинувшей брови Мелиссе.       — Ты ведь обещала мне танец.       Упускать такую возможность было глупо, потому Мелисса без колебаний вложила пальцы в чужую ладонь, позволяя вытащить себя в зал, где несколько перебравших товарищей уже отплясывали что-то невразумительное в компании своих «дам».       Впрочем, и другие люди, и липнущий к подошве пол быстро перестали иметь какое-либо значение. Музыка подхватила цепляющихся друг за друга ребят, ноги сами пустились в пляс, а с губ не сходили шальные улыбки. Не заботясь о красоте танца, Мелл кружилась в ритме, что диктовало сердце, то ускользая от из рук Сина, то вновь падая в его объятия. Синдбад же, растерявшись в первые мгновения, довольно быстро втянулся: движения парня стали раскрепощение, а взгляды жарче.       В какой-то момент сильные руки сомкнулись на талии Мелиссы, приподнимая и кружа смеющуюся девушку с такой легкостью, будто та ничего не весила. Счастье, казалось, искрилось прямо под кожей, а взгляд метался от сияющих золотом глаз к влажным от сбившегося дыхания губам.       Музыка оборвалась вместе с лопнувшей струной. Мелисса соскользнула вниз по разгоряченному телу Сину, чувствуя, как суматошно вздымается его грудная клетка. Так близко, но все еще недостаточно.       Положив ладони на чужие плечи, Мелл потянулась к приоткрывшимся навстречу губам…       — Эй, это же тот мудак, что украл мою карту!       Чей-то пьяный рев заставил девушку замереть в миллиметре от лица Сина. Тот тоже остановился и с устало выдохнул ей в губы:       — Это ведь не нам?       Однако надежды пары уничтожил полный звонкого возмущения голос Тая:       — В смысле украл?! Да я ее честно выиграл!

***

      — Так, говоришь, честно выиграл?       — Относительно, Мелс. Это была игра в кости с пиратами. Слово «честно» сюда при всем желании не вписывается! Но главное, что я выиграл, а значит и карта моя!       — Не уверен, что этих ребят можно убедить подобными аргументами, — буркнул Синдбад, высовываясь из импровизированного укрытия.       Конфликт охватил паб, словно лесной пожар. Услышав заветное «бей его!» местные пьянчуги повскакивали с мест и, даже не пытаясь понять кого «его» бросились бить друг другу морды. Начался полнейший хаос. Под аккомпанемент грязной ругани и вновь заигравшей музыки по залу полетели стулья, посуда, а иногда и посетители.       Увернувшись от пары тумаков, Мелл с Синдбадом быстро добрались до соорудившего баррикаду из перевернутого стола Тая и уже оттуда принялись отражать атаки обозленных пиратов.       — Господа, хочу заметить, что у нас кончаются боеприпасы, — отрапортовала Мелисса, опуская последний табурет на голову особо ретивому нападавшему.       — А я хочу напомнить, что все мы обладаем магическими артефактами большой мощи! — рявкнул Синдбад, эффектным ударом в челюсть расправляясь со своим противником. — Какого черта мы все еще здесь?       — А, действительно! — воодушевился Тай и потянулся к поясу. — Я их отвлеку, а вы прорывайтесь к выходу!       — Нет, давай лучше мы с Мелл... — попытался остановить друга Синдбад, но не успел — тот уже вскинул руку с револьвером к потолку.       Однако что-то явно пошло не так: вместо вспышки молний из дула орудия вырвался мощный луч света, напрочь снося старую крышу паба.       В повисшей в зале громовой тишине три голоса слились в один:       — Валим!

***

      Выскочив на улицу, друзья разделились: Тай рванул будить команду и выводить корабль из порта, а Мелл с Синдбадом, чтобы выиграть ему время, увели за собой вывалившуюся из паба погоню. Некоторое время паре пришлось попетлять по темным улицам Киликия, но довольно быстро пьяные преследователи выдохлись и оставили их в покое.       Тогда ребята спустились к морю и не спеша двинулись вдоль берега, позволяя волнам мягко лазать босые ноги.       — Знаешь, ты зря волновался, — подставив лицо свежему бризу, Мелисса подняла глаза к усыпанному звездами небу. — Свидание вышло отличным. Ужин, танцы… Даже прогулка по ночному пляжу состоялась.       Синдбад обернулся и, положив руки на талию Мелиссы, плавно притянул ее к себе.       — И все же в моем представлении этот вечер был чуть более романтичным, — произнес он, смотря с нежностью, от которой сладко сводило где-то под ребрами. — Но я знаю, как это исправить.       — И как же? — подыграла Мелисса, хотя прекрасно знала ответ.       Синдбад хитро улыбнулся. Одна его рука осталась на талии девушки, вторая же, взлетев к лицу, мягко очертила скулу и скользнула в растрепавшиеся от танцев и бега волосы. Незатейливые касания отозвались сладким трепетом в груди и звенящей пустотой в мыслях. Пальцы Мелиссы стиснули ворот чужой куртки, а тело будто само поддалось вперед, стремясь получить долгожданную близость.       Первое касание, робкое, почти невинное, тает в накрывшем с головой потоке эмоций. Чужие губы прижимаются крепче и влажно скользят по ее собственным, сминая в нетерпеливом, но в то же время невыносимо нежном поцелуе. Эта нежность горячей волной разливаясь по телу, оседала внизу живота неясным томительным желанием. Нужно больше. Ярче. Ближе…       Кажется, Синдбад разделял эти чувства. На мгновение отстранившись, он снова припал к губам Мелиссы, дразняще надавливая на них языком. Поддавшись этой незнакомой ласке, девушка инстинктивно приоткрыла рот, позволяя углубить поцелуй и тут же теряясь от того, насколько бесстыже, чувственно (правильно) ощущалось сплетение их языков.       Разорвать поцелуй получилось лишь когда воздуха стало не хватать настолько, что легкие обожгло огнем.       «Это…вау…» — с трудом переводя дыхание, Мелисса подняла глаза на такого же тяжело дышащего Синдбада с неестественно расширившимися зрачками и покрасневшими припухшими губами. О том, как она сама выглядит со стороны, девушка решила не задумываться.       Они так и стояли, не говоря ни слова и не сводя друг с друга шальных взглядов, пока небо над морской гладью не пронзил яркий луч света.       — А вот теперь Тай нас точно потерял, — в голосе Синдбада звучало разочарование, в полной мере разделяемое Мелиссой. — Нужно лететь.       Кивнув, Мелл с неохотой выскользнула из теплых объятий и опустила руку на сосуд джина, готовясь призвать его силу. Небо вновь озарилось солнечной вспышкой, и с губ девушки сорвался нервный смешок.       — Как думаешь, — обернулась она к уже облачившемуся в покров Синдбаду. — Тай поверит, что я не трогала его оружие?