Глава 2: Союзник или угроза

Дневник Охотника из Ярнама 12 марта, 1265 год. Где-то на пути в Новиград. Теперь я путешествую с ведьмаком, и это странное чувство. Впервые за долгое время у меня есть спутник, который понимает мою тьму. Геральт молчалив и сосредоточен, словно каждая секунда для него — это выбор между жизнью и смертью. Мы двигаемся по лесным тропам, избегая деревень. Люди видят в нас угрозу, и, кажется, их можно понять. Сегодня мы остановились у развалин старой часовни. Геральт сказал, что здесь есть «след». Похоже, его чутьё на чудовищ так же остро, как моё, но он воспринимает всё иначе — как будто его природа ещё более сдержанна, чем моя. Мы подошли к старым камням, и он склонился над останками, что лежали у основания. Ужасное зрелище: кости с выеденными кусками плоти, но ещё не сгнившие. «Это мог быть волк?» — спросил я, хотя знал ответ. «Нет. Здесь побывало нечто более древнее. Чудовище, которое охотится не из голода, а из ярости,» — сказал Геральт, обнажая меч. «Здесь недалеко пещера. Мне кажется, мы нашли его логово.» Мы двинулись к пещере, и чем ближе подходили, тем гуще становилась тьма. Воздух был пропитан гнилью, и я вспомнил запах улиц Ярнама — тот же страх, та же предвкушающая смерть атмосфера. Геральт внезапно остановился, поднимая руку. «Твои приёмы отличаются от наших. Здесь мы не только дерёмся — здесь мы чувствуем тьму, идём на ощупь,» — тихо произнёс он. — «Ты готов? Эти твари требуют хитрости.» Я кивнул и достал кинжал. Не самое мощное оружие, но проверенное и удобное. Мы прошли дальше, и вскоре я услышал шорох и зловещее рычание, исходящее из глубины пещеры. Чудовище было здесь. Я на мгновение подумал, что оно может быть похожим на тварей Ярнама, но ошибся. Этот монстр был куда более диким, чем что-либо из моего мира. Мы едва успели среагировать, когда тварь бросилась на нас. Это было огромное существо с костяными выступами на спине, без глаз и с зубами, как у акулы. Геральт бросился вперёд, быстро и чётко, как тень. Я последовал его примеру, атакуя зверя, и мои удары были точными, но они лишь слегка ранили монстра. Чудовище было прочнее, чем я предполагал. Мы сражались вместе, как слаженная команда. Я никогда не думал, что смогу доверить свою спину кому-то ещё, но, похоже, ведьмак знал своё дело. Он нанёс удар, и монстр отступил, истекая кровью. В какой-то момент он сказал мне: «Ты не привык полагаться на союзников, верно?» «В моём мире это просто ненужно,» — ответил я, переводя дыхание. «Здесь тоже не многие могут стать союзниками. Ты чужак. Не забывай об этом,» — сказал он, но в его голосе я уловил оттенок уважения. Существо, зарычав, бросилось в последний раз, но Геральт нанёс ему финальный удар. Я видел, как его меч пробил тварь, словно его клинок сам знал дорогу. Труп монстра рухнул у наших ног, и тишина вернулась. Я огляделся, осознавая, что с этим чудовищем я бы не справился в одиночку. Возможно, я недооценил этот мир и его тьму. Позже, у костра Мы вернулись к нашему привалу, и огонь снова стал единственным звуком ночи. В лесу было так тихо, что мне казалось, будто я один. Геральт, облокотившись о дерево, разглядывал меня с тем же проницательным взглядом, как и в первый раз. «Ты не просто охотник. Есть что-то… тёмное в тебе. Глубже, чем обычная ненависть к чудовищам.» Я посмотрел на него, вспомнив Ярнам и кровь, которая наполняла мою жизнь. Могу ли я рассказать ему о Кошмаре, о тех улицах, что я покинул? О городе, где каждую ночь — вечная охота? «Это проклятие, — сказал я, выбирая слова, — но и выбор. В Ярнаме неважно, хочешь ты или нет — если ты охотник, то станешь чудовищем, пока охота не поглотит тебя полностью.» Он на мгновение замолчал, потом произнёс, словно говоря не мне, а самому себе: «Мы все чудовища в каком-то смысле. И те, кто видит это в других, обычно сами не лучше.» Я усмехнулся, понимая, что он прав. Мы оба — охотники, чудовища, сражающиеся в мире, где нас не любят и не ждут. Возможно, поэтому я чувствую с ним странную связь. Геральт не просто ведьмак — он человек, который знает, что такое тьма, и не боится её. Цитата: «Никто не может быть таким, как мы, если не знает цену одиночества.» Утро, продолжение пути На следующий день мы отправились в путь, и я почувствовал, как мысли становятся тяжёлыми, как лес вокруг. Геральт рассказал мне о том, что чудовища порождены не только природой, но и проклятиями, старинной магией, которая может превращать людей в тварей. И меня это задело. Быть может, я и сам был просто игрушкой в руках магии? Или эта тьма была во мне всегда? Скоро мы достигнем Новиграда. В этом городе меня ждёт нечто, что изменит всё, и я знаю это. Геральт предостерегает меня, что местные не любят чужаков, особенно таких, как я. Но разве это когда-либо меня останавливало? Впереди новые испытания, и, возможно, я увижу их лицо в отражении воды или в чёрных глазах другого чудовища. Цитата: «Мы пришли из тьмы и в ней останемся. Те, кто боятся нас, лишь отражение своего собственного страха.» Дневник Охотника из Ярнама 14 марта, 1265 год. Вечер, предместья Новиграда Мы прибыли к Новиграду на закате. Этот город не похож на Ярнам, но в нём есть нечто такое же отталкивающее, как грязные улочки моего мира. Повсюду снуют торговцы, охотники, попрошайки — каждый занят своей жизнью, стараясь забыть, что за пределами стен их ждёт тьма. Геральт сказал, что здесь находится место, где можно встретить «знакомых». Когда я спросил, что он имеет в виду, он только усмехнулся и добавил, что в Новиграде полно магии и тех, кто знает, что такое сражаться с чудовищами. Его слова показались мне странными, но это не мешало мне идти за ним, как за проводником в этом чужом мире. Мы пробирались по улочкам, и на каждом шагу я чувствовал, как взгляды прохожих останавливаются на нас, настороженные и холодные. Их взгляды — смесь страха и презрения. Я знал этот взгляд, как никто другой. Цитата: «Те, кто живёт в страхе, видят чудовищ повсюду, но не могут найти их в себе.» Позднее, в таверне Геральт привёл меня в шумную таверну. Здесь люди говорили так громко, что их голоса сливались в один сплошной шум. Он жестом указал на место в углу, и я сел, продолжая ощущать настороженные взгляды вокруг. Мне было ясно, что этот мир ещё не видел чужаков, как я. Мы сидели в углу, и Геральт заказал выпивку, которую, судя по его взгляду, я не должен был упускать. Я взял кубок, глотнул, чувствуя крепкий, острый вкус. Мои мысли уже были далеко отсюда, когда он заговорил. «Один совет, Охотник. Здесь мы не показываем, кто мы такие. Для них это не имеет значения. Они просто хотят видеть в нас чудовищ и… ненавидеть за это.» Я усмехнулся, покрутив в руках кружку. «Мне не привыкать к их ненависти, ведьмак. Я родился в мире, где чудовища повсюду, и люди не скрывают свою ненависть к нам.» На этот раз его глаза потемнели, и я понял, что в нём тоже есть нечто, что делает его чужим, как и меня. Мы похожи, хоть и разного происхождения. И тогда, казалось, ничто не могло изменить моё мнение о его силе. Однако в этот момент к нашему столу подошла женщина. Она была одета в тёмное, с серебряными серьгами, блестевшими при свете. Её глаза — фиолетовые, яркие и бесконечно пронзающие. Она окинула нас обоих взглядом, но я почувствовал, что её интерес прикован ко мне. «Я слышала, что у тебя сегодня новый спутник, Геральт,» — сказала она, обращаясь к ведьмаку. — «Ты опять решил искать чудовищ? Или же он сам по себе интересен?» Я напрягся, чувствуя в её словах скрытую угрозу, но Геральт был спокоен. «Йеннифэр, это Охотник. Он пришёл издалека, и, похоже, его мир куда темнее нашего.» Она повернулась ко мне, и в её взгляде я увидел не просто интерес, а холодное, почти научное любопытство. Её улыбка была сдержанной, но в её глазах сверкала искра, как будто она знала обо мне больше, чем могла бы узнать за несколько секунд. «Ты охотник из чужого мира? Это интересно. Должно быть, твой мир не менее жесток, чем наш.» «Жесток? Скорее, он жаждет крови. Но и здесь, как я вижу, хватает своих призраков,» — ответил я, чувствуя странное напряжение между нами. Она чуть наклонилась вперёд, её голос стал почти шёпотом, но он прозвучал ясно, словно отголосок далёкой песни. «Тебе предстоит многое узнать об этом мире, Охотник. Ты здесь не свой, и тебя не примут. Но мне нравится чужая тьма, особенно когда она может быть полезной.» Слова её обожгли меня, но я удержался от ответа. Она была не просто магичкой, а кем-то более опасным. В её глазах я увидел тьму, которую знал в себе. Йеннифэр, как и я, была чужаком в этом мире, и это, наверное, привлекало меня к ней больше, чем я мог себе признаться. Позже, ночь в Новиграде После встречи с Йеннифэр я не мог успокоиться. Её взгляд преследовал меня, как будто его остриё вонзилось в моё сознание. Она сама — словно олицетворение этой земли, магия и тьма в одном лице. Геральт сказал, что с ней шутить не стоит, и я вижу в этом смысл. Но что-то тянет меня к ней, как тянет к луне ночью. Перед сном я услышал её слова снова, будто эхо в ночной тишине: «Чужая тьма бывает полезна…» Эти слова не дают мне покоя. Магичка, которая видит чужака и не боится его. Возможно, мы оба — лишь зеркала в этом мире, и мне предстоит узнать, что за тьму я принёс сюда. Мои сны снова стали тревожными. Я видел Куклу, которая смотрела на меня с тем же странным сочувствием, что и всегда. Её губы шевелились, но слов я не слышал. Казалось, она хочет предостеречь меня от чего-то, но я уже был погружён в этот мир. Он тянул меня, как тьма тянет свет. Цитата: «Каждая тьма имеет своё отражение. Но не всякий свет способен её раскрыть.» Конец главы 2. Эта глава заканчивается на напряжённой ноте. Охотник чувствует, что его привлекает нечто в этом новом мире, особенно в загадочной Йеннифэр. Он понимает, что его ждут не только битвы с чудовищами, но и с самим собой.