Она не хотела этого

Джиджи, стоя за рабочим столом в мастерской, сосредоточенно собирала нейтрализаторы, которые затем они планировали встроить в броню. Этот процесс был важным, но на самом деле довольно монотонным и скучным. В такие моменты мысли, обычно прячущиеся глубоко в подсознании, начали всплывать на поверхность... Воспоминания о маме, о доме, о их близости... О том, как весело и беззаботно тогда было... О том, как сильно она разочаровала маму, как подвела семью... О том, как боялась... Несмотря на амнезию, отголоски прошлого — или, может быть, будущего — всё ещё звучали в её сознании, словно тихий неразборчивый шёпот. И этот шёпот пугал её. А когда она вспоминала, что Виктор не оставит её в покое и заставит рассказывать всё это, страх усиливался. Это было похоже на то, что её вынуждают вывернуть душу наизнанку. С одной стороны, она понимала, что её поведение действительно выглядит подозрительно и скрытно, и это могло вызывать подозрения. Но с другой стороны, почему Виктор вмешивается в её жизнь? Какое ему дело до её тайн?! В душе девушки зажегся легкий гнев на Виктора за его чрезмерное любопытство. Можно было бы просто проигнорировать его, но он был слишком напористым и совершенно нетактичным. — Джиджи! Как дела? — позади раздался голос Виктора. Она обернулась и увидела его самого и Беатрикс, идущую рядом. — Всё идёт хорошо, мистер Хамфриз, всё по плану, — тихо ответила она. — Отлично. Ты сейчас сильно занята или можешь отвлечься и рассказать нам то, что хотела? — спросил Виктор ровным и спокойным голосом, но его спокойствие напугало Джиджи. Она хотела оттянуть момент, когда ей придется всё рассказать, но Виктор явно пришел не просто так, а то, что он привел Беатрикс, говорило о серьёзности его намерений. Проще было рассказать хоть что-то, чтобы он отстал. Но если подумать... Можно рассказать ему не всю правду, а часть, смешав с ложью, и умолчать об остальном, притворившись, что не помнит из-за амнезии. Отличный план! — Я могу рассказать вам всё прямо сейчас, мистер Хамфриз, — сказала Джиджи, слегка дрожащим голосом. — Но, возможно, лучше сделать это не здесь, а в более уютном месте? Например, в гостиной? — А Моти не будет против? — с лёгкой усмешкой уточнила Беа. — Она сейчас не в состоянии возразить, — ответил Виктор с ноткой высокомерия, которая обычно ему не свойственна. — Вик, это место на тебя плохо влияет! Ты становишься таким же, как Моти! — наиграно подшутила Беатрикс. — Поэтому нам нужно как можно скорее раскрыть все тайны и дать отпор Призме, пока этот божок не возомнил себя хозяином мира! — с решимостью ответил Виктор. — Ты прав! Так держать, Вик! — поддержала его Беатрикс и попыталась похлопать по плечу, но дотянулась лишь до лопатки. — Ну что ж, давайте пройдём в гостиную, там нам будет удобнее обсудить всё, — предложил Виктор, и все согласились. *** Сказать, что Джиджи не чувствовала себя комфортно, было бы преуменьшением. Даже чай, который они заварили, чтобы беседа шла легче, не особо помог снять напряжение. И Беатрикс, кажется, тоже это заметила. — Джиджи, ты в порядке? — с волнением спросила Беа. — Я... я... — Тебе просто нужно выговориться, и тебе станет легче, — попытался успокоить её Виктор. Но именно по этой причине Джиджи чувствовала себя некомфортно, и во многом из-за него. Она долго размышляла, где сказать правду, где лучше солгать, а где промолчать, чтобы потом совесть не терзала её так мучительно. Нервозность добавлял и Виктор, который, хоть и не имел привычных глаз, вселял в неё страх своим взглядом. Казалось, он видел её насквозь, знал, что она попытается что-то скрыть! А может, он действительно видел её насквозь, кто знает, что он там в свои бионические глаза встроил. После долгих раздумий она наконец начала свой рассказ. — Так... Думаю, лучше всего начать с начала... Я так-то никакая не Гартнер, вообще я изначально сказала вам это, чтобы случайно не нарушить пространственно-временной континуум, но... Я уже таких дел наворотила, что скрывать это уже просто не имеет смысла, да и вряд ли сделает ещё хуже, чем уже есть... — Так кто же ты по итогу? — осторожно спросила Беатрикс. — Какая моя настоящая фамилия? — кратко произнесла Джиджи, а затем, сделав глубокий вдох, готовясь уверенно, насколько она могла произнести: — Я Твиллгерс-Вест! Ребята хоть уже знали, что она из будущего, но её двойная фамилия ввела их в ступор и заставила их знатно пораскинуть мозгами. — То есть получается ты... Да ладно! У них таки получилось?! Серьёзно!!! — разразился Виктор буквально тирадой, когда до него дошло, что она потомок Торы и Гобсона и то, что ребёнок у них таки будет, насколько бы это не звучало безумно в их-то возрасте. — Хе! Но любовь, Вик, она такая... непредсказуемая! — попыталась отшутиться Беатрикс и успокоить его. — Любовь любовью, но заводить ребенка в таком возрасте — это слишком, знаешь ли? А в целом, почему я тебе это объясняю? Ты же должна понимать, что беременность — это настоящее испытание! — А ты откуда это знаешь? — с удивлением спросила Беатрикс, а затем со злостью посмотрела на Виктора. — Не из симуляции, Беатрикс! — ответил он, явно показывая, что ему надоело, что она постоянно вспоминает симуляцию при ссорах. — Может, вы потом поругаетесь, а я продолжу рассказывать? — осторожно вмешалась Джиджи. — Да, продолжай, — уверенно ответил Виктор. — Ну... как вы поняли, у меня довольно необычная семья, особенно бабушка и дедушка. Жаль, что я их никогда не встречала лично, точнее, встречала, но была слишком маленькая, чтобы помнить... — Хочешь с ними поговорить, пока они еще живы? — сочувственно спросила Беатрикс. — Да! Очень хочу! Мне нужно им многое сказать! Мне нужно сказать то, что сделает мою маму счастливой! Мне это просто необходимо! — Джиджи так сильно размахивала руками от переполнявших её эмоций, что случайно опрокинула чашку с чаем на белый ковер. — Ой! Простите, я не специально! — выдавила она, едва сдерживая слезы. — Тише-тише, всё хорошо... — Беатрикс обняла Джиджи и начала успокаивать, поглаживая её по спине. Джиджи тоже обняла Беатрикс, но так крепко, что та даже вздрогнула. Она не всегда могла контролировать силу своих объятий из-за протеза, который был абсолютно нечувствительным. Виктор, увидев эту сцену, почувствовал себя неловко. Беатрикс, в свою очередь, поняла, что Джиджи не хотела ничего рассказывать, и это он её заставил. Она злобно посмотрела на него. — Боб тогда назвал тебя подлецом, да? Я то есть я правильно услышала? — Я... — отрывесто произнёс Вик — Она конечно желает поговорить с Торой и Гобсоном но я не думаю что это хорошая идея! пространственно временной континуум конечно и так уже расшатан но я не думаю что доламывать его хорошая идея. — Она преодалела не мало лет и миль и не может увидить хотя бы один раз в жизни увидеть бабушку и дедушкку? Вик ты бессердечный и чёрствый гад! Виктор посла таких слов от Беатрикс явно был в шоке и не говоря ни слова просто ущёл.