Часть 4, в которой читают прошлое, гоняют чаи и кричат на гостей

Кабинет мэтра Джехути был огромен. В самом дальнем углу стоял заставленный ретортами, горелками и перегонными аппаратами стол. Цветное свечение из шкафов рядом неприятно давило на внутренний взор Алоиза, перегружая его. Ближе к двери стояли два гостевых кресла, книжный шкаф и огромный письменный стол с лежащим на нем открытым гримуаром, а за ним – огромный горшок с растущим в натуральной земле деревцем. На нем виднелись следы регулярного пребывания там Борея: отметины острого клюва на ветках, ореховые скорлупки и радужные пятна помета на земле. Опустив взгляд на пол, Карнольф заметил начерченную прямо на нем разметку для артефактов при проведении разных ритуалов. - А теперь давай начистоту, Алоиз, - Ахенатон закрыл дверь, активировав заклинание в замке, поставил лопату в угол и развернулся к гостю лицом, - зачем ты приехал? Говори правду. - Кажется, я уже говорил, зачем, - Карнольф уставился на коллегу недовольным взглядом, - на Октане назрел переворот и смена власти, и я оттуда сбежал. Теперь я бомж, моя броня в руинах, а то, что мне нужно, находится где-то на другом краю галактики. И как ты сам мог видеть, на мне висит балластом ученик. - Ты хочешь сказать, что тебя заставили взять парня в обучение? – Ахенатон с недоверием и подозрением выпучил свои совиные глаза и выгнул брови. - Да, Огнестрельный настоял на том, чтобы я взял ученика. Хоть он и знает, как я к этому отношусь, - недовольно сообщил Карнольф, - я думал, что Сильвио станет хоть какой-то подмогой, но пока что от него больше проблем, чем пользы. Я уже жалею, что не оставил его на Октане. - А покажи-ка мне руку, - волшебник сбросил на стол перчатки и протянул Алоизу свою когтистую ладонь. Павониды, к которым и принадлежал ранее Ахенатон Джехути, никогда не предсказывали хорошо. Однако еще в годы бытия философом он наловчился довольно точно видеть прошлое и предсказывать наиболее вероятное будущее в непредназначенных для этого предметах. Он пользовался старыми как Терра шаманскими практиками и занимался прочей, по мнению большинства волшебников ненужной и устаревшей ерундой. Алоиз протянул руку в ответ, и Ахенатон начал рассматривать линии на его ладони. - У тебя была череда неприятностей, - сходу заговорил он, - травмы, неудачи, конфликты, ненужный риск, материальные потери… но не по твоей вине. Рядом с тобой присутствует большой источник проблем. Он, можно сказать, излучает негатив и притягивает беды. - Ты хочешь сказать, что у меня на катере завалялся какой-то проклятый артефакт? - А ты недавно что-то у кого-то похищал? – Ахенатон отпустил руку гостя и жестом указал ему садиться, а сам полез рукой в ящик стола, и достал оттуда маленькую фарфоровую чашку с блюдцем. - Ну… да, я украл магическое зеркало, - признался Карнольф, - скоро Сильвио принесет его сюда. - Вот и подождем с ним. А пока выпьем немного рекафа. Из ящика появилась вторая чашка и серебряная шкатулочка, украшенная цветной эмалью. Внутри оказалась заварка, скатанная в шарики. Ахенатон бросил по одному в чашку и взял с края стола прозрачный кувшин с водой. Через несколько секунд из кувшина в руках волшебника повалил пар, и вода в нем закипела. - Над чем работаешь? – поглядывая в открытый гримуар, спросил Алоиз, - Снова дезинтеграция? - Нет, в этот раз не она, - Ахенатон наливал кипяток в чашки. В воздухе мелькнул телекинетический импульс. Книга сама собой захлопнулась и упала со стола в открывшийся его ящик. «Врёт», - подумал Алоиз, - «там были написаны формулы пересчета силы в вес и точки разрушения на киноварных полях. Ну и ладно, оставлю этот секрет ему. Пока что». Мэтр Джехути прошел к секретеру с другой стороны кабинета. Пошуршав там, он вернулся с бутылкой золотистой жидкости. - Что может быть лучше рекафа в компании друга, с которым не виделся под пару сотен лет? – он улыбнулся, - Только рекаф с амасеком. - Это обязательно? - Нет, но так вкуснее, - ответил Ахенатон, наливая амасек в чашки, - рассказывай, кто собрался переворачивать переворот на Октане? Кому хватило дурости или наглости копать под лордов? - Лорды сами заложили под себя мельта-бомбу с таймером. Притащили на планету варп-кузнеца, - вздохнул Алоиз, - а он ничтоже сумняшись и решил стравить их между собой, или перебить по одному, или еще как подчинить, и подгрести под себя всю власть. Но первым делом он попытался избавиться от меня. Вот, полюбуйся. Оскольчатый перелом обеих костей. Алоиз поддернул рукав мантии, демонстрируя шрам на предплечье. - М-да, - протянул Ахенатон, усаживаясь в свое кресло, - не думал, что они настолько глупые и недальновидные. - Ладно, - махнул рукой Алоиз, - это уже проблемы лордов, и они остались на Октане. Со мной-то что не так? - Пей, - Джехути пододвинул Карнольфу его чашку, - он уже остыл. Правила ты помнишь. По часовой стрелке. Алоиз молча кивнул и выпил рекаф почти залпом. Ему сильно не хотелось затягивать эту ретроградскую предсказательную практику. Оставив на донышке только мелкие кусочки листьев и немного жидкости, волшебник широким движением качнул чашку по часовой стрелке и резко перевернул ее на блюдце. Ахенатон, отпив немного, просто отставил свою чашку в сторону. - Давай сюда, - он взял у Алоиза блюдце с перевернутой чашкой. В дверь настойчиво застучали и заскребли, кто-то пронзительно завопил. - А вот и твой ученик. Запирающее заклятие исчезло, и в кабинет ввалился Сильвио с завернутым в какую-то старую пожелтевшую тряпку зеркалом в руках. На обоих наплечниках его брони блестели свежие радужные пятна. Поверх его головы с криками влетел Борей. Попугай сделал круг по кабинету, сел на дерево за спиной Ахенатона и принялся чистить перья. - Ваша птица меня всего обгадила, - возмущенно сообщил Сильвио, - держите Ваше зеркало, мэтр. Алоиз снисходительно улыбнулся и развернул сверток. Глаза Ахенатона полезли из орбит. Почтенный мэтр вскочил из-за стола и забился в угол, прикрывшись спинкой тяжёлого кресла, в котором сидел. Чашка на блюдце в руках волшебника мелко задребезжала, а затем взорвалась. В воздухе повисли облачком мелкие осколки, капли жидкости и измельченные листья, остановленные волей Карнольфа. Сидящий на ветке Борей громко закричал, приседая и качая головой. - Что случилось? – непонимающе спросил он. - Убери отсюда это дерьмо! Сейчас же! – завопил побледневший до цвета пергамента Ахенатон, - Увези его с моего корабля и выброси подальше! Желательно на каком-нибудь скитальце! Знал бы я, что оно у тебя с собой, на борт бы вас не пустил!!! - А… что не так с этим зеркалом? – тихо и спокойно спросил Алоиз, искренне не понимая столь бурной реакции коллеги, - Оно работает, показывает то, что просят. Но решительно отказывается давать координаты, где искать. Побледневший Ахенатон с облегчением вздохнул: - Значит, не отрицательное. - А что должно быть отрицательным? – не понял Сильвио, так и не успев испугаться. - Вы оба вообще знаете, что украли? – возмущенно вопросил мэтр Джехути, - Это ноктилит, черный камень. Он может как проводить варп-энергию, так и гасить ее. А еще эта штука нестабильная. Никогда не знаешь, когда она жахнет и схлопнет всю псионическую активность на километры вокруг… - Так… а что мне теперь с ним делать? – удерживая каменное невозмутимое выражение лица, спросил Алоиз, - Кроме того, что бегать по потолку и кричать. - Сейчас – унести к Тзинчу на рога обратно, в свой корабль! – рявкнул Ахенатон, - И избавься от него при первом удобном случае! - То есть, ты с ним работать отказываешься. - Конечно, я отказываюсь! Я перекупщик оружия, книг и артефактов, а не самоубийца, чтобы работать с черным камнем. - Сильвио, унеси зеркало, пожалуйста, - спокойно попросил Карнольф, - и наплечники протри. Волшебнику случалось видеть черный камень и раньше, но только в виде огромных глыб, развалин или обработанных стел и блоков. Неоднократно Алоизу случалось видеть и кадианские пилоны. Он никогда не слышал о взрывоопасности ноктилита. Возможно, старый друг заблуждается. Или чего-то не знает. Или опять врёт. Или у Карнольфа в руках не ноктилит. Кто его знает. Но в дальнейшем стоит разузнать о черном камне и его свойствах. - Погоди! – остановил его Ахенатон, - Тряпку оставь. Мне кажется, это очень важная вещь. - Ты хотел мне что-то сказать, - Алоиз улыбнулся, указывая на останки чашки, которые осыпались на пол и на стол, когда за Сильвио и злополучным зеркалом закрылась дверь. Волшебник опустил взгляд на осколки на столе и на блюдце. - Я бы на твоем месте не надеялся получить точный результат, - раздраженно фыркнул он, - после того, что твой ученик притащил кусок ноктилита прямо ко мне в кабинет. - Не думал, что ты так испугаешься, - ответил Алоиз. Джехути сел в кресло и поставил уцелевшее блюдце на стол. - Что ж, коли это предсказание безнадежно испорчено, попробуем… хотя нет, погоди, - Ахенатон вгляделся в заварку на блюдце, - ткань, тряпка… твои неприятности от какой-то нательной вещи. Или от человека. Тут еще человек рядом. - Мой ученик – та еще тряпка, - фыркнул Карнольф. - Не ругай его, он у тебя способный. Сильвио был лоялистом, по нему видно, - Ахенатон поднял свою чашку и допил рекаф, - кем был до того, как попал к тебе? - Плакальщиком. И тут волшебник засмеялся громким и высоким каркающим смехом: - Ну конечно, как я сразу не догадался! Легенды о потомственной неудаче Плакальщиков добрались и до меня, - Ахенатон сделал домиком свои совиные пернатые брови, - я не знаю, как Сильвио это делает, но свое невезение он проецирует на тебя. - А почему так происходит? - Потому что твоя жизнь, как и его, где-то пошла не по плану Архитектора Судеб, - пояснил Ахенатон, - можем провести один старый ритуал и посмотреть, где именно. Вся его потомственная неудача достается тебе, и рано или поздно она тебя погубит. При этом первоисточник твоих неприятностей – не он, а эта тряпка. Вернее, этот саван. В нем было тело мертвой женщины, я чувствую. Алоиз посмотрел на оставленную Сильвио тряпку. Она была ветхой, очень большой, сложенной в несколько раз. На ней виднелись пятна, похожие на кровь. Волшебник вспомнил, что это и откуда взялось в его вещах. - Откуда ты взял это? – успокоившись, спросил Ахенатон. - С мира Мэригард в Ультрамаре. Мы с Мэдлором украли его из храма святой Марев, или Мэри, или как её… покровительницы этого мира. - Зачем вы украли кусок ткани, не несущий никакой магической силы? – мэтр грустно улыбнулся. - Легенда гласила, что он дарует вечную молодость, так как тело святой Марев испарилось, оставив пустой саван. Мы долго изучали главный храм Мэригарда, построенный в ее честь, искали, как в него залезть незамеченными. И когда все-таки залезли и вскрыли гробницу, уже на месте выяснили, что легенды врали, а саван – просто грязная тряпка, имеющая святость и ценность только для жителей Мэригарда... - И утащили его из принципа, чтобы не уходить с пустыми руками, - закончил за него Ахенатон, - ты сделал глупость, Алоиз. Держу пари, что за эту кражу тебя и прокляли на паршивую собачью жизнь всем Мэригардом. - Я ничего подобного не ощущаю, - пожал плечами волшебник, - это можно как-то проверить? И чего это будет стоить? Ты так и не назвал цену. - Возьмешь ученика, слетаете в одно место и возьмете оттуда вещицу. Это несложно: разбитый корабль, на котором уже не осталось экипажа. Про груз никто не знал, кроме отправителей и нас с Минмесом. Надо быстро слетать туда и забрать его, пока хозяева не хватились и не бросились на поиски. - Я так понимаю, что сам груз опасен, - с подозрением в голосе поднял бровь Карнольф, - или где подвох? - Да, груз очень опасен. Он не взрывается, его можно ронять и особых условий ему практически не нужно. Однако психический фон предмета воздействует на существ со слабой волей, и мне нужен кто-то, кто смог бы ему противостоять, - пояснил Ахенатон. - И ты решил попросить об этом старого волшебника и слишком молодого для таких заданий мальчишку? – Алоиз грустно улыбнулся. - Так тебе нужна новая броня или как? – Ахенатон откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. - Или как! – каркнул с ветки Борей и снова нагадил. «Да, пичуга, мне тоже кажется, что соглашаться – идея дерьмовая. Старый гриф явно попытается нас нажухать. Но деваться некуда», - подумал чернокнижник, глядя на птицу. - Хорошо, мы поедем.