4. Жуткий четверг

В комнате скулило непонятное существо. Сакура сидела в углу на полу, прижавшись всем сжатым телом к стенам чужой комнаты в этой жуткой клинике. Уже несколько дней она находилась тут, очнувшись на кровати, а рядом в кроватке — этот монстр. Сначала она думала, что это какое-то чудовище, а потом поняла, что похоже даже не на собаку, а на лиса. Монстр рычал и скулил, Сакура сидела от него подальше и если существо начинало шевелиться и ползти к ней, она кричала, всячески махала руками и ногами, отпугивая чудовище. Кажется, девушка уже поселилась в этом углу, забыв обо всем, кроме окутывающего ужаса и страстного желания проснуться уже. Но ее никто не будил. Точнее, в комнату, где ее запер Намикадзе, заходил только он. Приносил еду, что-то говорил. Пытался вернуть в кровать. Сакура же смотрела лишь на чудовище. У нее есть шанс спрятаться от него в ванной комнате, но ей надо видеть монстра, чтобы он был у нее на виду. В который раз Намикадзе зашел и вздохнул от полного подноса с нетронутой едой - Сакура объявила голодную забастовку. Кажется, Учиха бы даже не дала себя переодеть после родов, если бы тогда находилась в сознании. — Тебе надо поесть, — повторил доктор, присев перед ней на корточки. Ее взгляд пробежался по подносу и снова на чудовище в кроватке. Изверг тоже повернулся на монстра. — И тебе надо покормить его. — Мужчина недовольно сдвинул брови. — Он не ест, что я даю. Так он погибнет! И все было напрасно… — Отпусти меня, выпусти, — прошептала Учиха, не отрывая взгляда от кроватки. — Он умрет с голоду. Ты хоть представляешь сколько сил и времени мне понадобилось, чтобы он родился! — Что ты со мной сделал? За что? — Сакура все также смотрела на кроватку. Намикадзе глянул на нее и вдруг разоткровенничался: — Я бы как обычно, подсадил бы тебе простого демона, как делал это всем женщинам, сюда приходящим. Этих демонов никак не отличить от людей, только их животные не сильно жалуют, но в целом, прожила бы с ним, никогда и не поняв, что вырастила демона. Только так они могут поселиться в нашем мире, через рождение в смертной оболочке… Потом бы он убил несколько людей, чтобы обрести силу… Ну… главное, — до того говоривший словно с неохотой, сейчас взор Намикадзе засиял. — Ты увидела Наруто! — Наруто…? — Мать отдала ему Кураму, — с какой-то детской обидой сказал Намикадзе, обернувшись на кроватку. — А я ведь старше на несколько минут! Они должны были отдать его мне!.. Сакура выхватила вилку с подноса и пырнула что есть силы в его плечо, вскочив и побежав, пока доктор сжался от боли. Но не успела она сделать несколько шагов, как плашмя рухнула на пол — Намикадзе схватил ее за ногу и подтащил к себе. — Во же стерва! — заламывал он руки Сакуре, сопротивляющейся, но обессиленной всем — родами, болями, недоеданием, недосыпанием, переживаниями. — Угомонись, я сказал! Он поднял ее на руки, а она вцепилась в его плечо, вонзив зубы, и видно, что ему без шрама никак не обойтись. Но тут она ощутила очередной укол и обмякла в его руках. В очередной раз девушка проснулась ночью, привязанная к постели по рукам и ногам простынями. Уже бы было все равно, голод давал неимоверную слабость, а все происходящее напрочь убивало волю жить в раньше жизнерадостной Сакуре. Но пока она лежала, не в силах никак освободиться, да и понимая, что в кроватке какая-то тишина — может Намикадзе забрал монстра, ведь никто не скулит? Это дало ей время подумать и может чуть успокоиться, если такое вообще возможно. Но стимулом двигаться стал, как и всегда, любимый человек. Она поняла, что потерялась во времени. А ей нужно было появится перед его семьей, так уж вышло, 31 октября. Она помнила дома у родителей только 20-е октября. А здесь… дня три она помнила, но до того, роды и ее бессознательное состояние — сколько она так пробыла? А если уже поздно? Если Саске все потерял? И скорее все, ищет ее… Он ведь найдет ее? Он ведь спасет? Сакура представила, как муж врывается в логово безумного врача, дает ему по морде, берет на руки Сакуру и уносит прочь, сжигая подчистую это проклятое место… Но… Сумасшедший доктор говорил про каких-то демонов. Она не хочет, чтобы Саске связывался с ним, а вдруг пострадает? Такому убить — ничего не стоит… Нет, пусть лучше Саске не приходит, чтобы не подвергать свою жизнь опасности. И тут она вспомнила того, кто пытался помочь ей все это время, пытался остановить, чтобы она не заходила в проклятую клинику. — Наруто… — Что? Сакура испуганно дернулась и обнаружила, что этот самый Наруто стоит рядом с кроваткой. Она лишь вначале опешила, но, вероятно, стоило перестать чему-то удивляться. — Кто ты? — Наруто, — грустно улыбнулся парень. У нее столько вопросов… — Освободи меня! Помоги сбежать! — она задергала руками и ногами, давая понять, что и сил почти нет и вообще уже скоро ничего не сможет. — Прости, не могу. — Ты заодно со своим братом?! — рассердилась Сакура. — Нет… Менма не понимает, что делает. — Он чокнутый! И ты… ты… Какой сегодня день?! Мне надо к мужу, он… И тут Сакура понимает: а что дальше? Ну, заявится она на вечеринку, где должны объявить имя наследника, покажет всем сверток в руках, где будет это чудовище… Учиха горько усмехнулась: не спасла мужа, так еще и в такой ужас попала, что их только и ждет медленная мучительная агония расставания. — Все пропало… Наруто стоял у кроватки, глядя на нее и вздохнул. — Курама умирает… Ему нужно поесть. — И ты туда же? — до слез рассердилась девушка. — Я думала ты нормальный, пытался остановить меня, боролся со своим братом, но я все равно тут с этим чудовищем… Скажи, мой ребенок, он ведь на самом деле спрятал его, да? — с надеждой спросила Сакура. — Подсунул этого щенка, чтобы я с ума сошла и не спросила, где мой ребенок?! — Пожалуйста, покорми его, — как не услышал ее Наруто. — Я очень благодарен, что ты выносила нас, понимаю, что мы причиняли тебе очень много боли. Я как мог сдерживал его силу и злобу, но не всегда получалось… — Что ты несешь?! — Сакура расплакалась. — Прошу, освободи меня… Наруто молча шагнул к ней и коснулся ее руки, но она прошла сквозь нее. Он… призрак?! — Ты… ты… — Я давно стал духом, чтобы защитить Кураму от Менмы — это был единственный способ не дать ему пробудить злую сторону Кьюби. Наруто сел на постели Сакуры в ее ногах, у края, глядя на несчастную девушку и начав рассказ. — Моя мать была из особенного клана жрецов, который сдерживал особенно всемогущих бедственных злых духов, заточая их в себе и используя их силу во благо. Она встретила моего отца и они вместе открыли клинику, чтобы помогать людям, чтобы лечить их. А когда она забеременела, демон-лис внутри нее почувствовал ее слабость и при рождении вырвался на свободу. Ценой жизни матери, она, родив Менму и меня, выбрала следующим хранителем меня, потому что злые намерения уже поселились в Менме, у него даже волосы потемнели. Отец понимал, что Менма, когда вырастет, не остановится, пока не заберет у меня Лиса, потому он дал мне фамилию матери и отправил жить к одному отшельнику, который обучал меня много чему… Я ни разу за все время не видел отца. Так он охранял меня от брата, которого одолевали демоны и злоба лиса, жаждущая разрушения. Несколько лет назад это привело к гибели моего отца. Теперь клиникой завладел Менма и вместо лечения, он выпускал демонов, которые помогали ему искать меня… К сожалению, я не смог никого защитить. И тебя… — Наруто смотрел печально и опустошенно, явно переживая свою неудачу. — Я устал смотреть, что творит мой брат. А так как отшельник научил меня скрываться, почти все время я пребывал в теле духа, но сейчас, через тебя… я переродился. — Он снова взглянул на кроватку. — И снова погибаю… Сакура молча закрыла глаза, осознавая услышанное. Пока сложно все расставлялось по логическим полочкам в ее голове, но… — Хочешь сказать… Ты и это… — она сморщено глянула в сторону кроватки, — ты???! — Скорее, там нас вдвое — я как дух-хранитель и Курама: пока тело голодно, оно выглядит как зверь, а сытое… Сакура снова улеглась. — Помоги мне выбраться отсюда. — Не могу… Но он, — Наруто показал на кроватку, — может. Только его нужно… — Покормить… А чем? — Сакура сглотнула. У нее и молока не было на почве такого стресса. Да и вообще: как все это дико выглядит! Как бы то ни было, Наруто ей не помощник, о чем уже несколько раз сказал, потому потихоньку она стала растягивать одну руку, потом другую, и, в конце концов, смогла освободиться. Только сил не осталось. Она лишь села и какое-то время приходила в себя от изматывающего головокружения от голода и недосыпания. — Мне нужно вернуться к мужу… Нужно хотя бы что-то сделать… Какое сегодня число? — Только наступило 31 октября… Сакура с ужасом глянула в темное окно с решеткой: почти сутки - успеет? Но… надо все равно вернуться, Саске и родители ищут ее, переживают… — Мне нужно сегодня быть в одном месте. Хоть на метле долететь! Толком не понимая, как ей это поможет, она с трудом привстала, заглядывая в кроватку и понимая — Намикадзе никого не убирал, чудовище, а точнее жалкий щенок рыжего лиса, лежал почти без дыхания. — Он умирает? — прошептала Сакура. Наруто не ответил, а Сакура не могла прикоснуться, даже подумать о том, что будет делать. Но отчего-то ей стало жутко жаль несчастное существо, как в детстве жалела всех букашек, котят, щенят. Разве щенок виноват? Сакура осторожно протянула руку и коснулась его — шерсть еще теплая, значит, жив… Несчастное, никому не нужное создание — угодило же ты в историю, как и дурочка Сакура. Никого она не уберегла, не защитила, лишь приблизила себя к пропасти, в которую будет падать всю жизнь. Ее пальцы прошлись по боку лиса и тут он издал какой-то писклявый звук. Что, и демону приятна ласка? Сакура погладила его еще раз. Снова этот жалкий звук. Еще раз — и опять, он даже голову попытался поднять, но без сил — не мог, как и его мать. Сакура подумала и тронула свою грудь — на ней была другая белая сорочка до пола и грудь можно вытащить, чтобы покормить, но… Это какое-то безумие. У нее нет молока, да и это чудовище…! — Мне нечем покормить тебя… И тут вдруг поняла: если довериться безумию, если это демон… Сакура поднесла палец к зубам и со всей силы прокусила до крови, а потом подсунула к морде лисенка. Тот не реагировал, и она уже думала — все напрасно, только внезапно он стал принюхиваться, а потом и вовсе обхватил челюстью ее палец, покусывая и посасывая из нее капли крови, и оживая на глазах. — Курама, не будь жадиной, и потом не доставляй маме хлопот и ешь все, что дают, — наставительно говорил Наруто, наблюдающий как демоненок-лис приподнимает голову и уже вгрызается в руку Сакуры, высасывая из нее живительную кровь. Уже и хвостом задергал, и на лапы пытался сесть, а сам еще размером с небольшую кошку… — И как мне поможет, что он сыт? — пробормотала Сакура, как вдруг лис оторвался от нее и живенько выпрыгнул из кровати, а потом прыгнул на дверь, взмахнув хвостом и разбив все замки, на которые ее закрыл Намикадзе. Сакура обернулась на Наруто. — Уходи, — кивнул он, — а я пока задержу брата сонным параличом… Что за…?! Только времени думать не было. В ее ослабленном состоянии, босиком, в белой ночной рубашке, Сакура, натыкаясь на стены, шла за лисом, который шустро открывал ей двери. Потом подумает, что тут за бред. Но если все это зря, если сегодня к вечеру не попадет на вечеринку в честь Дня Всех Святых — вот тогда впору топиться. А пока есть шанс. Ни о чем не думая, она выбирается из здания, следуя за демоненком… Вокруг каких только ряженых не было — как водится, несколько вампиров, пугал, приведений, бывших президентов, героев сериалов и мультсериалов, официантов, разряженных зомби, но все внимание забрала еле живая Сакура, идущая через силу, с окровавленными ногами, грязной, оборванной белой сорочке, стриженная под мальчика, бледная, с серым цветом лица, синяками под глазами, разбитым подбородком, ссохшимися губами и впалыми щеками, протопав все это время через лес, дорогу, где-то поймав попутку, она успела на вечеринку. А теперь, завернув в часть ткани от сорочки уставшего и спящего демоненка, несла его в руках, оставляя за собой на полу кровавые следы, идя к сцене, через забурлившую и зашептавшуюся толпу. — Это определенно лучший костюм! А как роль отживает! Кого она изображает? Зомби? Невесту? — Нет, у нее младенец на руках… — Кажется, там не ребенок. — Определенно — лучший костюм! Сакура едва поднялась на небольшую сцену и, шатаясь от бессилья, ища мутным от света и усталости взглядом мужа в разряженной, пестрой толпе, схватилась на микрофон. — Я… Саске-кун, ты тут? Я… — с трудом сохраняя сознание, Сакура чудом держалась на ногах. — Это Сакура? Я ее не узнал! — шепталась толпа. — Она же пропала! Ее в розыск объявили! — Но костюм у нее лучший! Сакура не видела Саске. Да и… мог ли он прийти сюда, когда она пропала…?! Неважно. Это объявление нужно им, жадным родственникам, а не ее любимому. — Я… я хочу представить вам нашего… с Саске наследника… Это, — она прижала сверток к груди. А ведь имя не придумала! Да и… Наруто как-то называл это чудовище… — Курама… Курама Учиха… Наш с Саске сын…