Глава 9. Плата за постой

      Майк заглушил двигатель, но ключи не вынул.       — Так, — сказал он. Взгляд скользнул по Дипперу, потом по Мэйбл. — Прежде чем мы распрощаемся, есть одно дело.       Диппер насторожился. Дело… У взрослых «дело» никогда не бывает «молодец, возьми с полки пирожок». Особенно у таких, как Майк. А особенно — с таким тоном.       — Какое? — спросил Диппер, стараясь звучать так же нейтрально.       Майк мотнул головой в сторону парковки. Там на асфальте ещё виднелись тёмные разводы от вчерашнего потопа и жалкие остатки картонного медведя.       — Видите бардак? Его надо прибрать.       В салоне повисло секундное молчание.       — Это… то есть мы? — спросила Мэйбл.       — Вы, — подтвердил Майк. — Веник и совок на заднем дворике. Мешки для мусора там же.       — Но м-мы же должны в библиотеку! — выпалила Мэйбл, её пальцы вцепились в ремень рюкзака. — С самого утра планировали!       — Библиотека никуда не убежит, — парировал Майк, его глаза сузились. Он смотрел на кучу мусора, оценивая масштаб работ. — А этот хлам — визитная карточка заведения.       В его тоне появились учительские нотки, которые обычно заставляли Лиззи хмуриться, а Гарри — немедленно прекращать хулиганить. Он даже не повысил голос.       Никаких криков. Просто железобетонная уверенность, что мир устроен так, как сказал он. И убирать будете вы.       — Мы не ваши сотрудники, — чувствуя, как протест тонет под напором этой непробиваемой уверенности, Диппер попытался найти лазейку. Они только освободились от работы на полставки в Хижине, а их уже снова запрягают. К тому же воспоминания о предательстве были ещё свежими.       Вспомнился запах хлорки, свист чайника и тот самый вопрос: «Останетесь на завтрак?». Получается, Майк и не предполагал иного исхода. Он уже знал, что Ванесса в пути, а они, конечно же, останутся. По самой меньшей мере это было подло.       — Вы мои гости, — поправил Майк. Он наконец вынул ключи из замка зажигания. — Которые устроили вчера небольшой перформанс с дверью. И которую я, между прочим, буду сейчас чинить.       Он сделал паузу.       — Так что это, — Майк снова кивнул в сторону парковки, — что-то вроде служения обществу или гражданский долг. Выбирайте формулировку, какая нравится.       — Это несправедливо! — взорвалась Мэйбл, но даже её возмущение звучало как-то натянуто. Будто она знала, что уже проиграла, просто была обязана попытаться.       — Жизнь несправедлива, — согласился Майк, распахивая дверь. — Мусор вообще редко бывает справедливым. Он просто есть, и его надо убрать, пока мы не открылись.       И тут до Диппера дошло. Он говорил «мы», а значит, уже включил их в этот «мы». В команду…       Майкл стоял на тротуаре, поправляя рукав комбинезона.       — У меня смена через полчаса. — Он хлопнул ладонью по крыше машины, словно ставя точку. — Если надумаете смыться, не убегайте далеко. Район, если честно, не самый дружелюбный. А вы тут чужие.       Диппер нахмурился. Это было… мило, чёрт побери. Он заботился, чтобы они не шатались по сомнительному району, пускай при этом загнал их в ловушку.       — А если мы откажемся? — выдохнул Диппер, уже почти зная ответ. Последний, чисто теоретический выстрел в воздух.       Майкл на секунду задумался, потом пожал плечами.       — Тогда я буду разочарован. И, наверное, расскажу Генри, что его благодарные герои отказались помочь привести в порядок то самое место, где они намусорили вчера. — Он посмотрел на них прямо. — Но вы же не откажетесь. Потому что вы не такие.       И он ушёл, не оглядываясь.       Диппер и Мэйбл стояли в молчании.       Они — беспорядок и сломанная дверь. Он — крыша и завтрак. Похоже, теперь их очередь платить по счетам.              — Он нас шантажирует? — наконец прошептала Мэйбл.       — Нет, — мрачно ответила Лиззи, глядя в пустое место, где только что стоял брат. — Он вас воспитывает, это хуже. Добро пожаловать.       Диппер вздохнул. Протест где-то внутри ещё булькал, но поверх него уже нарос толстый слой «пять минут, всего пять минут, просто сделай это, и он отстанет».       — Ну что, — сказала Мэйбл, внезапно оживляясь. — Говорят, в мусоре иногда можно найти крутые штуки.       Её мозг, как всегда, нашёл экстренный выход. «Раз уж застряли, найди сокровище».       Диппер простонал и автоматически поправил кепку. Затем автоматически пошёл искать веник.       Они прибирались под аккомпанемент металлического скрежета. Майк погрузился в починку разорванных петель. Каждый удар его молотка отдавался в висках Диппера, как отсчёт времени до их условной свободы.       — Смотри внимательнее, — предупреждал Диппер, вороша слипшиеся картонные коробки от пиццы. — Мы можем найти улики. Номерной знак или ещё что-нибудь.       Мэйбл, вооружившись метлой, размахивала ею, как волшебной палочкой.       — О, я поняла! — её глаза загорелись. — Он мог выронить талон с автомойки! Или чек из кафе! Или… или заколку своей таинственной спутницы!       — Заколку? — Диппер скептически поднял бровь. — Ладно, может, и так. Что угодно, что связано с той машиной.       Он осмотрел убогую конструкцию с большими резиновыми колёсами, увенчанную металлическим ведром с глупым лицом.       «Машина ехала отсюда… ударила тележку здесь… отлетевшие детали могли полететь по траектории…»       Они копались в холодной каше из бумаги и пластика. Надежда таяла быстрее, чем роса на газоне под утренним солнцем. И вот под раздавленной банкой «Pepsi» он нащупал уголок чего-то твёрдого и гладкого.       Сердце ёкнуло, забилось частой дробью. Он вытащил находку, стряхнул грязь. Это оказалась прямоугольная карточка в прозрачном чехле, на шнурке. Пропуск. На жёлтом фоне — логотип «Freddy Fazbear’s Pizza», и главное — имя, отпечатанное жирным шрифтом: Jeremy Fitzgerald.       — Бинго, — выдохнула Мэйбл, и мир на секунду сузился до этой пластиковой карточки. В ушах зазвучал победный саундтрек. — Дай посмотреть! — она выхватила пропуск. Её лицо озарилось восторгом первооткрывателя. — Джереми Фицджеральд! Охранник! Он, что ли, преследовал Чарли? Или его машину угнали?!       Они уставились на пропуск, как на карту сокровищ, и даже не услышали приближающихся шагов. И в этот самый момент высокая тень накрыла их с головой.       Майкл стоял над ними, заслоняя солнце. В одной руке — инструменты, в другой — налобный фонарь. Его лицо было непроницаемо, серый взгляд скользнул с их оживлённых лиц к пропуску в руках Мэйбл.       — Нашли клад?       Мэйбл инстинктивно прижала карточку к груди. Диппер вскочил, занимая оборонительную позицию между сестрой и Майком.       — Это улика, — заявил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Пропуск на парковку.       — Джереми Фицджеральда, — с торжеством выдала Мэйбл. — Представляешь…       — Я знаю, чей это пропуск, — мягко, но неумолимо перебил Майк и протянул заляпанную руку. Ладонь была большой, мозолистой и не терпящей возражений. — Давайте сюда, передам ему.       — Нет! — выпалил Диппер. Это было почти рефлекторно. — Это мы нашли. Мы сами можем передать.       — Каким таким образом? — Майк приподнял одну бровь. В его голосе зазвучало что-то среднее между раздражением и плохо скрываемым сарказмом. — Джереми работает в ночь. И вообще, пропуск — собственность заведения. Вы нашли, молодцы. А теперь отдайте. Я сам ему передам. Джереми новенький… растяпа.       Он сделал шаг вперёд. Его тень поглотила их полностью.       — Но он же мог быть за рулём! — не сдавалась Мэйбл, отступая к груде мусорных мешков. — Или знать, кто был!       — Мэйбл, — Майк сказал её имя так, как обычно говорил «Гарри, хватит» или «Лиззи, перестань». — Что за глупости? Отдай пропуск.       — Мы не маленькие! — взорвался Диппер. Унижение, копившееся с утра — эта уборка, этот тон, этот взгляд свысока — вырвалось наружу. — Мы тебе не семья! Мы сами разберёмся! Мы имеем право знать!       — Право? — Майк фыркнул. — Ты в каком мире живёшь, парень? Здесь права надо заслужить. А пока что вы — двое незнакомых детей, которые копаются в мусоре. Дайте сюда пропуск.       Он даже не повысил голос. Но в его спокойствии была такая командирская манера, что у Диппера перехватило дыхание.       — Ты нас ещё запеленай и соску в рот дай! — выкрикнула Мэйбл, отчаянная и красная от ярости.       Уголок губ Майка дрогнул. Возможно, он на секунду представил их в том образе.       — Если понадобится, запеленаю. А сейчас последний раз говорю. Пропуск.       Их сопротивление было жалким и бесполезным. Он был старше, сильнее, а самое главное — он был здесь своим. Мэйбл с ненавистью швырнула пропуск на асфальт.       Майкл поймал его, не нагибаясь, и смахнул грязь рукавом.       — Спасибо, — процедил он. — Молодцы, что убрали. Библиотека — два квартала в ту сторону. Не заблудитесь.       Он развернулся и пошёл обратно к двери и своему ящику с инструментами.       Диппер стоял, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. В горле стоял ком — горячий, колючий, от обиды и бессилия.       — Как я его ненавижу, — прошипела Мэйбл, и в её глазах блестели самые что ни на есть настоящие слёзы. — Он с нами как с инвалидами! Мы же СПАСЛИ Чарли! А он…       — Пошёл он к чёрту, — глухо закончил Диппер.       Истерика подкатила волной. Они схватили свои рюкзаки, оставленные у стены.       — Идём, — выдохнул Диппер, и его голос сорвался, — пока он не додумался оформить над нами полную опеку.       Они бежали, и ветер свистел в ушах, смывая запах мусора и горький привкус поражения.