Глава седьмая

      Утро Алисы обычно начиналось спокойно, но это стало исключением — её разбудил хлопок двери и голос верного телохранителя:              — Алис, тебя срочно требует к себе император. Говорит, что у него есть к тебе ряд вопросов.              Алиса отбросила одеяло и встала. Спросила, сладко потягиваясь и зевая:              — Он не объяснил, что это за вопросы, из-за которых он гоняет капитана своей личной гвардии в… — быстрый взгляд на часы, — шесть утра?              — Не объяснил. Но я б на твоём месте поторопился. Я таким злым его видел последний раз… — Лакт развёл руками. Увидев, как Алиса потянула вверх ночнушку, спешно отвернулся. — Видел, когда ты у казначея в покер казённых денег на зарплату у всего коллектива отыграла.              — Да, весело было, — хмыкнула Алиса, облачаясь в униформу. — Говорила я этому лопуху: не умеешь — не играй… Ладно, я уже оделась. Веди, фельдмаршал.              — Боюсь, тебе сейчас будет не до сме-ха, — мрачно предрёк Лакт. — Да что ж та-ко-е! Ба-рах-ло ка-кое-то!              С этими словами Лакт от души вдарил кулаком по трещащему динамику. Тот заискрил, затрещал.              — Раз, раз-раз… — пробормотал капитан. — Раз… Вроде наладилось. Эх, блин, мне б на техосмотр…              — Вот и сходи, пока мы с императором разбираемся, — предложила Алиса. — Время явно есть.              — Да… — Лакт махнул рукой. Дисплей на шлеме «моргнул». — Какое там… Я нужнее буду там.              — И зачем? — поинтересовалась Алиса, шагая за лязгающим пехотным модулем по коридору.              — Увидишь.              Куртас ждал в тронном зале. Сидя на троне, подняв забрало шлема, император нервно кусал ногти. При появлении Алисы Куртас кивнул Лакту:              — Свободны, капитан.              — С Вашего позволения, Ваше Величество, я останусь, — Лакт натужно помотал головой. Раздался ржавый скрип «суставов».              — Оставайтесь, если так угодно. Алиса, теперь Вы. Где Вы были вчера ночью?              — В подпольном катране, — флегматично ответила Алиса. — Играла в покер.              — Кто-то может это подтвердить? — резко спросил Куртас.              — Никто. По вполне понятным причинам.              — То есть Вы так легко признаётесь, что играли в азартные игры, невзирая на мой запрет?              — А мне Ваш запрет, Ваше Императорское Величество, как-то глубочайше… — Алиса сделала красноречивый жест.              Лакт усмехнулся, притушив дисплей.              — Значит, алиби у Вас нет, — резюмировал Куртас. — Что же, тем хуже для Вас. Есть подозрения, что Вы встречались с кем-то из мятежников.              — Вот как? — Алиса скептически подняла брови. Это был не первый допрос в её жизни, и она представляла, как себя вести.              — Да, именно так. Опровергнете это?              — А Вы сперва докажите, что я действительно встречалась с мятежниками. Или просто так, на основании слухов и сплетен, вынесете смертный приговор? — лениво возразила Алиса.              — Очень смешно, — пробурчал Куртас. — Вы с огнём играете… с вулканом, который Вас вот-вот уничтожит.              — Пусть попробует, — угрожающе заговорил Лакт, мерцая дисплеем на шлеме. — Вы — император без году неделя, а Алиса была секретарём ещё у Безмолвного. Многие при дворе встанут на её сторону.              — В самом деле? — хмыкнул Куртас. — Ну что ж, посмотрим. Секретарь Алиса Селезнёва, я настоящим задерживаю Вас до выяснения обстоятельств. Охрана!              В зал вошли гвардейцы, дежурящие у дверей. Куртас кивнул на Алису:              — Задержать и отвести в подземелье. Обоих.              Лакт развернулся к гвардейцам, похрустывая «суставами» пальцев, те испуганно попятились. Драться врукопашную с пехотным модулем — самоубийц не было.              — Взять! — нетерпеливо повторил Куртас. — Это всего лишь пехотный модуль и молодая гомо сапиенс!              Лакт, врезав по динамику, заорал на весь этаж:              — Говорит капитан Анимус! Всем верным – к оружию!              Не успело отзвучать эхо, как в коридоре раздался дробный топот десятков ног. Двери распахнулись, и в тронный зал ввалились несколько солдат с излучателями наготове. Гвардейцев скрутили, обезоружили и вывели наружу. А в коридоре, судя по звукам, уже завязался бой. Лакт, повернувшись к Алисе, флегматично произнёс:              — Придётся отрываться с боем. Ты готова?              — Если придётся — то да, — пробормотала Алиса.              Лакт вместо ответа протянул ей бластер.              — А ты?              — Мы тут справимся. Выживи, выберись отсюда… доберись до Кондора.              — И после этого… — процедил сквозь зубы Куртас.              — Завались, — посоветовал Лакт. — Алиса, ступай.              Сборы не заняли много времени. Алиса откопала в груде вещей старый рюкзачок, положила в него деньги, документы, немного одежды, личное оружие и батареи для бластера. Закинув рюкзачок за спину, выбежала в коридор. На подземной парковке Алиса нашла свою машину. Бросила рюкзачок на заднее сиденье, прыгнула за руль, завела мотор, и машина понеслась по длинным извилистым переходам парковки. Впереди блеснул свет; машина вылетела наружу и полетела по улицам. Алиса не слишком осторожничала — включила мигалку, сирену, тонировку стёкол и неслась на огромной скорости. Лексы пропускали машину и отдавали честь — на то и был Алисин расчёт.              Наконец впереди появился заветный поворот на деревню Вилла. Алиса припарковала машину, выключила сирену, мигалку. Вышла из машины, осмотрелась. Подняла руки, выкрикнула заветное:              — Я одна!              Ноль реакции. Сплюнув, Алиса вернулась в машину. Откинула назад спинку водительского кресла, положила рядом с собой бластер и задремала. Время тянулось нестерпимо медленно. Алиса сама не заметила, как заснула.              Из-за поворота дороги вылетел чёрный военный грузовик, перекрывший шоссе. Спрыгнувшие на дорогу солдаты открыли дверцу машины. Алиса проснулась, схватила бластер, но ближайший солдат воткнул ей в шею длинную иглу. Алиса обмякла. Двое солдат вытащили её из машины и понесли в кузов грузовика. Всё это произошло очень быстро.       

***

             Маршал Солар мерил свой кабинет шагами вдоль и поперёк. Двухнедельный срок подходил к концу, Кондор оставался неуловим, и призрак сорванных погон становился всё более материальным. Солар всю жизнь проходил под ружьём, и такое бесчестье было для него хуже смерти. Нет… он предпочтёт заряд бластера в висок…              — Ну что? — с победоносной улыбкой спросила Салда, наблюдавшая за маршалом. — Сел в лужу?              — Очень смешно, — бросил Солар, поправляя волосы. — Ты что, правда не понимаешь, в какой мы ситуации? Меня вот-вот снимут, на мою должность назначат, скорее всего, тебя. Оно тебе надо?              — Если такова будет воля императора — пусть так, — Салда пожала плечами. — Но если и назначат, то ненадолго. Сюда скоро прилетит Безмолвный. Он-то положит конец этому бардаку.              — Типичная логика двухлетки. Ждать, пока придёт папочка и надерёт задницу всем плохишам, — прокомментировал Солар. — Мы должны сами решить свои проблемы.              — Сами мы уже нарешали, Солар, — заметила Салда. — Именно наши решения и загнали империю в такой глубокий п…ц. Поэтому пусть Безмолвный вернётся и разрулит ситуацию. А мы ему поможем по мере сил и возможностей.              — Разрулит, как же… — меланхолично вздохнул Солар. — Вспомни, Салда. Каждый раз, когда Ропот принимал мало-мальски серьёзное решение, за его спиной стояли мы. Маршал Краст, я, тогда ещё капитан, ты, полковник, Игнис, лекс-сигнор, Вик, канцлер… Ропот — наивняк обыкновенный перепончатый, и без нашей помощи мало чего стоит. Эх, Игниса бы сюда, земля ему пухом…              — Сдюжим, — спокойно ответила Салда. — И не с таким справлялись. Хотя Игниса не хватает, что правда, то правда.              — Салда, ты солдат, а не политик. А сейчас нам нужны именно опытные политики.              — Может, и так, — хмыкнула Салда. — Но кое-что ещё умею… Не забывай, кто тебя-то наверх пропихивал. Благодаря кому именно ты стал маршалом.              — Я стал маршалом потому, что на момент смерти Краста был единственным экзетом, — отрезал Солар. — Больше некого было назначить на эту должность.              — Ну-ну, — Салда забросила ноги на стол. — Думай так и дальше. Безмолвный сперва мне предложил эту должность. Знал бы ты, чего мне стоило убедить его назначить маршалом тебя… Пришлось даже напомнить Ропоту, в чьей роте он начинал свою великую миссию… и почему я попросила в конце концов о понижении до лейтенанта.              — В самом деле? — Солар нахмурил брови. — Не знал… даже предположить не мог. Хотя следовало бы. Но всё же отказаться от места маршала — этого недостаточно, чтобы стать политиком, Салда.              — Сол, — Салда лениво потянулась, — я не политик, но кое-что знаю и умею. Кроме того, альтернатив всё равно нет… Ропоту нужна поддержка всех верных крудов. Лост и Кросс поддерживают Куртаса…              — Кого? — недоумевающе спросил маршал. Салда выразительно посмотрела на него. — А… императора?              — Лже-императора. Да. Лост и Кросс поддерживают Куртаса. Возможно, имеет смысл предъявить им доказательства, что император, за которого они так ратуют — подставное лицо. С другой стороны… возможно, прибытие Безмолвного напомнит им, кому они изначально дали клятвы верности.              — Я бы не рассчитывал, — возразил Солар. — Эта сладкая парочка уже один раз переобулась на ходу… переобуется и второй, и третий.              — Да… это тоже правда, — Салда медленно кивнула. — В таком разе, этих двоих следует удалить подальше от двора. Чем больше помех, тем…              — Салда, ты кидаешься из крайности в крайность. А политика — дело тонкое.              — Вот и покажи пример, — огрызнулась Салда. — Разговор говорить всякий может.              — Да… конечно, — Солар криво усмехнулся. — Боюсь только, что нам осталось недолго.              — Ты неисправимый пессимист, Солар, — заметила Салда.              — Реалист. Дела наши идут хреново, сама должна понимать. И чем дальше, тем хуже.              В комнату вбежал, распахнув дверь ударом ноги, гвардеец, размахивая свитком. Затормозив обеими ногами, он вручил свиток Салде, приложил два пальца к шлему:              — Виноват, лейтенант Виктория… маршал… срочное донесение!              — Вольно, — милостиво кивнула Салда, разворачивая свиток. Пробежав его глазами, она побелела.              — Что там? — нетерпеливо спросил Солар.              — Секретарь императора, Алиса, оборвалась. По непроверенным данным, наладила контакт с Кондором. Её выследили, схватили и увезли в неизвестном направлении. Последствия ты понимаешь и сам.              — Дьявол! — Солар перевернул стол. Салда едва успела убрать со столешницы ноги.              Салда, облизнув губы, заговорила:              — Поступим вот как. Я немедленно отправляюсь навстречу Безмолвному. Тут от меня толку и правда будет мало… Выложу Ропоту весь расклад, и пусть Ропот сообразит, что делать. Ты, Солар, постарайся найти Алису прежде, чем эти живодёры что-то с ней сделают.              — Постараюсь, — кивнул Солар.              Салда повернула голову к гвардейцу:              — Моего «Странника» подготовить к вылету. Незамедлительно.              — Есть.              Когда гвардеец вышел, Солар скептически спросил:              — И как же ты найдёшь Ропота? Координаты «Карающей длани» засекречены, их знают только рейнджеры-ветераны.              — Вот пусть Ропот и дальше так думает, — флегматично ответила Салда. — Дело осложняется только тем, что «Карающая длань» уже должна была выдвинуться к Круд Доминус…              — Ну ты и кадр, — с нескрываемым уважением протянул Солар.              — Спасибо. Хотя за тысячу с хреном лет службы бок о бок со мной ты мог бы уже это понять. Теперь начинаем действовать, пока не стало слишком поздно.       

***

             Коридоры «Карающей длани» казались бесконечными и низкими из-за своей длины. Салда шла самым быстрым шагом, который мог выжать из себя экзоскелет. Её сопровождал рейнджер-ветеран — обязательное условие для каждого, кто хотел увидеть бывшего императора и нынешнего хозяина корабля-крепости. Исключением была только Алиса. К ней Безмолвный относился как к дочери, доверял безоговорочно и «допускал к телу» в любое время суток.              Наконец впереди показалась дверь, украшенная значком в виде короны. Рейнджер постучался, заглянул внутрь:              — Разрешите? Лейтенант Виктория.              «Салда?! — Безмолвный поперхнулся кофе. — Запускай».              Салда вошла, бесцеремонно отодвинув рейнджера. Безмолвный приветственным жестом поднял чашку:              «Садись. Ты проделала длинный путь — как подозреваю, в обоих смыслах слова. И, надо думать, не просто так. Что-то случилось на Круд Доминус?».              — Именно так. Больной ублюдок, которого ты посадил на трон, схватил Алису, — без предисловий сказала Салда, сев напротив экс-императора.              Безмолвный второй раз поперхнулся кофе.              «Алису?..».              — Да, именно. Солар её уже ищет.              Безмолвный отставил чашку, вытер с губ кофе.              «Значит, ищет… А ты…».              — А я подумала, что ты скорее поверишь лично мне, чем гвардейцу с донесением. Да и действия предпринимать надо ещё и здесь.              «Да… тоже верно, — Безмолвный медленно кивнул. — Вот что, Салда. Тебе это не понравится, сразу говорю. Поскольку мой преемник правит незаконно, его власть аннулирована. Я временно принимаю правление на себя. Своей властью и своим словом я произвожу тебя в полковники и поручаю тебе командование войсками сектора. Стягивай к Круд Доминус все силы».              — А подтверждение моих полномочий? — возразила Салда.              «Твоё имя будет работать лучше всяких императорских грамот».              — Есть, — Салда поднесла два пальца ко лбу. — Разреши вопрос?              «Оставь официоз. Спрашивай, конечно».              — Что ты собираешься сделать? Вернуться на трон? Или…              Безмолвный покачал головой:              «Никогда. Свергнуть ублюдка… а дальше пусть правит имперский совет. Империя себя изжила. Да, и вот ещё что. Тебе это не понравится ещё больше, но я намерен произвести тебя в маршалы, а Солара вернуть на должность экзета. Всё-таки он не полководец».              — Воля твоя — закон, — неохотно признала Салда, поклонившись. — Хотя я терпеть не могу командовать из тыла.              «Больше некому. Старика Краста больше нет. Солар — не полководец. А ты — лучший командир за всё время существования империи».              — Если такова твоя воля, Ропот, — повторила Салда. — Я всю жизнь служила тебе… в этом смысл моего существования.