Часть 2

      Вэй Ину было семнадцать лет, когда часть его жестоко, безвозвратно уничтожают. Сброшенный в Могильные Курганы, со сломанными костями, умирающий от голода, Вэй Ин медленно сходил с ума, атакованный тёмной энергией и мертвецами. Три долгих месяца, полные ужасающего в своей сложности выживания, едва не уничтожили самого Вэй Ина.       Могильные Курганы вырвали кусочек души Вэй Усяня, и заняли освободившееся место собой.       Вэй Усянь смог выбраться оттуда, но, каким-то образом, Могильные Курганы остались с ним.       И дальше было только хуже.       Он не хочет вспоминать о том, как отвратительно общество поступило с ним. Вэй Ин выиграл для них войну, но, как только стал ненужным инструментом, был выброшен и осуждён.       Вэй Ину двадцать, когда в его жизни происходит слишком много всего. Он покидает Пристань Лотоса, чтобы защитить остатки ордена Вэнь от несправедливой жестокости. Возвращает А-Нина к своей семье. Становится отцом А-Юаня. Узнаёт, что умирает. Из-за отсутствия золотого ядра (на его месте саднящая пустота, холодная и тёмная) его тело стало слишком слабым и уязвимым. Нет ничего удивительного в том, что оно сдалось болезни. Надежды на спасение нет. У них нет денег на достаточное количество еды для всех, что уж говорить о лекарствах. Даже Вэнь Цин не может создать лекарство из ничего, какой бы умной, опытной и гениальной она ни была.       Ну, ничего страшного. Вэй Ин не удивлён, не напуган, не расстроен. Он просто слишком устал от всего этого.       На самом деле, он не хотел умирать. Не то чтобы кого-то волновало его мнение.       Когда ему двадцать один, Вэнь Цин и Вэнь Нин умирают. Все остальные умирают. И даже его малыш А-Юань…       Вэй Ин сильно сдал болезни, и чаще был без сознания, борясь за выживание. Когда он пришёл в себя, было уже поздно. Все были мертвы. Его брат, нет, Цзян Ваньинь привёл к порогу его дома армию.       И тогда Вэй Ин тоже умер.       Отчаянный, обезумевший от горя потери и предательства, он призывает так много мертвецов, сколько только может удержать под своим контролем. Могильные Курганы покорно отзываются на его мольбу, рвут заклинателей на части, ломают кости и поглощают души. Вэй Усянь, Илин Лаоцзу, истекает кровью, плачет, кричит и, наконец, умирает.       А потом рождается вновь.       Могильные Курганы тихо гудят, словно поют колыбельную для своего любимого ребёнка. Тьма укутывает его, словно тёплое одеяло. Вокруг него цветут красные ликорисы — символ горя и печали. Цветы словно сияют, пахнут смертью и кровью. В кромешной, холодной тьме они единственный источник света. Их так много, что они сияют по всей территории Могильный Курганов. Но Вэй Ин не обращает на это внимания.       Он плачет, раздирает горло в клочья когтями, воет, как дикая псина, и просит Могильные Курганы отпустить его разбитую, растерзанную душу, дать ему рассыпаться на осколки и прекратить болезненное, утомительное существование. Могильные Курганы сильнее укутывают его в тёмную энергию, и Вэй Ин надолго погружается в состояние, похожее на сон.       Вэй Усянь не знает, как много прошло времени к моменту его пробуждения. Могильные Курганы сияют красным от количества цветов, тёмная энергия ласковой кошкой жмётся к нему. Его голова немного болит — кто-то очень настырно дёргал струны гуциня, взывая к его потрёпанной, уставшей душе.       Вэй Ин не хочет думать о том человеке. Лань Чжань ненавидит его.       Эта мысль всё ещё причиняет боль.       Вэй Ин покидает свою территорию, чувствуя себя не совсем в безопасности. За ним следом распускаются красные ликорисы, тени приветливо сгущаются. Призраки вежливо кланяются ему, некоторые игриво жмутся и заигрывают, следуют за ним, слушают его мелодии или просят отправить их дальше.       Вэй Ин легко принимает то, кем он стал. В конце концов, та боль, которую он испытывал перед смертью, была по-настоящему невыносимой. Что удивительного в том, что его испорченная, разорванная душа, к которой прикоснулись Могильные Курганы, не смогла найти покоя в смерти.       Он тенями проникает в Башню Золотого Карпа, наблюдает, как растёт осиротевший Цзинь Лин. Мальчик остался совсем один, даже его бабушка очень скоро умерла. У Вэй Ина сердце не на месте, когда он видит одиноко, озлобленного ребёнка своей шицзе. Нет ничего удивительного в том, что Цзинь Лин, пытающийся бороться со змеиным клубком в своём доме, в конце концов, умирает из-за интриг.       Ему больно, но он обнимает светлую душу этого ребёнка, напевает колыбельную и отправляет его душу дальше.       Вэй Ин следует дальше, игнорируя звонкую, печальную мелодию гуциня.       Однажды она затихает навсегда.       Илин Лаоцзу надеется, что его старый друг (враг? соперник? его родственная душа?) вознёсся. Лань Чжань этого заслужил. Больше, чем кто-либо другой.       Вэй Усянь перестаёт следить за временем. Он путешествует по миру. Знакомится с демонами и небожителями. С Непревзойденными Князьями Призраков. Он ни у кого из них не спрашивает о Лань Чжане. Он надеется только, что он смог двигаться дальше. Стал ли он небожителем или отправился в следующую жизнь, Вэй Ин надеется, что он в порядке. Пусть его сердце всё ещё болит. Пусть молва о нём идёт по миру, то прославляя, то проклиная. Вэй Усянь продолжает свой путь, изучает неизученное, упокаивает души умерших, воспитывает некоторых бедных детишек, брошенных и одиноких.       Но, в конце концов, он устаёт. Он возвращается домой.       Могильные Курганы радуются возвращению своего хозяина. Густая тьма липнет к нему, утешает, рассказывает о своей любви. Вэй Ин позволяет этой тьме укутать его с головы до ног. Он чувствует себя в безопасности. Дома хорошо.       Илин Лаоцзу снова погружается в длинный сон. Очень длинный.       Он не знает, когда снова приходит в себя.       Мир вокруг разрушен, вывернут наизнанку. Неправильный, уставший, измученный мир. Он стонет и плачет от боли, молит о помощи. Вэй Усянь касается сухой земли, жухлой травы, мёртвых деревьев. Мир истекает кровью. Умирает.       Могильные Курганы пока ещё в порядке. Почувствовав опасность разрушения, они пробудили своего хозяина.       Илин Лаоцзу бредёт по миру, слушает его призрачный плач, оглушительный крик, мольбу.       Через этот оглушительный вопль слышится совсем тихая просьба о помощи.       Хриплая, слабая мольба от измученной души. Вэй Ин игнорирует вопли погибающего мира и отправляется к источнику тихого голоса.       Он оказывается в мрачной тюремной камере. Здесь темно, сыро, пахнет кровью и гнилью. Лишённый конечностей человек сидит в большом горшке, окутанном цепями. Когда этот человек обладал невероятной красотой. А теперь перед ним калека — помимо конечностей отсутствует язык, один глаз. Он изуродован, ранен, измучен и бессилен. От него ничего не осталось.       Вэй Ин видит только тусклый огонёк души, всё ещё запертый в изломанном теле.       Зелёный глаз смотрит на него с вызовом. Это не обманывает Илин Лаоцзу. Он видит, что душа в этом теле едва держится.       «Чего ты хочешь, маленькая душа?»       «Чтобы этот зверь заплатил. Чтобы это мучение закончилось.»       Это всё, что требуется Илин Лаоцзу, чтобы принять решение. Он нежно вытягивает разорванную душу из тела. Зелёный огонёк испуганно жмётся к нему, даже прячется в рукаве, но Вэй Ин позволяет душе это. В конце концов, он всегда был слаб к милым детишкам.       Илин Лаоцзу степенно прогуливается по роскошному дворцу. Он слушает возмущённую речь спасённой души о демоне, хозяйничающим здесь. Он возмущён и сам — кто может быть настолько глуп, чтобы соединить миры, которые были разделены для баланса?       Поэтому ему не жаль мальчика-демона, который возомнил себя Императором Трёх Миров. Этот щенок никогда не встречал настоящих демонов. Собиратель Цветов со своим мужем давно отправились дальше, Хозяин Чёрных Вод развеял свой прах, а Илин Лаоцзу только проснулся.       Пора показать, почему их назвали Бедствиями.       Это было даже проще, чем он ожидал. Самоуверенный, глупый щенок. Его меч, Синьмо, легко рассыпается в руках Илин Лаоцзу.       Илин Лаоцзу нежно держит в руках тусклый огонёк. Душа благодарно гудит в его ладонях, но… Он сделал недостаточно.       Вэй Ин всегда был слаб к детям.       Мир рассыпается в прах вокруг них, время искривляется.       Душа в его руках срастается вновь и отправляется на своё законное место. Илин Лаоцзу надеется, что в этот раз этот мальчик будет счастливее.       Усталость наполняет его призрачное тело. Илин Лаоцзу возвращается домой, кутается в тени Могильных Курганов и погружается в сон.       В этот раз он будет значительно короче, чем обычно.