Пролог

Пока мелкий дождь барабанил за окнами, а из камина доносился треск догорающих дров, Джотто сидел в своем кресле и разглядывал портрет своей семьи. Взгляд невольно цеплялся за образ Елены, такой светлый и чистый. Она всегда смотрела так, будто видит тебя насквозь, а от улыбки на душе становилось невероятно тепло, тебя словно окутало одеялом из солнечных лучей. Елена была слишком молода для того, что с ней случилось. Его трусость привела к гибели одного из членов семьи и к уходу другого. Джотто переводит взгяд от светлого лика Елены на стоящего рядом с ней Дэймона. Хоть он и улыбаеться, но на весь его образ как будто легла мрачная тень. И не только на этот портрет. После смерти Елены все его изображения выглядят так, будто на них мертвец, а не человек вовсе. Он безумно любил её, а Джотто так жестоко разлучил их. И не смотря на то, что остальные Хранители пытались убедить его в том, что он не виноват, сам Джотто не может себя простить. И никогда не сможет. Его рука потянулась к бутылке с вином и стакану, что стояли рядом на столе. Что же, это его последний вечер в этом доме, в скором времени он предаст звание босса своему преемнику и покинет Италию. Голову наполняли неприятные воспоминания от недавнего разговора с Хранителями, которых не очень обрадовала эта новость. - Но Примо! Ты точно уверен в своём решении? Рикардо ещё не готов стать боссом, к тому же его идеалы совсем не сходяться с твоими. - слова Джи все ещё звучали в его голове и сеяли сомнения в правильности собственного решения. Остальные Хранители тогда молчали, но по их поджатым губам иприщуренным глазам он понимал,что все согласны с Джи. Асари был единственным, кто решился заговорить. - Примо, друг мой, мы поддержим любое твоё решение. Но я хочу, что бы ты знал - Джотто слегка вздргнул, когда тот положил руку ему на плечо - Ты не виноват в случившемся. То, что случилось с Еленой, Шимон... Ни кто не мог знать и предательство Дэймона не на твоей совести, он сам принял это решение. Джотто тяжело вздохнул и сделал глоток вина. Дождь, смывающий печали. Да, Асари всегда был таким, даже отказавшись от музыки ради меча и семьи он всё ещё мог достучаться до струн души человека, однако струны Джотто были слишком натянуты, а потому он не смог с ним согласиться. - Асари, всё это результат моих неправильных решений. И что бы вы не сказали, решение уже принято - Джотто подошел к своему столу и посмотрел на две шкатулки, в каждой по половинке колец Вонголы - Завтра состоится церемония по передачи титула босса, после чего я покину Италию. Больше всего он сожалел о том, что разбил сердце Лампо. То, какими неверящими глазами он тогда смотрел, как пытался ухватиться за него, как пытался сдержать слезы. Невыносимо видеть страдания своего Хранителя, который так тебе предан. В тот день не было только Аллауди, их встреча состоялась сегодня, в этом доме, буквально несколько часов назад. - Ты уверен в своём решении, Примо? - хмуро спросил облако, внимательно изучая лицо своего босса, пытаясь уловить хоть какие-то эмоции. - Я уверен в том, что не достоин места босса. Но и полностью доверять семью другим я не готов, поэтому я запечатал истинную силу колец и разделил их между боссом и внешним советником. Так будет лучше - Джотто отвернулся к окну, боясь смотреть в глаза своему Хранителю. Он знал, Аллауди с одного взгляда сможет понять его истинные чувства, а он ещё не готов об этом говорить. Хранитель это понимал, поэтому больше не задавая вопросов, он забрал кольца и молча ушёл. Но Джотто видел, что даже в его глазах мелькнуло разочарование. Ещё один глоток, за ним другой. Мысли постепенное путаються. Есть ли хоть кто-то, кого он ещё не разочаровал? Вряд-ли, если он сам себя разочаровал. В попытках отвлечься Джотто перевел взгляд на стол, завалённый письмами. Он скоро покинет этот дом, поэтому не считает нужным просмотреть их, но взгяд невольно зацепился за один красный конверт, что вибивался из общей массы. Интуиция намекало на то, что его стоит просмотреть. Так что, отложив в торону бокал, Джотто подошел к столу. Рука потянулась к конверту и раскрыв его, он видит перед собой зашифрованный текст. Ох, это письмо от Козарто. После того, как они договорись хранить в секрете факт того, что семья Шимон жива, их письма стали походить на секретные послания. По другому было нельзя, ведь кто знает, кому в руки может попасть это письмо. Улыбка сама появилась на лице, стоило Примо раскрыть конверт и начать читать письмо от друга. Они так давно не виделись и к сожалению, больше не увидеться. Опять же, ради их безопасности. Хоть решение и было принято не им, но он все равно чувствует ответственность за то, что Шимон вынуждены скрываться, даже не смотря на то, что это была воля самого Козарто. Дачитав его, Примо прячет письмо в нутреннем кармане пиджаке и возвращается в кресло. Его друзья, его семья... Что он сделал не так? Где оступился? Почему все закончилось именно таким образом? Вонгола была сформирована для защиты людей, ради справедливости и порядка, но где эта самая справедливость в отношении его семьи? Защита? Он не смог защитить дорогих ему людей, как он защитит целую семью? Воля Елены все ещё висит тяжким грузом на его сердце, возможно, Дэймон был прав насчёт него и Вонголе нужно стать сильнее. Джотто очень надеялся, что Рикардо сможет сделать то, что не смог он. В комнате резко потемнело, камин погас. Джотто поежился от холода, хотя окна закрыты. Раздаётся очередной вздох, голова начала слегка побаливать. Завтра много дел, ему лучше лечь спать. Но выспаться он вряд ли сможет, в последнее время ему сняться кошмары. Джотто принимает это как своё наказани Раз за разом его Хранители умирают, а он не может ничего сделать, лишь сжимать кулаки и отчаяно пытаться сдвинуть застывшее тело. После таких снов он просыпаеться в холодном поту и потом подолгу не может уснуть. Сердце колотится так, что каждый стук отдаеться в голове, как удар молотом. Не хотя он всё-таки прошёл в спальню и, сменив костюм на ночную рубашку, лёг спать. Голова все ещё гудит от количества негативных мыслей, так что он полностью спрятался под одеялом и постарался их игнорировать.

***

Сегодняшний вечер был особенно красив. Многочисленные звезды только начали зажигаться на небе, образуя всевозможные узоры. Тёплый апрельский ветер терепал золотистые волосы мужчины, чьё полное сожаления лицо было обращено к одинокой могиле, аккуратно убранной и чистой, видно что ухаживают за ней с особой нежностью и любовью. В руках мужчины ярким пятном белели лилии, которые он осторожно положил около могилы. Цветы, которые он оставил в прошлый раз, опять исчезли. Как будто кто-то против того, что он приходит сюда. И Джотто даже догадываеться, кто. Он присел на колено около могилы и осторожно коснулся статуи ангела, что украшала её. - Прости меня, Елена. Я не смогу исполнить твою волю - он с сожалением сжимает кулаки и убирает руку - Я слишком слаб. Я не в силах защитить свою семью. - он делает глубокий вдох, сердце болезненно сжимаеться, будто ребра сдавливают его - Я не защитил тебя, не смог помочь своему Хранителю и другу, я не достоин возглавлять Вонголу, поэтому передал бразды правления следующиму боссу. Не в силах больше говорить, Примо, теперь уже просто Джотто, встал и пошёл прочь, на последок обернувшись к мигиле. На секунду ему померещилось, будто статуя ангела плачет. Он моргнул и навождение прошло. - Прошу, Елена, не плачь... - тихо произнёс он и направился к своим Хранителям, которые ждали его. Прощаться с ними было болезненно невыносимо. - Примо...- всхлипывая, Лампо сжимал его в объятиях, не желая отпускать. А Джотто только и мог, что обнимать в ответ и осторожно гладить по спине, прося не плакать. - Все, Лампо, ему и так не просто - Накл подошел ближе и положил руку ему на плечо - Не грути так, мы расстаёмся не навсегда, ведь так? - Да, Накл, я буду приезжать в Италию и навещать вас и буду рад, если вы будете навещать меня - Лампо все таки отпустил его и теперь пытался успокоиться уже в руках Асари. Аллауди стоял подальше, он не высказал желания прощаться, но все равно пришёл. Джи подошел последним. - Для меня было честью быть твоим верным другом и правой рукой все эти годы - с тяжёлым сердцем Джотто пожимает протянутую руку и стараеться не смотреть ему в глаза. Ему действительно стыдно за то, что это выглят как побег. Подьезжает экипаж и Хранители помогают ему загрузить вещи. Прежде чем взабраться в нутерь Джотто оглянулся на своих Хранителей. - Я благодарен каждому из вас за годы нашей дружбы, надеюсь расстояние ни как не повлияет на наше общение. - Можешь не волноваться, мы будем писать тебе каждый день, а от Лампо наверняка будет больше всего писем - Асари напоследок одарил его своей самой яркой улыбкой, намерно прикрыв глаза, чтобы не дать ему увидеть, что за этой улыбкой прячется. Не в силах больше терпеть, Джотто поднялся на борт экипажа и когда дверь закрылась, позволил слезам скатиться по своим щекам. Рука до крови сжимала часы с гербом Вонголы. Так будет лучше, так они будут в безопасности, так он больше ничего не испортит...По крайней мере он пытался себя в этом убедить. Пейзажи за окном менялись один за другим, дни сменялись незаметно. Вот, Италия и всё что с ней связано осталось позади, а впереди белый холст, на котором он начнётся его новая жизнь. Мысли Джотто всё это время крутились вокруг Дэймона, они так его и не нашли. Кто знает, что выкинет озлобленный туман? Тем более с такой силой, как у него. Он надеялся, что Рикардо справиться со всем. Его Хранители помогу, если что случится. Экипаж резко тормозит и ему сообщают, что они приехали. Джотто неуверенно выходит и пытаеться размять затекшие конечности, как ни как путь был не близкий. Здесь его уже ждали, он заранее купил себе дом в Японии. По дороге к нему, Джотто с интересом разглядывал окружающую местной и людей, те тоже глазели на красивого незнакомца, но больше с опасением. Дом стоял чуть отдаленней от остальных, первое время Джотто вряд-ли будет налаживать с кем-то связь. Ему бы для начала разобраться с собой. Несколько человек занесли его вещи и, вежливо поклонившись, поспешили уйти. Дом пустоват, его ещё нужно будет обустроить, но Джотто все равно он нравится. Он подошел к одному из стульев в комнате, которя являясь гостинной и присел. Он сможет здесь ужиться. Вдруг его интуиция забила тревогу, он не успел ничего понять, как его тут же ослепил яркий свет и окружил розовый дым. От света он прикрыл глаза, но открыв их вновь обнаружил себя в незнакомой комнате с детьми, что с удивлением глядели на него. Сам же Джотто пытался понять, откуда в его голове воспоминания о событиях, о которых он понятия не имеет. И почему он знает тех, кто находится в этой комнате?