Глава I - 1

Чудесный

Чёрный кот с холма Монмартр

и

Хокку на Пер-Лашез

Vol 1

- Вот это подарочек под Рождество. Вот это, реально, всем подаркам – подарок. Смотри, у неё даже бантик имеется. Лахифф толкнул Адриана локтём в бок. Многозначительно подвигал густыми бровям. И, чтобы Агрест его совсем уж точно понял, дважды кивнул в сторону учительского стола. Словно Адри, как и весь класс, разом ослеп, и минуту не пялился бездумно на гостью. У каждого в голове крутилось что-то своё. Хлоя смотрела, поджав полные губы. Чуть опустив густые ресницы, уникальным, свойственным только ей взглядом. Полным льда и неприязни. Алья, напряженно хмурясь, пальцами отбивала по столешнице тарантеллу, другой рукой подперев щёку. Роуз сияла от восторга. Джулека изучала ногти, покрашенный в фиалковый и чёрный. Макс, шевеля губами, что-то записывал в тетрадь, словно мадам Бюстье не представляла классу новенькую, а вела лекцию. Ким глуповато лыбился – и за той улыбкой, как всегда, сложно было разглядеть малейший проблеск мысли; Аликс украдкой жевала жвачку, и старательно делала вид, что её всё это не касается; Маринетт… её лица Агрест не видел. А если бы и увидел, то нипочём бы не разгадал, что за ним таится. О чём думает Маринетт – знает только Маринетт. Другие одноклассники ускользнули от внимания Агреста. Потому что на Лайлу нельзя было не смотреть. Смуглая, со следами загара, кожа. Точёный латинский профиль – хоть на монете чекань. Острый подбородок. Прямой, крупный, но не портящий, а дополняющий экзотику южной крови, носик. Невероятно – густая тёмно-русая грива волос длиной до ягодиц, с вплетённым в них милым бантиком, на который уже обратил внимание Лахифф; Перед классом стояла не какая-нибудь нескладная девчонка. Настоящая девушка! Фигура её, казалось, была лишена острых углов. Длинные, на зависть многим, ноги, плавно расширялись к бёдрам... ширилась, где надо и дальше. Чтобы уйти в гитарный изгиб высокой талии. Девушка была высока, пожалуй, выше всех в классе. Выше даже великана Кима, который и без того не раз чиркал макушкой о притолоку дверей. Рост этот ей шёл. Как и со вкусом подобранная одежда: простенькая коротенькая, не по погоде курточка, такая же, без вызова футболка и джинсы. Всё-всё в ней смотрелось одновременно необычно и к месту. Но первое, и, пожалуй, последнее, что приковывало взгляд – это глаза, отвлекающие от мелких несовершенств, вроде тонковатых губ. Глаза огромные. Изумрудно-зелёные, в обрамлении густого пуха ресниц. Они смотрели на класс с выражением испуга, надежды, и такой детской наивности, что Адриан мигом забыл об опасениях – не принял бы класс Лайлу так же, как его в начале осени. Нет. С первых минут было ясно, что только монстр может сказать хоть одно грубое слово человеку с таким взглядом. Монстров в классе не водилось. Зато были эстеты. И уж они точно оценили экзотически-южный шарм новичка. - Она точно не наша ровесница, - тихо произнёс Лахифф. - Не, ну реально, чувак, смотри, я б сам подумал, что она из лицеисток. Откуда она, кстати?.. Чем их там кормят? - Может, мы узнаем, когда ты перестанешь болтать. - …очень дружный коллектив, - с милой улыбкой ворковала мадам Бюстье. – Надеюсь, друзьямои, что вы быстро подружитесьс Лайлой, и ей среди нас будет так же тепло, как и в жаркой Корсике. - Корсиканка, - кивнул Нино, - ну точно! Настоящая итальянка в нашем классе, хо-хо! - Интересно знать, чем итальянцы лучше «бриташек», - язвительно буркнул Адриан, непрозрачно намекая на сентябрьский кошмар. - Ну-у! Начинается. Ты не бриташка, а француз. С этим мы разобрались. Пойми меня правильно. Если б у тебя была такая… - Лахифф жестами помогал себе выразить тривиальную мысль, - ну вот такие, я имею в виду… харизмы… чувак… - Как хорошо, что у меня их нет, - фыркнул Адриан. - Я б этого не пережил. - Вот именно. Ну чего ты дуешься, дружище? Чего сопишь? - Я не дуюсь, Нино. Я молча жалею Маринетт. Вот так ты разбил её хрупкое сердце. Недостало харизмы, какая печаль, это жизнь, как тут говорят… Лахифф состроил оскорблённую мину. - Чувак, теперь я вижу – ты меня совсем не знаешь. А должен бы. Ведь мы сидим за одной партой, вместе тянем лямку. Моё сердце, строго между нами, принадлежит Маринетт. И этого не отнять никакой корсиканке. Кстати, об этом. Я, э-э-э… хочу попросить тебя о дружеском одолжении… ты просто обязан мне помочь. Это дело чести. Его монолог оборвал суховатый кашель Бюстье. Адриан поднял голову – профессор, да и весь класс смотрели на их парту. Класс – заинтересованно. Бюстье – негодующе. Лайла – восторженно-наивно. И если к другим взглядам Адри успел привыкнуть (с таким-то соседом), то взгляд новенькой оставил едкий осадок вины. - Что ж, - холодно произнесла профессор, - теперь, когда мсье Лахифф и мсье Агрест закончили, мы можем дать приветственное слово мадемуазель Росси. Она повернулась к новенькой. Одарила её полной теплоты улыбкой: -Ну же, Лайла, не стесняйтесь. Пусть вас не вводит в заблуждение грубость мальчиков. За беспечной бестактностью кроются добрые сердца. Новенькая ответила ей зеркальной улыбкой. Обвела класс дружелюбным взглядом. - Привет, - сказала она с лёгким итальянским акцентом, ставя ударение на последний слог, - менья… то есть меня… зовут Лайла Росси. Я люблю путешествия, конный спорт и учёбу. Очень люблю коней. Они красивые. В будущем я бы хотела иметь свою конюшню. Но больше всего на свете мне бы хотелось поскорее с вами подружайся. То есть, - сквозь тёмный загар пробился румянец, - подружиться. Мой французский плох, но я стараюсь. Простите. Она потупила взгляд. И Роза, одна за всех, испустила вздох умиления. - Отлично, Лайла. Спасибо вам за искренность, - промурчала Бюстье, прижав к груди ладонь. – Теперь мы решим вопрос – с кем вас посадить. Итак. Друзья. Кто из вас, одиночек, готов помочь новень… Вся мужская часть класса, за исключением, разве что Адриана, в едином порыве вскинули к потолку руки. К ним присоединилась Роуз. Но потом покраснела. И передумала. Агрест с негодованием посмотрел на соседа. - Дезертир! - Прости, чувак, - одними губами произнёс Лахифф, - я слаб! Бюстье растерянно затрепетала ресницами. - Оу. Какой ажиотаж, - сказала она, - что ж… это успех. Но не будем сеять смуту в сильной половине нашего коллектива. Обратимся к прекрасной его части. Она выразительно посмотрела на одиноко сидящую Аликс. Та в ответ, будто бы случайно, выдула особо крупный пузырь жвачки. И с громким хлопком лопнула его. - Если посволите, - робко произнесла Лайла, глядя в пол, - я не хотела бы стать причиной разлада. Я могу стараться сама, хотя французский – такой красивый, и такой сложный язык… у нас говорят на французском, но жалко мало… - В будущем – возможно, мадемуазель Росси. Но пока, и это, очевидно, вам нужна помощь товарищей. Кого-нибудь из начала списка успеваемости, - профессор задумчиво погладила щёку, переводя взгляд на Адриана. – Это может быть… Маринетт, или… Адриан? Вы справитесь? Адриан почувствовал, что теперь настал его черёд краснеть. - А как мы втроём за партой… поместимся? – брякнул он. Маринет звонко хихикнула. И тут же закрыла рот ладонью. - Адриано! – обрадовано воскликнула Росси. – Это итальянское имя! - Адриан, - сухо произнесла Бюстье, - это явление интернациональное. Которое может случиться с любой страной. Но, думаю, вы правы, Лайла. Мсье Агрест и сам недавно пережил… вливание… в коллектив. К тому же, он, как и вы, прибыл к нам из-за моря. Но не из Корсики, а Британии. Что ж, дети. По всему судя, вы теперь сидите вместе, займите вторую парту. Вдвоём, мсье Агрест. Вдвоём.

******

По мнению Нино, день для Агреста должен был превратиться в Рай на земле. По мнению Адриана, на Рай он совершенно не походил. Во-первых, ему не хватало ощущения плеча друга. А во-вторых… Лайла. Она приятно пахла духами. Её акцент не резал слух, а в глазах можно было утонуть. Она почти не мучила его вопросами, и слушала профессоров с видом, будто ей открывалась какая-то истина, переворачивающая мир с ног на голову. Но ещё Лайла… методично вторгалась. Если, в редкие моменты, ей нужно было что-то спросить – она мягко касалась прохладными пальцами его ладони. От этого прикосновения отчего-то начинали гореть уши, а по спине бежала волна мурашек. После заданного вопроса Лайле нужно было обязательно заглянуть собеседнику в глаза. И внимать с тем же самым выражением лица, каким она смотрела на учителей. Едва ли не открыв от восторга рот. Урок французского прошёл. За ним начался гео-био. Затем потянулось спаренное «искусство». И Адри, всё так же краснея, смущаясь от этого ненавязчивого внимания никак не мог понять, что же его раздражает. И только в обеденный перерыв до него дошло: облик Лайлы – с виду достаточно взрослой, её взгляды, жесты, улыбка, всё это не вязалось с поведением. - Может, у неё с головой что-то не так? – предположил Адриан, задумчиво заглядывая в стакан с соком. Лахифф, жевавший бутерброд, поперхнулся. - Эфо ефё пофему? – спросил он с набитым ртом. - Не знаю. Какая-то она… странная, - ответил Адри, косясь на сидящую на дальнем конце стола Лайлу. Прямо сейчас она мило ворковала с Кимом. Элегантно положив ногу на ногу, подперев подбородок кулачком, она, почти не мигая, смотрела на парня. И тот, попеременно то бледнея, то краснея, пытался выразить одну из немногочисленных мыслей, посещавших мелированную голову. - Ха! – сказал Нино, проглотив, наконец бутерброд. Он указал на Агреста пальцем, победно усмехаясь. – Два раза «ха», пэло! Я знаю, в чём дело. Ты ревнуешь. Теперь уже Адриан поперхнулся соком. - Чего?! - Ревнуешь. Потому что… смотри сам. Сейчас она знакомится с Кимом. И это да. Реально бесит. На прошлой перемене она была с Айваном. На позапрошлой… - С тобой, - буркнул Агрест. - Во! Ты за ней следишь! А я о чём говорил? Ревнуешь. Дай девочке освоиться, прежде чем накладывать лапу. - Да я не… у-у-у… - Агрест в бессильной злобе поднял глаза к потолку. – Я не об этом! И вообще, если хочешь знать… Он глубоко вдохнул. Выдохнул. Посмотрел на жующих соседей – те сидели достаточно близко, чтобы услышать, но гвалт в столовой стоял такой, что Адриан с трудом различал собственные мысли. Тем более, что ребята нет-нет, да поглядывали на новенькую. Особенно лицеисты. - Я… влюблён. В другую. Лахифф полую скепсиса мину. - Ах. Эта «та самая». Ну, ты уже добрался до её имени? - А?.. - Имя, Адриан. Я спрашиваю, есть ли у неё имя. Но я не удивлюсь, если её так и зовут, «А». Это Париж, здесь полно экзотических имён. Вот тебе пошло бы «э». Адриан пожал плечами. Над головами пронеслась скомканная бумажка, и упала в тарелку какого-то младшеклассника. - Я не знаю, как её зовут, - признал он сквозь зубы. – Но это не важно. - Да, ты прав. Подумаешь. Херня какая. Но ты в следующий раз спроси, вдруг пригодится. - Она не скажет. Не хочет, - ответил Адри. И тут же об этом пожалел. - У-у-у. Я тебе друг, и никто кроме меня не скажет правды. Положение у тебя прям скажем… Лайла пересела к Максу Канте. И теперь бледнел и наливался краской уже он. Ким же остался в одиночестве сверлить взглядом спину соперника. - Мне кажется, - попробовал сменить тему Агрест, - она пытается стравить парней. - Адриан, - вкрадчиво произнёс Нино, - я могу тебя понять. Ты зол за сентябрь. Это было паршиво. Но Хлоя, сам понимаешь… создала… атмосферу. Лайла не виновата в твоих коммуникативных косяках. Ты классный парень, это понятно, но дипломатия – это не твоё. У неё, напротив, получается прекрасно. Ей не обязательно страдать, как тебе. Он хитро подмигнул, засовывая в рот остатки бутерброда. - А ещё, чтоб ты кончил кипеть, вот тебе мнение профи – ты ей нравишься. Ты везучий чёрт. Радуйся, что у меня есть Маринетт, иначе у тебя не было бы шансов. Хотя, нет. Не-а. Как настоящий друг я бы отошёл в сторону и не стал мешать. Адриан раскрыл рот, но Лахифф не дал и слово вставить. - Если кого она и заставляет ревновать – так это тебя. - Браво, Нино. Ты превзошёл себя. - Не. Язви. Дай задать один маленький. Ма-а-а-люсенький такой вопрос, - он уставился на Агреста, сложив пальцы домиком. – Она с тобой сидела вот так? Разговаривала? М? Звонкий смех Лайлы донёсся даже сквозь плотный шум. Девушка, прикрыв рот ладошкой, не сводила взгляд с Макса. Адриан и сам не знал почему – но это вызывало внутри волну гнева. - Не-а. Нифига, - довольный собой, заключил Нино. – Она разговаривала со всеми, кроме тебя. Сам подумай… Макс Канте. Отмочил шутку. Серьёзно?.. или в нём проснулся скрытый животный магнетизм, или новенькая добивается твоего внимания. А ты кипишь, свистишь как чайник глухой бабки. Вместо того чтобы подойти к ней, и… не знаю… пригласить на каток? - Не хочу я на каток! Не хочу… вообще. Просто я чувствую в этом что-то недоброе. - Рождество на носу, Агрест. Каникулы! Всё в снегу. Всё сказочно украшено. И каток – самое лучшее для тебя место. Там особо не надо разговаривать. - Ага. Так плавно, изящно ты подвёл меня к своему плану на счёт Маринетт, - с раздражением произнёс Агрест. - Ты хочешь пригласить её на каток, но стесняешься остаться с ней вдвоём, и быстренько нашёл мне пару. Чтобы у нас образовался квартет. Теперь ты интерпретируешь моё поведение как удобно тебе. Другими словами натягиваешь сову на глобус. Осторожно, Нино, глобус скрипит, сове больно и она орёт. Но сове не только больно, ей ещё и обидно. Её не слушают. Вроде как получается, что сова обижена за то, что её приняли не так тепло, и ей пришлось доказывать, что она птица, а не двугорбое млекопитающее. Но на самом деле всё не так, Нино. Сова всего-то хочет проухать: «у меня был случай, когда друг для всех не стал другом никому». Всё так, как я говорю?.. Лахифф с видом мудреца покачал головой. Адриан не мог понять, что бесит сейчас его больше, Лайла, или эта ухмылочка друга на смуглом лице. - Крепко она тебя зацепила. Злой, как ёж в Булонском лесу. Он помолчал, барабаня пальцами по столу. Адриан ждал, перекатывая стакан между ладонями. - Ну, может и «так», - сказал Лахифф, понижая голос до шёпота. – Да не «так». Я просто хочу, чтобы ты мозгами уехал уже из своего пансионата, и начал общаться не только со мной, но и с девочками. Не знаю, какая Лайла, мне всё равно, если честно. Но она симпатичная, это факт. У тебя появится возможность полюбоваться на её мордашку. Или, если захочешь, раскрыть коварные планы. Но… идти вдвоём с Маринетт я стесняюсь. Это правдашная правда, чувак. Агрест вздохнул. Он понимал, что запросто отвертеться не получится. Да и, говоря по правде, ему и в самом деле хотелось бы сходить на каток. Или, хотя бы, погулять по усыпанному снегом Парижу. От старожилов в лице старшеклассников он слышал, что на их веку таких снежных зим в Иль-де-Франс ещё не случалось. Снова полный печали вздох: прогулка не обойдётся без мутнеющих глаз Лахиффа. - Как говорят за проливом: в твоём супе есть большой жук, дружище, - сказал наконец Адри. – Маринетт дружит с Альей, а не Лайлой. Вряд ли она вот так запросто пойдёт хоть куда-то без подружки. Ты же видел. Девчонки даже в туалет поодиночке не ходят. На лице Лахиффа расцвела улыбка. Он довольно защёлкал пальцами. - О!.. О! Отличная идея! К чёрту Лайлу. Ты прав, ты не по годам мудр, мой ухающий друг! Тогда план такой: ты приглашаешь Алью Сезар… - Но она мне не нравится! - возмущенно произнёс Адриан. - Ну так и Лайла тебе не нравится! Тебе никто не нравится, кроме этой, которая боится даже имя сказать! Хм. А ты не думал, что она просто его стремается?.. хотя нет. Тогда она выдумала бы другое… не важно. Так по рукам?.. Адриан сложил пальцы в фигу, и подсунул несложную фигуру под внушительный нос друга. - Я не буду никуда приглашать ни Лайлу Росси,- друг пытался увернуться от фиги, но Агрест был настойчив, - ни Алью Сезар! -Хо, кажется, я услышала знакомое имя! – раздался за его спиной насмешливый голос Альи Сезар. Рука Адриана, в одно мгновение лишённая сил, со стуком бухнулась на столешницу. Друзья, не сговариваясь, обернулись. Девушка с невинным видом возвышалась над ними, придерживая у груди поднос с пустыми тарелками. В стёклах её очков Адриан увидел две изумлённые и растерянные физиономии. - Сплетничаете, мальчики? Обо мне? - А-а-а-а-а,- протяжно выдал Нино, - лья-а-а… - Ла-а-а-а-а-хиф, - передразнила его девушка. – Так куда вы не будете меня приглашать? А-а-а? Грест?.. Парень заёрзал на стуле, так что металлические ножки заскребли по кафелю. - Аля, Аля, - забормотал Лахифф, - милая, добрая Аля, ты всё не так поняла. Сезар вопросительно изогнула густую бровь. - Видишь ли. Адриан, ты же знаешь Адриана, он такой славный, стеснительный парнишка… Агрест попытался достать его ногой под столом, но угодил по чужому колену, и поймал на себе полный возмущения взгляд незнакомой лицеистки. - …он хотел пригласить тебя на рождественский каток. Ну этот… у Отель-де-Виль. Но ему не хватает духа… уй! И э-э-э… поэтому он попросил меня пригласить Маринетт, чтобы… ай… дриан!.. хватит! - Козёл. – Одними губами произнёс Агрест. Нино, не глядя на друга, метнул в сторону Альи улыбку, которую считал сногсшибательной. И жуткой – по мнению Адриана. Девушка удивлённо открыла рот, прижимая к груди пластик подноса. Её глаза метались от Адриана к Лахиффу и обратно. Портфель, стоящий у самой ноги Адриана, едва заметно пошевелился. До ушей парня донеслось мерзенький смешок Плагга. - Оу, - негромко произнесла Алья, смущённо поправляя волосы. – Я… мне… надо… Глазами она нашла в толпе Маринетт. Напряжённо о чём-то думая, закусила губу. Адриан скрестил под столом пальцы. План Лахиффа рушился на глазах – и слава Богу! - …впрочем, чего думать? – вдруг произнесла она, уже спокойным голосом. – Крутая идея, Адриан. Я согласна. Так ты, Нино, выходит, хотел пригласить Маринетт?.. Девушка пронзила его взглядом. -Да-а!.. -Ну так. Иди. Не стесняйся. Приглашай. Мы… подождём.