Глава V - 2

******

Поймать парочку оказалось не так-то просто. Подруги без толку петляли по безлюдным, очищенным ветром и морозом улочкам. Мимо заиндевелых окон припаркованных машин, заметённых снегом скутеров. И если бы не свет, уютно горящий в окнах, могло показаться, будто эта часть Монмартра вымерла. Ещё пара поворотов и закоулок, приведший в тупик окончательно доказал Маринетт - девушки заблудились. Мари погасила в себе порыв обвинить во всех бедах подругу: она и сама, коренная Парижанка, не больно-то хорошо ориентировалась в лабиринтах главного холма Города Огней. "К тому же я ей кое-что задолжала, -думала Дюпен-Чен, мелко стуча зубами от холода, - неужели я всерьёз ревновала её к Адри? Боже, какая я дура... если не буду держать язычок за зубами, мы поссоримся, и это будет катастрофа катастроф". - Надеюсь они тоже заблудились, - мрачно произнесла Алья, первая нарушая молчание. - Здесь нужен или проводник. Или гений. Или... навигатор! Довольно хохотнув, она извлекла из кармана телефон. Зубами стянула за палец перчатку с кисти, принялась копаться в приложении. - И хак мне эфо в фолову не прифло фрафу? - пробормотала она, всё ещё держа перчатку во рту. "Здесь нужен Нуар. Он бы точно не заблудился", - не без досады подумала Мари. - "Кое в чём я ему уступаю". - Интересно, как называлась та улица... ну, на которой ты выпрыгнула из сугроба, как стриптизёр из торта... - Аля, - спросила Мари, зябко ёжась, - она ведь победит, да? - Ну-у... - протянула Алья, бросив на Маринетт короткий взгляд, - смотря что ты понимаешь под "победит". Если её цель убить холодом то да, считай мы в проигрыше. Весной найдут наши задубевшие трупики... - Я про... - Да поняла. Знаешь, Мари, у меня очень прозаичный взгляд на такие вещи. Если Агрест дуб, не понимающий, что по нему тоскует такая красавица, то так ему и надо. Не может оценить счастья, пусть мучается с тупенькой итальяшкой. Улица изменила направление - Мари могла бы поклясться, что прежде они здесь не проходили. - Она красивее меня, и... Алья издала губами неприличный звук. - Но ведь это правда, - настаивала Маринетт. - Будь ты страшненькой, подруга, я б сказала что красота - это не главное. Хотя это и впрямь не главное. Но всё-таки имеет значение, - она назидательно подняла указательный палец к свинцовому небу. - Ты, Мари, красавица. Лайла... ну не знаю. Видала её нос? При сильном ветре с таким парусом можно свернуть шею. Да-а, понимаю на что ты намекаешь. Она выше, у неё жопа толще, но это дело вкуса. Мальчикам в возрасте Агреста вообще всё равно на такие нюансы. У них пубертат, но они ж не знают что с нами делать. Маринетт, пряча нос в воротнике, зябко поёжилась. Железная собачка молнии неприятно липла к коже. - А что с нами... надо делать?.. Алья с улыбкой ответила долгим, очень долгим взглядом. В котором без труда читалось: "а то ты не знаешь". - Я намекаю, Мари, что было бы неглупым подождать годика два, пока твой дражайший пенёк не превратится в прекрасное деревце. Пускай бы Лайла учила его и набивала за тебя шишки. Это жестоко, но я скажу: по статистике первые отношения редко бывают удачными. - Ну уж нет. Мутит от одной мысли, что... Подруги жались друг к другу плечами, чтобы сохранить хоть немного тепла. - "Что?" Она не выдержит и двух месяцев, убежит сверкая пятками к кому-нибудь постарше. В худшем случае они поцелуются. Не беда. Это если у неё нет герпеса, конечно... - Фу! Девушки переглянулись, и тихонько захихикали. Какое-то время обе шли молча, и каждая думала о своём. Алья так и эдак вертела карту, Маринетт пыталась примириться с поражением. Да, она могла бы сейчас превратиться в Баг, и сверху без особого труда найти парочку. Но что она станет делать дальше? Сверзится к ним на голову с воплем "опомнись, я твоя судьба"? Мари вздохнула. Из-под куртки вырвалось облачко дышка. Мастер Фу учил её, и учил хорошо. Она старательно тянула связки, укрепляла мышцы. Каждый вечер и утро она тратила на разминки. Конечно же тайком от родителей - осторожность выше их несомненного одобрения. Мастер заставлял читать её Дао дэ Цзин, Лецзы, Чжуанцзы. Но в этих пыльных "цзин-цзы" премудростях не было ни слова о том, как вести себя с мальчиками. Впрочем, и с девочками тоже. "Наверное, - подумала Мари, - философы и учителя были такими же неудачниками в любви, как и я. Баг может взбежать по вон той стене, но какой от этого прок, когда у тебя болит сердце?" - А ты не думала начать с кем-нибудь... - вслух произнесла девушка, чтобы перебить тишину. - Не-е-е!.. - хохотнула Алья, резко мотая головой. - Вот уж нетушки! Не встречала ещё того, для кого эта роза цвела. К тому же мне это, Мари, просто не интересно. - Угу, конечно, - недоверчиво буркнула Маринетт. - Ох. Послушай, я ж сказала, что у меня ко всему этому прозаичное отношение. Нам четырнадцать. Для тех, с кем можно не только тупить в стену... то есть ещё и говорить... я слишком мала. Ровесники же ну... не обижайся, но это... бу-э-э-э... они нескладные, глупые. И вообще. Мне дома хватает моих "сапотисов", а если нужно будет воспитывать ещё и "это", я свихнусь. Мари улыбнулась. В словах Альи всё-таки был смысл. Хотя он и не касался её случая - её не переубедили бы даже облака, сложись они сейчас в надпись: "Маринетт Дюпен-Чен, это плохая идея". - Как же ты поймёшь, что они выросли? - Для начала, они сами будут бегать за нами. Да. И не за всеми подряд... Маринетт продолжила загадочно улыбаться, и это не ускользнуло от внимания Альи. Так улыбаются люди, которым доступна какая-то тайна, и непосвященных это, как правило, здорово раздражает. - Ну что? - недовольно буркнула Алья. - Да так, - вздохнула Маринетт, - размышляю, откуда старые девы берутся... Сезар задохнулась от возмущения: - Ах ты... - А-ха-ха! Алья шутливо толкнула её локтем. - Однако ж, даже угроза старого девичества не заставит меня волочиться за парнями. Подруга, никто кроме меня не скажет тебе правды. Это унизительно. - Ты просто ни в кого не влюблялась, - ответила Маринетт, отстранённо разглядывая носки ботинок, топчущих мокрый снег. - Ты перестаёшь владеть собой. И всё. Понимаешь, это... как плыть по реке. Тебя бросает на волнах, крутит в омутах, а всё что ты можешь - пытаться не утонуть. Впереди девочек ждала наледь на горбатой брусчатке - Алья взяла Маринетт под локоть. Четыре ноги надёжнее, чем две. - Ещё как влюблялась, - фыркнула Алья, осторожно ступая на лёд. - Если так, - печально произнесла Маринетт, - объясни мне, как понять, чего ты хочешь. - Чего непонятного? Ты хочешь мальчика. - Аля! - Ты сама себе это надумала, испорченное создание. Я имею в виду... впрочем, и «это» тоже. С тобой разговаривает твоё тело и душа. Гормональный бум, все дела. Просто прими «это», и не парься. Подошвы скользили на обледенелом камне, и девочки, пританцовывая, не упали только чудом. Положение усугубилось, когда улица пошла под уклон. Маринетт, вместе с Альей, от фонаря к фонарю, пробирались вниз, хохотом распугивали редких прохожих. Веселье портила горькая мысль, упрямо долбившаяся в голову: быть может сейчас Адриан, вместе с Лайлой вот так же, под ручку катятся с какой-нибудь горы... - Мне вот интересно, - сказала Алья, рукой цепляясь за чугунный ствол фонаря. - Ты сказала, мол, "не знаешь, чего хочешь"... - Ага, а ты намекнула, что я похотливая малолетка. Помню-помню. Как сегодня было. - ...значит ли это, что ты не знаешь, нужен тебе, Агрест, или... кто-то ещё? Алья накинула капюшон, и теперь из-под пушистого воротника на неё смотрели карие глаза, полные озорных бесенят. Маринетт ответила полным негодования взглядом, и собралась было ничего не отвечать. Но, подумав немного, осторожно сказала: - Мне... нравится Адри... но... - Но-о?.. - довольно протянула Сезар. - Есть ещё кто-то, а? - Я не... ай! - Осторожнее, Маринетт Дюпен-Чен, ты ступила на тонкий лёд! Буквально. - Я не знаю, - буркнула Мари, взмахнув руками. Этот манёвр едва не стоил ей падения. Алья в последний момент успела ухватить её локоть. - Допустим... просто представим, что есть... - Гипотетический парень, - подсказала Сезар, выразительно двигая густыми бровями. - Да! Гипотетический парень. Которому нравится гипотетическая девушка. Но девушка не знает, нравится он ей, или нет... и вообще... можно ли влюбиться в двух гипотетических парней одновременно... - Ещё как можно! - хохотнула подруга. - О, сколько у меня было таких крашей! Хо-хо! И сейчас есть. Сначала это дико, да. Но потом привыкаешь. Так... получается, гипотетическая девушка влюбилась в двух парней? - В полтора парня. Она, понимаешь, не знает ещё, нравится ей второй, или нет. Она думает, что могла бы... но вроде как не хочет. То есть вроде как бы нет, но при этом как бы... да? Ей вдруг захотелось соскочить с этой темы. И как можно скорее. Кто знает, куда она заведёт? Мало она в себе путалась? - А может такое быть, что этой девочке нравится не сам парень, а его внимание? - задумчиво спросила Алья. - От второго-то, как я поняла, никаких сигналов не дождёшься, хоть палкой его бей. Нам, девушкам, нравится нравиться! - Я тоже об этом... то есть "она". Она тоже об этом думала. Если бы всё было так просто... не пришлось бы гипотетически сомневаться. И вот что, скажи, ей делать, когда первый начнёт... сигнализировать? Что если ей второй не разонравится? Что если будут нравиться оба? - Ах! Полиандрия! - мечтательно вздохнула Аля. - Послушай, Маринетт. А что там со вторым? - Ну... он странный. Иногда вроде нормальный парень, но чаще - форменный придурок. - Оу. Он к ней пристаёт? Жмёт в углу? За попу «хвать»? - Что ты, - нервно рассмеялась Мари, - не-е-т... - Ну и придурок. Маринетт пропустила это замечание мимо ушей. - Как бы тебе объяснить, - пробормотала Дюпен-Чен, пытаясь согреть дыханием замёрзшие пальцы, - у него здорово получается её... бесить. На ровном месте. Они нормально общаются, если не видятся долго, она даже начинает скучать по нему. Вроде как. Они, скажем так, друзья. Но каждое "свидание" кончается тем, что она хочет его убить. Он просто не умеет жить нормально! - Отличное начало, - загадочно мурлыкнула Сезар, - что дальше? Он хотя бы красавчик, м? - О. Не знаю, - растеряно произнесла Мари. И, натолкнувшись на удивлённый взгляд подруги, быстро добавила: - У него есть э-э-э... животный магнетизм. Наверное. Алью устроил и магнетизм. Лёд исчез из-под ног, а улица сделалась ровной, но подруга продолжала придерживать Мари под локоть. Нетерпеливо толкнула её, требуя продолжения. - То есть он подкаченный? Хо! Что ещё? Умён? - Сообразительный, - неохотно произнесла Мари. - Особенно когда не надо. - Ладно. Про красноречие спрашивать не буду. Будь оно, он бы тебя уболтал. - Да-а. Поболтать он любит, - хмыкнула Маринетт. Понимая, что подруга так просто не уймётся, Мари решила продолжить перечислять котовьи достоинства. Тем более что это начало приносить ей необъяснимое удовольствие. Это было похоже на какую-то форму мести. По отношению к Адри. Который, пусть не намеренно, но... "Как он мог? Да, он не знает. Но всё-таки..." ...сделал ей больно. - Ещё он высок, - добавила Мари, не дожидаясь вопроса, - он блондин... - Удивительно! Наверное у той девочки арийский пунктик. Дай угадаю. Может, он ещё и не француз? - Канадец... наверное... - Ха! - Он добрый... храбрый... хм... знаешь, я подумала и решила что поторопилась на счёт "сообразительности". - Ум - это не главное, подруга. Скажи, что на счет задницы? - Да-а!.. - Ага! Я знала, всё дело в ней! Подруги переглянулись и прыснули в кулаки. По улице прокатился девичий заливистый смех. - Теперь главный вопрос, - отдышавшись, продолжила Алья. Она даже сорвала с головы капюшон, боясь не расслышать. - Этой твоей гипотетической девушке... скажи, ей с ним хорошо? Маринетт открыла рот, чтобы ответить. Не Алье - самой себе. Но вдруг поняла, что до ответа ещё нужно докопаться. Здесь нужно слово. Ёмкое, правильное слово. А оно, как назло, не хотело рождаться. - Ей с ним, - сказала Мари, закусив губу, - ей... она с ним чувствует себя... на месте. Алья замолчала. Надолго погрузилась в размышления. Какое-то время они так и брели, мимо запорошенных велосипедов, намертво прикованных к парковочным гребням. Мимо сотен окон, горящих уютным теплом. Алья бросила уже заглядывать в карту - Монмартр нёс их сам по себе. И это было прекрасно. Молчала и Маринетт. Она ждала вердикта. И, в итоге, дождалась. - Знаешь, Мари, - произнесла Алья серьёзным, почти менторским тоном, - передай этой девушке, что "на месте" это очень, очень серьёзное чувство. С ним нужно быть осторожной. - Думаешь? - недоверчиво спросила Мари. Ей-то казалось, что "на месте" больше относится к друзьям и братьям. О чём она и сказала подруге. - В том-то всё и дело, - туманно ответила она, - влюбиться легко, а семья - это очень непросто... главное не надо путать родственную душу и родственника. Я так думаю. Маринетт ничего не поняла, и потому сочла за лучшее многозначительно промолчать. Между тем улица вильнула ещё раз, и уперлась в невысокую лестницу. Выбора у подруг не было, и они, цепляясь за облепленный снегом поручень, забрались наверх. - Понятия не имею как мы тут оказались, - зябко ёжась, вздохнула Алья, - не иначе как какая-то магия. Шутки Нуара. Мари настороженно покосилась на Сезар, но смолчала и в этот раз. По правую руку от них, на вершине холма, возвышалась громадина Сакре-Кёр. Три купола из сахарно-белого травертина, да и весь каменный массив удивительно гармонично смотрелся на фоне зарождающейся метели. Небо сделалось ещё темнее. Поднявшийся ветер горизонтально нёс крупные хлопья снега - они окружили базилику полупрозрачным покрывалом. В этом обрамлении Сакре-Кёр смотрелся уже не величественно - жутко. Словно исполинский призрак в снежном саване, восставший из могилы, он забрался на самую вершину Парижа, и смотрел на Город Огней тёмными, незрячими провалами многочисленных арок.   Хлопья летели всё гуще: они почти полностью поглотили стройный контур водонапорной башни. Следом за ним заколебались и черты базилики. Теперь она даже больше стала похожа на жутковатый, но прекрасный мираж. - Мы должны были выйти вообще с другой стороны, - бубнила Алья, - ты же помнишь, мы спускались, а не поднимались... как спускаясь можно подняться на вершину?.. - Аля! - воскликнула Мари, хватая подругу за руку. - Смотри! Из проулка вынырнули две фигуру. И если на счёт мужской, худощавой, у Маринетт первые секунды ещё были сомнения, то женскую она узнала сразу же. Аля торжествующе воскликнула. И, повернувшись к Святому Сердцу лицом, шутливо сложила ладони лодочкой. - О, спасибо тебе, Нуар! Ты зайка! - Ох. Аля. - Да ладно тебе. Он правда душка. - Был бы, если бы существовал. Парочка ускорила шаг - ускорили его и девушки. Лайла держала Адриана под локоть... вроде бы держала. А на самом деле беспардонно к нему липла. Маринет стиснула зубы: всю дорогу она готовила себя к такому зрелищу, но на практике всё оказалось куда как невыносимее. Мир для Мари сузился до двух фигур, перестала существовать и стылая улица, и призрачная базилика. Нарисуйся сейчас Нуар с полком фантомов на хвосте, она бы их не заметила. Даже мороз, давно уже пробравшийся под куртку, заставлявший тело мелко подрагивать потерял стылую власть. Прежде ей хотелось в тепло. А сейчас - слепить приличных размеров снежок, и пульнуть им в эту мохнатую голову. Она уже представила, как снежный ком белой пылью рассыпается по роскошной волне волос, как Лайла падает лицом в сугроб... от полных справедливого насилия мыслей её оторвал голос Альи. - Бить её мы не будем, - сказала она. - И планы строить тоже. - Угу, - буркнула Мари. - Просто подождём, пока они обручатся. - Хм. Так вот как это теперь называется. Маринетт недовольно покосилась на Сезар, и подруга, притворно охнув, отшатнулась. - Ого! Вот это взгляд! Знаешь, к чёрту мою тактику - тебе достаточно на неё посмотреть, и от Лайлы останутся одни головёшки. А если не останутся, ты чем-нибудь долбанёшь её по голове. У тебя, помнится, есть опыт. На второй раз Агрест такое точно не забудет. Девушка снова сосредоточила взгляд на парочке. "И я не забуду. Это мне ещё долго будет являться в кошмарах". - У тебя тяжёлая сумочка? - угрюмо спросила Маринетт. - Насилие, - произнесла Алья, назидательно покачивая указательным пальцем перед носом Мари, - знак бессилия. Мы, вернее, я, поступим тоньше. Расстояние между парами сокращалось. Вместе с ним сокращалась и решительность Маринетт. Она с отчаянием поняла: всё, на что её хватит, это проблеять "приве-е-е-т" и позорно раствориться в метели. - Аля, что делать? - взмолилась Маринетт. - Мы уже почти... - Ты идёшь позади, - сказала Алья, переходя на шёпот, - и получаешь удовольствие. А я... Она оскалила зубы в хищной ухмылке. - ...прямо сейчас втиснусь между этими голубками. За шеи обниму обоих, поздороваюсь. А потом миленьким таким тоном поинтересуюсь у мсье Агреста, когда у нас второе свидание. То что он сбежал с первого Лайле знать не обязательно. - О-о-о, - восхищённо протянула Маринетт, - какая ты... - Да, - кивнула Сезар, - я капец какая коварная.   Маринетт, вдохновлённая идеей, прибавила шаг. В голове она уже смаковала подробности, вертела их так и эдак, заранее представляя ошарашенное лицо Росси. Конечно, на фоне замаячила совесть, и начала укоризненно бубнить о несчастном, растерянном Адри, но... "Это, - решила Маринетт, - для его же блага. То есть для нашего блага. И вообще, не стоило бежать на следующее свидание, сразу после первого. Фальшивого, но всё-таки. Плюс это война. На войне хороши все средства". Ей уже представилась полная печали мордашка Тикки, которая сейчас пряталась во внутреннем кармане курточки. О, она, конечно же, прочитает целую лекцию, полную морали. И будет отчасти права. "Но Адриана надо спасать. От Лайлы. Чем-то она, должно быть, плоха? Идеальных людей не бывает". Совесть заговорила громче, Маринетт насупилась. Когда до "голубков"оставалось не больше двадцати шагов, Мари неуверенно произнесла: - Аля, а может, не надо? Это как-то жестоко... - Никакой пощады стратегическому противнику! - отрезала подруга. - Я про Адри... - Это уроки жизни! Какого хрена он разгуливает на второй свиданке, не закончив первую? Нет, Мари, сегодня я побуду Немезидой, Агреста ждёт возмездие! Так бы оно и случилось - Немезида непременно настигла бы Адриана. Но на его стороне оказалась Фортуна, так что вышел пат. Парочка, ускорив шаг, не повернула по улице налево, как планировали подруги. Они свернули вправо, к уютно горящим окнам ресторана. Стеклянная дверь издевательски звякнула колокольчиков, оставив подруг переминаться на холоде. - От зараза! - простучала зубами Сезар. - К чёрту! Так просто он не отделается. Идём внутрь. Мари показалось, что сердце на мгновение остановилось. - Нет! - крикнула девушка, загораживая подруге дорогу. - Нет, нет и нет! - Почему? - насупилась Алья. - Не стой перед паровозом, Дюпен-Чен, я уже настроилась. Мари, нервно облизнув обветренные губы, быстро произнесла: - Это ресторан. Он дорогущий, для туристов! У меня нет денег! А у тебя? - И у меня, - пожала плечами Аля, - когда нас это останавливало? Здесь - Панама, а мы - Парижанки! Нас не объегоришь! Закажем воду. - Места бронируются, - ответила Маринетт, и, для верности, за руку потащила Сезар подальше от входа. - Давай просто подождём их снаружи? А?.. потом поедем ко мне домой - с меня выпечка и кофе! Алья ещё пару минут сопротивлялась, но больше для порядка. - Хорошо. Только учти, я буду ещё злее, - предупредила она. Девушки спрятались за припаркованной малолитражкой, которая после атаки разбушевавшейся стихии теперь больше походила на сугроб. Маринетт отчаянно щурилась, пытаясь хоть что-то разглядеть в окнах - но не увидела ничего кроме скользящих за стеклом неясных теней. - Они уселись за столик, - сказала Алья. Мари удивлённо посмотрела на подругу: та догадалась достать телефон, и, пользуясь зумом, превратила его в цифровой бинокль. - Умно, - хмыкнула Мари. - Откроем сталкер-клуб? - Я журналист, - не отрывая взгляда от смартфона ответила Алья, - нам полагается. Зачем только это портным?.. Так... они пялятся в меню. Пока ничего криминального. Интересно... Мари попыталась придвинуться ближе, и посмотреть на экран хотя бы через плечо подруги. Та раздраженно отмахнулась локтем. Уйди, мол, мешаешь. - Что? - растирая озябшие ладони, спросила девушка. - Да так. У них большой стол. Великоват для двоих. Если бы я бронировала место для свидания, взяла бы самый крошечный столик. Чтобы быть поближе, ага? - Ага, - растерянно согласилась Мари. Про себя же она подумала, что нипочём бы не дошла своим умом до такой простой детали. - Диалог у них не клеится, - довольно мурлыкнула Сезар, опираясь на занесённый снегом капот. Машина тревожно пискнула, из-под сугроба пробилась короткая вспышка фар. Впрочем, на "журналиста" это не произвело никакого впечатления. - Видать, у обоих мозги замёрзли... Агрест смотрит на часы... очень интересно... хо-хо! Чёрт побери, Маринетт! Смотри! Она показала пальцем чуть правее ресторана. Сквозь метель, сутуло борясь с ветром, брёл могучего сложения парень. Фигура не самая редкая, но Мари с первого взгляда узнала в нём Кима. Мари восторга подруги не разделила. Париж, конечно, город большой, но удивляться знакомым лицам... а уж тем более так громко... Секунду спустя она, удивлённо раскрыв рот наблюдала, как одноклассник пытается открыть дверь. Он раздражённо толкал стекло, пока не сообразил, что можно потянуть на себя. - Кажется, - заключила Алья, - Агресту сейчас будут бить морду! - Аля! - Ладно, ладно. Уймись. Лицо. - Надо что-то... Мари рванулась было к ресторану, но Сезар рывком вернула её в укрытие. - Сидеть, - суровым тоном велела она, - я пошутила. - Ты же пять минут назад сама хотела... Алья в ответ только фыркнула. И продолжила комментировать, как комментируют увлекательный матч. К счастью, драки не случилось. Троица перекинулась парой фраз, после чего Адриан направился к выходу. Лайла бросилась за ним, чем привела Сезар в неописуемый восторг. - Мать такую! Теперь я начинаю понимать, чем хороша жёлтая пресса! Надо было снимать это на видео! Это ж сенсация! Дверь распахнулась, и Адриан вывалился в стихающую снежную круговерть. В распахнутой курточке, и маске ярости на симпатичном лице. - И ты уступишь меня ему?! Это трусость, Адриано! - крикнула Лайла, удерживая дверь. - Ва-а-а! - восторженно выдохнула Алья. - Просто праздник какой-то! Шаг Агреста сделался ещё шире. Он не шёл - почти бежал. Не оборачиваясь, пряча руки в карманы куртки. Лайла так и осталась стоять в проходе, растерянно смотря ему в след. Адриан поравнялся с машиной, и девушки, опасаясь быть замеченными, не сговариваясь присели на корточки. - Маринетт, он её!.. - Тихо ты. Блондин прошёл мимо. Похоже, маскировка была лишней: парень нёсся, не видя никого и ничего. Совсем как Маринетт недавно. На этой самой улице... - Подруга, - шепнула Алья, делая круглые глаза. Пальцы крепко вцепились в её локоть. - Послушай! Интуиция подсказывает: если сейчас ты кинешься за ним, жизнь твоя круто изменится! Ну же! Ну! Маринетт колебалась. Вся смелость, подпитываемая яростью, улетучилась. Голова загудела от бестолковых вопросов: "как?", "что я буду делать?", "что я ему скажу?". Сил хватило только на то чтобы встать. - Быстрее, - прошипела снизу Сезар. - Не тупи! Это твой... - Мне кажется... Ей внимание привлекло движение на периферии зрения. Рыжая вспышка. Неяркая. Но заметная. - Дюпен-Чен! Возьми себя в руки! Маринетт могла поклясться: всего мгновение назад Лайла стояла, всё ещё придерживая дверь. А теперь створка медленно закрывалась, сама по себе. Лайлы не было. Зато секунду спустя, уже на снегу, появилась новая фигура. Высокая, стройная, затянутая в фантазийный рыжий костюм. Мари присела, прижимаясь плечом к крылу машину. Выглянула из-за капота: глаза Вольпины парой зелёных светляков мерцали сквозь пелену снежных хлопьев. Она бросила долгий, задумчивый взгляд в след уходящему Агресту. После чего раздражённо пнула белую кочку. И в один прыжок преодолела первый этаж здания. Пальцами уцепилась за карниз - рыжим росчерком пронеслась мимо окон. После чего забралась на крышу, и... была такова. - Су-учка... - прошептала Мари. - Ты... это ТЫ!!! - Э?! Чего?! - Да я не про тебя, солнце моё... Тикки... "Я догоню её. О! И хорошенько... с ней поговорю. О, у меня много вопросов, и теперь она на них ответит! Теперь она на крючке!". Что-то шевельнулось под курткой. Тихий, на грани слышимости голосок пропищал: - Нет. - Тикки... - Маринетт, не делай этого. Не бросай подругу - она так тебе помогла! К тому же это нам ничего не даст, мы знаем достаточно! Мари, сжав кулаки, прислонилась спиной к борту машины. Хотелось плакать и смеяться. Тело мелко дрожало - но уже не от холода, от напряжения, какое бывает перед обращением. Тикки почти подчинилась. Почти... и это "почти" отделяло её от раскрытия инкогнито. Алья же поняла всё по-своему. Она аккуратно обняла Маринетт за плечи, прижала к объёмной груди. И, покачивая её, словно маленькую, прошептала: - Какая ж ты дурёха. Ну не надо так нервничать. Ну чего ты?.. - Всё хорошо, - тихо ответила Маринетт. - Вызовем такси? - Конечно! Мари смотрела на окна ресторана. Тикки была права. Торопиться некуда. И гоняться не нужно. Теперь она знает, где искать китцуне.