Глава 19

      Медальон, который Алекс втихаря выкрала из дома Амбридж, вел себя странно.       Темная магия, которая так и разила во все стороны, странным образом окружала украшение, отбивая любое желание хоть как-то к нему притрагиваться. Иногда девушке казалось, что медальон начинал шептать что-то на ломаном языке, который отдаленно напоминал парселтанг, на котором шпехал Поттер, когда дремал в гостиной Гриффиндора. Даже убирая побрякушку в самый дальний ящик своей скромной тумбочки, она могла краем уха услышать непонятные слова, которые так и норовили проникнуть ее сознание.       Заставить убивать.       Удивительно, что подобная темная штучка оказалась у маленькой глупой министерской язвы. Алекс бы и бровью не повела, найди она подобное в тайниках древних чистокровных семей, связавшихся с Темным лордом.       Но Амбридж определенно была не из их числа. Она дрожала при любом упоминании Пожирателей смерти и возвращении Волдеморта, будто это был ее самый ужасный ночной кошмар, несмотря на то, что ей-то уж совершенно не стоило бояться за свою чистоту крови.       Алекс, вздохнув, вновь переборола себя и вытащила из тумбочки медальон, который тут же активизировался и начал источать неприятную энергию.       Это действительно была реликвия Салазара Слизерина, которую он оставил школе перед своим уходом. Но подобные чары казались слишком темными даже для такого мага, как он. Да и кому вообще в голову могло бы прийти заколдовать обычное украшение таким образом?       Проведя пальцами по выступающим узорам, девушка перехватила свободной рукой палочку, надеясь, что в этот раз ей повезет.       — Aperi sursum.       Ничего.       Тяжело вдохнув, она недовольно покосилась на открытую рядом с ней книгу с наисильнейшими заклинаниями для выявления темных чар.       Это все было бесполезно.       Либо автор книги не знал настолько темную магию, либо это было что-то иное, что не могло поддаться обычному колдовству.       Алекс устало кинула взгляд на часы и отметила, что до комендантского часа оставалось еще достаточно много времени. Слишком рано, чтобы идти к Снейпу и донимать его расспросами. На это у нее будет еще целая ночь.       Засунув медальон поглубже в сумку, девушка поднялась с кровати и высунулась в приоткрытое окно.       Весенний ветер заманчиво подцепил ее темные волосы в воздушном танце, заставляя их кончики щекотать бледное лицо. Темно-оранжевый закат невероятным обликом оседал на горы Шотландии, что придавало им величия.       Подобный пейзаж завораживал.       Не раздражали даже недовольные крики игроков в квиддич, которые лишь легким эхом долетали до высот Гриффиндорской башни.       Немного поразмыслив о том, что неплохо было бы наведаться на тренировочный матч, чтобы немного развеяться на свежем воздухе, Алекс мигом подхватила свою сумку и выбежала в коридоры замка.       На ее удивление, в школе было довольно пусто. Лишь где-то в отдалении слышались голоса студентов с младших курсов и перешептывания приведений.       — Ну надо же, это гнусная слизеринка-гриффиндорка Бёрли!       Резко обернувшись, девушка заметила выплывшего из темного проема Пивза, который довольно улыбался своей драгоценности в виде навозной бомбы.       — Кинешь в меня эту дрянь — отправлю повторно на тот свет, — пригрозила она, игриво покручивая палочку пальцами.       — Маленькая козявка думает, что можно убить полтергейста, ха-ха! — противно проскрипел Пивз, продолжая подкидывать свою побрякушку в руке.       — Есть вещи похуже смерти, например Кровавый Барон. Или Снейп, — ухмыльнулась Алекс, хитро прищурив глаза.       — Снейп ничего мне не сделает! — возмутился полтергейст, подлетев почти под потолок.       — Ну, конечно… например, он может подсказать мне пару заклинаний, как заклеить тебе рот и связать руки. Наверное, сложно будет кидаться дерьмом и материться в таком случае, не находишь?       Недовольный Пивз, скорчив непонятную рожу, приблизился к девушке как можно ближе.       — А ты, пожалуй, мне нравишься, скользкая змейка Бёрли, — проверещал он ей в лицо. — Я видел, как ты измывалась над той розовой профурсеткой Амбридж.       Поняв, к чему он клонит, девушка рассмеялась.       — Даже не думай, что я стану твоей сообщницей, как близнецы Уизли. Иди терроризируй Поттера, он как раз где-то ошивается.       Возмущенно взвизгнув от полетевшего в него учебника по трансфигурации, Пивз скрылся за тем же поворотом, откуда и появился.       Довольно улыбнувшись, Алекс подобрала книгу и покинула замок.       Тренировка по квиддичу практически заканчивалась. Завидев в небе очертания зеленой слизеринской формы, девушка прищурилась в попытке найти Малфоя. Но тот, вероятно, улетел слишком далеко в поисках снитча, поэтому гриффиндорка не спеша поднялась на трибуны и заняла свободное место рядом с Грейнджер.       — Поттер и Уизли не возникают по поводу того, что ты присутствуешь на тренировках их соперников? — спросила она, когда Гермиона повернулась в ее сторону, чтобы поздороваться.       — Гарри в целом со мной не разговаривает, а Рону все равно, — фыркнула девушка. — У него назревает что-то с Лавандой, поэтому он не особо обращает внимание на подобные мелочи. Это и к лучшему.       — А что не так с Поттером в этот раз?       Пролетевший слишком низко мимо них слизеринец заставил девушек пригнуться.       — Он не говорит. Знаю только, что ему не помогают успокоительные и снотворные. Ты сама в курсе, что он бездарен в окклюменции, поэтому у него не остается выбора. Думаю, он устал от собственного бессилия и мыслей о том, что никто не сможет его понять. Благо твое обезболивающее все еще на него действует, хоть голова стала меньше болеть.       Нахмурившись, Алекс отвела глаза в сторону поля.       Усталость Поттера и выработавшийся иммунитет к успокоительным зельям не сулили ничего хорошего. В скором времени его подсознание станет более уязвимым для вторжения Волдеморта, который уже давно нащупал слабые места мальчика. Это значило только одно: скоро план Дамблдора будет приведен в исполнение.       — Он так и продолжает говорить во сне?       — Я не знаю. Рон спит слишком крепко, чтобы что-то услышать, а остальные ребята даже если и замечали подобное, то не придали этому значение, — пожала плечами Грейнджер и тут же подскочила с места.       Драко поймал снитч.       — Передавай от меня привет Малфою, мне пора, — бросила на прощание Алекс и скрылась с игрового поля.

***

      Дверь в кабинет Снейпа уже привычно открылась перед девушкой, стоило ей только подойти. Слегка улыбнувшись, она просочилась внутрь и устало кинула сумку на парту.       — Ведите себя потише, ваш шум действует на нервы, — пробурчал зельевар, не отрывая взгляда от кипящего зелья.       — У меня для вас есть небольшой сюрприз, — криво усмехнулась Алекс, игнорируя замечание, и выудила со дна сумки медальон.       Резко оторвавшись от созерцания своего варева, мужчина подошел ближе и нахмурился. Очевидно, он тоже почувствовал темный магический фон, исходивший от предмета.       — Мисс Бёрли, вы совсем дура? — выражение лица Снейпа стало еще более суровым. — Трогать темный артефакт голыми руками — так по-гриффиндорски.       — Ну, вроде пока что не умерла, так почему бы и не потрогать? — съязвила девушка. — Я нашла это в доме Амбридж во время операции. Медальон не реагирует на проявляющие заклинания и что-то шепчет то ли на латыни, то ли на парселтанге.              — Вам обязательно прибирать к рукам все, что плохо лежит? — прошипел мужчина и магией отлевитировал украшение на свой стол.       — Реликвию Салазара Слизерина уж явно стоило украсть, хотя бы для душевного равновесия.       Молча закатив глаза, зельевар накинул на котел с зельем заклинание стазиса и наклонился как можно ближе к медальону. Его палочка начала выписывать неизвестные девушке пасы, в то время как сам Снейп, сосредоточившись на едва заметном шепоте от предмета, пытался разобрать слова.       — Это точно не латынь. Я не настолько знаток змеиного языка, в отличие от Поттера и Волдеморта, но это явно он. Я различил только самые любимые Его слова: «убей, пытай». На мою диагностику тоже не реагирует.       — И что вы думаете на этот счет? — спросила Алекс, подойдя ближе к нему. В нос тут же ударил тонкий сладкий аромат, исходивший от мантии мужчины, который заставил девушку слегка улыбнуться.       — Вижу, вам очень понравилось заманчивое предложение медальона, раз вы настолько довольная, мисс Бёрли, — съязвил Снейп. — Я не знаю, что за заклинание наложено на него, но оно явно очень темное. Вряд ли Дамблдору следует знать, что вы нашли подобное у Амбридж и протащили в школу.       — Ваши предложения? — выгнула бровь девушка, облокотившись на преподавательский стол, и посмотрела в глаза профессору.       — Если вы будете на меня так таращиться, никаких вариантов кроме как покинуть мой кабинет не услышите, — просипел мужчина, нервно сглотнув.       Его руки задрожали, стоило Алекс приблизиться ближе, чем на метр.       С момента их второго и последнего поцелуя прошло едва больше месяца, но сладкий вкус ее губ так и впечатался в сознание мужчины, заставляя его каждый раз переводить дыхание в попытке избавиться от навязчивого желания ощутить его снова.       В ней было идеально практически все.       Ее ум, непоколебимая решительность, настойчивость. Глаза, смотревшие на него, как на что-то нереальное и столь прекрасное, что могло исчезнуть в любой момент.       Тонкий высокий силуэт девушки преследовал его во снах, стуком каблучков ловя в темных поворотах замка.       Озорная улыбка сводила с ума. Очередная милая усмешка трогала уголки его губ.       Но все это было лишь во снах, вытеснивших Лили из его подсознания. Теперь там была лишь Алекс, которая смеялась и убирала за ухо выбившуюся прядку своих черных волос.       — Профессор, может быть, прекратите меня сверлить глазами? — щелкнула она пальцами около его лица, пытаясь вернуть к удручающей реальности.       — Людям присуще размышлять. Вероятно, такое понятие вам незнакомо, — язвительно проворчал Снейп и перевел взгляд на свои спрятанные под сюртуком запястья. Которые, на удивление, не испытывали на себе остроту лезвия уже месяц.       — Ах да, прошу прощения, забыла проверить значение этого слова в словаре. Может быть, в таком случае напомнить вам, что такое нормальное общение? Полагаю, вы тоже запамятовали, раз снова пререкаетесь со мной по любому поводу, — скучающе ответила девушка и отодвинулась от стола.       Ее взгляд тут же зацепился за котел, который так и остался стоять на приостановленном огне. Быстро переместившись к нему, Алекс приподняла небольшой половник и зачерпнула содержимое.       Их противоядие успешно прошло второй этап приготовления.       — Вместо того, чтобы язвить, проверили бы лучше запретную секцию на упоминание подобных магических артефактов, — оборвал непрекращающееся бурчание Снейп и подошел к ней со спины, чтобы осмотреть зелье, которое игриво переливалось из темно-синего в фиолетовый оттенок, пока Алекс неспеша покручивала в руках половник.       — Сомневаюсь, что там будет что-то дельное. В таком случае мне куда резоннее обыскать личную библиотеку Дамблдора, — резко обернувшись, она хитро прищурилась. — Или вашу.       — Даже не думайте, — отрезал мужчина и перехватил девушку за локоть, когда она уже прошмыгнула около него в сторону стеллажей с книгами.       Оголенное предплечье девушки обдало жаром, стоило Снейпу обхватить его тонкими пальцами. Сердце безумно затрепетало от столь маленького, но такого желанного прикосновения.       — А вы попробуйте меня остановить.       Огонек с вызовом сверкнул в ее глазах, когда она слегка подалась вперед, чтобы высвободить руку из крепкой хватки мужчины. Но он сжал пальцы еще сильнее, оставляя на коже девушке слегка заметные красные пятна.       — Вы хотите, чтобы я вас выгнал? — прошипел зельевар ей в лицо. — Или вы считаете себя избранной, позволяя себе копаться в моих вещах?       — Я считаю себя достаточно наглой, чтобы пытаться выжать из вас хоть какие-то эмоции, присущие человеку, Северус Снейп.       Его имя, произнесенное Алекс, прозвучало слишком непривычно, чтобы пропустить это мимо ушей.       Она продолжала играть с ним, дергала за уязвимые места, зная, что он попадется. В ее мыслях не было и намека на то, чтобы без разрешения тронуть столь важные для него книги. Несмотря на всю свою наглость, она со всем уважением и едва уловимой ноткой преданности относилась к его вещам, не позволяя себе лишнего.       Они виделись каждый вечер без исключения. И даже в относительно неформальной обстановке девушка неизменно стала спрашивать перед тем, как проникнуть в его личные границы, прекратив использовать свою былую напористость для того, чтобы идти напролом к желаемому.       Но ее безвредные манипуляции все еще продолжали жить, и Снейп на них велся. Эти хитрые, горящие азартом взгляды, едва уловимое дыхание за его спиной, уловки, чтобы он снял хотя бы от части свою привычную маску безразличия и холода.       Как же он, блять, вляпался.       Хватка мужчины резко ослабла и выпустила руку Алекс. Слегка проведя пальцами освободившемуся запястью, она улыбнулась.       — Так я могу воспользоваться вашей библиотекой?       Ответом ей послужил сухой кивок, который оставил их обоих в смутном ощущении недосказанности.       Часы сменялись друг за другом, отбивая минутной стрелкой время. За маленьким окошком в кабинете начинал проявляться рассвет, что ярко-малиновыми красками озарил небо.       Алекс, углубившись в чтение, отстранилась от едва заметного постороннего шума, что издавал Снейп своим пером. Ее глаза торопливо бегали по строчкам книг, надеясь найди хотя бы крошечную подсказку, которая могла бы привести к более важной зацепке.       Книги менялись друг за другом, не неся за собой ничего полезного. До тех пор, пока ее взгляд не упал на уже знакомое «Волхование всех презлейшее».       — «Что до крестража, наипорочнейшего из всех волховских измышлений, мы о нем ни говорить не станем, ни указаний никаких не дадим…» -задумчиво повторила она цитату из древнего фолианта.       Зельевар, слегка вздрогнув от неожиданного звука, прекратил писать и вопросительно поднял бровь.       — Хвастаетесь тем, что вызубрили книжку наизусть?       Проигнорировав колкость мужчины, девушка вновь повторила эту фразу, пока искала нужную страницу.       — Как думаете, это может быть крестражем? — спросила она, в надежде уставившись на Снейпа.       Отбросив бумаги, мужчина встал из-за стола, прихватив с собой медальон, и приблизился к парте, за которой сидела Алекс.       — Я не знаю, — просипел он, положив предмет перед ее глазами. — О крестражах мало что известно. Я знаком с одной запрещеннойирукописью, в которой говорилось о том, как создать что-то подобное. И сомневаюсь, что Амбридж было под силу такое.       — Для чего он нужен и как именно его создают? — девушка подняла на зельевара невинный и обворожительный взгляд голубых глаз, который заставил его сердце пропустить удар.       — Он нужен для того, чтобы разделить свою душу на несколько частей, получить так называемое бессмертие. Если умрет тело, часть души останется жить в предмете. Но для этого нужно намеренно убить человека, желать его смерти, не бояться раскаяния за содеянное.       Алекс задумчиво замолчала, продолжая сверлить взглядом медальон. Темная магия вокруг него продолжала заманчиво искриться. Заискивая, умоляя убить.       — Амбридж подобное не под силу. А вот Волдеморту очень даже. Посудите сами, — поднялась она со своего места и начала расхаживать по кабинету. — Во время нападения на Поттеров он погиб, точнее, его тело, раз оставшаяся часть души осталась жить, вселяясь, видимо, в уязвимые телесные оболочки слабых носителей волшебства. Квирелл, тот дневник, что пудрил мозги млалшей Уизли, то странное нечто, которое держал Хвост на руках перед тем, как произвести обряд воскрешения. Поттер упоминал что-то подобное, — продолжала рассуждать она, наконец остановившись около Снейпа. — Допустим, Гарри избранный, от авады его защитила материнская любовь и все в этом роде. Но как в таком случае выжила бы душа Темного лорда? Да и еще паразитировала бы на всем, что движется и нет.       — Не хочу вас расстраивать, мисс Бёрли, но как такового доказательства смерти тела Волдеморта во время нападения на Поттеров нет, — отрезал мужчина.       — Откуда вам знать? Может быть, оно рассеялось, рассыпалось или еще что-то могло с ним произойти, — возразила она.       — Я был там, — отрешенно ответил Снейп, отшатнувшись от девушки на несколько шагов назад. — Прошло всего несколько минут после убийств. Не было ни тела, ни праха. Ничего.       Алекс резко захлопнула рот, потерявшись в словах.       Конечно, он был там. Это все еще была его Лили. Та самая девочка с рыжими волосами, которую он любил больше жизни, идеализировал в своих мечтах и видел в минуты отчаяния.       Он жалел. Жалел по сей день о том, что не смог уберечь ее. Что так глупо и по-предательски мерзко выдал пророчество, которое убило человека, без которого он теперь не видел смысла жизни.       — Это не меняет факта того, что тело могло просто исчезнуть. Крестражи, как вы и сказали, практически не изучены. Нельзя отрицать подобное последствие их создания, — холодно ответила она, отходя в противоположный конец кабинета. Сердце в груди предательски заныло. — Сколько крестражей можно создать?       — Вы прекрасно знаете ответ на этот вопрос. Подобное невозможно предугадать. Убийство человека с целью расщепления души — это априори ужасно и непостижимо.       — Каким он был, когда вы перешли на его сторону? — неожиданно спросила Алекс спустя несколько минут напряженного молчания. Ее мозг отчаянно пытался думать, борясь с ужасным недосыпом вперемешку с неприятным ощущением после слов мужчины.       — Рассчетливым, но относительно уравновешенным. Он умел находить подход к людям, угадывая и считывая их тайные желания. Если вы хотите провести сравнение с тем, каким Темный лорд является сейчас, — Снейп, поддавшись чуть в сторону Алекс, нервно одернул рукава мантии. — То совершенно иным. Он видит опасность во всем и всех, испытывает своих слуг с помощью легилименции в поисках предательства, убивает любого, кто покажется хоть немного подозрительным. Он боится.       — В таком случае, крестраж может быть не один.       Усталый взгляд голубых глаз встретился с холодными черными, что равнодушно наблюдали за зевающей девушкой. Ее рука запоздало потянулась, чтобы прикрыть рот, от чего уголки губ Снейпа слегка дрогнули в улыбке.       — Полагаю, подобный разговор стоит отложить до вечера. Вам нужно поспать, — как можно более небрежно бросил он, стараясь не показывать свое не безразличие. — Идите к слизеринцам.       — Уже светает, многие из них в ближайшее время проснутся и явно начнут задавать вопросы, почему я пришла к ним спать и где я вообще шлялась всю ночь, сэр, — нехотя возразила она, поднимая с парты книги, чтобы расставить их по местам.       Повисло напряженное молчание.              Мысли мужчины метались в сомнениях, заставляя мозг кипеть. Его разрывало навязчивое желание отвести Алекс в свою комнату, дав возможность спокойно выспаться, которое перебивалось страхом за то, что Дамблдор обо всем узнает. О их странных, непонятных взаимоотношениях, о тайных встречах в кабинете, о крестраже, который девчонка принесла ему в качестве гадкого сувенира для пополнения драгоценностей его факультета.       — Вы можете поспать у меня, — слетело с губ прежде, чем он успел все обдумать. Ему самому было просто необходимо вздремнуть хотя бы пару часов, прежде чем вернуться в класс для подготовки зелий перед занятиями у средних курсов. И вместо этого он так спокойно и без сожаления уступает свою кровать девушке, глаза которой так и продолжают лишать его рассудка.       — Вы уверены? Вам самому не мешало бы поспать, — устало ответила девушка, подхватив сумку.       — У меня в распоряжении есть кресло около камина в кабинете, — отрезал он и вышел из класса, тем самым приглашая Алекс следовать за ним.       Поражаясь столь непривычному поведению профессора, Бёрли молча увязалась следом, закрыв за собой дверь и накинув на себя мантию-невидимку от греха подальше.       Комната Снейпа нисколько не изменилась с ее последнего прихода сюда. Все те же темные шторы, полностью скрывающие солнечный свет, который и так едва пробивался сквозь маленькое окно, кровать, застеленная мягким одеялом и полумрак, укрывающий в себе что-то таинственное не хуже, чем черная мантия мужчины.       — По субботам у вас обычно нет занятий утром, поэтому комната в вашем распоряжении до обеда. Ничего не трогать и не открывать, — отчеканил зельевар, продолжая стоять в дверном проеме. — Отсюда уходите незаметно, чтобы вас никто не видел. Будут спрашивать — вы приболели, поэтому не появлялись в Большом зале. Если попадетесь, вылетите из школы раньше, чем сдадите свои итоговые экзамены.       Улыбнувшись попыткам запугать ее, Алекс убрала сумку на свободный стул и скинула с себя мантию.       — По субботам у вас занятия начинаются не раньше трех часов. Материал для несчастных третьекурсников вы приготовите от силы за час. Ложитесь спать здесь, не играйте в героя, когда это не нужно. Обещаю, что не буду сдвигаться со своей половины кровати, — примирительно произнесла она, взмахом палочки трансфигурируя свою школьную форму в относительно удобную одежду. — Кусаться и приставать тоже не буду, не бойтесь вы меня так. Я всего лишь девушка, а не крильмар.       — Это предложение неуместно, мисс Бёрли, — отрезал мужчина, борясь с желанием согласиться.       — Неуместно будет спать на ужасно неудобном кресле, а потом проснуться с болью в шее. Прекратите жертвовать собой непонятно для чего. Это ваша комната, спите здесь. Я не буду вам мешать, — возмущенно ответила Алекс, усаживаясь на кровать.       Тяжело вздохнув и закатив глаза, Снейп, под молчаливое удивление девушки, все же запер дверь и прошел внутрь, попутно начав было стягивать с себя мантию и сюртук.       Будто замешкавшись, он слегка тряхнул головой, откидывая неуместную идею переодеться, и приземлился на противоположный край кровати.       — Вы меня удивляете, — ухмыльнулась девушка. — Будете спать в этом, вы серьезно?       — Ложитесь спать уже, — проворчал мужчина, снимая с себя обувь.       — Переоденьтесь. Я уже видела вас в, скажем так, неформальном образе, не переживайте, я никому не расскажу, что вам так идут магловские футболки, — хихикнула она, когда в нее с помощью беспалочковой магии прилетела подушка.       — Прекратите паясничать, — бросил он, скрывшись в ванной комнате.       Его лицо горело так, будто на него вылили котел с кипятком. Сердце в груди стучало, норовя выпрыгнуть.       Да, он уже спал с ней в одной кровати. Но тогда он был охвачен беспамятством и галлюцинациями, из-за чего подобное теперь казалось чем-то совершенно иным.       Более интимным.       Он никогда не пускал женщин в свою комнату. Никогда не позволял им касаться своих вещей и уж тем более не давал им спать в его кровати.       Особенно вместе с ним.       После Лили его жизнь была наполнена лишь страданиями и неопределенной целью, итогом которой наверняка должна была стать его неминуемая смерть. О каких отношениях, да и в целом о девушках, могла идти речь?       И вот теперь уже другая гриффиндорка захватила собой весь его разум, кабинет и еще комнату впридачу. После того, как она уйдет, подушки будут пропитаны ее сладким легким парфюмом с нотками вишни, а в помещении будут витать отголоски ее веселого смеха.       Выругавшись на самого себя, Снейп натянул сменную одежду и на негнущихся ногах покинул ванную, в спешке ретировавшись в сторону своей половины кровати.       — Я была чертовски права. Вам до ужаса идут футболки, — прокомментировала Алекс, взглядом провожая смущавшегося мужчину.       Как он надеялся, что его маска не слетела и он все еще казался все тем же холодным ублюдком, что и раньше.       — Идите спать, — равнодушно бросил он, откидываясь на кровать и прячась под теплым одеялом.       — Доброй ночи, сэр, — прошептала девушка, продолжая улыбаться.       Бабочки в ее животе трепетали от подобной близости, которая в нынешних условиях казалась необычайно интимной и притягательной.       Буркнув что-то невразумительное, мужчина прикрыл глаза и дал себе возможность расслабиться.       Сквозь сон он почувствовал, как тонкая рука уверенно обняла его, прижимая ближе к девушке, теперь мирно сопевшей ему на ухо.