Глава 30

      Холодная вода тяжелыми каплями стекала по лицу Алекс. Засохшая на шее кровь, что до этого текла из ушей, неприятно стягивала тонкую кожу.       Ее глаза настороженно рассматривали отражение в зеркале.       Взгляд потемнел, брови недовольно сдвинулись, проявляя легкую морщинку на лбу. Но что-то в лице казалось чужим. Будто легкая, незаметная тень коснулась его и слилась с ним воедино.       Впусти.       Тряхнув головой, чтобы смахнуть вновь появившийся голос, девушка заправила волосы за уши и вышла из ванной. Дверь со скрипом захлопнулась позади нее.       — Как ты себя чувствуешь? — взволнованно уточнил Снейп, внимательно поглядывая за поведением Бёрли. Его руки едва заметно дрожали.       — Сущность все еще пытается общаться со мной. И я еще более отчетливо чувствую сдвиг в равновесии, — пожаловалась Алекс и устало откинулась на кровать.       Северус нерешительно прилег рядом, но сохранил дистанцию.       — Нам нужно проверить, что находится в комнате Регулуса, возможно, там есть информация и о том, как от нее избавиться.       Гриффиндорка тяжело вздохнула.       — Инструкции по уничтожению Мор’Тариса там точно не будет. Он не глуп, чтобы подставлять самого себя, — нервно отозвалась девушка и повернулась в сторону Снейпа. — Не нужно тешить себя надеждами, что есть другой выход. Потому что его нет. Все, что мы можем — это впустить сущность в меня, а дальше уже только разгребать последствия.       — Я не позволю тебе этого сделать, и ты это прекрасно знаешь, — резко ответил зельевар и нахмурился.       Он понимал, что переубедить Алекс, если она что-то решила, невозможно. Характер девушки никогда не давал ей возможности усомниться в своих действиях, из-за чего она всегда шла напролом, даже если это могло навредить.       — Знаю, но сделаю, — возмутилась Бёрли и слегка приподнялась, принимая сидячее положение. Снейп повторил движение и еще более хмуро уставился в ее сторону.       — Это крайне опрометчиво. Мы не знаем, что эта гадость способна с тобой сделать. Ты можешь полностью потерять свой разум, отдать тело в подчинение сущности, не справиться с его силой. Неужели ты не видишь, что она сделала с Поттером? Он стал овощем, — голос Северуса взволнованно дрогнул. — Ты можешь умереть, в конце концов.       — Полагаешь, моих способностей не хватит, чтобы усмирить в своей голове эту дрянь? — с ноткой скептицизма уточнила девушка и обхватила себя руками. Холод вновь подкрался к ней, окутав с головы до ног.       — Я ни слова не сказал о твоих способностях, — еще больше рассердился мужчина. — Ты должна отдавать отчет в своих действиях. Подобное решение крайне опасно, ты не знаешь наверняка, что сможешь удержать Мор’Тариса.       — Смогу, потому что я чувствую, — раздраженно бросила Алекс. — А ты вновь наивно полагаешь, что я строю из себя всезнайку.       — Потому что ты снова подписываешься на то, что может навредить. Твое безрассудство переходит все рамки!       Девушка вскочила с кровати и бросила разъяренный взгляд на Снейпа.       — Я думала, ты уже давно понял, что я действую так, как считаю нужным, и не принимаю решения, не обдумав их. Если я сказала, что мне это под силу, значит, так и есть.       Северус поднялся с кровати и подошел к гриффиндорке. Вокруг нее неприятно колыхалась энергия, натянутая, как струна.       — Сейчас речь не о твоих возможностях, Алекс, — его голос мгновенно стал нежнее. Мужчина чувствовал, что любое неверное слово могло повлечь за собой неконтролируемую бурю. — Ты хочешь впустить себя то, что требует носителя. И это опасно.       Ее взгляд потемнел. Магия вздрогнула с новой силой.       — А что, по-твоему, я должна делать? Сидеть и ждать, пока Поттер окончательно не сойдёт с ума? Или пока это не вырвется наружу и не перебьёт половину замка?       — Ты должна понимать границы, — резко перебил он. — Потому что в тот момент, когда ты решишь, что можешь этим управлять — ты уже проиграешь.       Напряжение в воздухе усилилось, отозвавшись на сомнение в голосе. Алекс, слегка махнув рукой, сбавила поток, что собирался обрушиться на Снейпа.       — Я справлюсь. И ты это знаешь. Если мне придется научиться жить с этим в симбиозе — я это сделаю.       — А теперь задумайся: твои ли это слова? — уточнил Северус и взял ее за руку, нежно погладив кожу.       Бёрли вздрогнула, согнав шлейф наваждения. Ее глава медленно закрылись.       Ты не сможешь отказаться от меня. Исполни свое предназначение.       — Да, — холодный женский голос рассеял тишину. — Я отдаю отчет своим действиям. Но я обещаю, что ты не потеряешь меня. Я не отдам свою душу и не позволю себя убить.       Сердце мужчины забилось сильнее. Алекс поняла, почему он был против этой затеи. Ведь как он мог ее потерять? Прошло всего несколько дней после того, как Северус позволил себе нечто большее, чем сомнения и страх перед возможным будущим. Он дал себе надежду на то, что сможет разрешить собственным чувствам быть. Позволить девушке любить себя.       Как Снейп мог потерять ее сейчас? Через десять, двадцать лет, если сущность поглотит ее сознание? Это было слишком рискованно.       Северус просто хотел иметь возможность быть с человеком, которому он дорог. И который был дорог ему.       Неужели это было слишком большим и несоразмерным его существованию желанием?       — Хорошо, — переступив через себя, ответил он спустя некоторое время. — Но я пойду с тобой.       — Боишься, что не справлюсь с малышом Сириусом? — с ноткой язвительности уточнила девушка.       — Боюсь, что ты снова разнесешь его дом, если он скажет что-то лишнее, — ехидно отозвался зельевар и отпустил руку Алекс.       Та лишь нервозно повела плечами, вновь почувствовав волну холода.

***

      Дом на площади Гриммо встретил их мрачной тишиной и запахом древности, что вновь осел на стены после отъезда Молли Уизли в Нору.       Недовольное брюзжание Кикимера едва заметно послышалось из кухни, когда гриффиндорка прошла по скрипевшему полу в коридоре. Услышав очередные возмущения эльфа, она лишь усмехнулась.       — Жаль, что он не застал Грейнджер, когда у нее случился приступ миролюбия по отношению с эльфам. Возможно, это заставило бы его хоть немного фильтровать речь, — отметила Алекс и щелкнула застежкой мантии.       Снейп, проигнорировав замечание девушки, осторожно прошел вперед и завернул за угол. Гриффиндорка тихо фыркнула, но все же последовала за ним.       Поднявшись по лестнице, они очутились на третьем этаже. Вторая слева дверь, как и говорил ранее мужчина, оказалась входом в комнату Регулуса.       — Лишний раз ничего не трогай, неизвестно, что младший Блэк мог тут припрятать перед своим исчезновением, — предупреждающе произнес Северус и взмахом палочки просканировал помещение. — Пока все чисто, но я не могу исключать скрытых заклинаний, которые не поддаются проверке.       — Ты слишком себя накручиваешь, — ответила девушка и окинула взглядом комнату.       Тяжелые от количества скопившейся пыли портьеры закрывали не менее загрязненное окно, от чего солнечные лучи едва проскальзывали внутрь. Но даже так можно было увидеть огромное количество книг на стеллаже около рабочего стола, на котором так и остались лежать записи, сделанные от руки.       Видимо, миссис Уизли не успела сюда добраться.       Приглядевшись, Алекс кое-как разобрала небольшую надпись, сделанную на клочке бумаги.       «Р.А.Б.»       — Какое второе имя у Регулуса? — тихо уточнила она, не поворачиваясь.       — Арктурус. Нашла что-то?       Гриффиндорка покачала головой.       — Только листок с его инициалами. Ты знаешь что-то об его исчезновении?       — Только то, что было озвучено официально, — произнес Северус, продолжая с помощью палочки перебирать книги. — Ему тогда едва исполнилось восемнадцать. Вероятно, погиб на одном из заданий Лорда или он избавился от него собственноручно.       — Регулус был Пожирателем? — удивленно воскликнула девушка. Ее взгляд случайно зацепился за аккуратный рисунок медальона, прикрепленный к стене около кровати. Реликвия Слизерина.       — Да… что ты делаешь?       Алекс машинально придвинулась ближе к своей находке и пальцами оторвала ее от стены. Бумага легко поддалась, будто она была переклеена и не раз.       Бёрли замерла, всматриваясь в рисунок. Линии были выведены точно, почти скрупулёзно, словно рисовали не по памяти.       — Блэк как-то связан с медальном. Посмотри, насколько он идеально повторяет каждый узор реликвии. Либо у Регулуса была идеальная память и он смог перерисовать его по какой-то картинке из школьной библиотеки, либо он владел им.       — Кажется, теперь именно ты накручиваешь себя, — поддел ее Северус.       Девушка скривила губы и перевернула лист.       На обратной стороне проступили слабые, почти стертые строки. Будто их пытались уничтожить.       — Он что-то писал, но стер. Видишь? — она поднесла рисунок поближе к мужчине и заставила его взглянуть.       Я могу помочь тебе.       Снейп взмахнул палочкой, чтобы восстановить текст. Но ничего не произошло.       — На нем особые охранные чары. Возьми с собой в замок, разберемся с этим позже, — буркнул зельевар и вновь переключился на книги.       Алекс тихо вздохнула и, свернув бумажку, спрятала ее в сумочке.       Стена — это тайник.       Противный голос, раздававшийся в голове эхом, начинал раздражать. Но пока Бёрли не получила контроль, ей оставалось только недовольно хмуриться при очередных комментариях сущности, которая определенно пыталась как можно сильнее закрепиться внутри сознания девушки.       Подняв руку, она прислонила ее к стене, что была увешана различными конспектами и рисунками. Легкая прохлада коснулась кожи, вибрациями отзываясь на диагностическое заклинание.       На месте, где еще несколько минут назад висел набросок медальона, Алекс резко одернула руку, будто обожглась, и недовольно зашипела.       — Книга внутри.       Доверившись девушке, Северус нанес сканирующее на нужную область. Стена тут же засветилась едва заметным красно-лиловым светом, что образовал небольшой прямоугольник, по размеру походивший на книгу.       — Есть идеи получше, чем разнести половину комнаты, чтобы вытащить ее оттуда? — заинтересованно уточнила Бёрли.       — Я сниму верхний слой защитного заклинания, а ты в это время проверь, что предположительно находится внутри. Но, думаю, нам придется повозиться, если то, что нам нужно спрятано именно там. Вероятнее всего тайник защищен магией, к которой требуется пароль.       Девочка уже знает пароль.       — Да помолчи ты, — огрызнувшись в никуда, Алекс нервозно повела плечами.       — Сущность продолжает разговаривать с тобой? — взволнованный голос Снейпа заставил ее обернуться.       Он так переживал. Боялся, что девушка может исчезнуть, будто призрачный силуэт сновидения. А что, если ее разум действительно изменится под воздействием этого?       Мор’Тарис обладал силой, превышавшей ее собственную. По крайней мере, Бёрли казалось так. Существо, появившееся из-за незавершенной смерти, множества недошедших до предела. Скуливших, просивших об упокоении. Почувствовавших Предел на кончиках пальцев, но не в своем сознании. Их душа не слилась с Небытием, превратившись в уродство, наделенное могуществом управлять и порабощать.       Действительно ли Алекс заранее проиграла, посчитав, что может получить контроль над этой тварью? Может быть, считать себя сильнее из-за редкой удачи дотронуться до Предела и вернуться — это ошибка, которая покажет свое истинное лицо куда позже?       Но вряд ли она смогла бы найти ответ. Что в книге Регулуса, что в сотнях, миллионах других древних талмудах. Ее случай — уникальность, не терпевшая повторов.       По крайней мере, так ей казалось.       — Да, пытается раздавать советы, — язвительно отозвалась гриффиндорка и поежилась. — Говорит, что я уже знаю пароль.       — Инициалы? — попытался угадать мужчина и сложным пасом волшебной палочки подсветил тайник. Теперь он загорелся желтым. — Я снял верхний слой, постарайся как можно более точно провести диагностику.       — Сомневаюсь, слишком банально, — ответила Алекс и прикрыла глаза. Ее сознание сосредоточилось на небольшом углублении в стене, что чувствовалось как яркий сгусток энергии от чего-то древнего, походившего на великое знание.       И чего-то еще, что пока не поддавалось даже магическому осязанию.       — Какие-то фразы, которые записаны где-то здесь на листах или в тетрадях?       — Нет, — резко произнесла Бёрли и распахнула глаза. — И помимо книги там есть что-то еще.       А ты хорошо чувствуешь чужеродную энергию, девочка.       — Что именно?       Гриффиндорка не ответила. Магия на кончиках ее пальцев лихорадочно пыталась вспомнить хоть что-то отдаленно похожее на то, что излучал тайник. Определенный паттерн, что чувствовался едва знакомо.       Руки начали хаотично перебирать все, что лежало на столе. Учебники эа седьмой курс, множество различных перьев, наброски непонятных формул… все было не то.       Думай. Думай.       Не разочаровывай меня, девочка.       Алекс на мгновение замерла.       Незавершенная смерть. Раскол души. Сущность. Регулус точно знал, что медальон хранил в себе нечто большее.       — Он поставил пароль не на слово, а на понимание смысла того, что внутри, — протараторила она и подлетела к стене. — Знание, это ключ. Регулус не хотел, чтобы это нашёл кто угодно, только тот, кто понял бы, что именно нашел.       — Ближе к делу, — коротко осадил ее Северус. Его рука начала затекать, удерживая палочку и поток силы, что приоткрывал верхний слой заклинания.       Бёрли, покопавшись в сумке, вытащила из него уже слегка помятый рисунок медальона.       — Память может быть заключена в вещах, письмах, искусстве, — начала она, подойдя ближе и прислонив бумагу к стене рисунком вниз. — Но только вместе с понимаем она становится значимой. Крестраж.       Свечение изменилось с желтого на темное, практически черное. Ядовитое, тягучее.       Раздался глухой щелчок.       Тонкая, едва отличавшаяся от стены дверца отворилась.       Мор’Тарис не ошибся в своем выборе.       Вновь пропустив мимо ушей очередной комментарий сущности, Алекс довольно вытащила из тайника старую потрепанную веками рукопись и неаккуратно сложенную записку.       «Темному Лорду,       Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочтешь это, но я хочу, чтобы ты знал: это я раскрыл твой секрет. Я украл настоящий крестраж и намерен уничтожить его при первой же возможности. Я иду навстречу смерти в надежде, что, когда ты встретишь достойного соперника, ты снова станешь смертным.       Р.А.Б»       — Регулус обдурил Волдеморта, надо же, — весьма довольно резюмировала девушка и протянула Северусу листок бумаги. — Полагаю, именно поэтому я нашла медальон слишком далеко от места, которое хоть как-то могло походить на великий и ужасный тайник Темного Лорда.       — Мы не можем знать наверняка, — отрезал Снейп. — Лорд мог поймать его и убить, замаскировав все под исчезновение, а после — перепрятать крестраж более изощренным способом.       — Сомневаюсь, что он отдал бы его на хранение Амбридж, — скривилась Алекс и вслед за мужчиной поспешила покинуть комнату.       Но в коридоре они неожиданно столкнулись с Кикимером, который, испугавшись нежданных гостей, запричитал куда с большей ненавистью.       — Поганые полукровки осквернили своим грязным присутствием комнату благородного Хозяина Регулуса…       — Куда уж грязнее, — проскрежетал сквозь зубы зельевар и как можно скорее ретировался, утянув за собой девушку.       На первом этаже было все так же мрачно и холодно. Отсутствие семейства Уизли крайне негативно сказалось на доме, окунув его в молчаливое небытие.       Сириус так и не соизволил проверить, кто оказал честь явиться сюда не во время собрания Ордена. Его дни в одиночестве часто походили друг на друга: выпивка, магловские сигареты, украденные в ближайшем ларьке и темный, покрытый плесенью потолок чердака, где он коротал свое время в присутствии Клювокрыла. Единственная живая душа в этом доме, что просто слушала и не пыталась напомнить о прошлом.       И пока дальняя родственница и его заклятый друг шарились в комнате покойного брата, Блэк, отключившись из-за слишком большого количества спиртного, видел во снах тех, кого когда-то потерял.

***

      Джинни Уизли сидела на подоконнике в гостиной Гриффиндора, прижав к себе колени. За окном неприятно моросило. От чего-то всегда солнечный и теплый сентябрь в этом году стал ярким напоминанием о том, что детство подошло к концу.       Волдеморт возродился и это было правдой. Конечно, она верила Гарри и знала об этом уже давно. Но учиться в школе, чувствуя себя в безопасности, и играть в героев в открытом бою с настоящим врагом — вещи совершенно противоположные.       Ей пришлось повзрослеть куда раньше, чем хотелось бы. Ведь даже у Рона был лишний год, чтобы насладиться жизнью в Хогвартсе перед неминуемой битвой, а у нее — нет. Стать воином в пятнадцать — такой ли подарок она хотела на свой день рождения?       Но выбора не было. Как и не было у Гарри Поттера.       Джинни грустно улыбнулась своим мыслям.       Мальчик-Который-Выжил. И который совершенно не обращал на нее внимания все пять лет, что они были знакомы. Ему куда больше нравилась компания ее старших братьев. И ведь повезло Рону родиться на год раньше…       Мама всегда говорила ей, что она достойна большего. Так почему же она не может заполучить Гарри?       — Джинни? — слегка тряхнув головой, чтобы откинуть от себя мысли, девушка повернула голову в сторону источника звука.       Рядом с ней стоял Майкл Корнер. Очередной поклонник, который будто бы совершенно не замечал, насколько ей было безразлично его существование.       — Да? — уточнила Уизли, спрыгнув с подоконника, и тут же пожалела об этом.       Природа явно решила одарить ее приятной внешностью, но точно не ростом. Именно поэтому девушка теперь стояла, запрокинув голову вверх, чтобы разглядеть лицо парня. И оно явно выражало смущение.       — В общем, мы… я собираюсь на следующих выходных в Хогсмид, может быть, ты была бы не против составить мне компанию? — покраснев от волнения, произнес Майкл и нервно почесал затылок.       Джинни находила такое поведение весьма жалким.       Уже раскрыв рот, чтобы отказать в очередной попытке уговорить ее на свидание, она резко замерла, завидев в метре от себя Гарри и Рона, которые вяло и весьма нелепо пытались наскрести нужное количество объема для эссе.       — Да, конечно, я с радостью проведу с тобой время в Хогсмиде, — очевидно громче, чем требовалось, ответила гриффиндорка и вновь покосилась на Поттера. Но тот, ничего не заметив, все также медленно выводил строки на своем пергаменте.       Джинни разозлилась, сжав руки в кулаки.       — Э-э… спасибо! Ты очень меня порадовала, — уши Корнера заполыхали пуще прежнего и он, улыбнувшись так широко, насколько мог, довольный устремился в мужскую комнату.       Девушка снова перевела взгляд на Гарри.       От чего-то ей показалось, что сегодня он выглядел иначе. Сначала Джинни подумала, что все дело в недосыпе из-за возвращения к школьному ритму жизни, но теперь, подойдя немного ближе, она смогла разглядеть темные, отчетливо проявившиеся круги под глазами и осунувшееся лицо парня.       — Пишете эссе для Снейпа? — решив присесть рядом, уточнила Уизли и заглянула в писанину парней.       — У тебя нет своего домашнего задания? — недовольно пробурчал Рон и скептично окинул ее взглядом.       — Я его уже сделала. У тебя какие-то проблемы с моим присутствием? — огрызнулась гриффиндорка и слегка придвинулась к Поттеру. — Гарри, ты хорошо себя чувствуешь?       Парень не обратил на нее никакого внимания, будто был увлечен своим сочинением настолько, что не слышал никого вокруг.       — Оставь его. Он просто решил наконец-то сделать задание нормально, чтобы не получить по шапке от Снейпа, вот и все, — пробормотал Рон, однако в его голосе уже не было прежней уверенности.       — Гарри?       Но Поттер все так же продолжал молчать. Движения его пера стали более быстрыми, четкими. Чернила въедались в пергамент все с большей силой, местами оставляя кляксы.       Джинни аккуратно коснулась его локтя.       — Эй.       Парень резко вздрогнул и замер. Его голова медленно повернулась в сторону девушки.       И вот тогда оба Уизли напряглись.       Взгляд гриффиндорца был пустым, словно безжизненным. Но одновременно слишком сосредоточенным, будто он смотрел не на них, а сквозь.       — Что? — коротко бросил Гарри.       Рон приподнял бровь, будто не ожидая столь резкого ответа.       — С тобой все в порядке? Что-то случилось? Еще час назад все было нормально. Вроде, — тихо заметил Уизли.       — Все хорошо.       Столь неприкрытая ложь, что так легко соскользнула с губ и резанула уши. Джинни наклонилась к пергаменту, попытавшись прочесть, что на нем было написано.       — Не лезь, — Гарри сжал перо сильнее, чем нужно. В зеленых глазах на секунду проблеснула искра чего-то инородного.       — Ты меня пугаешь, друг, — непонимающе произнес Рон и присмотрелся.       Но Поттер уже вновь стал выглядеть, как обычно. Его взгляд сменился на безгранично уставший и парень, быстро собрав со стола все свои вещи, выбежал из гостиной в неизвестном направлении.

***

      Алекс устало сбросила с себя мантию и укуталась в одеяло. Холод, сопровождавший ее весь день, начинал казаться самовнушением. Может быть, это действительно было плодом ее расшалившихся нервов.       Снейп сидел за своим столом и излишне внимательно изучал старинную рукопись уже на протяжении нескольких часов. Со стороны он казался спокойным, но девушка улавливала напряжение, что сковало его тело. Северус переживал. И ему явно не нравилась перспектива того, что он мог найти в этой книге.       Сама Бёрли решительно отказалась от изучения ее содержимого, стоило девушке увидеть, что текст написан на древнем, смешанном с рунами языке. И пусть она в совершенстве владела латынью и шла на ровне с Грейнджер в чтении рун, заниматься переводом — это последнее, что доставляло ей удовольствие.       Сосредоточившись на собственной магии, гриффиндорка аккуратно направила ее от ядра к кончикам пальцев. Но поток снова нарушился и выброс энергии получился куда больше, чем требовалось для обычных согревающих чар.       — Ну что за гадство, — пробурчала она и, все так же укутанная в одеяло, подошла к зельевару. — Я воспользуюсь ванной, если ты не против.       Сухо кивнув, Северус вновь вернулся к изучению ритуалов, которыми вдоль и поперек были исписаны пожелтевшие страницы. Мужчина наотрез отказался использовать заклинание для перевода текста, что предложила Алекс. На его взгляд, ни одно заклятье не могло интерпретировать текст настолько точно, как позволял ручной перевод.       Но и, справедливости ради, времени он отнимал немерено.       Спустя час Бёрли вернулась в комнату. Ее лицо порозовело от горячей ванной, но руки все еще оставались холодными, будто она провела не меньше часа в далеких горных лесах Шотландии.       — Есть результат? — уточнила она, склонившись над пометками Северуса.       Ее волосы нависли над столом, а капельки воды, стекавшие с них, упали на скомканные листы пергамента.       — Нет, — резко ответил Снейп и устало прикрыл глаза. — Такое ощущение, будто это глупый набор слов без единого намека на здравый смысл.       — Мы все еще можем воспользоваться тем способом, что я предлагала, — нежно произнесла девушка и, обойдя мужчину, приобняла его со спины. — Тебе нужно отдохнуть. Время еще есть, мы займемся переводом завтра.       Зельевар резко вздохнул и слегка откинулся назад. Приятный цветочный аромат влажных волос опьянил его за одно мгновение. Ладонь аккуратно легла на руку девушки.       — Ложись спать, я все же постараюсь еще немного поработать.       — Профессор Снейп, если мне не изменяет зрение, то я вижу, что завтра в вашем расписании стоит семь занятий с раннего утра, — хитро прошептала ему на ухо Алекс, взглядом найдя на стене пергамент с графиком. — Вам все же стоит перестать насиловать себя и свой организм и составить мне компанию в кровати.       Ее рука опустилась слегка ниже и легла на грудь мужчины.       Сердце Северуса забилось быстрее.       — Мисс Бёрли, кажется, вам стоит хотя бы иногда слушать указания своего профессора и следовать им, — шепотом произнес он. — Особенно когда они касаются границ дозволенного.       Девушка чуть наклонилась. Ее горячее дыхание обожгло шею зельевара.       — Я как раз их и проверяю, — рука опустилась еще ниже. — На устойчивость.       Снейп медленно перехватил тонкое запястье, не сжимая, но достаточно уверенно, чтобы обозначить предел.       — И как получается?       — Ты держишься подозрительно хорошо, — хихикнула ему на ухо Алекс и слегка прикусила мочку.       Северус выдохнул, издав легкий, едва слышимый стон.       — Вы крайне самонадеянны, мисс.       — А вот вы, профессор, слишком активно реагируете на отвлекающие факторы.       Ее пальцы игриво скользнули чуть ниже, подобравшись к излишне напряженному бугорку в его штанах, но тут же остановились.       Губы мужчины слегка дрогнули.       — Если это попытка снизить мою работоспособность, то она провалена.       Бёрли игриво улыбнулась и лишь кончиками пальцев провела по члену.       Северус вздрогнул. Его тело с интересом реагировало на новые ощущения.       — И даже так? — и вновь легкое движение. Вверх. Вниз.       Ее прикосновения были возбуждающими, но все еще не переходящими грань невинности. Лишь легкая шалость, что отзывалась в груди учащенным пульсом.       Алекс не знала, что делать дальше. Хотелось большего, но было страшно проявить инициативу, которая закралась в ее голову. Неловкость, отсутствие опыта — все это заставляло мешкаться, хоть со стороны наверняка казалось, что она точно знала, что делала.       — Мисс Бёрли, не заставляйте меня прибегать к наказанию, — прошептал Снейп.       Рука девушки незаметно дернулась. Но гриффиндорка, поборов стеснение, решительно переключила внимание на застежку ремня.       — И какое же наказание меня ждет, профессор?       Но Северус не ответил. Его дыхание на миг остановилось, когда тонкие женские пальчики, ловко расстегнув ширинку брюк, коснулись возбужденной головки.       Легко, словно невесомо обхватив основание члена, Алекс начала медленно двигать рукой. Ее губы оставляли горячие поцелуи на шее мужчины, изредка переключаясь на мочку уха. Напряженная плоть пульсировала под пальцами, просила большего. На штанах образовалось мокрое пятно от обильно выделявшейся смазки.       — Могу ли я продолжить, профессор? — прошептала она едва слышно. Снейп, вновь издав глухой стон, умоляюще кивнул.       Слабо отдавая себе отчет в действиях, девушка магией слегка отодвинула стул с мужчиной и присела на колени.       Одним движением приспустила так сильно мешавшие брюки.       И вновь коснулась разгоряченного основания члена. Северус закатил глаза и откинул голову назад.       Ему было неловко и до ужаса стыдно показывать себя в столь уязвимом состоянии. Несмотря на все то необъятное наваждение, что сконцентрировалось в паху, он с усилием заставлял себя сдерживаться от желания прекратить. Сбежать.       Но усилием воли он позволил себе расслабиться. Забыться в новых, еще неизведанных чувствах страсти и похоти, эхом вожделения пульсировать под тонкими неопытными пальчиками, что игрались с его членом, язычком, что неловко облизнул возгорающуяся плоть.       Слегка осмелев, Алекс придвинулась ближе и сомкнула губы на налившейся кровью головке. Слегка солоноватый вкус смазки почувствовался во рту как что-то приятное. Легкие покачивания головой заставили Северуса вздрогнуть от возбуждения еще больше. Его пальцы намертво вцепились в край стула.       Движения ускорились. Девушка исподлобья незаметно поглядывала за выражением лица мужчины. Слегка изменив позу из-за затекших ног, Бёрли почувствовала, что ее трусики промокли от выделившейся смазки.       Она была возбуждена. И только сейчас гриффиндорка впервые поняла, насколько приятно было доставлять удовольствие любимому человеку. Видеть, как его тело принимает ласку, чувствовать обжигающий жар плоти.       Еще одно глубокое движение. Северус резко вдохнул, будто больше не в силах сдерживать напряжение. Тягучая теплая сперма прыснула в рот Алекс, которая от неожиданности задвигалась еще быстрее и интенсивнее.       Тяжелый мужской стон эхом врезался в сознание. Отпрянув, она заинтересованно глянула на зельевара. Снейп провёл рукой по лицу, словно стирая следы собственной слабости, и только затем посмотрел на неё. В его глазах виднелись искры восторга и смущения.       — Мне нужно отойти… — тут же замешкавшись, он дрожащими пальцами застегнул брюки и спрятался в ванной.       Взмахом руки Бёрли заставила сперму во рту исчезнуть.       Но послевкусие мужчины все еще оставалось на кончике языка. Аккуратно поднявшись и размяв затекшие ноги, она просеменила к ванной комнате и удивленно отметила, что Северус не запер дверь.       — Я войду? — постучавшись, уточнила Алекс.       — Нет.       Его голос звучал привычно ровно, но слишком наигранно для человека, который только что кончил и стыдливо сбежал.       — Все хорошо?       Северус не ответил. Его лицо покраснело от смущения, а член все еще продолжал пульсировать от воспоминаний о нежных губах девушки.       Как же глупо было прятаться от нее после столь интимного момента… но ему было страшно. Страшно перейти ту черту, которую он всегда избегал. Намеренно отказывался от любого взаимодействия с женщинами, будь то проститутка в местном пабе или девушка с фетишем на угрюмого и закрытого в себе мужчину.       И он дал себе слово, что не будет отвергать Алекс, потому что впервые за долгое время это не было попыткой бегства от мира или от самого себя. Но рамки, в которые он заключил себя самостоятельно, сжимались на его теле, словно оковы.       Снейп не хотел думать о Лили. Только не о ней. И, казалось, она полностью покинула его мысли, но все еще иногда напоминала о себе в самых неочевидных местах. Но почему же он размышлял именно о ней сейчас, стоя в ванной? Почему прятался от любящей его девушки, а не засыпал в ее объятиях?       Граница близости стиралась, но Северус из раза в раз прорисовывал ее снова. Своими слезами, своей болью. Страхом ошибиться, открыться и пожалеть об этом.       Алекс была великолепной. Она не давила на него, не заставляла страдать. Так почему он откатился назад, вспоминая о своей нездоровой привязанности к покойной Лили?       Зачем он врал самому себе, пытаясь сдерживать то, что казалось естественным в столь близких отношениях? Зачем анализировал то, что не подлежало никакому разбору и находилось где-то выше даже самых сложных математических вычислений?       В голове промелькнуло воспоминание о просьбе Алекс изложить все свои мысли на листе бумаги. Снейп усмехнулся, стерев со щеки скатившуюся слезу.       Это было глупо. Но это и могло помочь исцелиться. От того, что невозможно было рассказать, только заново прожить.       Мужчина прислонился к стене и тихо сполз вниз. Как же ему было стыдно за свое поведение.       Вытащив из кармана мантии смятый кусок пергамента и сточенный карандаш, он приложил их стене и на мгновение зажмурился.       «Моя жизнь — это череда неудач, смешанных с болью и страданием. Мне тяжело признаться самому себе, но, вероятно, я просто стал ошибкой, что допустил этот мир. Я знаю, ты просила меня написать это письмо, чтобы однажды прочесть и узнать, что происходит в моей голове, однако, на этот вопрос я не смогу ответить и сам. Но ты определенно куда умнее меня, поэтому наверняка сможешь все понять и без моих объяснений.       Сейчас я сижу на полу в ванной, скрываясь от тебя после того, что произошло между нами. Ты наверняка уже вспомнила об этом, но возможно, ты никогда и не забывала. Прости меня за то, что не смог сдержать себя и спрятался, как последний трус…».       Буквы пестрили перед глазами, как нескончаемый поток воспоминаний. Каждое из них отражало боль, сожаление, тоску.       Он не посмел бы показать это письмо Алекс. Просто не смог бы.       Ванную он покинул в глубоком замешательстве. Попытка выплеснуть свои эмоции на бумагу действительно помогла слегка убрать тревогу, смешанную со стыдливым чувством обнаженной души.       — А я думала, ты уже успел смастерить из унитаза портал и сбежал от меня в другой конец замка, — сонно отозвалась Бёрли, когда ее прикрытых глаз коснулась полоска света, что просочилась из ванной комнаты.       — Мне нужно было немного времени, чтобы побыть одному. Извини, — растерянно буркнул Северус, не ожидая, что девушка все еще не спит.       Гриффиндорка понимающе кивнула и слегка сместилась к краю, освобождая место для мужчины. Но, завидев, что он все еще не переоделся, недовольно покачала головой.       — Профессор Снейп, когда вы научитесь переодеваться перед сном? Как минимум, это негигиенично. Кожа должна отдыхать от вашего неизменного полного обмундирования, — хихикнула она и кинула взгляд на домашнюю одежду зельевара, что так и осталась лежать сложенной на прикроватной тумбе.       — Студентам положено в это время уже спать, мисс Бёрли, а не проверять внешний вид профессоров, — съязвил Северус и, подхватив пижаму, вновь скрылся в ванной.       — В этот раз ты быстро. Я сомневалась, что теперь ты точно не сбежишь от меня, — прошептала Алекс, когда мужчина вернулся, и схватила его за руку, утаскивая на кровать.       — Какая наглость.       Но в его голосе не слышалось раздражение, скорее дежурная легкая язвительность, что вновь стала щитом для эмоций, которые так и норовили показать себя.       — Наглостью определенно будет, если я сделаю вот так, — девушка усмехнулась и закинула на Снейпа ногу, поудобнее укладываясь у него на плече. — А теперь, доброй ночи.       — Спи уже, — под недовольное бормотание Северуса гриффиндорка лишь вновь довольно улыбнулась и мирно засопела ему на ухо.