Глава 6. Корни.

      Портреты отмечавшие праздник внутри картин выкрикивали поздравления с рождеством, некоторые уже были в кондиции громких бранных песен, и она с благодарностью кивала им, проходя мимо.        Вокруг царила праздничная атмосфера, но его мысли были сосредоточены только на одном — на Джоанне. Он не мог отвести от неё взгляд, её светлые волосы и яркие глаза притягивали его, как магнит.        Каждый раз, когда она смеялась или разговаривала с другими, внутри него разгоралось нетерпение.       — Профессор Хьюз, — поприветствовал её Том с улыбкой, который ждал её у стены, скрестив руки на груди. Он одтолкнулся от стены и поравнялся с ней.       Они тихо переговаривались обсуждая прошедший у седьмых курсов урок, спускаясь по мраморной лестнице, их шаги затерялись в шуме большого зала Хогвартса, полного смеха и разговоров.       Ученики разных факультетов с удовольствием обсуждали предстоящие праздники, а воздух наполнялся ароматом горячего шоколада и свежей выпечки. Зал был великолепно украшен: гирлянды из зелёных елей свисали с потолка, а огромная ёлка, сверкающая огоньками, заполняла пространство теплом и уютом.       Том хорошо помнил причитания Лестрейнджа о новой омеле-ловушке висящей прямо у входа, он не собирался предупреждать Джоанну о ней.        Мысли о поцелуе под омелой, о том, как их губы встретятся, заполняли его разум, и он не мог избавиться от этого ощущения.        Когда Джоанна с Томом подошли к парадным дверям, Джоан не заметила, как оказалась под ветвями зачарованного растения, аккуратно развешанного прямо у входа. Том взглянул на омелу, её белые ягоды казались почти магическими... Он почти слышал обещание момента, который смог бы изменить для них всё. Он знал, что в этот миг, когда они окажутся под ней, у него будет шанс. Шанс заставить Джо увидеть его в ином плане.        Магия омелы активировалась, и вокруг них засияло мягкое свечение. Весь зал замер в ожидании, и Джоанна почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Ученики, заметив, что произошло, замерли, а затем раздались радостные крики и смех.       — О нет, — пробормотала Джоанна, её мысли метались в голове. Она вспомнила, как Дамблдор и Слизнорт попали в подобную ситуацию, и теперь это казалось ей особенно неловким. Как же так? Она не могла поверить, что оказалась в центре внимания. Она переглянулась с Томом.       — Джоанна, что же вы столько думаете! Поцелуйте этого очаровательного молодого человека и идите к нам! — громко произнёс Гораций, подняв бокал с ярко-красным «соком» и весело подмигнув. Его смех раздался по залу, и многие ученики, услышав его слова, начали перешептываться и смеяться, создавая атмосферу лёгкого хаоса.       Джоанна, почувствовала, как её щеки заливает горячий румянец, не могла поверить, что оказалась в такой неловкой ситуации. Её сердце колотилось, а мысли метались, словно птицы в клетке. Она взглянула на Тома, который стоял рядом, его лицо выражало уверенность и лёгкую ухмылку, как будто он наслаждался всем этим. Джоан хотелось дать ему педагогичесого подзатыльника, что бы он не выглядел таким уверенным в подобной ситуации! Под ветвями омелы, сердце Тома колотилось в груди, как будто пытаясь вырваться наружу.       — Гораций дело говорит, — произнёс Альбус Дамблдор, прикрывая улыбку кружкой чая, его глаза искрились добротой и пониманием. В его голосе звучала лёгкая ирония, и Джоанна почувствовала, как её смущение разгорается с новой силой. Зал наполнился гомоном, и ученики начали подбадривать её, некоторые даже начали поднимать бокалы, словно собираясь устроить пир в честь этого неловкого момента. Джоанна посмотрела вокруг и увидела, как Минерва Макгонагал, сидя за профессорским столом, сдерживает улыбку, её глаза светились весельем. Это было так необычно для строгого профессора, что Джоанна не могла не улыбнуться в ответ.       Она встретила взгляд Тома, в это же время мысли Тома имели другую направленность в отличий от Джоан.       Том представлял, как будет держать её за плечи, как их губы соприкоснутся, и в его воображении это было нечто большее, чем просто поцелуй. Это было обладание, контроль, момент, когда он мог бы показать ей, что она принадлежит ему. Мысли о том, как её дыхание станет прерывистым от волнения, наполняли его энергией.       С каждой минутой ожидания его нетерпение возрастало, и он чувствовал, как внутри него нарастает напряжение. Он не мог позволить себе ждать дольше. Это было не просто желание — это был его инстинкт, его природа, и он был готов сделать всё, чтобы получить то, что хотел.       — Похоже, у нас нет выбора. Прошу прощения, профессор, — произнёс Том, прежде чем его губы прижались к её, и в этот момент глаза Джоанны стали настолько большими и круглыми, что могли бы соперничать с глазами домовиков.       В этот миг весь зал будто замер: ученики замерли в ожидании, а профессора обменивались взглядами, полными веселья.       Когда они отстранились, Джоанна почувствовала, как её сердце всё ещё колотится, а щёки горят от смущения.       Вокруг раздались аплодисменты и восторженные возгласы в адрес мужественности Реддла. Ученики с разных столов начали шутить и подбадривать, создавая атмосферу веселья и легкости, но в голове Джоанны крутились лишь мысли о нарушении субординаций: её поцеловал Том, хотя он и совершеннолетний, но всё же оставался её учеником!       Она вспомнила, как раньше, в своих мечтах, представляла себе такие моменты, но никогда не думала, что это произойдёт с ней, и тем более с Томом Реддлом! Её сердце колотилось, и в голове возникали образы их встречи, его уверенности и дерзости.       Даже Минерва Макгонал выглядела не осуждающе, а скорее... возбужденной, словно наблюдала за сценой из любимого романа, её глаза искрились интересом, а губы едва сдерживали улыбку       Том, с лёгкой ухмылкой на губах, откланялся и направился к Слизеринскому столу, оставив Джоанну в состоянии растерянности. Она стояла, как завороженная, и смотрела ему вслед, чувствуя, как на щеках разгорается румянец.       Собравшись с мыслями, Джоанна начала медленно двигаться к профессорам, её шаги казались тяжёлыми, а мысли — хаотичными. Она пыталась сосредоточиться на своих обязанностях, но всё ещё ощущала тепло поцелуя и смех учеников вокруг. Этот момент стал не просто неловким инцидентом, а настоящим поворотным событием в её жизни.       Когда она подошла к профессорскому столу, Минерва, заметив её смятение, произнесла с доброй улыбкой:       — Не стоит переживать. Вспомни поцелуй Альбуса с Горацием! В этом нет ничего удивительного или плохого.       Джоанна кивнула, стараясь вернуть себе уверенность. Да, совсем ничего...        Проходя по длинным коридорам Хогвартса, она чувствовала на себе любопытные взгляды, и, когда она оказалась на уровне портретов, послышался шепот и смех.       — О, смотрите, кто у нас тут! — воскликнул портрет с изображением рыцаря в блестящих доспехах. — Наша смелая профессор, осмелившаяся на поцелуй! — Да, да, не забудьте про этот синсанционный поцелуй! — подхватила дама в ярком платье, её голос был полон веселья. — Это будет обсуждаться на всех балах!       Джоанна покраснела, недовольно поджав губы, она никогда не могла себе представить, что над ней будут подшучивать глупые, нарисованные портреты!       Лицо Тома светилось самодовольной улыбкой, и он, казалось, наслаждался тем, что происходит.       — Ну что, каково это — быть в центре внимания? — спросил он, подмигнув.       — Не знаю, как насчёт «в центре внимания», — ответила Джоанна, стараясь скрыть смущение. — Но, похоже, я стала темой для обсуждения.       — Не ты одна, — сказал Том, шагнув ближе. — Будем в вдвоём, — протянул он, смакуя так нравящееся ему «вдвоём» — отбиваться от нашей неожиданной популярности?       Она улыбнулась, и сменила тему. Разговор плавно перетек на зелья.       — Кстати, ты слышал, что в связи с подготовкой к экзаменам расход зелий увеличился и Слизнорт заказал новую партию Толчёного рога единорога для Умиротворяющем бальзама? — спросила она, вспоминая недавние причитания Слизнорта.       — Да, — ответил Том, его глаза заблестели. — Это удивительное зелье. Говорят, что оно не только успокаивает, но и помогает восстановить внутреннее равновесие.       — Именно! — воскликнула Джоанна, чувствуя, как разговор увлекает её. — Но есть и другая сторона: если не соблюдать дозировку, можно получить обратный эффект. Это как с любым мощным зельем — нужно знать, когда остановиться.       — Согласен, — кивнул Том. — Но мне кажется, что в правильных руках Толчёный рог может творить чудеса. Как и ты, — добавил он с лёгкой ухмылкой.       Джоан закатила глаза отвесив Тому шуточный подзатыльник :       — Наглый мальчишка.