Глава 17

      Уже шел пятый десяток, как Даичи Ямада коптил небо. Основным компонентом своего успеха, который выражался в невероятно долгой для нукенина карьере, он с гордостью считал умение вовремя рвать когти.       Впервые этот талант он проявил, будучи еще совсем зеленым чунином. Тогда пятнадцатилетний Даичи, как и многие другие молодые шиноби Ивагакуре, был брошен в мясорубку Второй Мировой Войны Шиноби. Как и многие другие, его команда была повышена до чунинов специально для этой мобилизации, не имея достаточного опыта и квалификации. Как и многие другие чунины, он был послан в страну Дождя, где шли все основные сражения. И как часто бывает, его отряд вскоре наткнулся на превосходящие силы, оставшись практически без шансов на выживание.       Тут то Даичи и проявил свою натуру, бросив команду на растерзание, а сам воспользовался приличным владением Стихией Земли и скрылся от любого возможного преследования врагом с помощью подземного плавания. И это окупило себя – отряд Даичи был уничтожен, но он сам благополучно вернулся в лагерь и доложил командованию, что был отправлен командиром сообщить о встреченном противнике, пока остальные прикрывали отступление. Какие могут быть причины не верить, если все, кто может рассказать другую историю, мертвы? Вот и истории Даичи поверили, прикомандировав его уже к другой команде.       Но и тут не смог молодой чунин спокойно зажить. Буквально через неделю объявили крупномасштабное контрнаступление на этом отрезке фронта. И команда Даичи должна быть на самом острие. Терпеть такого отношения он, конечно, не стал, и под покровом ночи покинул расположение войск. Будучи объявленным дезертиром с приказом убить на месте, Даичи положил начало своей почти тридцатилетней карьере нукенина.       С этого момента он беспрестанно скитался по многим малым странам, присоединяясь к различным бандам и отрядам. И никогда Даичи не забывал главный принцип выживания – своя шкура дороже. Сбежать при нападении на заказчика, которого нанялся защищать – легко! Бросить лагерь банды, во время рейда шиноби Суны – а как еще поступить? Ударить в спину раненому напарнику, чтобы получить его долю в добыче – единственный верный выбор.       Вот и сейчас Даичи решил, что ситуация не располагает дальнейшему сражению. Не для вторжений он вступил в новосозданную Малую Деревню. Даичи хотел спокойной службы. Может стоять на воротах, или сторожить склад. На ночь возвращаться в собственное жилье, а не спать на холодной земле. Хотя, чего он вообще ожидал от селения, которой будет принимать в свои ряды нукенинов с его репутацией?       Если сначала идея вторжения в Конохагакуре в союзе с песчаниками казалась ему неплохой идеей, то теперь нет. Руководство деревни толкало речи о том, какой легкой Коноха будет мишенью после вымирания кланов основателей. Что они не встретят никакого сопротивления, захватывая ключевые точки деревни. Но сейчас Даичи слышал все больше ожесточенных боев, в которые вступали силы вторжения. Только что он увидел, как целую команду Суновцев нашпиговали вырвавшиеся из земли корни. Чертов Мокутон! На такое Даичи не подписывался – он развернулся и устремился в сторону стен селения.       К сожалению, в этот раз бегство не помогло спасти Даичи жизнь. Он едва успел увидеть краем глаза вспышку желтого цвета перед тем, как объятый чакрой ветра кунай снес ему голову.       

*****

      Тошико вместе с ее отрядом, состоящим более чем из двух десятков шиноби Сунагакуре, было поручено достигнуть госпиталя, находящегося на севере Конохи, и взять его под контроль.       Сначала все шло по плану. Проникнуть на территорию селения вышло без проблем, воспользовавшись суматохой, вызванной атакой огромного призыва на оборонительные сооружения. По пути они тоже не встретили никакого сопротивления. Нужное здание уже маячит перед глазами… Вот тут-то все и пошло не так.       Стоило только ногам авангарда коснуться земли на площади перед целью, как четверо ее подчиненных провалились под землю по шею, эффективно выбывая из боя. В этот же миг остальную часть отряда накрыл могучий порыв ветра, разбрасывая шиноби в разные стороны и впечатывая некоторых из них в стены. Сама Тошико смогла без проблем извернуться в полете и приземлиться на ноги, готовая к бою, но большинство ее подчиненных не были так ловки – на глазах девушки-джонина на тех из них, кто был больше всего ошеломлен внезапной техникой налетели одинаковые шиноби (клоны?), вырубая тех техниками Райтона или сковывая Дотоном.       В следующее мгновение несколько таких клонов приземлились вокруг нее, и Тошико смогла присмотреться к нападающему. Совсем молодой, с выделяющимися приметами в виде ярко-желтых волос и странных шрамов на лице. Если бы он был в книге Бинго, которую девушка штрудировала перед нападением, то она бы запомнила.       Но сейчас было не время для раздумий, и сражение девушку не пугало, несмотря на выдающиеся способности, которые коноховец продемонстрировал во время засады. Все-таки она стала самым молодым джонином своего выпуска еще десять лет назад, а сейчас заслуженно занимала место в элите Деревни Скрытой В Песке.       Почти мгновенно она разложила небольшой веер из тонких пластин чакропроводящей стали, до этого скрытый в широком рукаве, и крутанулась, разбрасывая клонов волной воздуха, вызванной взмахом оружия. В следующую секунду веер был снова сложен, повиснув на темляке, а руки девушки размылись, складывая печати. Футон: Серия Убийственных Порывов была одной из ее любимых техник, которую Тошико неустанно отрабатывала уже больше десяти лет. Десятки потоков воздуха, каждый из которых способен рассечь человека пополам, безошибочно направлены точно на свои цели… Но, к удивлению девушки, лишь один клон из пяти был развеян этой атакой. Двое успели уйти заменой, оставив на своем месте предметы мебели из каких-то домов по соседству. Один ушел шуншином, и даже не разбился об окружающие здания, а последний сумел с помощью единственной печати использовать Катон: Снаряд Огненного Дракона, исторгнув яркий поток пламени, что пересилил ее технику, после чего уже девушке пришлось уворачиваться от огненных серпов, образовавшихся из объединенных ниндзюцу.       Инициатива была утеряна и в следующий момент девушке сначала снова пришлось раскрыть веер, чтобы сдуть несколько каменных снарядов, а потом создать порыв ветра, отбрасывающий ее саму с пути практически белого от невероятного жара огненного веретена. Снова попадаться в ловушку слабости своей стихии Тошико не собиралась.       В этот момент джонин краем глаза заметила ошибку своего соперника: в огненную технику, пролетевшую мимо нее, врезалось массивное водяное ядро, на давая ниндзюцу поразить один из домов. И это ядро было создано еще одним клоном блондина. Значит парень печется о разрушениях собственного селения больше, чем о драке. Посмотрим, что он сделает, когда угроза разрушений будет действительно серьезна. Эта техника была заготовлена под другой объект, к которому Тошико должна была выдвинуться, когда ее отряд захватит госпиталь, но не похоже, что она сможет выполнить боевую задачу теперь, когда большая часть ее подчиненных уже повержена. Обычно подобные атаки были не в ее характере – Тошико никогда не причисляла себя к рядам тех шиноби, что ради миссии готовы на любую подлость, но сейчас блондинчик сам напросился.       Девушка выполнила замену и оказалась в нескольких десятках метров от своей предыдущей позиции, оставляя вместо себя какой-то здоровенный фикус в горшке, ранее украшавший одну из плоских крыш. Сорвать два больших подсумка со своей поясницы и подбросить их высоко в воздух. Клапаны, ранее закрывавшие емкости, не выдерживают и открываются, высвобождая сотни бумажных листов, каждый из которых исписан чакропроводящими чернилами. Десяток печатей и Футон: Дикий Танец Воздушного Потока подхватывает всю бумагу, направляя ее ко всем окружающим зданиям.       Как Тошико и надеялась, обниматель деревьев делает свой ход: все четверо блондинов взмывают в воздух, складывая печати. В следующее мгновение их руки вспыхивают молнией и между ними возникает огромная мелкоячеистая сеть из молний, что накрывает все облако взрывпечатей. Тончайшие разряды, что вряд ли смогли бы нанести хоть какой-то урон опытному шиноби, легко рассекают обычную бумагу, выводя всю взрывчатку из строя.       Вау! Все пять стихий! Что это за парень, который смог достичь подобных высот в своем возрасте? Тошико даже никогда не слышала о существовании подобной техники. Но в следующий момент легкий шок на лице девушки сменяется злорадством – ее план сработал. Трое из четырех блондинов развеялись после выполнения техники, израсходовав всю чакру, а четвертый сейчас едва стоял, опершись руками на колени и пытался прийти в себя. Две главных ошибки молодых шиноби за раз – недостаточно циничен, и не может рассчитать собственные силы.       Тошико рванула к выдавшему себя среди клонов оригиналу, ее боевой веер снова раскрылся, покрываясь чакрой воздуха, что превратило его из концентратора для ниндзюцу в опаснейшее режущее оружие. Взмах, и оружие привычно не встречает сопротивления, рассекая фигуру врага. Но вместо крови и потрохов из разреза выходит только облачко чакро-дыма.       Уроженка Песка едва успевает осознать свою ошибку, как что-то тяжелое и твердое с невероятной силой врезается сбоку в ее колено, выворачивая то в неестественную сторону. Сила удара разворачивает ее лицом к очередному блондину, кисти и стопы которого закованы в толстый слой камня. Но это не помогло ей защититься – утяжеленный и укрепленный техникой кулак как прутик ломает выставленную в блоке руку с веером и врезается в ее тело, несмотря на защиту джонинского жилета заставляя трещать ребра. Последнее, что Тошико успела услышать перед тем, как другой кулак врезался ей в лицо, отправляя в спасающую от боли тьму, было ехидное: «А оригинала тут и вовсе не было».       

*****

      Яманака Исао раздраженно вздыхая шагал по улицам Конохи. Надо же было проиграть то дебильное пари бездельнику Шоичи. Теперь, пока блондин отрабатывал за него смену, проклятый Нара развлекается, смотря Экзамен на Чунина.       До чего же скучная работа. С чего вообще союз кланов предложил взять на себя полицейские обязанности после резни Учиха? Так у Исао еще и откровенно плоховато с более тонкими техниками клана, из-за чего в отдел дознания ему путь заказан. Вот и приходится работать обычным патрульным.       В последние пару лет у Исао все чаще появлялись мысли вернуться к полевой работе. Может даже в АНБУ. Как в старые-добрые времена выслеживать и захватывать опасных нукенинов, а не разнимать пьяниц. Держать равновесие на острие клинка, чтобы выбросы адреналина поддерживали яркость жизни.       Конечно, подобные мысли Яманака держал при себе. Страшно представить, что с ним сделает жена, если прослышит о таких идеях. Она и с одним ребенком так на него наорала, когда он поднял эту тему, а теперь, когда у них еще и малышка Икуми… Можно просто сказать, что после этого Исао точно станет нонкомбатантом. Чунин мягко улыбнулся, предвкушая, как двухлетняя дочка широко улыбнется и протянет к нему руки, когда он вернется домой. Улыбка резко спала с его лица, когда раздалась громогласная сирена. Для гражданских, чтобы не возникало паники, подобная информация не распространялась, но Исао знал, что такой ритм сигнала мог означать только одно – полномасштабное вторжение в деревню. И враг уже внутри периметра.       — В укрытия все! Не стойте! — во всю силу легких заорал чунин, заставляя застывших на улице людей двинуться в сторону домов. Благо почти каждое здание в этом районе имело укрепленный подвал.       Сам Исао замер на секунду, борясь с сильным желанием со всех ног броситься в клановый квартал к собственной семье. Но чувство долга и рационализм все-таки победили – каждый должен делать свою работу. Если все будут действовать как попало, то никакой обороны не выйдет и потери будут куда больше. Приказом для сотрудников полиции Конохи в таких случаях было остаться на своих местах и вести «партизанскую» деятельность, подрывая возможности противника к дальнейшему продвижению.       Сжав зубы, Яманака запрыгнул высокое раскидистое, скрываясь в густой кроне. Слегка дрожащая рука открыла подсумок на поясе и достала из него лист бумаги. Легкий импульс чакры и с небольшим облачком чакро-дыма появляется широкий плащ, который Исао сразу накидывает на плечи. Десяток печатей, несколько секунд концентрации и по плащу с привычным ощущение расходится чакра, заставляя ткань точно мимикрировать под окружающую обстановку.       К сожалению, тревога не оказалась ложной – какие-то пять минут и в поле зрения Исао уже появился отряд из десятка шиноби, движущийся вглубь деревни примерно в паре сотен метров от него. Хорошо, что для хидена Яманака расстояние далеко не так критично, как у их союзников. Пальцы сами собой складываются в последовательность мудр, а губы привычно шепчут: «Техника Переноса Сознания Тела».       Знакомый рывок, и он оказывается в теле движущегося в арьергарде построения шиноби. Навыки немного заржавели, и Исао с трудом удается не запнуться при приземлении на очередную крышу, что неизбежно привлекло бы внимание. Появившиеся вместе с телом ощущения несколько разочаровывают. Крепкий шиноби Суны, движениями которого Исао управляет, имеет склонность к Футону. Если бы это был Катон, то сейчас Исао мог бы хорошо жахнуть огненным шаром по спинам врага, но исполнить ниндзюцу в не предрасположенном к стихии телу ему не хватит навыков.       Проверять, есть ли взрывпечати в подсумках, нет времени – так что действовать нужно простейшим способом. «Исао» ускоряется и достигает центра построения, где движется единственный обладатель жилета джонина.       — Кенджи, что ты… — один из обогнанных шиноби не успевает договорить вопрос, когда «Исао» настигает свою цель и вонзает не ожидающему предательство командиру кунай в горло. Второй кунай уже летит в затылок впередиидущему, а быстро покинутое тело в последний момент оттолкнулось ногами от крыши, чтобы резко поменять направление, всем весом врезается в окрикивающего.       Исао снова складывает печати, и снова знакомый рывок помещает его в тело другого шиноби.       — Яманака! В укрытие! Ему нужно видеть нас! — уже кричит кто-то, не зная, что опоздал. «Исао» вместе со всеми спрыгивает вниз, укрываясь за зданиями. Он не начинает сразу продолжать убивать, хотя невеликие запасы чакры тратятся каждую секунду поддержания техники. По опыту Исао знает, что в такие моменты полезнее узнать действия врага, чем выгадать пару секунд.       Один из песчаников опускается на колено и складывает длинную серию печатей, бормоча название техники себе под нос. «Исао» слишком далеко, чтобы слышать, но скоро это становится очевидным. Суновец замирает на секунду, а затем резко вскидывает голову и выкрикивает: «На девять часов! Он на высоком дереве».       Блять! Чертов сенсор! Вот может же не везти! «Исао» бросается к такому неудобному противнику и вонзает в него клинок ниндзято, прежде чем покинуть тело, едва успев до того, как то нашпиговали сталью. Сбросив уже ненужную технику сокрытия, Яманака спрыгивает с дерева и устремляется в переулки. Мгновением позже толстый ствол перешибает каменный снаряд, с громким треском обрушивая растение на крышу близлежащего дома.        Вот на глаза попадается открытое окно второго этажа и Исао, недолго думая, ныряет в это укрытие. К счастью, комната пуста – хозяев либо нет дома, либо они скрылись в подвале при звуке сирены. Такое укрытие не оптимально – у Исао нет никакого обзора, и отступать тоже неудобно, но оставаться на улице - не выход. Яманака явно не ощущал себя готовым встретиться в бою с пятью чунинами сразу. Значит надо разделить их, напасть исподтишка, напугать.       Больше все не будет так просто. Исао смог удачно избавиться от половины отряда, но теперь они знают с чем имеют дело. Не будут подставлять друг другу спины, вспомнят про пароли и отзывы, которые должны были подготовить еще до вторжения.       Долго ждать суновцев не пришлось – те явно не желали оставлять подобную угрозу за спиной, так что уже через десяток секунд Исао услышал мягкий перестук от почти одновременного приземления пяти пар ног на крышу. — Разделяемся и ищем ублюдка. Как порежем его на лоскуты, решим, что дальше делать, — наверху раздался все тот же прокуренный хриплый голос, что до этого предупреждал Суновцев о клановой принадлежности Исао. Этот песчаник явно был с большим запасом самым опытным в этом отряде вторженцев, раз так легко взял командование на себя, среди равных по званию шиноби. Исао он запомнился как коренастый брюнет средних лет с уже полностью поседевшей щетиной и оторванным правым ухом. Разделение было главной тактикой в борьбе с шиноби клана Яманака - нет никакого смысла оставаться рядом с товарищами, если вместо прикрытия можно рассчитывать только на кунай в спину. Куда лучше будет держаться друг от друга на расстоянии, сближаясь только по согласованию паролем-отзывом. Исао весь обратился во слух, пытаясь понять, куда разошлись разделившиеся шиноби. Однако воспользоваться этой информацией для тихого устранения у бывшего АНБУ не вышло.       — Проверяю здание! — буквально через несколько секунд после команды, с соседней крыши раздался крик, а мгновением спустя в открытое окно, через которое Яманака проник в здание совсем недавно, влетел кунай с болтающейся на ручке взрыв-печатью.       Исао со всей возможной скоростью проскочил в коридор из резко ставшей опасной комнаты, попутно открывая рот и зажимая ладонями уши. Едва мужчина успел скрыться за проемом двери, как в комнате раздался мощный взрыв. Секундой спустя за кунаем последовал и его владелец, что, оглядев учиненные разрушения, снова заорал:       — Первое помещение – чисто! Двигаюсь дальше! В соответствии со своими словами чунин резким рывком преодолел самую опасную область возле дверного проема, оказываясь в коридоре. Быстрый взгляд по сторонам, и все его внимание переключается на распахнутую дверь в конце коридора. В руке уже лежит новый кунай с таким же взрывным «подарочком». Однако подобная сосредоточенность на определенном участке коридора сыграла с суновцем плохую шутку. У него за спиной в углу, где сходятся стены и потолок, замерцала, отключаясь, скрывающая техника, которую в полумраке не смог различить беглый взгляд. Мгновением позже Исао обрушился на него сзади, вонзая кунай в незащищенную подмышку. Но Яманака был уже не так хорош, как раньше. Он, как и любой уважающий себя шиноби не бросал тренировки, несколько раз в неделю встречаясь с товарищами и бывшими коллегами для спаррингов и отрабатывая техники, но бесшумное убийство — это не совсем то, что будет отрабатывать сотрудник полиции. Атакующая рука немного дрогнула, смазывая удар, и вместо того, чтобы мгновенно убить врага, Исао оставил ему еще несколько секунд жизни. Тот же воспользовался ими сполна. Даже если в теле шиноби песка уже не было достаточно сил, чтобы привлечь внимание союзников громким криком, их хватило чтобы прошептать одно слово, сопровождаемое легким выбросом чакры, на который ушел последний огонек жизни, теплившийся в груди. «Кац» Едва услышав первую букву, Исао отбросил от себя прежде подхваченное для скрытности тело, сам прыгая в противоположную сторону, но этого хватило только чтобы остаться в живых. Взрывпечать на кунае, который суновец подготовил для следующей комнаты, сдетонировала, разрывая его тело на куски. Взрывная волна подхватила находящегося всего в нескольких метрах от эпицентра Исао и бросила его о стену, оставляя на штукатурке вмятину в форме спины шиноби. Через несколько секунд Яманака слегка пошатываясь поднялся и, хромая, метнулся к лестнице на первый этаж. После взрыва не последовало выкрика о «чистоте» помещения, а значит скоро товарищи покойного будут здесь. Выкатившись из задней двери, дома Исао оказался в переулке и резво двинулся в сторону, чтобы разорвать расстояние с чертовым зданием. Хотя он и устранил одного из врагов, ситуация стала только хуже. Он потерял свой плащ, который позволял использовать отработанную технику скрытности, когда скинул его перед атакой, чтобы не привлечь внимание хлопком полы. Контузия нарушила его координацию. К тому же он потерял слух. Судя по крови, оставшейся на ладони, проведенной по мочке, глухим придется оставаться как минимум до получения медицинской помощи. Сложно переоценить, насколько критическим может быть потеря слуха в условиях таких городских боев, особенно против нескольких противников. Так еще один из осколков, в которые превратился кунай, попал в икру, мешая нормально двигаться. Но нет времени даже накладывать повязку, чтобы прекратить кровотечение, что уже промочило всю штанину. Отойдя на безопасное расстояние, Исао находит взглядом крышу того знания, где произошло столкновение, и видит, что в этот момент четверо шиноби готовятся снова разойтись в поисках него. Серия печатей и привычный рывок снова доставляет его в чужое тело. Суновцы только начали расходиться после обмена паролями и отзывами, так что сейчас они инстинктивно сбавили в осторожности, повернувшись друг к другу спиной. Огонь! Сложно поверить, что ему наконец так повезло. Катон не часто встречается среди жителей Страны Ветра. Ну что же – с этим можно работать. «Исао» складывает серию печатей и вкладывает в технику побольше чакры – не своя же. Изо рта вырывается дюжина плотных огненных шаров размером с голову, что настигают двух поздно среагировавших ниндзя, превращая их в обугленные трупы. Исао же в спешке отменять технику. Хидзюцу жрет много чакры, а он не слишком одарен по этой части. Еще немного и у него не останется даже, чтобы защитить себя. Осталось всего двое. Снова передислоцировавшись, Исао начинает выслеживать оставшихся жертв. Разве что удача помогает ему увидеть цель раньше, чем быть замеченным самому. Вот он – тот, чьим телом Яманака воспользовался, чтобы сжечь двух других. Рослый и молодой, с грубыми чертами лица и светло-русыми, выгоревшими на солнце почти до соломенного цвета, волосами. Произошедшее явно гложет его чувством вины и гневом. Поверх всего этого накладывается страх. Хорошо. Так и должно быть. Это притупит его чувства. Сделает уязвимым. Шиноби Конохи, до этого прячущийся в тени свеса крыши, падает на парня сверху, намереваясь убить его быстрой атакой, но что-то идет не так. То ли пресловутое шестое чувство, то ли Исао издал какой-то звук, который сам не может слышать, но суновец в последний момент поднял взгляд и неловко отвел орудие убийства в сторону, распарывая ладонь. Другой его пудовый кулак с силой врезался в скулу Исао, выбивая искры из глаз. К счастью, даже на мгновение померкнувшее сознание не помешало падающему телу врезаться коленями в грудь жертвы, выбивая из того дыхание. Два шиноби кучей-малой повалились на землю, борясь как обычные люди. Как ни странно, оказавшийся сверху Исао очухался первым и с силой ударил лбом в лицо противника, с удовлетворением чувствуя, как хрустит под налобным протектором нос вторженца. Однако развить успех не удалось – несмотря на брызнувшие из глаз слезы, более крупный Суновец резко замостился, скидывая Яманака с себя и сам оказываясь сверху. В следующий миг на лицо Исао и прикрывающие его руки посыпался град ударов кулаками и локтями. С трудом перетерпев первые несколько секунд напора и почувствовав, как по лицу заструилась кровь, Яманака и сам выгадал момент, чтобы резко дернуться. Хотя он и не смог сбросить здоровяка, но той секунды потери равновесия, которой он добился, хватило. Исао подался вверх навстречу сопернику, завел одну руку за плечо противника и провел ее через его подмышку, обхватывая собственное предплечье другой руки, что уже сомкнулась на запястье Суновца. Вообще борьба в целом и болевые с удушающими приемами в частности редко встречаются в боях шиноби. Это почти как в анекдоте про причину, по которой солдат может вступить в рукопашный бой. Мало кто практикует данный стиль ведения боя. Но большей частью среди этого малого количества людей были сотрудники АНБУ, специализирующиеся на нелетальном захвате. И Исао когда-то был одним из них. Вот и сейчас. Отменно выполненный прием превратил конечность противника в удобный рычаг. Резкий рывок, и плечевая кость суновца ломается с характерным неприятным щелчком, оставляя руку висеть безвольной плетью. Пока враг отвлекся на интенсивные болевые ощущения, Исао, наконец, смог выгадать момент, чтобы вытащить кунай из подсумка и применить его по назначению. Только он отбросил с себя обмякшее мертвое тело, как на его многострадальную голову обрушился мощный удар, что заставил мужчину несколько метров прокатиться по земле. Кажется, он потерял сознание на несколько секунд, но, когда он открыл глаза, над ним уже стоял тот самый безухий «главный» чунин. Тот занес ногу, и еще до того, как Исао понял, что происходит, стопа обрушилась на его правую кисть, ломая множество мелких костей. — Больше никакого мозгоебства сегодня! — зло проговорил безухий, склоняясь над Исао, — Я думал, что ненавижу хуергу, которую делают Нара, но ты, блядь, переплюнул их с запасом.       Мужчина достал из-за спины танто и замахнулся, чтобы воткнуть его в грудь Яманака, но вдруг резко взрогнул и замер. Секундой спустя, как будто в каком-то фильме про самураев, косо срезанная верхняя часть его тела медленно сползла в сторону перед тем, как остальная часть обвалилась.       Рядом с уже потерявшим сознание сотрудником Полиции Конохи приземлился блондинистый шиноби и, после короткого осмотра, подхватил его на руки, унося куда-то вдаль.