Часть VI. Проводниковый свет — Тухнущая бухта —
29 мая 2025, 02:20****
Восьмое октября 20xx года.
Поздний вечер.
1 — Я тебя люблю! — разрываясь, раздалось из пустоты. — Больше всего на свете! Люблю! «Люблю». «Люб...» «Лю...» Рука устремилась вперед, пальцы ухватились за скользкий воздух. Девушка растворилась в пустоте тумана. Словно никогда и не появлялась. Словно она — призрак. Или ничто. Или [...]. Приглушенное мерцание фонарных столбов оставалось беспристрастным — их совершенно не интересовало происходящее вокруг. Вздрогнули разбросанные повсюду кленовые листочки, но только от порыва ветра. Любителей драмы не нашлось. Не нашлось никакого отражения и в его собственной душе. С тоской приходилось признать, что он... ничего не почувствовал. Лишь один единственный вопрос возник и бесследно испарился в ту же секунду: «Что сейчас произошло?». А произошло... — Прости, я задержалась, — раздалось в нескольких метрах. — Долго пришлось ждать? Райдер обернулся. Миниатюрный пластмассовый фонарик пронзил туманную завесу крохотным лучиком. Но, оказавшись совсем рядом, появившаяся девушка выключила его и спрятала в кармане. А он почти и забыл, кого именно так долго дожидался. — Нет, все равно хотелось немного все обдумать. — Бухта? — Кейти единственная подозревала... нет, точно знала о тревогах спасателя и тяжести ноши, на него взваленной. Потому старалась больше времени проводить с ним, не оставлять наедине с пожирающей пустотой. Вот и сейчас. Возвращалась домой после вечерних курсов по зоопсихологии и попросила встретить в парке. Раньше они много времени проводили здесь, совсем маленькими детьми собирались с прочей ребетней и устраивали игры. Разбойниками, пиратами, борцами за справедливость — кем только не были. А когда оказывались одни, она протягивала сорванный одуванчик и просила сплести венок. А он улыбался и показывал, как это правильно делается. Обычно сильные и уверенные, его руки с удивительной нежностью перебирали стебельки, аккуратно скручивали их и создавали маленький обруч, бережно добавляя протягиваемые ею одуванчики. И когда эта солнечная корона оказывалась на ее голове, маленькая девочка чувствовала себя его маленькой королевой из парка их детства. Сколько прошло времени... Теперь они почти взрослые. А она все еще хочет попросить его сплести венок. Из тех самых одуванчиков. Устроившись под тем самым деревом. Ведь сама так и не смогла этому научиться. — А помнишь, — девушка всмотрелась в силуэты деревьев, поглощенные туманом, и указала вперед рукой. — Вон там мы познакомились, под старым кленом. Ты только-только переехал сюда и уселся что-то мастерить, не заметив меня на высокой ветке. А я наблюдала за тобой, пока не выдала себя чихом, и не придумала ничего лучше, как спрыгнуть. Тогда ты показал мне свое изобретение. Помнишь того чудика на ножках из крышек бутылки? Интересно, куда он потом делся? — Мы отправили его в дальнее плаванье на бумажном кораблике, — по сравнению с навалившимися проблемами слова Кейти казались пустой и лишенной всякого (по крайней мере здравого) смысла болтовней. Возможно, так оно и было. Что ж, в таком случае он совсем не против немного поговорить о том, что должно называться нездравым смыслом. — Точнее мы думали, что плавание будет дальним. Помнишь, как из ниоткуда появился Моржик и проглотил его вместе с корабликом? — А как потом капитан Палтус долго извинялся и в качестве компенсации подарил огро-о-омную рыбу, с нас самих размером? Они рассмеялись. Как тогда, маленькими детьми на золотистом берегу бухты. Она в легком платьице с венком из одуванчиков и он в великоватой для него шляпе капитана. А перед ними на песке — здоровенная рыба. — А помнишь... — начали было одновременно и осеклись. Но не неловкость стала тому причиной. Внезапно погасли фонари. 2 Оборвалась единственная нить, ведущая сквозь туманный лабиринт парка. Поглотило пустотой облепленную листьями дорожку, растворились фонарные столбы, и расплылась реальность. Не осталось больше ничего. Ничего... кроме давящей тишины и нарастающего холода. Ничего... Одна лишь обжигающая тьма, проникающая в самую душу. В глубине которой вновь проснулись демоны. «Как прекрасно отчаяние! — хищно рассмеялась пустота. — Как долго ты еще собираешься ее отвергать?» Ему никогда не нравилась темнота. Нет, правильнее сказать, он ненавидел ее. Ненавидел голос собственного рассудка. Ненавидел страхи, которые всем силами старался подавлять. Но темнота высвобождала их из темницы. «Вперед! — упивались безумием внутренние демоны. — Давай насладимся этим отчаянием! Viva Забытая Богиня! Или ты правда решил, будто можешь противостоять ее зову? Перед ней ты абсолютно беспомощен!» «Неправда...» — походило ли его слабое сопротивление на сопротивление вообще? «Предпочтешь наблюдать за гибелью мира? Не проще ли погибнуть первым? Так придется меньше мучаться». Дыхание. Он совсем не чувствовал движения собственной груди, не ощущал и остального тела. Оно растворилось вместе с темнотой, оставив на растерзание один лишь разум. Сейчас он походил на бабочку, окруженную сетями паутины. Где кровожадный паук — подавленные чувства. «День за днем, боль за болью. Тебе придется наблюдать за гибелью любимых, понимая, что ты не в силах кого-либо спасти. Механизм запущен. Обратной дороги нет. Соглаш-шайся! И мы наполним этот мир безумием!» — Райдер? Тоненький лучик пронзил чернильные небеса, и светом озарилось встревоженное лицо Кейти. Девушка решительно шагнула вперед, взяла ладони Райдера и крепко сомкнула в собственных. А посередине остался включенный фонарик. — Кажется, предупреждали о перебоях с электричеством. Наверно, приближается гроза. Райдер. Что-то случилось? Карие глаза, на мгновение показавшиеся опустошенными, зажглись привычным огнем. Они устремились вперед, на единственное, что теперь более менее просматривалась в темноте. Этим оказалось лицо Кейти. Обеспокоенные голубые глаза... Нет, теперь он отчетливо понял: не совсем голубые, скорее бирюзовые, словно небесная гладь, отраженная в горном озере. Немного нахмурившийся лоб и золотистые пряди волос. Он точно впервые заметил все это. — Нет, ничего, — наконец ответил парень. — А ты немного укоротила волосы? Девушка слегка дернула плечом. — Да. Помнишь, когда меня столкнули в море? Меня знатно тогда обрызгало. И красные пятна никак не отмывались. Но ничего страшного, совсем немного отрезала. А вот вещи жалко. Ой... Лучик фонарика моргнул и бесследно погас. — Кажется, батарейки закончились. И снова кромешная пустота. Давящие мысли вспыли на поверхность, пронзили голову стрелой острой боли. Он приготовился услышать шипящие голоса демонов. Но... Они не последовали. Не последовало и отчаяние, не возвращались и глубинные чувства. Лишь теплые руки ощущались в пустоте. И никакого страха. — Давай попробуем выбраться? — послышался голос Кейти. — Мы эти места с раннего детства знаем. К выходу только одна тропинка, не заблудимся. И она уверенно повела его за собой. И он позволил ей стать его проводниковым светом. И они оба не вспомнили про телефоны, тоже оснащенные фонариками. Точнее не видели в этом смысла. «О, так ты будешь сражаться до последнего. Что ж, хорошее представление!» — прошептали демоны, прежде чем окончательно раствориться.Десятое октября 20xx года.
Обыкновенное утро.
3 — Ты действительно пришел! — Ты ведь попросила. Окаймленные солнечными лучами горные вершины показывались из-за тумана безликими великанами, своеобразными хранителями этого бескрайнего и одновременно такого маленького мира, где Маршалл оказался ввиду некоторых обстоятельств. Поздним вечером он возвращался на базу, когда внезапно позвонили. Очарованно расползалась туманная дымка, поглотив если не половину, то большую часть моста. Тогда ему еще подумалось: лучше бродить в проклятой завесе, чем видеть эту кровавую бухту. А та действительно напоминала кровь — красная и бурлящая, точно живая. Тошно становилось, хотелось убежать куда угодно, только подальше от берега. И именно тогда раздался рингтон жетончика. — Привет, Маршалл. Мне нужна помощь... — Этна! Что случилось? — оживился он и повернулся, готовый бежать до самого края света. Или, по крайней мере, до ближайших гор. — Где ты находишься? — Нет, нет, не сейчас. Я в домике Джейка. Просто... сегодня мою шапку унесло ветром. Она зацепилась за высокую ветку, и мы не смогли ее достать. Я знаю, сейчас вы ужасно заняты. Но она очень важна для меня. Ты... можешь приехать? — Конечно! Сделаем все в лучшем виде! И вот Маршалл с пожарной машиной оказался среди вековых сосен, ослепительно подмороженных утренним инеем. Конечно, щенки предлагали свою помощь, но он отказался. Ведь... Эверест попросила именно его. Она могла позвонить, скажем, Скай, они хорошие подруги. Но этого не случилось: позвали именно его. Причину этого Маршалл и хотел выяснить. Лестница устремилась к верхушке одного особенного высокого дерева. Здесь действительно оказалась шапочка, намертво зацепившаяся за колючки нескольких веток. Фиолетовая с нашивкой огонька с большими мультяшными глазами. Встретившись с ними взглядом, Маршалл не смог не улыбнуться — шапочка оказалась его подарком Эверест на прошедший день рождения. Вещь, которую она назвала «очень важной ей». «А мне эта шапочка показалась такой глупой. Я думал, ты выбросишь ее при первой возможности», — подумалось щенку. Щенку, который несколько дней тщательно обдумывал подарок и исколесил половину магазинов, а не отыскав ничего подходящего, собрался в экспедицию по покорению Китая. К счастью, Райдер вовремя подсказал о существовании интернет-магазинов. «Но, наверно, неплохо, раз она тебе понравилась». Пришлось приложить немало усилий, чтобы аккуратно, не повредив, извлечь шапочку из темницы сосновых ветвей. Настолько осторожным не приходилось быть даже рядом с английской принцессой. Китайские вещицы, похоже, нисколько не изменились и все такие же хрупкие? Именно тогда, наконец расправившись с упрямыми ветками, взгляд далматинца устремился вдаль. А там... — Спасибо, — Эверест приняла шапочку и счастливо улыбнулась. И пока она старательно пыталась устроить беглянку на своей голове, Маршалл вернулся к пожарной машине и запрыгнул на сиденье. — Уже уезжаешь? Далматинец отрицательно покачал головой. Он вернулся с биноклем и устроился на согретой солнцем осенней траве. — Вчера хотел понаблюдать за перелетом птиц, но из-за тумана ничего не разглядел. Думал, попробовать сегодня и прихватил с собой. Кажется, не зря. Эверест удивленно всмотрелась в его задумчиво устремленные в бинокль глаза. Слишком серьезным выглядел он сегодня. Не подумал подшутить и легко согласился помочь. Маршалл... Неужели кровавая бухта так повлияла на тебя? Или была другая причина? — Смотри, — щенок отодвинулся, позволив хаски заглянуть в объектив бинокля. – Это... Что они делают? — Снова кидают овощи в бухту. — Снова...? Песочный берег, пропитанный волнообразными кровавыми разводами, наполнился людьми. Это место находилось совсем недалеко от пляжа — отсюда отлично просматривались ограждающие полосы. Но запрет приближаться к морю нисколько не волновал этих собравшихся — людей с ящиками овощей. Они по очереди подходили к граничной полосе песка и высыпали все в бездну кровавой бухты. Высыпали с явным восторгом, поднимая высоко руки и крича. Голоса невозможно разобрать на таком расстоянии, но щенкам и не нужно было ничего слышать. Люди ликовали: «Да здравствует Богиня!» Эверест вздрогнула и оторвалась от бинокля. — Знаешь, меня не отпускает странное чувство... — неожиданно заговорил Маршалл, странно улыбнувшись. Улыбка, наполненная таким мраком, перемешанным с горьким безумием и... непониманием, что вообще чувствовать. Точно сама бездна выглядывала из нее. — Чувство, будто каждую ночь меня кто-то зовет из глубин бухты. Я просыпаюсь и мало что помню... Но сейчас я вспомнил... Этна, меня звала Богиня. Мне так показалось. Богиня со странным именем... И я боюсь... Ужасно боюсь, что однажды не смогу больше противостоять ее зову ... Тогда она не нашлась, что ответить. И после возненавидела, что не смогла ничего для него сделать.Телеканал «LV TV». Утренний выпуск новостей.
4 «Здравствуйте, в эфире утренний выпуск новостей. Ситуация в Бухте Приключений продолжает накаляться. После перекрытия доступа к пляжу, охваченные необъяснимым помешательством горожане нашли новый способ выразить свою... преданность так называемой Богине». [Мутные фотографии, снятые издалека – силуэты людей на берегу с приподнятыми над головами ящиками] «Я — Владимир Лизницкий. Это прямой репортаж с места событий специально для телеканала «LV TV». Несмотря на усиленные меры безопасности, жители продолжают нести пожертвования своей загадочной богине, щедро осыпая бухту дарами полей и огородов. Морковь, картофель, свекла — овощное ассорти, достойное скорее борща, чем жертвоприношения. И, судя по всему, дары эти отнюдь не символические». [Крупным планом видно кабачок, летящий в кровавую воду. На берегах становится все больше отходов] «Увы, благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад. И, похоже, эта дорога ведет прямо в городскую канализацию. Местные власти хранят молчание, но, по неофициальным данным, туда начали попадать овощи, что создает угрозу системе жизнеобеспечения города». «Но ситуация только ухудшается Сегодня утром бухта начала издавать зловонный запах. Вода потемнела, приобрела зеленоватый оттенок. То, что еще вчера казалось чудесным знамением, сегодня вызывает ужас». [Люди, собравшиеся на берегу, больше не ликуют. На лицах смешались страх и отчаяние. Некоторые плачут, другие поглощены истерикой] «Среди верующих растет паника. То, что раньше считалось благословением, теперь воспринимается как гнев богини. Многие уверены, что за свои грехи город будет жестоко наказан. Мы продолжим следить за развитием событий. Оставайтесь с нами. В следующем выпуске — интервью с экспертом-экологом о причинах происходящего в Красной Бухте. А сейчас — ... Пшшшшшшшшшшшшшш Пшшшшшш Пшшшшшшшшшшш ПшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшшПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!