Взгляд в прошлое

      Малфой не показал виду о посетившей его догадке. Оставив на лице выражение человека, которого заинтересовали фолианты на ближайшем стеллаже.       — А дальше? — спросил он, беря в руки потертую книгу и с интересом её разглядывая. Ему повезло — это был французский трактат написанный никем иным, как Николасом Фламелем.       Гермиона молча прошла к одному из письменных столов, как будто от неё не ожидали ответа, неспешно села и, достав листок с ручкой, так же абсолютно никуда не торопясь принялась что-то писать.       Драко терпеливо ждал, перелистывая тонкие пожелтевшие страницы, описывающие этические вопросы бессмертия в магическом мире.       Занятный факт: один волшебник отрицал вечную жизнь, сделав всё возможное, чтобы сокрыть способ её получения, второй же всеми способами мечтал добиться бессмертия и в погоне за ним разрушил не только свой человеческий облик, но и душу. Но у костлявой на каждого из них были свои планы.       — Следующей точкой стала Болгария. Нам показалось вполне логичным посетить те страны, о которых имели хоть какое-то представление. — Грейнджер продолжила рассказ внезапно, даже не оторвавшись от письма. — Хотя правильнее было бы сказать у меня.       — Поясни, — Драко перелистнул следующую страницу, на ней серыми чернилами с филигранной точностью был нарисован философский камень.       — Война оставила свои следы не только на тебе, Малфой. — резко ответила Грейнджер. — Ты несёшь на себе отпечаток своей семьи и её убеждений. Тео к моменту окончания войны нёс свой отпечаток.       — Какой? — Драко отложил книгу и, сложив руки на груди, перенёс всё своё внимание на девушку.       — Ты такой любопытный, — Гермиона положила ручку и сложила листок в несколько раз, делая из него подобие маленького конверта. — У Тео были свои секреты и способы защиты во время войны.       — Я ни в чем не обвиняю твоего Тео, так что будь добра, Грейнджер, ослабь режим защиты, — Малфой поднял руки перед собой, будто выбрасывая перед ней белый флаг. Опять.       Гермиона хмуро посмотрела на него, сдвинув четко очерченные брови, потом, будто приняв для себя какое-то решение, взмахнула волшебной палочкой, и конвертик вспыхнул синим магическим огнём, исчезая.       — После окончания Хогвартса, мы решили продолжить наше путешествие. США, Южная Америка, Китай, Африка, Бразилия, Италия, Египет, Россия. — Грейнджер откинулась в кресле, складывая руки в замок перед собой. — Спустя год путешествий в одной глухой деревне недалеко от Амазонки к нам обратилась семья за помощью. Глупости, изгнать пару боггартов да поставить защиту на деревенскую реликвию.       Гермиона замолчала, её глаза блуждали по комнате, задержавшись лишь на миг на двух креслах у камина. Эта заминка не укрылась от Малфоя, но в очередной раз он решил, что если хочет знать всё, стоит держать свой язык под контролем.       — Потом были аналогичные просьбы, пока слухи не дошли до магического сообщества Бразилии. Там нам предложили первый крупный заказ.       Драко надоело служить подпоркой стеллажу, и он пошёл к уголку для отдыха у камина. Гермиона пристально, практически не мигая следила за его действиями. Малфой остановился у журнального столика, на котором стоял пузатый графин из разноцветного стекла. Бросив вопросительный взгляд в сторону Грейнджер и получив лёгкий кивок головы, налил янтарный напиток в рядом стоящий бокал.       — Чем вы занимались? — Драко неспешно катал в руке стакан, внимательно рассматривая цветовую гамму кресел перед ним. Будто кто-то плеснул на них набором красок: синий, коричневый, бордовый, золотой и ещё несколько цветов смешивались в хаотичный калейдоскоп.       — Поиск пропавших, обезвреживание хранилищ и артефактов, накладывали защиту, иногда даже выступали как телохранители, но в основном наша задача состояла найти и вернуть или усмирить, в зависимости с чем имели дело. Порой были даже кражи, — лёгкий смешок слетел с обкусанных розовых губ. Брови Малфоя подлетели в удивлении.       - Кражи? — уточнил он.       — Во имя справедливости, — пояснила Гермиона, и ему показалось, что её щеки покрыл легкий румянец.       — Естественно, — кивнул Драко, улыбаясь в бокал и делая первый осторожный глоток. Это оказалось не огневиски, как он мог подумать на первый взгляд, но что-то близкое. Терпкий дубовый аромат, тонкое послевкусие шоколада и карамели.       — Когда мы вернулись в Британию, оказалось, что мы не какое-то исключение. Кто-то работал группами, кто-то в одиночку, нам было всё равно. Мы не стремились к славе или деньгам, нас подпитывал авантюризм и жажда чего-то, что не отдавало войной. — Он заметил, как мизинец Гермионы начал отбивать хаотичный ритм.       — Что случилось с Тео? — Драко решил не тянуть книзла за бубенцы и задал один из главных вопросов, который его интересовал с момента его «озарения». Малфой внимательно наблюдал за выражением лица Грейнджер и не увидел ничего. Будто восковая маска покрыла лицо, скрывая то, что не должны были видеть.       — Он умер. — коротко, сухо, всего два слова. Но сколько боли Драко увидел в ее глазах. Янтарная радужка потемнела, и сейчас Гермиона смотрела на него с каким-то жестоким довольствием, будто это он был причастен к смерти Нотта.       Малфой сделал еще один глоток, прокатив ароматный напиток на языке и выдержав паузу, задал следующий вопрос:       — Как?       Грейнджер молчала долго, сгибая и разгибая пальцы. Отвернувшись к окну, тихо ответила:       — Это произошло три года назад, — по крыше амбара застучали первые капли дождя, будто вторя ее рассказу. — К нам прилетела сова с личной просьбой. Мы только вернулись из России и планировали взять небольшой отпуск. Но в то утро наши планы были скорректированы одним заданием, которое попросили помочь осуществить.       Ее слова звучали как сухой отчет, безэмоционально и глухо. Барабанная дробь по крыше усилилась. Малфой ощутил запах мокрой земли и еще что-то отдаленно напоминающее фрезии.       — На первый взгляд было все просто: обезвредить хранилище, наложить чары на артефакт и дать к нему доступ. Что может быть проще? Дело на половину дня, не более, — Гермиона горько ухмыльнулась. — Но все оказалось куда опаснее.       Драко ощутил, как волоски на затылке встали дыбом. На чердаке заметно похолодало, но он не решался зажечь камин. Дождь превратился в бурю, которая порывалась выдуть все остатки тепла.       — Кто был заказчик? — ему казалось, это важно. Возможно, волчья чуйка, а может он просто хотел знать все. Гермиона Грейнджер связана с ним нерушимым договором, и ему бы не хотелось в один прекрасный день обнаружить, что за ним охотится обманутый клиент или того хуже ограбленный волшебник.       — Аврорат, — ответ утонул в раскатах грома, сверкнула молния, освещая ломаными линиями лицо Грейнджер. Искривленная улыбка и взгляд, полный ненависти. — Поттер как глава аврората лично обратился к нам за помощью, объясняя это тем, что никто лучше нас не снимет проклятья с хранилища. Самое идиотское решение было согласиться им помочь.       — Разве вы не друзья? — Драко старался задавать вопросы аккуратно, выверяя каждый шаг, будто в разговоре шагал по минному полю. Ступишь не туда — рванет, сметая все на своем пути.       — Когда-то были. Но со временем и особенно после войны наша дружба, так сказать, претерпела изменения, — она прекрасно лавировала деталями, давая не больше, чем нужно было. — И в честь прошлых отношений мы решили помочь.       — Что произошло?       — Нас ждали. Как только мы зашли в хранилище — его замуровали. Сначала мы решили, что допустили ошибку в расчетах и сработал механизм защиты. Но по прошествии двух дней пришло понимание: это была мышеловка, а мы оказались грызунами, — Гермиона оперлась на стол, не мигая глядя Малфою прямо в глаза. — Двое суток без еды и воды, а после пришел хозяин.       Губы растянулись в мрачной улыбке, и Драко стало не по себе. За окном вовсю громыхало, а на чердаке становилось все холоднее. Несмотря на измененный теплообмен, Малфой чувствовал, как в скором времени изо рта пойдет пар.       — И разверзнулся ад, — каркающий смех, и Гермиона снова откинулась на спинку кресла, обхватив себя руками. — Легилименция, Круцио, режущее, магловские пытки — полный спектр услуг гостеприимного хозяина. Беллатрисса бы позавидовала такой избирательности.       Грейнджер больше не смотрела на него. Ее взгляд был прикован к окну, по которому водопадом стекала вода, грозясь затопить собой их убежище. — Мы продержались неделю. И все благодаря Тео. Когда же стало ясно, что нам не выбраться, этот сукин сын придумал, как он выразился, гениальное решение. По мне, так его план отдавал дерьмом, — Гермиона взмахнула рукой, и в камине затрещал огонь, но тепла это не принесло. Температура продолжала падать, и Драко уже видел, как при каждом слове изо рта Грейнджер выходят еле заметные струйки пара. Но ей, походу, было плевать.       — Ты знал, что магия может передаваться от волшебника к волшебнику? — повернувшись спросила она. Резкая смена темы застала Малфоя врасплох, и он, подобно китайскому болванчику, покачал головой из стороны в сторону. — Да, может. В особенных случаях и при близкой связи. От матери к ребенку, от сестры к брату от мужа к жене.       Драко сделал шаг к камину, стараясь не уходить далеко от нагретого пятачка. Осмысливая сказанное, он не успел задать очередной вопрос.       — В России мы прошли ритуал связи. Я не воспринимала это всерьез, думая, что таким образом просто подтверждаем намерения друг к другу. Оказалось зря. Не имеет значения, как выглядит церемония и где она происходит. Суть одна — перед магией и природой мы стали супругами.       — Он передал тебе свою магию? — практически шепотом спросил он, ужасаясь самой мысли о том, что существуют такие заклятия.       — До последней чертовой капли, — кажется, он слышал, как скрипнули ее зубы, и Малфой не мог винить Грейнджер, он бы тоже был зол. Чертов Нотт. — Думаю мне не стоит говорить, что происходит с волшебником, когда он иссушает свое магическое ядро?       — Он становится сквибом?       — Как оптимистично, — хмыкнула Грейнджер. — Нет, Драко, он умирает. Передавая всю магию, отдает и свои жизненные силы. Тео умер, чтобы я смогла выжить. Конец.       Грейнджер поднялась из-за стола, отряхнула с голых колен невидимую пыль и пошла по направлению к лестнице, показывая, что на этом разговор окончен.       — А что с хозяином хранилища? — задал вопрос Малфой, останавливая ее на полпути.       — Я его не смогла найти. Пока.       — А Поттер? — Гермиона повернулась к Драко и в ее глазах отразились языки пламени, будто горящий янтарь.       — Ублюдок Поттер посчитал, что добытая через нас информация стоила жертв. Мы оказались всего лишь подсадными утками.       Драко так и остался стоять между двух кресел для отдыха, наблюдая, как Грейнджер доходит до лестницы вниз. Он не знал, что сказать, не понимал, что чувствует. Казалось, его мохнатая проблема — пустяк по сравнению с тем, что случилось с Ноттом и Грейнджер. По крайней мере, он жив.       — Не жди меня сегодня. — последняя фраза, брошенная уже с середины лестницы, и спустя пару минут Малфой услышал, как хлопнула дверь амбара. В комнате температура тут же поднялась до комфортной, а хлеставший в окна дождь превратился в легкую лондонскую морось.       Драко прошелся пятерней по волосам, стараясь привести мысли в порядок, и направился на выход. Первым делом ему нужна палочка.