Глава 3: Шинсо

«Минору Минета больше не будет продолжать свое геройское обучение в старшей школе UA». В классе на мгновение воцарилась тишина, прежде чем Каминари заговорил. «Подождите, так его что, на самом деле исключили?» Шото взглянул на парту рядом с ним, где Момо смотрела прямо перед собой на своего учителя с нейтральным выражением лица. Она уже знала, что это произойдет. Шото был там, когда она говорила с другими девочками в классе и убедил их наконец высказаться. Это не заняло много времени, осознание того, что они все поддерживают друг друга, придало им смелости составить официальное письмо с жалобой. Они все были очень признательны за предложение Шото о поддержке, если она им понадобится, но они не нуждались в ней. Оказывается, Айзава уже давно ждал законной причины, чтобы исключить Минету. «Да, Каминари», — проворчал Айзава. «Мы сейчас рассматриваем несколько кандидатов с общеобразовательных и вспомогательных курсов, чтобы определить, кто займет его место». Каминари встал со своего места. «Шинсо переходит в класс 1-А?» Глаза Айзавы сверкнули. «Каминари», — раздраженно прорычал он. Мальчик смущенно сел обратно. Когда вечером они вернулись в общежитие, большая группа учеников 1-А класса собралась в общей зоне. «Давайте проясним: даже если Яойрозу знает причину исключения Минеты, это не значит, что она обязана отвечать на ваши вопросы. Так что, пожалуйста, дайте ей пространство!» Момо вздохнула со своего места на диване. «Спасибо, Иида, но все в порядке. Класс заслуживает знать правду». Остальные девушки, которые были там — Джиро, Урарака и Цу — кивнули. Момо глубоко вздохнула и начала кратко перечислять, насколько плохими стали извращения Минеты. Она умолчала о худших моментах, но все понимали последствия. Другие девушки вскакивали тут и там, объясняя свой собственный опыт. К концу их одноклассники остались в ошеломленном молчании. Бакуго был красным, его ладони искрились от гнева. Рядом с ним Киришима имел совершенно незнакомое выражение на своем обычно мягком и выразительном лице — полный каменный гнев. Каминари побледнел, а Иида виновато уставился на свои туфли. Он был первым, кто что-то сказал. «Мне жаль, что я не заметил, насколько все стало плохо. Как представитель вашего класса я чувствую, что не смог защитить вас всех от вашего права учиться без притеснений». Урарака протянула руку и положила ее ему на плечо. «О, Иида, все в порядке. Ты не мог знать. Но мы ценим твою поддержку», Лифты издали пронзительный звон, прерывая их разговор. Двери разъехались, и показался сам Минета, волочащий за собой остатки своих вещей в чемодане. Он замер, заметив враждебные взгляды всех своих бывших одноклассников. Токоями заговорил из темного угла комнаты. «Ты отвратительное, мерзкое подобие человека. Ты заслуживаешь гнить в самых темных ямах проклятия». Минета пробормотал: «Ох, ребята! Это было просто поспешное решение, я ничего не имел в виду!» «Каждый раз?» — вскипел Бакуго. «Ч-что?» «Это было плохое решение КАЖДЫЙ РАЗ, когда ты решал попытаться прикоснуться...» — он сделал движение к Минете, но его удержал Киришима. Бакуго попытался вырваться из хватки Киришимы, но тот держался крепко, несмотря на взгляд рыжего, который говорил, что он не хочет ничего, кроме как отпустить и позволить Минете страдать. Даже Каминари не хотел встречаться глазами с Минетой. Когда в тот день он вышел из дверей общежития класса 1-А, это был последний раз, когда кто-либо из них видел его. «Хорошее избавление», — подумал Шото.

***

В те выходные Шото был совершенно один. Такого не случалось очень давно, но после драмы с Минетой в прошлый понедельник все решили, что им нужно немного пространства. Неудивительно. Звук открывающихся в тишине входных дверей в прошлом напугал бы Шото, но теперь нет. Айзава и некоторые другие учителя тоже жили в кампусе, поэтому по выходным они время от времени приходили, чтобы проверить студентов, которые все еще были там. Шото поднял глаза от своей книги и увидел, как Айзава поставил небольшую стопку коробок на пол, затем открыл дверь, чтобы позволить Сущему Мику вкатить тележку с еще несколькими коробками и предметами мебели. Сущий Мик был почти неузнаваем поначалу, так как его длинные волосы не были уложены гелем, а его простая футболка и рваные джинсы были далеки от шипов и кожи, которые Шото привык ассоциировать со своим учителем. За ним шагал мальчик его возраста с непослушными фиолетовыми волосами и усталым выражением лица, также несущий свою собственную коробку. О, это был тот парень из общеобразовательного курса с умственными способностями, который тренировался с ними. Как его звали? Шимида? «Шинсо, давай, положи эту коробку на тележку, я могу взять еще одну». Ах, Шинсо. Он был близко. «Тодороки», поприветствовал Айзава. «Привет, сенсей». Шото встал и подошел к ним троим. «Я уверен, ты помнишь Шинсо? Он переводится с общеобразовательного курса, чтобы занять место Минеты. Шинсо, это Тодороки». «Приятно официально познакомиться с тобой, и добро пожаловать в наш класс», — Шото слегка поклонился. Шинсо кивнул. «Мне тоже приятно познакомиться». Внезапно из лифтов раздался грохот. Айзава повернул голову в сторону шума и глубоко вздохнул. «Мик, ты в порядке?» — крикнул он. Громкий голос Сущего Мика ответил: «Отлично, Шо! Только что потерял коробку сверху». «Нам лучше пойти и помочь ему, пока он не сломал все твои вещи, Шинсо». Шинсо поморщился. Шото не очень хорошо его знал, но он выглядел немного ошеломленным. «Айзава-сенсей, может быть, я мог бы провести для Шинсо экскурсию по остальной части здания, пока вы помогаете?» Айзава посмотрел на двух парней, прежде чем кивнуть. «Ладно». Он повернулся и ушел, оставив неловкое молчание позади себя. Шото хотел дать Шинсо отдохнуть от всех этих переездов, но он забыл, что здания общежития общеобразовательного курса, вероятно, идентичны зданиям Курса героев. Шото прочистил горло. «Э-э, я думаю, тебе не нужна экскурсия, не так ли?» Шинсо пожал плечами. «Да, это почти то же самое здание. Но ты все равно мог бы мне его показать, рассказать о правилах кухни и прачечной или о чем-то еще», Итак, вот что сделал Шото, начав с кухни. Он перечислил список в основном негласных правил, которые начал разрабатывать 1-A; любая еда без названия была честной игрой, Сато часто пек что-то для всего класса, так что если он что-то забыл, угощайтесь сами, и не рекомендуется пытаться использовать кухню одновременно с Бакуго, если только вы не хотите умереть или вас не зовут Киришима Эйджиро. Решив, что на кухне они закончили, Шото молча повел их в прачечную. В лифте, спускающемся в подвал, Шинсо наконец что-то сказал. «Ты не очень разговорчив, да?» Шото пожал плечами. «Думаю, нет. Но ты тоже не очень много разговариваешь». Шинсо отвернулся. «Ну, многие люди предпочитают именно так», Наступила пауза, прежде чем Шото вспомнил спортивный фестиваль и понял, что он имел в виду. «О, из-за твоей причуды?» Он долго смотрел на Шото под флуоресцентными лампами прачечной, глаза подозрительно сузились. «Да. Почему ты не боишься, что я использую на тебе свою причуду?» «С чего бы мне это?» — спросил Шото, немного опешив от вопроса. «Большинство людей такие. Если ты поговоришь со мной, я могу завладеть твоим разумом. Это причуда злодея». «Если ты решишь стать злодеем, то, полагаю, так и будет. Но теперь ты на пути к герою, у тебя те же цели, что и у меня, и ты хочешь спасать людей. Не думаю, что мне нужно бояться, что ты используешь свою причуду против меня», Шинсо не ответил, но его плечи потеряли часть напряжения. «Кроме того», — добавил Шото с горечью, — «у меня с отцом есть половина причуды, и это довольно мерзко. Ты ведь меня не боишься, правда?» Шинсо улыбнулся, жест с множеством зубов, который казался почти жутким, но в то же время искренним. «Ну, немного». Ужас пробежал по венам Шото. «Что?» «Ну, ты вроде как лучший в своем классе, сын нынешнего профессионального героя №1, и ты ведешь себя тихо, что немного пугает». «Это не мое намерение, я…» Шинсо тихонько усмехнулся. «Все в порядке, Тодороки, я не такой уж и злодей, который боится тебя. Просто… теперь ты мой одноклассник, и мне придется постараться, чтобы догнать тебя. К тому же, многим нравится молчаливое выступление, они находят его очаровательным. Тебе бы послушать, как девчонки из моего класса на тебя хвалят. Это немного жутко». Шото неловко заерзал на месте. «Но, э-э, я полагаю, твой старик не такой уж замечательный человек, каким его представляют по телевизору?» «Нет, на самом деле это не так». Шинсо задумчиво кивнул. «Я понял. Мои мама и папа тоже не были святыми. И я достаточно долго вращался в системе, чтобы увидеть свою долю неблагополучных семей». «Ты приемный ребенок?» «Да. С шести лет». «Как твои приемные родители относятся к твоему переходу на курс героя?» «Ну, паре, с которой я сейчас, все равно, но… Айзава и его партнер работают над тем, чтобы взять меня к себе. Они, очевидно, очень рады за меня». Я знал это, подумал Шото, когда они поднимались обратно на лифте. Шинсо и Айзава были слишком похожи, чтобы Айзава не испытывал к нему особой симпатии. Хотя поначалу Шото ожидал больше ситуации внебрачного ребенка... но он согласился на то, что был отчасти прав. Принеся последние вещи Шинсо наверх, Мик и Айзава пожелали подросткам спокойной ночи. Когда Мик потянулся к двери, взгляд Шото поймал блеск золотого кольца на его безымянном пальце. Был ли Мик женат? Если подумать, Шинсо также упомянул, что у Айзавы тоже был партнер. Шото так многого не знал о своих учителях, несмотря на то, что провел с ними так много времени. «Шинсо, обязательно поешь сегодня вечером», — крикнул Айзава, уходя. «Да, да, конечно». Айзава закатил глаза, но не стал проталкиваться дальше, следуя за Миком через парадную дверь в прохладный вечер. Как только за ним закрылись тяжелые дубовые двери, Шинсо повернулся к Шото. «У тебя есть лапша быстрого приготовления?»

***

Прошел всего час с тех пор, как они расстались — Шото вернулся в свою комнату, а Шинсо остался внизу и съел лапшу, которую ему дал Шото, — прежде чем Шото сам почувствовал голод. Он не мог видеть из кухни, но слышал, как Шинсо смотрел фильм в гостиной. Вооружившись собственной чашкой лапши и парой палочек для еды, Шото побрел к дивану, чтобы посмотреть, что смотрит Шинсо. Но, приблизившись, он заколебался. Стоит ли ему беспокоить Шино? Он просто вошел. Они тоже не были настоящими друзьями, так что, возможно, он предпочел бы, чтобы его оставили — «Ты когда-нибудь видел этот фильм?» Тихий голос Шинсо вырвал Шото из собственных мыслей. «Нет, не видел». «Я тоже. Я слышал, что это должно быть довольно ужасно. Ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь», Шото тихонько подошел и сел на противоположной стороне дивана. Он еще не двинулся, чтобы поесть, сидя довольно напряженно в присутствии своего нового одноклассника. Шинсо казался расслабленным, хотя тусклый свет в комнате не помогал скрыть темные круги под глазами. Может, страдал бессонницей. Бог знает, в классе 1-А таких было много. Медленно, как только стало очевидно, что Шинсо действительно не против его присутствия, Шото расслабился и позволил своему вниманию отвлечься на фильм. Вот тогда Шинсо и выдал свой первый саркастический комментарий. «Разве он не говорил, что никогда не сделает этого за миллион лет? Буквально две секунды назад? И вот он здесь, делает это. Нерешительность этого парня — не единственная причина, по которой у нас есть сюжет». Это была, по сути, единственная причина, по которой у них был сюжет. А в следующем фильме, который они посмотрели, сюжет был обусловлен еще одним плохо прописанным персонажем и его плохими решениями, к комментариям по которым в конце концов присоединился и Шото. Вскоре они уже были на третьем фильме за вечер, взятом прямо из верхней части статьи Buzzfeed «Двадцать худших фильмов всех времен, которые заставят вас содрогнуться». Теперь они открыто обсуждали фильм, критиковали, шутили и смеялись над плохой игрой актеров и визуальными эффектами. Когда Шото наконец объявил об уходе, Шинсо искренне пожелал ему спокойной ночи. «Спасибо за экскурсию. И за лапшу. И за просмотр фильмов со мной». «Конечно. Спасибо, что пригласили меня посмотреть с тобой». Шинсо кивнул один раз, а затем снова повернулся к телевизору, просматривая что-то еще на Netflix. Шото наблюдал, как он устроился, придвигая одеяло на коленях ближе к себе. Он выглядел комфортно, непринужденно. Единственное, чего не хватало на этой картинке, подумал Шото, так это остальной части класса 1-A, устраивающейся, чтобы посмотреть фильм вместе с ним. Шинсо выглядел бы совсем как дома.