Срочный больничный. (Постканон)

Дверь кабинета Шефа АСМЕ с тихим шипением раздвинулась, и Чейз Девино вошел с выражением лица, которое он считал предельно правдоподобным для человека, страдающего от внезапного пищевого отравления. Он даже слегка сгорбился, одной рукой сжимая воображаемый живот, другой протягивая листок с печатью медработника АСМЕ. — Шеф, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал слабее обычного, — доктор настаивает на постельном режиме до понедельника. Возможно, те креветки в столовой... Тамара Фрейзер не подняла глаз от голографических отчетов, плавающих перед ней. Ее губы тронула едва заметная улыбка. — Девино, — произнесла она ровно, наконец посмотрев на него. Ее взгляд был таким проницательным, что Чейз невольно выпрямился. — Если бы я выдавала поощрение за упрямство, вы бы давно возглавляли список. Но за попытки обмануть начальство — увольняют. Особенно когда "болезнь" совпадает с пятничным рейсом в Буэнос-Айрес. BA 701, если я не ошибаюсь? Чейз замер. Он привык, что Шеф знает все, но билеты? — Я... это профилактический осмотр, — попытался он, но Шеф махнула рукой, рассеивая голограммы. — Перестаньте корчить эту жалкую гримасу. Вы здоровы как бык, и ваши "креветки" — такая же ложь, как и ваши отчеты о расходах на такси в прошлом квартале. — Она откинулась в кресле, скрестив руки. — Кармен вас ждет? Тепло разлилось по груди Чейза при упоминании ее имени, но он сдержал улыбку. — Она печет эмпанады с матерью, — пробормотал он, невольно выдавая себя деталью, о которой не планировал говорить. — Карлотта учит ее семейным рецептам. А Кармен... она волнуется, если я опаздываю. Шеф вздохнула, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. — Зари считает, что вы теряете бдительность. Что роман с бывшей воровкой — это как обнимать ежа в бронежилете. — Она сделала паузу, изучая его реакцию. Чейз нахмурился, но не стал защищаться. Зари, как и Джулия тоже, уже высказала ему все лично — жестко, по-деловому, с цитатами из психологических пособий. — Кармен больше не вор, — твердо сказал он. — Она сажает розы на балконе и боится забыть полить герань. Ее главное преступление сейчас — пересолить суп. — И все же, — Шеф подняла палец, — если вы пропустите совещание в понедельник из-за "герань", я лично отправлю Зака и Айви в Буэнос-Айрес с проверкой вашего "отравления". Они до сих пор думают, что вы летаете туда играть в покер со старыми друзьями из Интерпола. Чейз едва сдержал смешок. Зак, вечно голодный, наверняка сгоряча обыскал бы всю квартиру Кармен в поисках закусок, а Айви заметила бы фотографию в спальне — ту, где он и Кармен смеются, обсыпанные мукой на кухне Карлотты. — Понедельник. К девяти, — поклялся он, сердце уже стучало в такт воображаемому гулу самолета. — Я привезу вам тех самых эмпанад. С зеленым соусом от Кармен. — Соус оставьте себе, — Шеф снова уткнулась в отчеты, явно закончив разговор. — И, Девино? Теплый ветер с Ла-Платы — не оправдание для растрепанного вида на работе. Кармен явно слишком снисходительна к вашему внешнему виду. Чейз уже почти вышел, когда ее голос остановил его: — И выбросьте этот фальшивый больничный. Доктор Купер в отпуске, а его подпись вы подделали так криво, что даже Зак заметил бы. Дверь закрылась за ним. В коридоре Чейз позволил себе широкую ухмылку. Он достал телефон, набирая знакомый номер. — Chérie, — сказал он, забыв о сдержанности, как только услышал ее голос в телефоне. — Готовь чеснок. Шеф дала мне 48 часов... и я намерен потратить их, доказывая, что твоя паста-аль-олио лучше, чем у всех шеф-поваров Парижа. Из трубки донесся смех — легкий, чуть насмешливый, тот самый, что заставлял его забыть о всех отчетах АСМЕ на свете. — Только если ты почистишь креветки сам, инспектор. Мама говорит, что в прошлый раз ты чуть не отрезал палец... За стеклянной стеной кабинета Тамара Фрейзер покачала головой, глядя, как ее некогда самый упрямый агент почти бежит к выходу, забыв даже имитировать болезнь. На столе лежал его "больничный" — с нелепо подделанной печатью. Она сунула листок в шреддер. — Любовь, — проворчала она с тёплой улыбкой себе под нос, включая связь с Шэдоу-саном. — Единственный вирус, против которого у АСМЕ нет вакцины.