Хороший друг. ❤️

Крохотная квартирка Чейза Девино в Пуатье больше походила на штаб-квартиру таксидермиста, переживающего кризис среднего возраста. Посередине комнаты, застыв в неестественной позе, скрипел зубами сам хозяин. Его лицо выражало такую муку, будто он пытался победить в схватке с невидимым противником, а противник пока что побеждал. — Проклятый диван! Проклятая старая квартира! Проклятый сквозняк! — он попытался разогнуться, но резкая боль в пояснице заставила его снова согнуться пополам с тихим стоном. В этот момент из приоткрытого окна с лёгким шелестом проскользнула алая тень. Кармен Сандиего приземлилась на ковёр бесшумно, как кошка. Она окинула взглядом сцену: знаменитый агент ACME, гроза международных преступников, был повержен собственным опорно-двигательным аппаратом. — Девино, — произнесла она, едва сдерживая смех. — Новый тактический приём? «Поза побеждённого бульдога»? Чейз вздрогнул от неожиданности и тут же вскрикнул от боли. — Сандиего! — он попытался принять грозный вид, но это только усилило комичность его положения. — Как всегда, вовремя! Чтобы позлорадствовать! Я сейчас… я просто… ААА! — очередная попытка пошевелиться закончилась провалом. Кармен, покачивая головой, приблизилась к нему. Её пальцы сами потянулись к его пояснице. —Успокойся, герой. Двигаться тебе сейчас противопоказано. Где болит? Здесь? Её прикосновение было удивительно мягким и профессиональным.Чейз замер от неожиданности. Он ждал насмешек, погони, очередной её дерзкой уловки. Но не… заботы. — Ты… что делаешь? — пробурчал он, всё ещё пытаясь сохранить подобие достоинства. —Спасаю тебя от самого себя. Как обычно, — она аккуратно, но уверенно надавила на спазмированную мышцу. — Расслабься. Ты деревянный весь. Прямо как твои детективные догадки иногда. Он хотел огрызнуться, но вдруг её пальцы нашли именно ту точку, где боль была особенно острой. Неожиданно для себя он застонал от облегчения. — Ох… Да, вот тут… Кто бы мог подумать, что у неуловимой Кармен Сандиего золотые руки… — У меня много талантов, Девино. О которых ты даже не подозреваешь, — она продолжила массаж, её движения были точными и уверенными. Постепенно напряжение в его спине начало отпускать. Чейз, почувствовав себя почти человеком, не выдержал и начал болтать. Это было его привычкой — заполнять словами любое неловкое молчание. — Вот ведь незадача, да? Ты — преступница, я — агент правопорядка. А ты тут мне спину трёшь. Мир сошёл с ума. Хотя… Спину ты трёшь прекрасно, ничего не скажешь. Настоящий профессионал. Может, бросишь своё преступное ремесло? Откроешь массажный салон? «Красный салон Сандиего»… Звучит! Кармен лишь усмехнулась, сильнее надавив на очередную напряжённую точку. — А кто же тогда будет тебя спасать от тебя самого, Девино? Кто будет за тобой прибирать, когда ты снова устроишь погром в погоне за мной? — Погром? Это я называю тщательным обыском! — он наконец смог медленно, осторожно перевернуться на спину и посмотреть на неё. Его выражение лица смягчилось, стало почти благодарным. — Спасибо, Кармен. Серьёзно. Ты… ты такой хороший друг. Вот бы мне такую девушку! Воздух в комнате застыл. Улыбка на губах Кармен исчезла мгновенно. Она отстранилась, будто её ошпарили. Её глаза, только что светившиеся весёлым огоньком, потемнели и стали холодными. — Друг? — её голос прозвучал тихо и колко. — Я тебе друг, Чейз? Он не понял ничего, продолжая улыбаться своей нелепой, доброй улыбкой. — Ну да! Кто же ещё будет так заботиться о старом зануде с больной спиной? Пусть и с помощью не совсем законных методов… Она резко встала, отряхнула ладони о красное пальто. — Поздравляю, Девино. Ты только что поймал самое неуловимое — возможность никогда больше не почувствовать мои «золотые руки». Друг… Она бросила это слово с такой ядовитой горечью, что до Чейза наконец начало доходить. Его улыбка потухла. —Кармен? Я что-то не то сказал? — Всё ты сказал правильно. Абсолютно. Как всегда, — она уже была у окна, её силуэт чётко вырисовывался на фоне лунного неба. — Развлекайся дальше со своим диваном. И со своим одиночеством. Надеюсь, они составят тебе хорошую компанию, друг. И прежде чем он успел что-либо понять или сказать, она исчезла в темноте. Чейз лежал на полу, чувствуя себя самым большим идиотом во всём Пуатье, да, пожалуй, и во всей Франции. Спина болела уже гораздо меньше. Но в груди появилась новая, непонятная и очень неприятная боль. — Ну и ладно! — вдруг крикнул он в пустоту, пытаясь вернуть себе хоть каплю уверенности. — Я всё равно тебя поймаю! Обязательно поймаю! И тогда мы выясним, кто тут друг, а кто нет! Он попытался подняться, чтобы броситься в погоню, но спина снова напомнила о себе острым уколом. С громким «ААА!» он снова рухнул на пол, в очередной раз побеждённый — то ли своей спиной, то ли собственным неумением говорить с женщинами, которые ему нравятся. А поймать её он, конечно же, снова не успел.