Часть 2

Соколов зашёл в ординаторскую, тщательно умылся, причесался и вернулся в кабинет. Посмотрел на часы - цветочный магазин уже открыт. Из сейфа достал бархатную коробочку, из-под стола - бумажный пакет с плюшевым медвежонком, вызвал такси. По дороге купил два букета. Максимально тихо вошёл в квартиру, разулся, сбросил пальто и отправился на поиски ваз. Через несколько минут цветы оказались в комнате, в поле зрения его девочек. Женя и Ксения ещё спали. Безмятежно и крепко. Женя даже улыбалась, хочется верить, что ей снится что-то хорошее и лёгкое. Илья и сам улыбнулся, посмотрел на дочь, поправил на ней одеяльце, подошёл к жене, невесомо поцеловал её бархатную щеку и вышел. Под душем ощутил, что весь груз ночных мыслей и неприятных открытий начинает растворяться, перед уходом настроив его на разговор. "Будь мужчиной, тебя девушка ждёт" - прозвучал в ушах любимый голос. Как она правда, он словно забыл, что мужчина в семье - он, Соколов Илья Анатольевич. Едва вышел, как услышал негромкое: - Илюш? Ты дома? Женя полулежала в постели, приподнялась на локтях и сонно щурилась, пытаясь проснуться. В секунду оказался рядом: - Женечка, родная, доброе утро. Ты чего так рано? Я разбудил? - целовал её сонное, тёплое ото сна лицо. Потёрся носом об её носик. Поймал её губы в свой плен. Она лежала на спине и блаженно улыбалась с закрытыми глазами, дыхание было тяжёлое. Она так и не открыла их по-человечески. Илья лежал рядом на боку и целовал её волосы, лицо, шею. - Илюшка... - Я тут. - переплели пальцы.- Ксенька скоро проснётся? - А который? - Полдевятого. - Ого, это она заспала, что-то. - Женя открыла глаза и зашевелилась, пытаясь хотя бы сесть в кровати. - В честь шести месяцев? - муж оторвался от неё и, сделав шаг, взял на руки мирно посапывающую дочурку. Поцеловал и рассматривал. Тем временем Женя смогла сесть, нащупать ногами тапочки, натянула на себя тёмно-синий, невероятно шедший ей шёлковый халат и пошлепала в ванную. Тут захныкала Ксюшка и папа принялся её баюкать, но от голода это не помогало. Женщина быстро вернулась, взглядом наткнулась на букет любимых цветов на прикроватной тумбочке, чуть повернула голову, поняла, что муж стоял с притихшей дочерью у неё за спиной, ощутила его руку у себя на талии: - Спасибо большое, родная, что ты со мной. И ещё большее спасибо за нашу кроху. - прошептал на ухо, целовал её шею, медленно переходил на лицо. - Илюшка...- горло перехватило. Сказать что-то ещё не могла. Она до сих пор не привыкла, что он дарит ей цветы и маленькие безделушки. Хотя, это далеко не первый букет за эти полтора года. И цветы эти были искренние, открытым знаком внимания, а не как у её бывшего - демонстративным жестом, а сам... Так, всё, у неё уже новая жизнь, с любимым человеком, с чистого листа. С любимым человеком и самой любимой дочерью. Молча забрала у него малышку, села на диван и приложила Ксюшу к груди. Девочка активно зашевелила крохотными губками. Соколов осторожно и чуть неуклюже устроился за спиной Жени, откинул её себе на грудь, обвил её руки своими, поддерживая. Целовал её волосы и рассматривал обеих. Жаль, что со спины не получается заглянуть в эти волшебные глаза и понять. Девочка не успела насытиться, как оповестила о мокром памперсе, и папе пришлось выбираться за ванночкой с тёплой водой, полотенцем и чистым подгузником. Краем глаза Илья заметил, как жена торопливо и немного стыдливо запахивается. Привели дочь в порядок и она умиротворённо заснула. - Ночью не спала? - Спала. - Женя подошла к окну. - Снежок пошёл, может, поэтому. - повернулась лицом к супругу. - Спасибо большое за цветы. Илья подошёл к ней, взял за руки, заглянул в глаза: - Жень, я... Я люблю тебя. Очень сильно. - увидел, как расширились её зрачки. Понял - испугалась и ждёт подвоха. Обнял и заговорил быстрее. - Я люблю тебя. Знаю, я не самый надёжный человек, - она отрицательно покачала головой. - но я люблю тебя. И с момента нашего знакомства у меня есть только ты. Никого больше. И никогда не будет. Не бойся, слышишь? Я провёл работу над ошибками. И все учёл. Спасибо, что вытерпела меня. И что всегда на моей стороне. Она запустила пальцы в его волосы и ласково перебирала. Глаза в глаза. Из её опять текут слёзы. Он молча вытирал их пальцами. В его глазах - искренние раскаяние и любовь. - Идём завтракать, тебя надо покормить и уложить спать. Ты с дежурства. - негромко, хрипловато и ласково проговорила Женя. - Мг. - притянул к себе. Поцелуй был жадным. В зоне кухни её ждал накрытый на двоих стол. Женя лукаво улыбнулась, но ничего не сказала, ей нужно было прийти в себя от его слов. Он ответил на её внутренние страхи. Но успокоило ли это её? Она видела, что его что-то мучает. - Овсянка, мэм. - спокойно улыбнулся Илья, поставил перед ней дымящуюся тарелочку и усадил. - На второе - яйцо пашот, на воде, без уксуса, я помню. - поцеловал её ладонь. - Тебе бы что-то посущественнее. Есть ещё плов, в холодильнике. - Не хочу, спасибо. Плов очень вкусный, родная, спасибо. Чего-то полегче хочется. Приятного аппетита. - поставил перед ней тарелку с четырьмя кусочками белого хлеба и яйцами. Ели молча, лишь переглядываясь. Соколов мыл посуду, не подпустив Евгению. Она любовалась его движениями: - Это хорошо, конечно, но ложись спать. Отдохни. - Не устал. Ночь практически спокойная была, под утро только одного привезли и всё. И тот, относительно лёгкий. - присел перед женой, взял её руки в свои и, глядя ей в глаза, целовал. - Я скучаю, Жень. - Я тоже. Но ты дома. Пар сегодня нет? - Нет. Через три дня сессия и всё, закрыл. Не думай ни о чём. Она грустно покачала головой. Илья понял правильно. - Есть разговор, ты права. Не срочный. Сегодня или завтра? Не будем портить праздник? - Виновница торжества сладко спит. - Женя вся собралась и сжалась. Мужчина улыбнулся: - Только с её появлением я понял значение этого выражения. Встал, потянул её на себя, поцеловал, подхватил на руки и занёс обратно в комнату. Уютно устроились в объятиях друг друга, переплели пальцы. Вторая его рука обняла её плечи, словно закрывая от всего, её кисть в его волосах. Разорвать их сейчас было невозможно без взаимных увечий. Женя уткнулась лбом в щеку Ильи. Терпеливо ждала, хотя сердце трепыхалось испуганной птичкой. Он ощущал это: - Всё хорошо, Жень, всё хорошо... Я рядом. Я всегда рядом. - замолчал. - Я никогда тебе не рассказывал о своей семье, а ты деликатно не спрашивала. - Женя молча пожала плечами и криво усмехнулась, что означало, раз ты не говорил, значит, так надо было. - Женька-Женька... - в его глазах опять стало подозрительно мокро. - Спасибо огромное, что ты со мной... - горько усмехнулся и замолк ненадолго. - Я - сирота. Родители погибли, когда мне было девять, сестре - семь с половиной. Четыре года нас воспитывала тётя Лиза, я рассказывал. - ощутил, как жена кивнула и крепче сжала его пальцы. - Потом мы очутились в детдоме. Не буду ничего рассказывать. Я только пообещал себе вырваться из того болота и чего-то достичь в жизни. Не обязательно стать олигархом, но заниматься любимым делом. Я учился день и ночь, зубрил, читал наперёд, изучал дополнительный материал по всем необходимым предметам. Не буду рассказывать, как в школе относятся к сиротам, не надо, но я был круглым отличником, честным, без блата. Чтобы как-то заглушить боль принялся лет с тринадцати читать всё на тему медицины. Нет, я не стремился понять, была ли врачебная ошибка, нет. Я просто решил для себя спасать людей. И делать для этого всё. С Инной до смерти родителей мы были довольно близки. После - каждый из нас закрылся в своём мире. Психолог был в детдоме не ахти какой, занимался нами для проформы. Я относительно быстро забыл, что был домашним ребенком, детдом этому очень способствует. Что такое любовь и как это - любить, я узнал только благодаря тебе и с тобой. - поцеловал её волосы. - Там я и научился отстаивать свою точку зрения. Уметь нападать первым, пока не ударили. Вынужденно. - его рука сжала её плечо. С ней так спокойно. - Женя, Женечка... Будешь смеяться, но я перечитал все библиотеки, которые попадались: детдомовскую, районную. По медицине, в смысле. Вплоть до энциклопедий. Потом, когда поступил, университетскую, по своей специальности и по смежным. Иногда ночи напролёт. Не всегда всё понимал, но читал. Практически запоем. В универе познакомился с... ней. - Илья старался стереть из их обоюдной памяти имя Ланы. Поцеловал Женю в лоб, вернулся в исходное положение, прижал любимую женщину к себе. - Избалованная дочь великого ученого и врача. Когда она впервые привела меня в свой дом, в смысле родительский, я в первый, и наверное, последний раз увидел огромную комнату сугубо с книжными шкафами. Книг было море. Вот тут я и сдулся. Я старался читать как можно больше, но книги не кончались. - оба усмехнулись. - Я отвлёкся. Она первая предложила встречаться в том смысле, что не просто гулять, а в чём-то большем. Я как-то и не задумывался. Стал чаще бывать в их доме, естественно, это было интересно, сам профессор Ланской что-то рассказывает. Старался всё впитывать. Он стал меня выделять из толпы студентов, со временем, не сразу. Хочется верить, что не из-за дружбы с его дочерью. - замолчал. Оторвался от жены, взял её лицо в свои руки. Глаза в глаза. - Жень, я люблю тебя. Тебя́. - Я знаю. - Женя не могла этого объяснить, но с самого начала страшного конца Ланы, даже ещё с момента её появления в их жизни, тогда ещё Королёва знала, что Илья любит именно её, Евгению Павловну. Пусть они и цапались, дразнили друг друга этими никому не нужными и нелепыми недоотношениями, она со Степаном, он с бывшей невестой. Даже когда он впал в депрессию, их продолжало тянуть друг к другу. Они не стали чужими, хоть со стороны казалось именно так, внутри каждый знал, что второй обязательно будет рядом. Пусть не вместе, но рядом. Любя друг друга, несмотря на разницу в возрасте. Женя прекрасно понимала, что у Ильи должна быть ровесница, а не она. Но от одной только мысли, что с ним будет кто-то, а не она, ей становилось физически плохо. Если бы она знала, что Илья находился в таком же состоянии. И чувствовал то же самое. Не зря же говорят, что легко любить когда всё хорошо, сложнее, когда в жизни случаются бури. Но именно тогда и нужно любить. Любить сильнее. Вот она и любила. Сердце обливалось кровью, когда он ушёл в запой. Но в тот момент, когда он оперировал с похмелья, а она стояла за стеклом операционной, она его любила, была готова влететь во внутрь и подхватить, если что. Да, готова была прибить, влепить выговор, но любила. И прикрыла бы перед любой проверкой. - Женя... - повторил Соколов словно мантру. - Я не помню, хоть и пытался вспомнить, как и когда мы стали жить с ней вместе. Наверное, она, как всегда, просто приехала ко мне с чемоданом. И с того момента стала считать себя моей невестой. Но я не спешил делать ей предложение. Не потому что "не нагулялся" как говорится, а просто... Это я сейчас понимаю, что она не была моим человеком. Но спустя время мне тонко намекнула её мама, что пора узакониваться. У меня ординатура, карьера. А потом она изменила мне. За несколько дней до свадьбы. Шикарной, никому не нужной. Моя сестра приняла её сторону, мол я не уделяю ей должного внимания, вот она и... Евгения Павловна негромко хмыкнула, она не понимала, не принимала и не могла принять оправданий измене, хоть и говорила Илье в своё время, что в измене Степана есть и её вина. Нет, если бы он любил, не изменял бы. - Согласен. - помолчал, пожевал щеку, поцеловал волосы жены, откинулся на подушку, крепче прижал к себе любимую женщину. Женя немного п повозилась, устраиваясь поудобнее, положила голову ему на одно плечо, на второе руку и приготовилась слушать дальше. - Женечка моя... - небольшая пауза, мужчина собирается с мыслями. - Мы расстались, это было осознанно с моей стороны, не фырканье ребёнка, а осознанное и взвешенное решение. Я продал московскую квартиру. Спасибо покойному Ланскому, он пристроил меня к вам завотделением. Оба улыбнулись, вспоминая одно и то же. - Я обрадовался, это отличная возможность проверить себя. А оказалось, что это - огромное счастье. Ты. - поднял её голову и прикоснулся к женским губам. Время перестало существовать. Женя встала, проверила дочь и разбушевавшуюся за окном вьюгу и вновь нырнула в объятия мужа. Крепко обняла его сама. Понимала, что спать он не будет. - Инна в девятнадцать лет вышла замуж, он старше её лет на пятнадцать. Приличный бизнесмен. Баловал, словно ребёнка. Когда я уехал сюда, она окончательно переехала к мужу в Сербию, кажется. После того, как мы.... - переформулировал. - оказались с ней по разные стороны, мы не общались. И не общались все эти годы. Вчера вечером она позвонила мне. Номер-то я не менял. - Это и была твоя деловая встреча? - нейтральный голос. - Да, любимая, прости. Я побоялся, что она начнёт караулить или под больницей, а с нашими сплетниками, сама знаешь. Или, что гораздо хуже, проследила бы за мной до дома и увидела тебя с Ксенькой. Поэтому и встретился с ней. Нет, я ни в коем случае не хочу, чтобы вы встретились. Она может наговорить много обидных, тебе так вообще незаслуженно, вещей. Не хочу. Или что-то бы сделала тебе и Ксюшке. - помолчал и продолжил хрипловато. - Я очень боюсь за вас обеих. И очень боюсь вас потерять. Женя молчала. На языке вертелся вопрос: "Ты меня стесняешься? Того, что я старше?". Но боялась, что это вызовет волну гнева мужа. А уж в день рождения дочери портить праздник не хотелось. Она была рада, что он что-то рассказывает о себе. Это первые их минуты полной откровенности, скорее даже минуты сокровенного. Они негласно установили, что всё, что было до них, там и осталось. С чистого листа, так с чистого листа. Но да, иногда прошлое напоминает о себе. Тем более, что это - единственный родной человек. Родной по крови. Дочь - это тоже родной человек, но немного другое. - Может, всё же стоит её простить? И поговорить с ней? - Нет. Не могу. И не хочу. У меня есть ты с Ксенькой. - Это здорово, но она - твоя сестра. Может, всё наладится? - Нет. - смягчился. - Нет, Жень. Там слишком много всего. Нет. Я просто тебя предупредил. Если вдруг кто-то незнакомый - не разговаривай с ней, пожалуйста. - улыбнулся. - И не пытайся пробить её своей психологией. Не тот случай, сразу говорю. - Помолчал. Прижался губами к её уху. - Жень, я люблю тебя. Не напрягайся. Я надеюсь, что мы вместе, потому что любим друг друга. - Короткая пауза. - Не придумывай себе ничего. По-моему, из-за своего надуманного возраста переживаешь только ты. И совершенно зря. Я тебя не стесняюсь, а наоборот, невероятно горжусь. Просто не хочу, чтобы тебе было больно. Во-первых, тебе не дать его, во-вторых, это всего лишь пять лет, в-третьих, в-четвёртых, в-пятых, в-шестых и так далее, ты - лучшая. И самая любимая. Я никогда от тебя не уйду, только если сама прогонишь. Я знаю, что не говорил тебе этого, но я люблю тебя. С первой нашей встречи. Только крови выпил знатно. Она молча покачала головой. - Всё нормально, это жизнь. Не бывает всё гладко. Забыл, что я - "мужик в юбке"? - горькая улыбка. - Он - кретин. - негромко. Его руки вновь сжались в кулак. - Мужик - я. А ты - девочка. Маленькая сильная девочка. Самая сильная девочка. Как ты меня не прибила тогда? - «Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит». - Женечка... Звонко заплакала Ксения Ильинична. Через время молодая семья вышла на прогулку. Илья гордо вёз коляску, властно придерживая Евгению. И никто ни со спины ни с лица не догадывался, что мужчина в этой паре младше на целых, о, ужас, пять лет.