Часть 3

На следующий день, отправив Соколова на работу, Евгения Павловна позвонила подруге. Они со Шмелёвой были настолько близки, что даже обоюдное замужество не смогло этого изменить. Пока мужчины трудились, женщины имели возможность встречаться. Тем более, что никто не был против. Ольга прихватила обоих детей, подарок для крестницы и в назначенное время нажала дверной звонок. - Ну, что, здравствуй, девичник! - задорно улыбалась анастезиолог. - Привет, мой хороший. - радостно улыбаясь в ответ поговорила Женя Пална. Бежевый спортивный костюм подчеркивал её каштановые волосы, собранные в пучок. Виделись они регулярно, минимум раз в неделю, но радость общения сохранили. - Привет, Митя. Мальчик смущённо улыбнулся и протянул ей розовую коробку с цветами: - Здравствуйте, тетя Женя, с праздником. - хотя, он и не понимал, что это за праздник такой. - Заходим, заходим. - поторопила хозяйка. - Это скорее не мне, а Ксюшке. Спасибо, хороший мой. - короткая улыбка. - Не тебе. - подтвердила подруга, поставив переноску с дочерью на пуф в коридоре. - Тебе вот. - протянула букет ранункулюсов и прозрачную упаковку с домашним тортом. - Делала сама, творожный. Нам можно. - подмигнула. - Так, раздеваемся. Тапочки на месте, ваше полотенце в ванной ждёт. А я в комнате. О, вот и Ксенька. Малышка закряхтела. Женя метнулась в комнату и взяла на руки свою любимую кроху и поцеловала в обе сладкие щёчки. Ольга с Лизой на руках и Митей рядом присоединилась к ним. Девочки принялись внимательно изучать друг друга. - Мить, на кресле коробку видишь? - ласково проговорила Женя. Мальчик кивнул.- Это тебе от дяди Ильи. Он пообещал, что приедет и будет с тобой играть, но пока он приедет... Можешь пока сам поиграть. - Правда? - огромные детские глазёнки загорелись. - Конечно. Начинай, мы подтянемся. - потрепала его по голове. - Ну, сначала вам подарок. - Оля протянула красиво упакованную куклу. - А Митю вы балуете. И папа покупает и вы. Про деда промолчу. - А он - наш крестник, право имеем. - Соколова подмигнула старшему сыну Шмелёвой. Женщины сидели в мягких светлых креслах, между ними стоял такой же светлый лакированный журнальный столик, на нём были фрукты, конфеты, торт Ольги, несколько пачек сока, чашки с чаем, тарелка с нарезанным мясным кишем. На руках у них были дочери, Лиза дремала, Ксения полулежала на плече мамы и возила ручкой по её лицу. Митя играл на полу подаренной машиной. Рядом лежали раскраски, карандашами и фломастерами в коробочках. Женщины негромко разговаривали, поглядывая на мальчика и поглаживая девчонок. На подоконнике завибрировал телефон хозяйки, Митя подскочил и протянул ей мобильный. - Спасибо большое, мой хороший. - негромко произнесла Женя, мягко улыбнулась, глядя на экран. Ответила. Ольга заметила, что глаза подруги излучают нежный тихий счастливый свет. А ведь это всего-навсего муж на проводе. Недолгий разговор окончен и Евгения снова здесь. Шмелёва внимательно посмотрела на неё: - Всё хорошо? - Да, всё в порядке. - Женя взяла дочь на руки. - Сообщил, что пообедал и поехал в университет. У него же сессия. - помолчала. Понимала, о чём молчит гостья. - Илья мне всё рассказал. - усмехнулась. - Всё рассказал, выгулял нас и завалился спать. Проснулся сегодня под утро. - И что ты думаешь делать? - Ничего. Мы договорились. - помолчала. - Он мне многое рассказал, я не имею права в это вмешиваться. - Ой ли, зная тебя. - Мы договорились. - покачала головой хирург и сделала глоток воды. - Нет, Оль. Не буду. - пауза. - У нас многое изменилось, мы изменились. Наверное впервые у меня есть муж. И я - замужем. Именно за мужем. Мой последний шанс на счастье. И я счастлива. Только с ним. - Это ты точно про нашего самоуверенного инфантила Илью? - вопрос прозвучал чуть насмешливо. Заметила недоуменно-недовольный взгляд. - Прости. Я просто многое помню. - Я тоже. Мы научились слышать и слушать друг друга. Самоуверенность - это маска, и мы с тобой это знаем. И не инфантилизм, а боль потери... - А тебе, значит, не больно было?! И не страшно?! - Ты не всё знаешь.... - негромко. Ольга подняла вверх руки: - Всё, предлагаю закрыть тему, иначе добром это не кончится. Вы вместе и слава богу. - пауза. Подняла чашку. - Давай за Ксюшку, чтобы была здоровая и счастливая. Шутливо чокнулись и принялись за еду. Девчонки к тому моменту сопели кто в кроватке, кто на диване. Митя старательно раскрашивал рисунок, который впоследствии займет место на стене в рамочке за стеклом. В комнате таких было уже несколько. У хозяйки вновь завибрировал телефон. Она посмотрела на дисплей, потом на подругу: - Евстратова. - Мне не надо. - Мне пока тоже. - Может, ей совет какой нужен? Бери. - А что я могу дома? - скороговоркой спросила Евгения Павловна, отвечая. Анна Дмитриевна услышала кусок фразы и что-то заговорила. Оля видела, как подруга чуть побледнела и напряглась. - С ним всё в порядке? ... - внимательно выслушивала говорящую. - Хорошо, я поняла. Хорошо, хорошо. Хорошо, я попробую. Хорошо, я перезвоню тебе тогда. Хорошо, до связи. Женя нажала "отбой" и в лёгком оцепенении медленно опустила руку с телефоном. - Жень, что? - встревоженно спросила анестезиолог. - Не знаю. Странно как-то. - сделала несколько глотков и набрала короткое сообщение мужу. - Аня. - Оля нетерпеливо кивнула. - В резкой форме несколько раз потребовала, чтобы я поговорила с мужем и расспросила его о том, что он сегодня учудил. Ничего не понимаю. Но с ним всё в порядке. Захныкала Ксюшка. Мама проверила памперс, встала и принялась расхаживать по комнате, убаюкивая её и успокаиваясь сама. - Так, если он в порядке, то это основное. Успокойся. Главное, успокойся. У тебя ребёнок. И его ещё кормить. Спокойно. Звякнуло сообщение. Женя тут же его прочитала и выдохнула: - Он бежит на операцию. Значит, без приключений. - Выдохни. Он - мужик. Тем более, очень упрямый. - Это-то и волнует. - Успокойся. Расскажи мне лучше, ... Подруги медленно бродили по расчищенным дорожкам, толкали перед собой коляски. Розовощекие малышки спокойной сопели. Митя лепил снеговика. - Илья - сирота. Поэтому у нас всё так... Сложно было. Он уже не помнит, что такое нормальная семья. Сейчас строит. Своё. Наше. Для нас. Начиная от наших взаимоотношений, которые мы выстраиваем вместе, до постепенного ремонта своими руками. Ольга оторопело смотрела на подругу. - Можешь не верить, но с ним спокойно. И вчера я поняла, что он всегда будет рядом. Всегда. Он не заморачивается ни с возрастной разницей, ни со статусной. - Женя помотала головой. - Я знаю его другим. Когда он ночью вскакивает к Ксюшке, моет, переодевает, укачивать, читает сказки. Мог бы - кормил грудью. Пока доедет домой раз пять спросит, всё ли у нас есть и что я хочу. - помолчала. - Никто не строит меня за отсутствие завтрака/обеда/ужина, потому что я вымоталась с нашей дочерью и уснула, как мёртвая. Не требует, чтобы я сидела дома. Он спокойно реагирует на то, что я выйду из декрета на работу. Недавно сам сказал, что я - врач "на паузе". Он в состоянии открыть холодильник, найти продукты и что-то приготовить на двоих. Себе - своё, мне - диетическое. Формулировка "мужик в юбке" вызывает в нём ярость. С ним я сама ребёнок. Когда приходят Ромка с Верой, он собирает Ксеньку и уходит гулять, давая нам возможность поговорить. Я пытаюсь его каждый раз уговорить не уходить из своего дома, тогда он уходит в другую комнату. Нет, - отрицательно качнула головой на незаданный вопрос подруги. - не демонстративно, наоборот, незаметно, не выпячивая себя, вот, мол, я дома, а тут кто-то припёрся... Нет. Он со всеми пообщается, а потом стремится дать нам своё время. - Ромка так и не смирился?- На словах - смирился, на деле, я же вижу, нет. Или не до конца. - помолчала. - Знаешь, Илья мне ещё на сохранении сказал, что он презирает себя за ситуацию с Ланой и Викой. Потому что это было предательство. Нет, он не спал с ними. Но он не был со мной. И о́н расценивает это как предательство. Предательство равно причинение боли человеку, который ему доверял. То есть мне. - И он прав! - воскликнула Ольга. Синхронно посмотрели в коляски и продолжили свой маршрут. Повернули назад. Изучали снежные скульптуры Митиного авторства. - Ого, у нас уже целая семья снеговиков намечается. - Он не прав. Каждый справляется с болью по-своему. Я ведь тоже играла у него на нервах... - Началось! Ты-то хоть себя не вини! Вывозила на себе все его детские сопли! - Ты забываешь, что они прожили вместе десять лет. Расстались на нейтральной ноте. Значит, в тот момент ему нужно было время. И одиночество. Я тоже не всё ему про наш развод со Степаном рассказывала. Это было моё личное дело. Ольга покачала головой, было ясно, что она не согласна с подругой, но влазить в это глубже не хотелось. Так можно и рассориться, что в её планы совершенно не входило. Пожалуй, только Женя и понимала её. Вновь телефонный звонок и короткий разговор с Ильёй. Женя вынула дочь из коляски и поцеловала в щёчку: - Наш папа уже в такси. Так, друзья, предлагаю вернуться домой, снег усиливается. Еле отговорила Илью от набега на магазин. - мягкая улыбка и счастливые глаза. - Может, мы успеем проскочить? - Шмелёва прикидывала что-то в уме. - Если сейчас выедем, то, возможно... - Оль, не рискуй. Свободная комната есть, памперсами и пелёнками поделимся, холодильник забит под завязку. Позвони Антону и родителям, предупреди. Только дома. Идём. Митя! - Мальчик послушно подбежал к ним - Давай домой. - Ещё две минуточки, пожалуйста... - заканючил ребёнок. - Я засекаю. - кивнула мама. Недалеко от них остановилась машина, из которой выбрался Соколов. Поднял воротник пальто и подошёл к женщинам. Кивнул Ольге и поцеловал Евгению в щёку. Поправил на ней шарф, заглянул под козырек к дочери и негромко заворковал с ней. Шмелёва поняла, что любуется им. Илья взялся за ручку коляски, Женя его под руку и все вместе поспешили домой. На ступеньках Соколов сначала поднял свою коляску и помог с дверью жене, потом тоже самое повторил с её подругой. Митя вприпрыжку побежал нажимать кнопки лифта. - Так, ваша комната в вашем распоряжении, ванная тоже. Женя скрылась в спальне. Илья тщательно умылся, вымыл руки и присоединился к ней. Послышался звонкий смех Ксении. А затем и смущённый шёпот женщины. Любопытный Митя приотворил дверь и увидел, как тётя Женя и дядя Илья в объятьях друг друга самозабвенно целовались. - Кыш! - прошептала выглянувшая в его поисках Ольга. Но, удовлетворила своё любопытство и заглянула сама. Женя смущённо отстранилась от мужа, он заправил её выбившийся локон за ушко, потёрлись носиками, Илья взял на руки Ксюшку, поднял над головой на вытянутых руках и счастливо улыбался, глядя на обожаемую кроху. Потом опустил, прижал к груди и что-то негромко ворковал. Женя одной рукой обняла его со спины, вторую, согнутую в локте, положила на плечо. Даже в щёлочку Оля ощущала, что эти двое совершенно счастливы. Этот Илья был совершенно не похож на Илью Анатольевича в больнице. Как и домашняя Женя на Евгению Павловну. Может, они действительно успели ухватить и сохранить этот последний шанс на счастье?