Часть 66

Честно говоря, я думал, будет сложнее добраться до военных. Но нет — мы добрались довольно быстро. Из всего пути единственное, что можно рассказать, — это нападение каких-то подозрительных типов. Бандиты? Может быть. Хотя… Мы убили троих, и остальные тут же разбежались. Может, они просто мимо проходили? А мы их завалили. Ну… теперь уже неважно. Ах да, чуть не забыл. Я ведь так и не рассказал одну важную штуку. Когда я сражался со своими причудами во внутреннем мире — там в небе появилась воронка. Огромная. И из неё вылезла рука ВсеЗаОдного. Она пыталась забрать мои причуды. Реально, как крюк — схватить и вытащить. Но я вдарил по ней. Так вдарил, что её отбросило обратно в эту чёртову дыру. И это повторялось несколько раз. Но я держался. И причуды, между прочим, тоже не особо горели желанием к нему идти. Теперь я точно знаю, как не отдать свою силу. О, меня уже зовут. Похоже, моя очередь. Мы стояли на последней границе между городом и нами. Просто стена с колючей проволокой наверху. Военные грамотно её устроили: если кто-то уже прошёл все блокпосты, патрули и вышки, то никакая стена его не остановит — он просто перелезет. Поэтому это скорее символ. Последнее напоминание: дальше — цивилизация. Ну, насколько она вообще возможна в этом мире. За стеной уже начинается город. А мне — на базу, в военку. К слову, нам повезло. Если бы мы пришли сюда без военных, нас бы держали тут часами, как тех бедолаг в колонне. Проверки, обыски, допросы. А с сопровождением — просто машут рукой: "Проходите". Эхх, сопровождение которого у меня нету. Я подошёл к охраннику у ворот. — Здравствуйте. Как ваше имя? В какой группировке состояли? Как добрались сюда? Кто рассказал о городе? — без эмоций выдал он, будто читая с заезженной пластинки. — Эй, — раздражённо буркнул я. — Это я, Кира! — Не знаю таких. Ответьте на мой вопрос. — Да господи, да это же я! Кира, герой со щитом! Наверное, я подошёл слишком близко. Он оттолкнул меня прикладом. — Держать дистанцию. Сэр, если вы не ответите на мои вопросы, мне придётся вас выгнать. Или застрелить. Логично. Разумно. Но, чёрт возьми, меня что, никто не узнаёт? Я что, НАСТОЛЬКО изменился? Ударить бы его. Одним хорошим ударом. Мне кажется, он бы не встал после такого. Он, кажется, почувствовал моё настроение — тут же навёл ствол. Люди из каравана, с которыми я пришёл, отшатнулись. Отвели взгляд. Разошлись, будто мы и не знакомы. — Ладно! Ладно, чёрт с тобой! Отвечу на твои проклятые вопросы! — я едва сдерживался. Я рассказал правду. Целиком. Без утайки. Он выслушал, хмыкнул. — Нужно уметь врать, — сказал он на прощание. — А ты... псих. Псих, значит. Впустили. Без обыска. Документов у меня нет. Денег — тоже. Из имущества — только лошадь. Я буквально бомж. Что во мне обыскиват? Трусы?. Я шёл по городу. Люди улыбались. Из-за фонтанов веяло прохладой. Пели птицы. Какая-то... чересчур умиротворённая атмосфера. В пустошах было опасней. В военной базе — напряжённей. А здесь — слишком спокойно. Слишком чисто. Слишком... ненастояще? Интересный факт: отличить "пустошника" от обычного горожанина — плёвое дело. Гражданские обходят "бандитов" стороной. Даже если не осознают это. Даже если не смотрят прямо — всё равно чувствуют. У нас, у тех кто жил по ту сторону, — аура другая. Тяжёлая. Гнетущая. Как будто смерть прошлась рядом и осталась внутри. — О, мистер! Можно сфоткаться с вашей лошадью? Она такая огненная! — ко мне подошёл парень, за ним — его друзья. Двое парней, две девушки. Молодые, ухоженные. Слишком живые. — Тойя, нам стоит уйти. Видишь, он… похож на тех, — прошептала одна из девушек, указывая на меня пальцем. — Да не бойся ты, мы в городе. Что он нам сделает? — ответил Тойя, тот самый парень. — Эй, — перебил я их. — Не знаете, где тут военная база? Да, к стыду своему, я потерялся. И не только в городе. В себе. Раньше, ещё до всего этого… до перерождения, я не был мастером общения, но мог заговорить с незнакомцем. Спокойно, уверенно. А сейчас… я не знаю. Я не знаю, что им сказать. Чем интересуются городские? Что их тревожит? Что им важно? Мне было проще там, среди грязи, страха и пыли. Среди таких же, как я. — Я могу вас отвести туда, но только если дашь сфоткаться с лошадью! — поднял палец Тойя. — Эм… хорошо, — ответил я, как-то неуверенно. Я просто не знаю, что ему сказать. У этого парня в голове один сплошной позитив, как будто войны не было. Как будто нет грязи, крови, страха. И тут я вспомнил… причуду старика. Кажется, у неё есть фильтр. Я ощущаю весь город — буквально. Людей, движение, потоки эмоций. Но… всё как будто серым стало. Я вижу, где они стоят, но не могу различить их окрас чувств. Всё как будто в тумане. Чтобы прочувствовать сильнее, надо сосредоточиться. Но когда я это делаю — голову сдавливает, как будто череп хотят вскрыть изнутри. Слишком большой объём данных. Слишком больно. Так что я стараюсь не углубляться — иначе мозги вытекут прямо на мостовую. — Эй, Тойя, пошли отсюда, — толкнул его в плечо один из друзей. Ща Тойя его ударит. Уверен. Я бы ударил. Или выстрелил. В таких местах, с такими количеством причудами, паранойя — это не баг, это необходимость. Позволить себя толкнуть могут только свои. Остальные — либо учатся держать дистанцию, либо умирают. — Идите вы дальше, — спокойно сказал Тойя. — Я помогу этому бедолаге. Чё?!. Он даже не вспылил. Просто… остался. Даже мне стало немного не по себе. Этот Тойя псих, точно вам говорю. Тем временем Тойя радостно фоткался с лошадью. Лошадка, конечно, не подвела — фыркнула и принялась жевать его волосы. — Нееет, мои волосы! — в панике закричал Тойя. ...Блядь. Волосы. Он серьёзно переживает из-за волос. Мы каждый день ползем по грязи, по крови, через трупы. Волосы у нас — это фильтр, который просто впитывает весь пиздец окружающего мира. И он — из-за волос... Неужели я и правда был таким же… нефором? Да ну нафиг. Я точно помню — я был нормальнее. Наверное. Может, это просто менталитет такой? Японский. Ты либо кошкодевочка, либо нефор, третьего не дано. Тем временем Тойя кое-как пригладил свои волосы и бодро направился в сторону военной базы… ну, надеюсь, что в её сторону. — Так вы, мистер, с той стороны? — спросил он, оборачиваясь. «Той стороной» он, конечно, имел в виду «пустоши». — Ну да, — коротко ответил я. — Ого. А как там? Я спрашивал у других таких, как вы, но они либо отмалчивались, либо выгоняли меня. — Как обычно. Кровь, войны, бандиты. Постоянные разборки с другими группировками. — Правда? А вы все там так выглядите? Ну, типа… как бомжи. Без обид, мистер. — Во-первых, я тебе не «мистер». Мне всего пятнадцать. Во-вторых, я исключение. После боя вышел вот таким — слегка помятым. Я вышел на дорогу, чтоб показать себя целиком, но… Меня сбила, мать её, машина. Секунда — и я кувырком полетел в воздух, а потом с глухим шлёпом встретился с асфальтом. …Блядь. Вот это было неожиданно. Так-то меня с места хрен что сдвинет. Ни танк, ни взрыв, ни удар молотом. А тут — машина. За-то какая неожиданная. — Эм… мистер? — подбежал Тойя и помог мне встать с асфальта. — С вами всё в порядке? Я окончательно поднялся, встряхнулся и уставился на водителя, который вылез из машины. — Будешь так водить — я тебе эту тачку в зад запихаю! — Чё сказал?! — водитель подошёл ко мне вплотную, навис, будто решил, что испугает. — Эм, пожалуйста, простите его! — Тойя встал между нами. — Он только что из той стороны… ещё не разобрался в окружении! — Да мне вообще побоку, откуда он… — начал было водитель, но договорить не успел. Я всадил ему кулак в челюсть, отчего тот сложился и вырубился на месте. На секунду наступила тишина. Окружающие с опаской уставились на меня, кто-то даже попятился. — Чё смотрим?! Не видели драк?! — рявкнул я, и толпа резко "потеряла интерес", рассеявшись по сторонам. Не обращая внимания на окружающих, мы двинулись дальше. Тойя всё ёрзал, будто под ним муравейник. — Да задавай уже свой вопрос. Мотаешься, как девушка на выпускном. — А… просто… это было восхитительно. Вырубить его одним ударом! — с восторгом прошептал Тойя. — Сколько тебе лет? И нету здесь нечего восхитительного, это просто значит что он слабее меня. — Семнадцать. — Так ты старше меня, чё «выкаешь»? Зови просто Кира. Я обернулся, оглядывая город. Всё было слишком ровным, правильным, мирным. Противно даже. А в голове всё крутилась одна мысль: Это здание совсем неустойчивое. Прям просится, чтоб под него бомбу заложить... Так, мои мысли явно свернули не туда. Я, конечно, стал более вспыльчивым, но чтоб прям взорвать чей-то дом?.. Не припомню, чтобы до перерождения я был настолько кровожадным. Или, может, у меня в предках затесался араб?.. Хрен его знает. — Эм, Кира, — протянул Тойя странным тоном. — Ты же сказал, что тебе пятнадцать. Это... правда? Ты не соврал? — Ну да. Пятнадцать. А что? Он выпучил глаза, будто я признался, что я — президент. — Ничего себе… Как мне тебя жалко. — В жопу себе засунь свою жалость. Мне она не нужна. — Ну как хочешь. Просто… твоё имя. Оно такое же, как у одного героя. Его тоже Кира звали. Только он, вроде как, мёртв. Недавно сказали. Так вот оно как. Военные и вправду считают, что я мёртв. — Герой, значит… А как ты к нему относишься? Нравится он тебе? — Ещё бы! Конечно нравится. Он сильный, красивый, харизматичный — как герой из комиксов. Его первое появление на телике сразу покорило сердца многих дам… и некоторых пацанов. Фу, геи. — Жаль, что он так быстро умер. Военные говорят, его битва с чудовищем даже погоду изменила. Ты прикинь, какой у него был уровень силы? Кстати, твой конь очень похож на его. Подозрительно похож. Ты его украл? — Чт?! Нет! Это мой конь! И только мой! Конь на мои слова радостно фыркнул и пнул меня передними копытами. Его обычный удар промял бы корпус танка, а мне — хоть бы хны. — Знаю, знаю. Потом дам тебе морковку, — сказал я лошадке, успокаивая. — Я даже завидую. Мне родители не разрешают завести питомца, а у тебя целая лошадь. — Хех... — усмехнулся я, вспомнив детство. — Был я в поисковом отряде. Детский такой, ну, почти. Там были взрослые, но мало. В общем, у меня папка был против, чтобы я туда вступал, а я забил на его мнение и сбежал. ...Чёрт. Вспомнил отца — и всё настроение испортил. — У нас по соседству живёт семья из Пустоши. Может, знаешь? Акеми Теня и её сын — Исаму Теня. Отца у них нет, говорят, погиб. У меня в голове щёлкнуло. Что?! Брат?! Здесь?! Я резко схватил Тойю за плечи, он испуганно дёрнулся. — Ты должен меня туда отвести! Обязательно! — Я встряхнул его и тут же схлопотал пулю в голову. Какого хрена?! Я повернулся на звук выстрела — у дома стоял бородатый мужик в поношенной шляпе и держал дымящийся пистолет. (тот самый из каравана) — Не стоит приставать к обычным гражданам, — сказал он спокойно. — Я не приставал! И вообще, что это за приветствие — пуля в голову?! — Мы оба из Пустоши. Там так и делают. — Но мы сейчас в городе! — Эм... эй, успокойтесь, — вмешался Тойя, явно нервничая. — Кира, откуда ты знаешь моих соседей?.. — Исаму — мой младший брат. А Акеми — жена моего отца, — ответил я, не отводя взгляда от мужика в шляпе. — У входа вроде оружие отбирают. — Хех. Военные оценили мою стрельбу и взяли меня в городскую полицию. Правда, пока только на испытательный срок, — пробурчал он себе в бороду — Тебя как звать-то? Мы так и не представились в караване, — добавил он. — Кира Теня, — я протянул ему руку, и он пожал её. — Хано Тодороки, — ответил он. Серьёзно?! Просто вот так — встретить одну из семей из канона?! — Что-то не так? — нахмурился он и сжал мою руку крепче, заметив что-то в моём взгляде. — Ничего такого, — ответил я и в ответ тоже сжал его руку. Сбоку стоял Тойя. Он был мокрый от пота — атмосфера, которую мы вдвоём создавали, давила на него сильнее, чем бои в Пустоши. Жизнь явно не готовила его к такому напряжению. Из-за стрелбы внезапно приехала полиция и разняла нас. Я не особо хотел нарушать закон, так что просто сел в полицейскую машину. Нас увезли в обезьянник. Теперь вот сижу, смотрю в потолок. Рядом — Тойя, вцепившись в голову, весь на нервах. По другую сторону от меня — Хано, у него, естественно, уже отобрали оружие. — Блин, мама меня убьёт... — напряжённо выдал Тойя. Я встал, подошёл к решётке и позвал охранника: — Можно мне позвонить? Или хотя бы сообщение отправить? — Нет, — коротко бросил охранник. — Дай мне уже телефон. Он меня проигнорировал. Я раздражённо вырвал решётку. С потолка посыпалась пыль, охранник свалился со стула. — Дай. Мне. Телефон. — Э-э… д-да, х-хорошо, — еле выговорил он и рванул за телефоном. Я спокойно вернулся на своё место. Хано даже не моргнул — для него это всё обычное дело. А вот Тойя сидел, выпучив глаза, будто сейчас заплачет. Спустя пару минут нам принесли телефон. Правда, охраны вокруг стало вдвое больше. Я взял трубку, постарался вспомнить номер Такеши. — Ммм... как там было? Вроде вот так. Я набрал цифры и нажал "вызов". — Здравствуйте, это отдел продаж. Какую проститутку вы хотите? — бодро отозвался голос мужика на другом конце. — Такеши, блять, хватит дурачиться. Это я, Кира. На той стороне сразу стихло. Несколько секунд были слышны только шорохи, потом голос снова появился — но теперь он был холодный и угрожающе спокойный. — Я не знаю, кто ты такой, но предупреждаю: скажешь такое ещё раз — я тебя убью. — Я серьёзно. Это я, Кира. Я сейчас в обезьяннике. Можешь вытащить? Наступила тяжёлая, гнетущая пауза. — Скоро буду. Если окажется, что ты соврал... тебе тюрьма покажется раем. Ждать пришлось недолго. Участок содрогнулся от тяжёлого грохота. К маленькому окну нашей камеры подъехал танк и наставил дуло прямо в решётку. Тойя с выпученными глазами вжался в стену, а Хано, хоть и попытался сохранить невозмутимость, тоже дёрнулся. Из входа в здание зашёл Такеши. За ним шагали Брюс и несколько вооружённых военных. — Хей! — с широкой улыбкой развёл руки Такеши. — Кира! Рад тебя видеть, чертяка. Как ты вообще выжил? — Хватит играть, Такеши. Я же вижу — ты всё ещё не веришь, что это я. Улыбка сползла с его лица. Он опустил руки и посмотрел мне прямо в глаза — хищно и серьёзно. — Теперь начинаю верить, — сказал он. — Никто, кроме Киры, не смог бы вот так сразу раскусить меня. В этот момент Брюс поднял автомат... и дал короткую очередь мне прямо в грудь. Пули ударили по телу, но бессильно осыпались на пол. — Это было обязательно? — Да, — ответил Брюс без тени раскаяния. — Всё в порядке. Можете его отпускать, — спокойно, но уверенно обратился к полицейским Такеши. Те онемели от происходящего, но спорить не стали — быстро отперли дверь и освободили меня. — Этих двоих тоже забираем, — кивнул я в сторону Тойи и Хано. — А они тебе зачем? — удивился Такеши. — Просто знакомые. А тот парень должен отвести меня к семье. — Хм... ладно. Забираем всех. Мы уже стояли на улице. Прохожие в шоке глазели на танк, который медленно отъезжал от полицейского участка. Вид у местной полиции был такой, будто они всерьёз пожалели, что вообще взяли меня под арест. — Брюс, а ты-то чего приперся? — спросил я. — Хотел убедиться, что ты действительно выжил, — ответил он и потупился. — И... прости. Я даже твой труп сберечь не смог. Пожалуй, я не лучший друг. — Да брось. Я бы и сам сжёг свой труп, если бы умер, — усмехнулся я. — Я же ходячая аномалия среди мета-людей. И вообще, я тебе уже благодарен за всё, что ты сделал. По-своему — ты лучший. — Сейчас куда собираешься? — К семье. Хочу увидеть брата. — Хм, — хмыкнул Брюс, — ладно. Тогда приезжай побыстрее. Мы накроем стол — в честь твоего возвращения. — Держу на слове. Такеши с Брюсом и своей бравой компашкой укатили обратно в военку. Хано отвалил по дороге — сказал, что рядом со мной творится какая-то херня. То в обезьянник посадят, то танк приедет. В общем, решил, что ему это не надо. — Тойя, у тебя сигарет нет? — Я не курю. — Бля… Где тут магазин? Зашли в ближайший. Хотел купить сигарет, но меня снова чуть не отправили в камеру — кассирша потребовала паспорт. А я бомж, у меня и носков-то нет, не то что документов. Тойя младше восемнадцати, так что ему тоже не продали. — Пожалуйста, дайте сигарет… — со страдальческим лицом уткнулся я лбом в прилавок. Даже в другом мире кассирши остаются кассиршами. Тойя с ещё большим шоком наблюдал, как ещё минуту назад грозный и пафосный мужик теперь буквально умоляет простую кассиршу продать ему сигареты. — Я же сказала — без паспорта не могу. Это закон. — Чёрт… Ладно. Пошли что-нибудь другое купим, — буркнул я, разворачиваясь вглубь магазина.  Мы прошли между стеллажей и остановились у продуктового отдела. Я взял килограмм морковки. По дороге назад я проделал в морковках дырки и незаметно запихал внутрь по сигарете, предварительно их стащив. Тойя уже был не просто в шоке — он был в натуральном ахуе от происходящего. Хех, если он узнает, что я тот самый Солдатик, вообще офигеет. Хехехе. — Вот, морковка, — протянул я кассирше.  Купив морковку, мы вышли из магазина. Я подошёл к своей лошадке и, не глядя, отдал ей те морковки, что были обычными. — Стоп… Я реально отдал обычные? — посмотрел я в пакет в своих руках. Открыв его, я увидел только простую морковку. — Блядь… Лошадка, выплюнь. Выплюнь, я сказал! Я успел оторвать у неё последнюю морковку с сигаретами внутри. Моя огненная лошадь уже начинала дымиться табаком. — Блять, лошадь-наркоман. Выкурила все сигары кроме последней. Хрен ты теперь получишь морковку! За эти слова я получил копытом в глаз. Чёртова лошадь. — Ты в порядке? — Тойя помог мне подняться. — Да, в порядке. Пошли дальше, — пробормотал я, закуривая последнюю уцелевшую сигару. Дальше путь прошёл без происшествий. Дом Тойи оказался на втором этаже широкого панельного пятиэтажника. Поднявшись, мы направились... не в его квартиру, а к соседу. Постучали и подождали, пока кто-то откроет. Дверь распахнулась, и перед нами появилась Акеми. — Да, здравств... — она обронила полотенце, которое держала в руках. — ...Кира? Удивительно, но она узнала меня сразу. — Эм... Да, это я. — Проходите, — сказала она, и в голосе её дрожало что-то неуловимое. — Я разогрею чай. Акеми метнулась на кухню, быстро вскипятила воду, расставила угощения и усадила нас за стол. Сама тоже села, пытаясь держаться спокойно. — Мв... — выдохнула она и, всхлипнув, вытерла слёзы. — Я думала, ты погиб. Когда пришли военные и сказали, что ты мёртв... я не смогла поверить. И… я так и не рассказала Исаму… Она рыдая уткнулась мне в плечо, а я... просто молча сидел, уставившись на Тойю. Он изо всех сил старался выглядеть незаметным. — Какой... интересный потолок, — пробормотал он, глядя вверх. — Какие у меня интересные пальцы… — Кхм... — кашлянул я. Он не обратил внимания. — КХМ! — повторил я громче. Наконец, Тойя взглянул на меня. Я выразительно показал ему глазами, чтобы он убирался из комнаты. — Эм... мне нужно в туалет, — пробормотал он и поспешно вышел. Я устало выдохнул. Какая тупая причина, господи... Следующий час я пытался успокоить Акеми. Если вы читали прошлые главы, то знаете: я в этом полный ноль. Ситуацию спас только внезапно появившийся Исаму... который тоже заплакал. Господи... я же только домой пришёл. Что за напасть. — Маааам! Сай не верит, что у меня брат — герой!.... ещё я ему нос сломал, как меня учил брат! — С порога крикнул плачущий Исаму. Акеми замерла. Я вспотел. Холодный пот стекал по лицу. Жажда убийства повисла в воздухе. Акеми медленно отстранилась от моего плеча. — Кира… — ласково сказала она, — чему ты научил Исаму? Скажи-ка мне, пожалуйста. Исаму… ты очень не вовремя. — Ах ты ж... — Акеми ударила меня ладонью по спине. — Чему ты учишь своего младшего брата?! — Ай! Ай! Ай! — уклоняясь, воскликнул я. — Это было давно! Я не думал, что он ЭТО запомнит! Любой другой женщине я бы уже врезал кулаком. Но это — мама. Хоть и не родная, но всё ещё мама. А как мы помним — мама это святое. Акеми, наконец, успокоилась и занялась осмотром Исаму. У того были лёгкие ссадины, пара царапин, но видно — он дрался. Что тревожило больше всего — на теле Исаму было слишком много следов от кулаков... и ботинок. Я аккуратно спросил, что случилось. Сначала он удивлялся, что я вообще дома, но после того как я сказал, что взял выходной на один день, вроде успокоился. Если коротко — Исаму здесь не слишком рады. Единственный, кого можно назвать его другом — парень из "Объединения", которого привели сюда вместе с ним. Остальные считают Исаму хулиганом… и почти что угрозой. И нельзя сказать, чтобы для этого не было причин. Он во многом напоминает меня в детстве — упрямый, дерзкий, чутьток ебнутый. Только это было моё детство в этом мире. Не прошлом. Хотя, если задуматься… я вообще когда-нибудь не дрался? Кажется, я всегда живу в состоянии перманентной драки. — Фу, Исаму, нельзя так. Нельзя драться, драка это плохо — сказал я и повернулся к Акеми: — Приготовь ему что-нибудь сладкое. Пусть успокоится. — Хорошо, — отозвалась она и ушла на кухню. — Вм… — шмыгнул носом Исаму, уставившись в пол. — Эй, Исаму, — тихо позвал я. Он поднял голову и посмотрел на меня снизу вверх. — Ты молодец. Не дал им испортить себе настроение. Если кто-то тебя обижает — пизди его, — я потрепал его по голове. Не знаю почему, но мне стало легче. После битвы с ВсеЗаОдного, а потом — после того, как я застрял в собственном внутреннем мире, я постоянно жил в напряжении. Постоянно сражался. Ну, я и сам понял — я боевой маньяк. Это уже не отрицается. Но даже дело не в этом. Напряжение не за свою жизнь. А за жизни тех, кто рядом. А ещё… какой же у меня милый брат. Ути-пути, ща расцелую. — Брат… — посмотрел на меня Исаму своими сверкающими чёрными глазами. — А что такое «пиздит»? Я тут же схватился за рот обеими руками. — Ах ты… — послышался голос из-за спины. БАХ. В спину прилетела нога Акеми. — Чему ты опять учишь своего брата?! Я рухнул на пол. Акеми, громко топая, подошла ко мне, схватила за грудки и, приподняв, начала молотить по лицу кулаком. — Чему! — удар — Ты! — удар — УЧИШЬ! — удар — БРАТА?! — удар В этот момент из туалета вышел Тойя, увидел это шоу — и, не сказав ни слова, от греха подальше зашёл обратно в туалет. С громким щелчком захлопнулась дверь. Папаша Кайто… какую же жену ты себе выбрал! — Давай, брат, держись! Мама, бей по почкам — там больнее! — радостно хлопал в ладоши Исаму. Исаму! Предатель! Акеми отпустила меня и, резко повернувшись к Исаму, схватила его за уши и потянула: — Посмотри-ка, какой нахал вырастает! Весь в тебя пошёл, Кира! — потянула ещё сильнее. — Ай-ай, мама! Я понял, не буду больше! — заверещал Исаму. Я в это время аккуратно начал пятиться к выходу, надеясь раствориться в воздухе. — А ты куда пошёл?! Иди сюда! — крикнула Акеми. — Ай-ай... Нас с Исаму потащили за уши и поставили в угол. В угол! Чёрт возьми... Я — военный. Герой. А меня... посадили в угол. Что с моей жизнью не так? — Кхм... я потом зайду, — пробормотал Тойя и резко развернулся обратно в туалет. — А ну стой! — рявкнула Акеми. В итоге мы втроём стояли в углу. Тойя что-то себе под нос бормотал: — Каким боком я вообще оказался в этой ситуации... В конце мне пришлось остаться на ночь. Тойю мы не отпустили — он тоже лёг вместе с нами. Хорошо, что живёт по соседству. Утро было прекрасным. Я проснулся полностью отдохнувшим. Сил было хоть отбавляй, так что я взял с собой Исаму и Тойю — пошли разбираться, кто кому чё бил. Нашли тех пацанов, с которыми дрался Исаму. Да-да, именно пацанов, а не одного. Он дрался сразу с несколькими, вот почему на нём столько следов от кулаков и ботинок. Я, как сертифицированный старший брат, поставил всё по правилам: один на один. Следил, чтобы толпой не накинулись. Закончилось это всё, как и должно было, тем, что дрался уже я. Нет, не с малолетками, как вы могли подумать, а с их старшими братьями. А потом вообще весь район бучу поднял — пришлось передраться со всеми пацанами моего возраста. Потом пришли полицейские, но я их тоже затянул в драку. Весёлое время было... Пока не пришёл «лесник». Ну, то есть пока кто-то не нашёл номер Такеши и не позвонил ему. Меня, как водится, отправили обратно в армию. На прощание я сказал Тойе: "Звони, если будут проблемы, помогу". Он вроде бы удалил мой номер. — Эх, — вдохнул я, выдохнул, — армия… даже воздух тут кажется дисциплинированным. — Ураа! — заорали все разом. Военные, мои друзья, какие-то незнакомцы… даже бомж в углу — все радостно кричали. Алкоголь потёк рекой. Все пили и веселились за то, что я выжил. Ну, сперва, конечно, все были в шоке, увидев меня живым, — а уж потом радостно заорали и начали бухать. — ХАХАХАХ! Мои друзья буквально умирали со смеху, глядя на мои полулысые волосы. Каждый, каждый, считал своим священным долгом шлёпнуть меня по голове. Даже те, кого я в жизни не видел. Единственные, кого я так и не встретил на этой пьянке — это Джун, Хиро, Рю, Юка и Ючи. Интересно где они.