Часть 119

Pov Томо. Прошёл день с того момента, когда Хаку попросил-приказал мне помочь ему. Я изначально не хотел делать то, что он хочет, но... то, что он стал капитаном команды, накладывает определённый вес в его слова. «Я не стану рушить субординацию команды, хоть настоящий кеп отсутствует. Сейчас мне нельзя привлекать к себе внимание». На данный момент, ночью, я активно перебирал своё снаряжение. Поточил ножи, почистил пистолет и починил броню. Я не только готовился к ходке, но и думал над тем, чтоб сбежать. «Это идеальный шанс! Джуничи и Кайоши отсутствуют и не могут в ближайшее время выбраться из тюрьмы. Два сильнейших в команде отсутствуют, хотя меня очень напрягает Маи. Она становится какой-то слишком монструозной. Маи попросила меня выстрелить в неё. Я без вопросов и с удовольствием сделал это, но она не умерла! Я даже ей в голову выстрелил, а она восстановилась! Тьфу-тьфу, нельзя сейчас падать духом. В ближайшее время я сбегу с этой чёртовой команды. Мне здесь ничего не держит, а даже наоборот — они меня бесят. Вопрос стоит только в том, куда мне бежать. Каких либо родственников у меня нет, как и друзей вне команды. Может поднять старые связи и улететь за границу и затеряться в других странах? Тоже вариант. Джуничи не сможет меня найти. Слишком много времени пройдёт с того момента, как я сбегу. Я успею спрятаться». Я поднялся с места, полностью готовый к выполнению приказа. Ножи разложены, магазин с патронами на разгрузке, пистолет в кобуре, защитная маска на лице. Открыв дверь из своей комнаты, я отправился к Хаку. *** — И сколько нам ждать? — спросил я, сидя в машине за рулём. Была глубокая ночь. Все люди спали у себя в домах. Яркая луна освещала дорогу, рядом с которой стояла наша машина. Дул лёгкий ветер. Атмосфера была романтической, если бы рядом со мной была девушка, а не Хаку! — Скоро должны проехать, — ответил Хаку, пристально разглядывая что-то в телефоне. Я расслаблённо откинулся назад, закрыв глаза, но мысли были тяжёлыми. «Хорошо, что я ношу маску. Я бы не смог скрыть свои эмоции от других. Я всё это время думал над тем, куда мне уйти. В другую страну могу, но, хорошо обдумав, я понял, что мне придётся слишком долго подделывать документы, да и с визой будут проблемы. Может, к героям? Неее, тогда меня в тюрьму отправят. Этого ни в коем случае нельзя!». Мои размышления прервал Хаку. — Они едут. Помни, машина бронирована, так что смело можешь таранить и не бояться выстрелов. «А он хорошо подготовился». Я включил машину и нажал на газ. Едя по дороге, мы выехали к основной дороге из примыкающей. Там уже ехала колонна из трёх машин. Аккуратно пристроившись сзади, я, не сбавляя темпа, ехал за ними. — Чует моя задница, это будет сложно, — выдохнул я, быстро проверяя снаряжение. Всё на месте. Со стороны Хаку были проделаны те же действия, за исключением того, что он проверял свои бумаги. — Готов, тарань, — приказал Хаку. Я без слов ускорил машину. Якудза давно нас заметили, но не предпринимали никаких действий, посчитав нас гражданскими. Машина быстро ровняется с едущими сзади якудза и влетает в бок. Якудза быстро отреагировали, достали оружие. Якудза, открыв окно машины, начали стрелять по нам. Хаку проделал то же самое, но вместо оружия достал бумагу и поглотил все пули. Одной рукой я достал гранату, зубами выдернул чеку и бросил в открытое окно якудзы. Бум — и горящая машина съезжает с дороги в кусты. Тем временем мы начали таранить машину, в которой находятся глава якудза и его жена. — Время пошло на минуты, — оповестил меня Хаку. — Мы точно привлекли героев. — Знаю, — ответил я. Впереди едущая машина резко затормозила перед нами. Громко визжали шины, проехав по асфальту и оставив чёрные следы. Запахло палёной резиной. Оба автомобиля остановились. Из машины якудза вылезли четыре мужика. Все были разными антропоморфными животными, особенно оборотень в чёрном костюме. — Что за хрен?! — выругался я, когда увидел, как тот самый антропоморфный волк прыгнул и приземлился когтями в лобовое стекло. Остальные трое достали холодное орудие: катана, тесак и топор. — Это, видимо, какие-то особые бойцы, — спокойно сказал Хаку. — Их вроде зовут "Цепные псы", только не хватает пятого. — Может, вместо разговоров что-то сделаем?! Он уже бронированное стекло когтями прорезает! — рассердился я. — Разберись с ними, а я поеду дальше. — Ну охуеть, один против четверых! — выругался я. — Ты профессиональный наёмник или кто? Иди, — приказал Хаку. — Эх, — тяжело выдохнул я и чуть не умер. Когти всё же смогли пробить бронированное стекло и чуть не распороли мне горло. Толчком я открыл дверь, сделал резкий перекат и, прицелившись, выстрелил в волка. Он, естественно, успел увернуться, но ценой этому стало то, что он улетел с капота машины. Хаку, уже пересев на водительское место, нажал газ и уехал. — Ну не гандон ли он? — спокойно спросил я этого зверинца. — Кстати, это такая фишка вашего клана? "Львиные головы", "Цепные псы" всё, как на подбор, связано с животными. Волк усмехнулся, но за него ответил медведь с жутко русским акцентом. — Основатель клана любить животных. Я удивился и по-новому оглядел всех: волк, медведь, леопард и медоед. — Ты русский? — задал я вопрос. — Виталик родится в Russian, — ответил медведь. — Да хватит, убьём его наконец! — не выдержал медоед и бросился на меня с топором. Резко вскидываю пистолет и стреляю. Медоед уворачивается от пуль и оказывается рядом со мной. Он замахнулся топором, но не успел ударить. Я бью его пистолетом по носу и отхожусь назад от катаны леопарда. Потом пришлось ещё отходить от волка. На медведя я уже сам нападаю, достаю нож. Они просто не дают мне дистанции и возможности применить пистолет. Опускаюсь как можно ниже и режу ему сухожилия на ноге. Перекат в бок — и огромный тесак в руках медведя пробивает асфальтированную дорогу. Прыжок и пинок в лицо медоеду, мой нож принимает на себя катану леопарда. — Ах! — короткий вскрик от когтей волка, попавших мне в спину. На грани фола я успеваю подставить нож под тесак. Огромная сила медведя просто откидывает меня в глубь густого парка с деревьями. Мои руки тряслись от принятого удара. Кажется, будто руки жгут огнём. — Понял, нужно быть осторожнее, — говорю я себе под нос. Резко подскакиваю из лежачего положения и понимаю, что я нихрена не вижу. Точнее — вижу только маленькие участки, куда падает лунный свет. «Пистолет не поможет: они успевают уворачиваться, да ещё и темнота мешает». Я достаю второй нож. Первый нож я выкинул, потому что он сломался. Да, он просто сломался от силы удара. — Грр, — слышу я рык со всех сторон. На предельной скорости, возможной для моего тела, оборачиваюсь и хватаю темноту. Резкий бросок через себя, и в свет луны попадает медоед. Он ударяется об дерево и скрывается в темноте. Я же уже принялся отбиваться от катаны. Каждое столкновение ножа и катаны создаёт тусклые искры во тьме. Мне на спину напрыгнул волк. Вцепившись зубами в моё плечо, он начал рвать мне живот когтями. Ему бы это удалось, если бы не моя броня. Пинком отталкиваюсь от леопарда и врезаюсь спиной в дерево. Я услышал жалкий скулёж волка. Хватаю его за пасть и начинаю раздвигать его в разные стороны. Когда он начал сопротивляться, я коленом пнул его в грудь. Весь воздух вылетел из его рта. Закончить начатое мне не дал медведь, подоспевший к своему товарищу. Я успел заметить блеск металла под лучами лунного света. Я прыгнул и ухватился за ветку, повиснув на ней. Тесак прошёлся в миллиметрах от меня и прорубил ствол дерева полностью. Я вместе с деревом упал на землю. На земле, скрываясь в листве, чувствую опасность. Резко вскидываю руку перед собой, хватая лезвие топора. «Медоед кинул в меня топор. Значит, он безоружен». Леопард отбивает брошенный мной нож, потом топор. — Он безоружен! — кричит леопард и бросается в мою сторону. Я улыбнулся. Быстрый рывок в темноте листвы — и такой же быстрый удар в глаз. Толстая ветка дерева пробила глаз леопарду и оказалось в мозге. Антропоморфное животное, ничего не произнося, тихо падает на землю. Пока враги ошалели, я быстро убегаю глубже в лес. — Ах ты... Проверь его. Витъя, за мной! — быстро отдаёт приказы волк и, не слушая, бежит за мной. — Меня зовут Витя, а не «Витъа», чертовы японцы, — заканчивает уже на русском медведь. Я же уже остановился, переводя дыхание. Тратить силы на бег в такой ситуации мне не хотелось. Нужно было спрятаться, с чем, надеюсь, я справился. Я, спиной, уперевшись в дерево, внимательно смотрел окружение. Темнота была везде. Глаза не могли сфокусироваться на каком-то важном объекте. — Гах! — рыча, полоснул меня по груди антропоморфный волк. Вокруг разлетелись искры от столкновения моей брони с когтями волка. Я бью его ладонью по кадыку, потом ножом в живот и в конце, одной рукой, обхватываю его за шею, рывком перейдя за его спину. Замахнувшись снова, бью ему по животу ножом. Волк заскулил и попытался когтями порезать мне шею. Мне пришлось отпустить и отступить. В районе шеи у меня нет брони. Даже когда я успел уйти от удара, он успел оставить неглубокую рану. Мой слух уловил сильный свист ветра. В голове сразу появилась ассоциация с брошенным мечом. «Тесак!». Мысль выстреливает у меня в голове. Поднимаю перед собой нож, ухватившись за него двумя руками. Тесак попадает точно по ножу. Искры в темноте — от сломанного лезвия ножа. Тесак теряет траекторию, но всё равно попадает мне в плечо. От силы удара меня отшвыривает назад в дерево. Меня спасла только моя броня. Если бы её не было, меня бы располовинило. — Агх... грр, — застонал и зарычал я от боли, повиснув между деревом и тесаком. Вытащить тесак у меня не хватало сил. Слишком тяжёлый, слишком глубоко вонзился в дерево. — К-как вы м-меня нашли? — хрипло говорю я. Волк выходит на свет луны. На его лице видна улыбка. — По запаху, — отвечает он. — Кончай его, Витяа. — Да Витя меня зовут! Ви-тя! — агрессивно говорит медведь, подходя ко мне. Его огромная лапища, размером больше моего лица, хватает моё лицо. Он вдавил меня. Мои ноги болтались над землёй, судорожно пытаясь найти опору. Мои руки ухватились за лапы медведя, пытаясь то ли оттолкнуть, то ли сломать их. Я же сам пытался кричать, но его лапа была настолько огромной, что обхватила всю мою голову, закрыв нос и рот. — Мммгхг, — пытался я кричать. Мои руки начали бить по его лапищe. Дерево, о которое меня вдавили, затрещало. В голове был гул, совмещённый с треском в моём черепе. Моя бронированная маска сломалась, вонзаясь острыми осколками в моё лицо. Зубы во рту от давления отломались и чуть не ушли в горло. Из глаз пошла кровь от такого давления силы. «Активируйся! Активируйся!» — кричал я у себя в голове. В голове все мысли пропадали, а сам я проваливался в сон. Моя причуда активировалась. — АААА! — последнее, что я услышал, на краю сознания — как моё тело кричит в дикой ярости. *** Pov Хаку. Я прикрылся руками от осколков лобового стекла. — Чёртова сука, — прошипел я, смотря, как резво скачет кролчиха с ножами в руках и в костюме «тройке». Несмотря на то, что её рост был всего 1,50 метра, а телосложение выглядело хрупким, её ноги всё равно мяли бронированную машину. Две машины неслись на большой скорости: моя машина и машина главы якудза. В то же время кролчиха, что была водителем, поменялась с кем-то местами и теперь безостановочно прыгает по двум машинам. — Меньше я и не ожидал от цепных псов клана, — когда она прыгнула, я резко повернул авто и врезался боком в авто якудза. Кролчиху слишком уверовало в себя, и она не ожидала от меня таких действий. Её ногу зажало между машинами. — Кааа! — закричала она от боли в сломанных в труху ногах. Я достал бумагу и, высунув руку, поглотил кролчиху внутрь бумаги. Бросив её на переднее сиденье, я сосредоточился на главном блюде. — Хехе, — улыбнулся я, глядя на тонированное стекло машины якудза. Я начал давить на него, а он в ответ давил на меня. Наши машины скрежетали, но продолжали исправно служить нам. Это продолжалось бы бесконечно. Я увидел впереди поворот. Мне в голову пришла идея. Я быстро сбросил скорость и лбом врезался в бок машины якудза. Авто не выдержало такой резкий толчок и повернуло. Я продолжал давить на газ и в конце концов скинул машины на повороте в лес. Машина переворачивалась, делая кульбиты, не предназначенные для авто. Я вышел из машины, прихватив с собой бумагу. Открыв бумагу, я выпустил кролчиху. Пинок ей в спину — и она падает животом на асфальт. Я упёрся коленями ей в спину и, взяв её за голову, свернул шею. Без слов, без лишних движений, лишь с предвкушением конца моей мести. «Что я буду делать после мести? Хмм... О, я всё же думаю покинуть команду. Мне здесь больше делать нечего. Нет, я помню, что я должен своему капитану. Я буду ему помогать, но уже вне команды. Я уверен — учитель Джуничи найдёт более достойного сокомандника». Я спустился с дороги в глубь леса. Там уже валялась перевёрнутая вверх дном машина. Я медленно подходил к ней с холодным выражением лица. Из машины, пинком открыв дверь, вышел глава якудза. Из его «львиной» головы сочилась кровь. Осколки стекла впились ему в тело. «Наконец-то!» — Д-дорогая... кха-кха! — выкашлял он, в клочья сорвавшись, и истошно вопил о своей жене. — Дорогой! — из машины донёсся испуганный крик женщины. Я остановился в метре от них. Сделав шаг вперёд, пнул главу якудза в голову. Он врезался о бок машины и с яростью посмотрел на меня. — Т-ты кто такой?! Зачем напал?! — прорычал он. — Я не помню, чтоб наш клан переступал дорогу кому-то. — Конечно вы не переступали дорогу. Я ведь все эти дороги заминировал. Ты не думал, почему же каждый ваш шаг лишь всё больше ослаблял клан? Как будто кто-то специально ведёт вас за нос, — я испытывал экстаз. Видеть, как тот, кого ты всю жизнь хотел убить, валяется под ногами как какая-то побитая собака, приносило несравненное удовольствие. — Так это ты! — взревел он. — Я подозревал о тебе. Но я не понимаю, почему ты решил из всех выбрать своими жертвами нас? Я взорвался. — НЕ СМЕЙ ЗАБЫВАТЬ НАС! ИМЕННО ВАШ КЛАН ВИНОВЕН В СМЕРТИ МОЕЙ СЕМЬИ! — с каждым словом я пинал его в живот ещё сильнее, усугубляя его положение. Осколки стекла на его теле раздирали кожу. Полученные раны в ходе аварии расширялись под моими ударами. — Клан Окумура не забывает своих врагов, — успокоившись холодно, сказал я. — Теперь умри и передавай привет моему отцу. — ...Клан Окумура... был истреблён наёмником... — тяжело дыша, ответил глава клана. Капилляры в моих глазах мгновенно лопнули. Я сжал кулаки, чтобы успокоить себя и не убить эту тварь. — Кто он? — из моих сжатых кулаков потекла кровь. — Я отвечу... если ты отпустишь... мою жену. — Ты не в том положении, чтоб торговаться. Кстати, почему именно жена? Где дочь? — у меня в голове стрелнуло. Я быстро подошёл к двери машины и открыл её. — Где твоя дочь?! — взревев, ударил я его по лицу. — Она в надёжных руках. Ты её не достанешь. Меня бесила его улыбка на лице. Хотелось раздавить его. Сжечь! Испепелить! — Плевать, я сам её найду и того наёмника. Связи учителя и мои помогут мне в этом. Я перекопаю каждый клочок земли, пока не найду их, — я достал нож и поднял его над собой. Последний рывок — и глава клана умрёт. Но прежде чем я нанёс удар, у меня по спине прошли мурашки. Я мгновенно обернулся, чтобы увидеть Томо в состоянии берсерка. Он вышел из темноты леса — хромая, со сломанной рукой и искареженным лицом и сломанной маской. В его целой руке было обезображенное тело антропоморфного медоеда. Я взялся за листы бумаги, готовый к бою. Мы с ним, не моргая, смотрели друг на друга. Мышцы напрягались всё сильнее, становясь стальными канатами, готовыми мгновенно убить бывшего союзника. «Неужели Томо пришлось активировать причуду? Нет, я знал, что цепные псы сильны, но до такой степени не думал. По идее у Томо должно было хватить сил их победить. Неважно, теперь уже не важно. Он сейчас себя не контролирует и нападёт на всё, что шевелится». Когда тело Томо дернулось, я мгновенно замахнулся... но остановился, когда Томо резко пришёл в сознание. — Ахх, — упал он на колени от боли. Я выдохнул с облегчением. «Мы с Томо примерно равны. Не по силе, но по навыкам. Если бы мы с ним сражались насмерть, я не знаю, смог бы его победить». — Томо, вставай. Иди убей женщину в машине, а я займусь им, — кивнул я в сторону главы «львиных голов». — Сука, дай отдохнуть. Кажется, у меня нос раздроблен. Я не могу им дышать. Ещё и рёбра и ноги не функционируют. А рука! На руку посмотри! — поболтал он своей сломанной рукой. — Пошли уже. Чем быстрее закончим, тем быстрее сможешь отдохнуть и восстановиться, — поторопил я его, вспомнив о героях. — Тц, ну ты и гандон. Оставил меня разбираться с зверинцем, — под своим бубнежом Томо пошёл к машине. — Кстати о зверинце. Ты всех убил? — Не знаю. Я же активировал причуду. Я вообще ничего не помню с того момента, как вошёл в режим берсерка. Я подошёл к главе якудза. — Пошёл в жопу, ублюдок. У меня есть достойная приемница... Глава якудза не смог договорить. Я воткнул нож ему в голову. Томо, в свою очередь, под хрип жены главы якудза, задушил её. *** Pov со стороны. В то же время. — Ах, — со столом боли вышел из воды антропоморфный волк. Окровавленная голова, выбитые зубы и воткнутый в живот нож. — Витъа! Витъа! — кричал он, зовя своего друга. — Ах, больно. Чёрт возьми, что с тем парнем не так. Точно, глава! Волк побежал в сторону врага, с которым он бился. Направляясь по запаху своего врага, он наткнулся на антропоморфного медведя. Тот лежал, прислонившись к дереву: разбитый лоб, раздробленная челюсть и чуть ли не порваный живот. Но главное — он был жив. — Витъа! Ты жив! — обрадовался волк. — Меня звать Витя, балда! Фых! — с тяжестью выдохнул он горячий воздух из носа. — Не двигайся, я скоро позову помощь. Нужно сперва помочь главе. Суровый русский медведь кивнул и поудобнее улёгся в мягкой траве. Волк побежал дальше, а когда добежал, увидел лишь перевёрнутые машины, мёртвого главу и его жену. Волк завыл от горя и гнева.