Часть 5

Эшли проснулась от приглушенных выстрелов, доносящихся из тира. До конца непроснувшийся мозг воспринял это как сигнал быть готовой бежать. Девушка приподнялась на локтях, с волнением оглядываясь, и облегченно выдохнула, когда увидела знакомую обстановку. Они всё ещё находились в безопасной комнате торговца. Сонно потирая глаза, Эшли потихоньку начала переваривать события вчерашнего тяжелого дня: новая локация — древний замок жуткого карлика, новые противники, странные загадки, симптомы заражения, не дающие о себе забыть и… вечерняя связь. Стало стыдно за свою истерику. Не так Эшли представляла вечер признаний и последующую за ним близость. Но что есть, то есть. Выстрелы продолжались, и Эшли направилась на звук. Стойка Леона была безупречна, движения чёткие и быстрые. Он попадал по каждой мишени, даже тех, что двигались со скоростью. И всё точно в голову. Когда заканчивались патроны, быстро перезаряжал — и начинал заново. Совсем не сравниться с их шуточным соревнованием. — Со скольки ты тут? — хриплым от сна голосом поинтересовалась Эшли. Если судить по внешнему виду — встал Леон рано. Они сейчас представляли полную противоположность друг друга: один собранный и готовый, вторая — мятая и растрёпанная. — Примерно с девяти утра, — ответил Леон, заканчивая добивать последнюю цель. Перезаряжая пистолет, а после откладывая его на специальный столик, Кеннеди обернулся. — Доброе утро. — Доброе, — слабо улыбнулась Эшли, всё ещё пытаясь согнать с лица остатки сна. А ещё она очень надеялась, что не выглядит слишком некрасиво из-за опухших после вчерашнего глаз, и в целом из-за мятого вида. Вдруг, пока она спала, на щеке остался след. А волосы! Руки потянулись к голове. — Сейчас, я приведу себя в порядок, и пойдём. — По мне — так всё замечательно. Легко говорить человеку, который даже с растрёпанными волосами выглядит, как модель с обложки журнала. Эшли этого не понимала. Как и то, почему Леон умудрялся выглядеть прекрасно заляпанным в чужой крови, с суровым выражением лица. Это ведь какое-то отклонение от нормы красоты… Недовольно цокнув на комментарий мужчины, Грэм вернулась обратно в комнату. К сожалению, никакого зеркала она не нашла, но взгляд метнулся к стеклянному шкафу. Своё отражение Эшли видела, и этого было достаточно — она привела в порядок и волосы, и одежду. Леон присоединился к ней, прильнул плечом к косяку и с любопытством стал наблюдать. Эшли поймала его фигуру в отражении стекла и вдруг смутилась. Было что-то в их обстановке… интимное. Особенно после вчерашнего. — Всё, я готова, — выдохнула, натягивая улыбку, и плавно развернулась на каблуках. В ответ Леон кивнул. Однако они так и не сдвинулись с места. На вопросительный взгляд девушки он ответил лёгкой взволнованностью и коротким вздохом. Подошёл ближе. — Эшли. У тебя всё хорошо? После вчерашнего… В общем, мне не хотелось бы, чтобы между нами было какое-то напряжение или неловкость. — Ох… — Грэм неловко стала переминаться с ноги на ногу. Руки в волнении поправляли волосы, которые только-только были приведены в порядок. Их близость — это то, что Эшли предпочла бы забыть. Не всю близость, нет, она была прекрасна! Но истерика всё испортила. Именно её Грэм предпочла бы стереть из своей памяти. Но Леон прав, нельзя оставлять недосказанность. — Вчера столько всего произошло. Из-за этого я перенервничала и… в общем, повела себя не очень хорошо. — Да, это я помню. Но сейчас точно всё хорошо? — уточнил Леон с озабоченным хмурым видом. — Если тебе нужно ещё время побыть одной или наоборот, поговорить, только скажи. — Нет, нет! Всё хорошо. Просто тогда и вправду много чего случилось, — Эшли остановилась. Ей не хотелось объяснять в подробностях своё состояние, страх и волнения, которые её сопровождали весь путь по замку. В глазах Леона она хотела оставаться сильной. — Просто перенасыщение было. Но… хм, мне сейчас действительно кое-что нужно, — добавила она немного смущенно и подняла глаза. — Обними меня. Пожалуйста. Никаких игривых улыбок, никакой беззаботности. Высказанное желание — это правда то, что ей необходимо, чтобы почувствовать себя лучше. Понять, что между ними и правда всё хорошо… С намёком на нечто большее. Вчерашний вечер не должен быть забыт. Как и признание Эшли. Леон это тоже понял, поэтому с готовностью обнял. Он был настоящей горой в сравнении с хрупкой девушкой, но обнимал её так осторожно, так трепетно, что у Эшли защемило в груди. Она с готовностью обняла его в ответ, рвано выдыхая, вбирая поглубже его запах… запах пота, пороха и едва уловимого шампуня. — Хорошо… — на выдохе, еле слышно, произнесла. В каком бы плачевном на вид положении они не находились, но рядом с Леоном Эшли всегда чувствовала себя защищённой. Она хотела взять как можно больше тепла, комфорта, как будто ими можно наполнить карманы до краев, перед тем как вновь придётся пробираться через предстоящий ад. Леон отстранился первым, в его взгляде читалась мягкость и решимость. — Готова? Эшли кивнула. Не стоит задерживаться. Она обвела взглядом тир, вспоминая, как хорошо они провели здесь время, и ей стало немного жалко, что они не могут остаться здесь подольше.

***

Впереди был полуразрушенный бальный зал. Если немного подключить фантазию, можно представить, каким роскошным было это место: звучащий в стороне оркестр, роскошные наряды, красивые пары, сливающиеся в танце… Реальность же была сурова. Потому что помещение не было пустым — вместо приглашенных гостей в красивых нарядах, из разрушенного пола стали вылетать огромные насекомые. — Блядство, — выругался Леон, стреляя в первого близко подлетевшего жука. Эшли рефлекторно спряталась за спину мужчины и глазами искала, где бы можно было укрыться. Помещение рассчитано для свободно кружащих в танце дам и их партнёров, при таком масштабе тяжело отыскать безопасное место. Да и убегать без приказа Леона — всё равно что бросаться в объятья смерти. Поэтому она ждала знака. И внимательно наблюдала за летающими противниками. Большинство не успевали приблизится к ним, Леон подбивал их на полпути. — Тебе не тяжело? — Нормально, — успел произнести Леон перед тем, как выстрелил в голову очередному летуну. А потом подошёл и ударил того с ноги. — Вот же мерзость. Эш, аэрозоль против насекомых нигде не завалялся? — Конечно, сейчас дам! — съязвила Грэм. Взгляд упал на тушу мёртвого существа. Длинные, всё ещё подрагивающие лапки с острыми, как бритва отростками. Из раны медленно сочилась зелёная жидкость. От зрелища передёрнуло. Намного приятнее было наблюдать за мужчиной: отточенные до идеала движения, чёткость, быстрота. — С чего это они такие огромные?! Ты встречал подобных? — О, я встречал много мутированных животных и насекомых, — охотно отозвался Леон, с резким разворотом стреляя в очередного летающего паразита. Противнее были те, кто пытался слиться с местностью. На одного такого Леон наткнулся и чудом парировал атаку ножом. — Последней была огромная рыба на озере Лаго, недалёко от церкви. — Она пыталась тебя съесть?! Перед глазами встал образ монстра, который, раскрыв свою пасть, несётся на маленького, по сравнению с ним, агента. Мороз пробежал по позвоночнику. Эшли вздрогнула от нового страшного звука, что издало насекомое совсем близко. Сколько бы Леон их не убивал, казалось, конца им нет. Летали повсюду, зажав их двоих на лестничном пролёте. — Леон! — крикнула Эшли, когда в голову пришла замечательная идея. Взгляд аж загорелся. — А можно я попробую пострелять по ним? — Что? — Кеннеди чуть не пропустил удар. Увернулся от атаки насекомого, пнул того сзади, а после подбежал к Эшли, быстро хватая её за руку. — Ты с ума сошла?! Быстро за мной! Их окружали. Из разрушенного пола вылетало всё больше. А они вдвоём продолжали оставаться на открытой местности. Леон быстро бежал по ступенькам, и Эшли за ним едва поспевала. Перепрыгивая через каждую вторую, она сосредоточенно смотрела под ноги, чтобы, не дай Бог, не споткнуться или ещё хуже — подвернуть лодыжку. — Они оказались сильнее, чем ты думал?! — Нет, их слишком много! Спускаясь на последней ступеньке, Леон резво завёл Эшли за спину. Ещё один жук слился с местностью и они буквально оказались в одном шаге от него. Леон успел выстрелить. Буквально пустил пулю в открытую пасть. — Вот сука! Глаза Эшли распахнулись от ужаса, когда она увидела огромную пасть так близко. Из горла вырвался вскрик, который был мгновенно задавлен плотно прижатыми ладонями ко рту. — Откуда их столько? — спросила, когда смогла унять ужас. — Да кто бы знал? — тон Леона был раздражённым. Вся эта перестрелка, жужжание и скрежетание с противным писком начинали надоедать. Он сжал пальцы Эшли сильнее и потянул её к безопасному месту — к углу, который был ограждён с двух сторон. Но главное — сверху. Ни одно насекомое не подойдёт. Это принесло немного спокойствия, и следующие пару минут перестрелки стали чуть увереннее. Как минимум, двадцать штук было застрелено. Когда Леон очередной раз нажал на курок, прозвучал сухой щелчок. — А, чёрт, — чертыхнулся он, убирая пистолет и доставая ТМП. — Эш, всё путём? — Ага, — ответ вышел неуверенным. Грэм хотелось прижаться к теплой спине, почувствовать его рядом, но она прекрасно понимала, что сейчас совсем не до обнимашек. Вжавшись в бетонную стену, она закрыла уши от пронзительного предсмертного писка в сочетании с оглушающе близкими выстрелами. — Их там ещё много?! — А ты закрыла глаза? — в голосе Леона звучала безобидная насмешка. — Мне казалось, тебе нравится смотреть, насколько я крут в бою. — Поверь, была бы возможность, я бы с удовольствием любовалась тобой день и ночь, но, боюсь, ты не выдержишь столь пристального внимания. Шутки в моменте серьёзных и тяжелых обстоятельств помогали им держаться на плаву. Леон вообще был любителем поболтать с противниками, разряжая этим обстановку. Или напротив, накаляя, просто потому что не сталкивался с ценителями юмора. Но когда узнал оптимистичную сторону Эшли, на себе испытал её дерзость и сарказм — испытал к ней огромную симпатию. Но не всегда, конечно, удавалось перекинуться саркастичными или юмористическими репликами. Бывали моменты, когда страх буквально пронзал тело. Насекомое внезапно навалилось на Леона сверху, напугав Эшли до ужаса. Она закричала и сердце почти остановилось, когда она подумала, что сейчас этот монстр просто сожрёт его. Но Леон вытащил нож и вонзил лезвие в голову жука. Тот издал пронзительный визг и свалился на землю. — Всё нормально, — выдохнул Леон, чуть обернувшись. — Ты точно не ранен?! Подбежав, Эшли протянула руку, помогая встать на ноги, и ещё несколько раз глазами пробежалась по всей фигуре. Сердце бешено колотилось где-то в глотке, руки и ноги дрожали после выброса адреналина. Пожалуй, такой сильный страх она испытывала, когда на Леона налетел бензопильщик. Перед глазами до сих пор стояла картина того, как обычный нож удерживал силу и смертоносность бензопилы. А теперь появился новый кошмар! Убедившись, что Леон в порядке, Эшли выглянула из-за плеча. — Может, просто побежим? — с надеждой спросила она. — Ну уж нет, — наотрез отказался Леон, обратив внимание на жуков, летающих позади. — Раз, два, три, четыре, пять… — насчитал их, быстро проговаривая под нос, а после усмехнулся, добавляя в рифму, — я иду стрелять. А ты — наказана. Марш в угол. Зло пробубнив под нос о том, что он получит если что-то случится, Эшли послушалась и побежала в своё укрытие. Нервно теребя кончик платка, она с замиранием сердца следила за боем, старалась уследить за каждым летучим гадом, готовая предупредительно кричать. Но этого недостаточно! После увиденного кошмара, она хотела помочь больше, чем просто предупреждать Леона о внезапной атаке! Её душило собственное бессилие! А пистолет не дадут, как уже выяснилось. Да и пустой он! Сейчас Леон отстреливал оставшихся насекомых из ТМП. А ведь они не так давно запасались патронами. Жуки оказались очень живучими и не хотели умирать с одной пули. — Всё, готово! Голос Леона прозвучал неожиданно громко в воцарившейся тишине. Никакого больше жужжания, скрежета и визга. Он убил всех. Подбежав ближе, Грэм беспокойно заглянула в голубые глаза. Хотелось обнять, сказать, как она волновалась, но… Леон был грязным. На его одежде, и немного на коже, были брызги тёмно-зелёной крови. И всё равно, она не могла не коснуться. Дрожащая рука потянулась к лицу мужчины, стирая небольшую каплю крови с правой щеки. — Ты ведь не ранен? Удивление во взгляде быстро сменилось лёгкой насмешкой и нежностью. Леон осторожно перехватил руку. — Не надо. Не хватало ещё, чтобы ты тоже замаралась в этой гадости. Я в порядке. — О, было бы отлично, если бы мы нашли ванную комнату, — в голове Эшли всплыла картина горячей ванны, чистого пара. — Тебя бы хорошенько отмыть не помешало. А то после этих жуков ты пахнешь не очень. Кеннеди весело фыркнул. — Я и до этого розами не благоухал. Вспомнился прошлый вечер. Когда Эшли открыла ему свои чувства. Когда они были откровенны друг с другом. В пылу желаний. Они дышали друг другом. Бесстыдно трогали. Ласкали. Сама Грэм откровенно дышала запахом Леона. Он был прав, это далеко не розы. Это запах мужчины, терпкий, насыщенный, смешанный с порохом и лишь едва уловимо — шампунем. — Что молчишь? — поинтересовался Леон, когда ответ затянулся. — М? Да так, задумалась, пойдём уже, — поспешила закрыть тему Эшли и первая пошагала вперёд. Не только запашок, но и вид взорванных насекомых вызывал огромное желание выбраться на свежий воздух. Девушка старалась идти осторожно, чтобы не дай Бог не наступить на одну такую жижу, и не поскользнуться. — О, просто супер, — раздражённо выдохнул Леон. Перед ними была решётка. Единственный выход отсюда был закрыт. — Леон, — ослаблено произнесла Грэм, прикладывая ко рту руку. Сначала она старалась не обращать внимание, но сильный запах вызывал уже не только тошноту, но и лёгкое головокружение. — Мне… что-то нехорошо. — Эй, эй, Эшли, — Леон забеспокоился, осторожно перехватывая девушку за предплечья. Он был не в лучшем виде, от него воняло не меньше, чем от убитых насекомых, но он не мог стоять в стороне, видя, что Эшли стало плохо. — Всё нормально. Подойди к решёткам, — сам повел её ближе. — Видишь? Там выход на улицу. Прислонись и просто дыши свежим воздухом. Я быстро найду способ открыть эту решётку и спущусь к тебе, хорошо? Последнее, что Эшли хотела — это беспокоить Леона по пустякам. Но состояние и правда заметно ухудшалось. Она слабо кивнула и медленно соскользнула вниз, садясь на корточки. Первый глоток свежего прохладного воздуха был сладок. Жадно хватая больше живительного кислорода, Эшли жалобно наблюдала за метающимся из стороны в сторону Леоном, которому пришлось подниматься на верхние этажи, и уже там искать рычаги, открывающие решётки. Поиски оказались успешны. Когда он отыскал первый, крикнул, обращаясь к Эшли: — Принцесса! Немного отодвинься, а то поцарапаешь спину! Слабость в теле мешала выполнить просьбу, но Эшли постаралась оттолкнуться и отползти немного в сторону. Подальше от воздуха, который помогал не зацикливаться на тошноте. Но стоило снова сделать вдох, ощутить витающую в помещении вновь, и Грэм снова поплохело. — Я здесь, Эш. Всё хорошо. Обеспокоенный голос Леона донёсся до слуха. Но был таким слабым. Эшли хмурилась, находясь в одном шаге от потери сознания. Дыхание стало совсем тяжёлым. — Вс-сё… хоро…шо… Зрение поплыло. Голова обессиленно упала на подставленное плечо. — Эшли!