Часть 11

Торговца они нашли, ирония, возле вагонетки, по которой должны будут перебраться на другую сторону, чтобы пройти через часовую башню. — О, друзья. Я так рад, что вы ко мне заглянули, — с радостью поприветствовал их мужчина. — Итак. Что можете предложить? — Несколько интересных вещиц. Леон достал из карманов всё, что они успели отыскать в покоях графини. Но когда в его руках появилась знакомая помада — обоих прострелило воспоминание сегодняшнего дня. Эшли и вовсе покрылась краской стыда. То, что случилось между ними, эмоции и близость, которые они ощутили, можно описать двумя словами — красная помада. То, что находилось в руках Леона — это воспоминание. Причём настолько интимное… — О, друг, я готов заплатить за неё хорошую цену, — ответил торговец, как только заметил помаду из золота, да ещё и с драгоценным камнем. И в его глазах появилось искренне изумление, когда Леон повернулся боком и отдал дорогую помаду в руки Эшли. — Мы оставим её. Лёгкое удивление сменилось короткой, едва заметной, улыбкой. Грэм убрала сокровище в надёжный карман пиджака, откуда оно точно никуда не денется. Теперь в любой момент она могла вспомнить о их связи. О том беззаботном моменте. Когда был только он и она… Эш мечтательно вздохнула, перед тем, как помотать головой, тем самым отдёргивая себя. Не время. Куда важнее ещё раз прокрутить в голове план покупок. Необходимо набрать воды. Да и от горячей еды она бы не отказалась. Ещё немного и живот вновь взбунтуется. И правильно сделает, здоровьем пренебрегать нельзя. Однако было ещё одно дельце, которое не давало покоя. Ванна. Отмыть накопленную за долгое время грязь хотелось нестерпимо. Не важно, холодная будет вода или еле теплая. Сгодилось бы что угодно. Но желательно, конечно, горячую воду. А ещё лучше — иметь возможность понежиться в набранной воде. — … спасибо, друг. Если понадобится что-то ещё, прошу, обращайся. За своими мыслями Эшли прослушала большую часть сделки, только успела заметить, как Леон набивал карманы материалами и порохом. — Ещё нужна винтовка. — О, друг, с этой штукой ты будешь разносить головы, как тыквы! — с восторгом отозвался торговец, положив оружие на стол. Леон произвёл предварительный осмотр купленной винтовки, проверил цевьё, планку точности и дуло винтовки на привет кривизны. Оставшись довольным, агент затянул ремень и закинул оружие за плечо. — Нам нужно набрать воды, — напомнила Эшли. — И покушать хочется, чего нибудь сытного перед отъездом. — О, юная леди, — торговец доброжелательно улыбнулся и отошёл немного в сторону, — всё товары прямо перед вам. Прошу, выбирайте. Если желаете отведать горячие блюда, вы помните о времени ожидания. Сегодня могу предложить моё фирменное блюдо — паэлья с курицей. Уверяю, рис и курица насытят, а овощи прекрасно дополнят паэлью своими ароматами! Слишком аппетитные описания, пришлось сглотнуть выделившуюся слюну. Только громко заурчавший живот никак не получилось успокоить. Взяв Кеннеди за краешек рукава, Эшли посмотрела на него с грустными глазами, очень напоминая выброшенного на улицу щеночка. — Леон. Давай поедим паэлью, м? — Нам придётся ждать довольно долгое время, — нахмурился Леон и перевёл взгляд на торговца. — У вас найдётся комната, в которой мы сможем передохнуть? — Конечно, друг, — кивнул мужчина. — Для хороших клиентов я сделаю скидку. — Спасибо! Это снова будет комната с тиром? — уточнила Эшли. Ей вспомнилось прошлое укрытие, место, где она открыла свои чувства. Тёплое воспоминание не могло не вызвать улыбку. — О, леди, эта комната намного лучше. Одна из спален! — Правда? Спальня? Боже, это здорово! Только… жаль, что мы не сможем остаться там на ночь, уж слишком много времени потратим, — вспыхнувший пыл быстро погас и Эшли разочарованно нахмурилась. Не так уж и часто они останавливались делать передышку, в запасе не было так много времени. Однако сейчас, когда они получили лекарство и появилось немного времени перед тем, как отправиться на остров, они могли бы перевести дух. Полежать вместе… — Если тебе нужно поспать, мы немного задержимся, — пошёл на уступки Леон, заметив перемену настроения. — Но не дольше трёх часов, до темноты мы должны попасть на остров. — А, нет, — помотала головой Грэм. — Я не хочу спать. Только полежать, поэтому я буду не против хотя бы три часа отдохнуть. Торговец дал добро и лично проводил их в графские покои. И когда они оказались внутри, взгляд обоих остановился на двери, которая могла вести либо в кабинет, либо в ванную комнату. «Прошу, пусть будет ванная!» — взмолилась Эшли, первая подбегая к двери. Рука слегка дрожала от волнения и надежды. Она повернула ручку, открыла тихонько дверь и… — О, Боже мой! Это действительно уборная, Леон! Радости не было предела. Можно попрощаться с неприятным запахом и грязью! С широкой улыбкой, и уже куда спокойнее, Эшли стала осматривать представленные им покои в готическом стиле. Старинная, дорогая мебель, красивое резное дерево, детально выполненные узоры, мягкое постельное бельё — всё вызывало восхищение. Леон её счастье разделял, но не так бурно. Первым делом он осмотрелся: проверил вазы, тумбочки и комоды на наличие полезных вещей, а также заглянул в уборную, чтобы проверить, насколько отличима купальня от современной, и не придётся ли мыться подручными средствами. Сначала провести проверку, удостовериться, что всё хорошо, и только затем можно расслабляться. Ненадолго. В голове Грэм промелькнула мысль о сходстве Кеннеди с верным псом. А что? Он такой же очаровательный по внешности, осматривает всё вокруг и становится злобным, когда появляется опасность. Хихикнув, девушка перевернулась на бок. Она начинала потихоньку запоминать привычки Леона, и ей это чертовски сильно нравилось. Казалось, они становились ещё ближе… — Закончил? — спросила сразу, как Леон вернулся. — Да, — кивнул Кеннеди и сел на край постели, возле ног девушки. — Чтобы не терять время, иди прими ванну. Нам повезло, у Салазара проведена канализация. — Хорошо. Ты пока смотрел, что да как, не нашёл, где лежат полотенца? — В ванной комнате есть полка с полотенцами. — Что ж, тогда я пошла, — сапоги девушки ритмично застучали по мраморному полу. — Долго не буду! Около ванны действительно находились маленькие полочки для одежды и полотенец. Повертев кран и так и сяк, Эшли нашла нужную температуру и горячая вода, почти кипяток, мощным потоком рванула в медную ванну. Грязная одежда комком была свалена прямо на пол, Грэм в её сторону даже смотреть не хотела. Взгляд был прикован к источнику удовольствия на ближайшие несколько минут. Пальцы ног осторожно коснулись воды и по телу мгновенно прошла тёплая волна, то ли от температуры, то ли от наслаждения. Как мало нужно было для счастья. Всего лишь окунуться в горячую воду, растянуться в ванне во весь рост, откидывая голову назад, и отдаться блаженству, прикрыв глаза. Горячая вода придавала сил. Расслабляла. От пара на виски легонько давило, но наслаждение перекрывало незначительный минус. Глубоко вздохнув, девушка сползла ниже. Все мысли и переживания в миг улетучились. Она легонько гладила себя под водой, не столько отмывая кожу от грязи, сколько принося дополнительное наслаждение. И так затерялась в этом блаженстве, что потеряла счёт времени. В себя пришла, только когда с обратной стороны постучали по двери костяшками пальцев. А затем она услышала немного взволнованный голос Леона: — Эшли? У тебя всё хорошо? — А? — ещё не до конца очнувшись, она переспросила. Но когда пришло осознание, крикнула, в спешке выбираясь из воды. — Да, уже выхожу! Схватив первое попавшееся под руку полотенце, Грэм тщательно стала вытираться. Сколько же прошло времени, пока она отмокала в воде? Хаотично, но крепко завязав длинное полотенце на груди, она уже хотела открыть дверь, но помедлила. Не слишком ли выходить к Леону в таком виде? Губы сжались. Стыдно, но где-то внутри защекотало непонятное, но приятное чувство. Она уже испытывала его, когда хотела раздразнить Кеннеди, увидеть его реакцию. Как никак, у них уже была некая близость, заставляющая кончики ушей краснеть. Вряд ли это будет менее смущающий опыт. Повернув ручку, лицо обдало холодным воздухом, заставляя поежится. И всё же такой диссонанс был по-своему приятен. Леон стоял у стены, совсем рядом с дверью, снова напоминая Эшли сторожевого пса. И как только она вышла, он мягко оттолкнулся и сделал небольшой шаг вперёд. Взгляд был сканирующим. Когда он для себя решил, что никаких признаков недомогания нет, взгляд изменился, стал куда более… интимным и оценивающим. Эшли почти физически ощущала его на себе, кожа покрывалась мурашками не столько от холода, сколько от удовольствия. — Ты… — выдохнул Кеннеди, не прекращая на неё смотреть. — Выглядишь мило. Довольная полученной реакцией и комплиментом, Эшли чуть наклонила голову набок. — Спасибо. Иди скорее мыться, а то я не обещаю, что твоя порция останется нетронутой, — хихикнув, Грэм поспешила забраться на кровать. В спешке она совсем забыла натянуть сапоги, и холод почувствовала не сразу. — Я буду ждать тебя. «Порция», «ожидание в постели» — двоякость в услышанных словах добавили нервозности. Леон тихо проворчал под нос и, не глядя в сторону Эшли, не искушая себя, поспешил зайти в уборную, где стоял влажный, тёплый воздух и витал приятный запах ароматных масел. Взгляд упал на оставшуюся воду в ванне, в которой долгое время нежилась Эшли. На неаккуратно брошенные вещи на полу. По телу прошла слабая волна приятных мурашек, когда Леон снял перчатку и опустил руку по кисть в воду. Дорогие эфирные масла обволакивали наколенный разум. Плечи вскоре расслабились и Леон принялся неспешно расстёгивать амуницию, стараясь при этом сохранять сознание чистым, не позволять своим мыслям уйти в неприличные дебри. Стойкий запах, казалось, впитывался в кожу бесконтактно. Кеннеди упорно не покидало ощущение, будто это запах Эшли. Она пользовалась маслами первая, от неё с самого начала исходил приятный аромат. Когда она вышла в одном полотенце, то выглядела такой… мягкой, беззащитной и вкусной. Где-то внутри просыпалась нестерпимая жажда. Жажда коснуться. Глубоко втянуть яркий аромат бергамота… Дыхание слегка участилось. Леон погрузился в повторно набранную воду, наслаждаясь позабытым за время бесконечной погоней ощущением. Простым, совершенно повседневным, но в их положении — настоящей роскошью. Что бы сказал хозяин Рамон, увидев, как его дорогие гости позволяли себе не только мародерствовать в замке, но и в наглую принимать ванны? Леон шумно усмехнулся, представив перекошенную от злости рожу. Откинув голову назад, Кеннеди лениво рассматривал узорчатую плитку. Парящая вода, вперемешку со снимающими стресс маслами, была очень соблазнительна, но за пределами этой комнаты его дожидался объект более сильного и сладкого искушения. Протяжно вздохнув, Леон решил дать себе ещё несколько минут, перед тем как вновь вернуться в компанию девушки. Поотмокать, впитывая кожей эфирные масла… Чистое махровое полотенце ожидало на столике. Но выходить в нём одном… Леон огляделся, надеясь увидеть какой-нибудь халат. Взгляд упал на небольшой шкаф, и, открыв его, Кеннеди обнаружил то, что хотел. Мягкая, тёплая ткань окутала распаренное, горячее тело. Прежде чем выйти, он вспомнил про напарницу. «Она же в одном полотенце. Простудится ещё». Подхватив ещё один пушистый халат, Леон покинул уборную. Эшли сидела на постели, уже наполовину расправленной, укутавшись в одеяло, и что-то читала. Настолько необычный вид, почти домашний, — если бы не вся эта роскошная обстановка вокруг, — что Леон на мгновение замер, запоминая новый образ принцессы. Она, кажется, так увлеклась, что не услышала открывающейся двери. Но нет. Эшли подняла на него цепкий взгляд. Влажные волосы, длинная чёлка, пальцами небрежно зачёсанная назад, так, что несколько прядей все-таки спадало на лицо, чистое и пропаренное мускулистое тело, которое не скрывал халат, открытая, крепкая грудь и ноги — всё это вызвало смущённую, местами застенчивую, улыбку. И тихий внутренний писк. «Такой красивый…» Запах эфирного масла с бергамотом усилился, когда Леон подошёл ближе. — Ты что-то принёс? — осторожно поинтересовавшись, Эшли села, поджав под себя ноги, по которым прошла мелкая дрожь. — Да, — Леон протянул сложенный пополам халат. — В одном полотенце будет неудобно, да и намокло оно уже. Переоденься в это. Подползя к краю кровати, Грэм переняла белую ткань. Халат будет очень кстати. Когда она закончила мыться, то в спешке покинула уборную, поэтому не успела всё тщательно рассмотреть. Не слезая с постели, Эшли повернулась спиной к Леону. Однако… он продолжал стоять на месте. Не понимал намёка. Ещё немного помедлив, девушка искоса посмотрела в его сторону. — Ты так и будешь смотреть? — Прости, — Леон со смущением отвернулся. Удивительные всё-таки метаморфозы поведения. В памяти был свеж образ горячего мужчины, который творил с ней поистине вульгарные и грязные вещи. А теперь он снова стесняющийся щеночек, послушно выполняющий просьбы. Эшли улыбнулась своим мыслям, неспеша развязывая влажное полотенце, которое со слышимым шорохом упало около её ног. Она совсем не торопилась: бережно взяла махровый халат, осмотрела его вид, оценила качество ткани и, оставшись довольной мягкостью и приятным ароматом, облачилась в него. Грэм не боялась, что Леон не сдержится и посмотрит на неё обнажённую. Кому кому, а ему она доверяла на все сто. Однако, если такое всё же произойдёт, ничего страшного. Это станет их вторым воспоминанием. Затянув пояс на узкой талии, Грэм дала знать, что закончила. Было что-то безумно трогательное в том, что они выглядели одинаково. В одних халатах, одного размера, за счёт чего на мощной фигуре Леона халат смотрелся немного стесняющим движения. А Эшли, наоборот, тонула в махровом белом тепле. Они выглядели как супружеская пара, решившая отдохнуть в гостинице. — У нас парные халаты, — с открытой улыбкой Эшли поднялась с кровати, сократила последние шаги между ними и прижалась к Леону, поглаживая его широкую спину. — Ты такой мягонький… большой… и вкусно пахнущий, — в процессе описания Грэм жмурилась от удовольствия и только сильнее сжимала в объятьях. Вода, казалось, смыла все переживания и заботы. Было так легко… Скорее бы плюхнуться на постель вместе, переплетая ноги. Лечь бочком, напротив друг друга, и просто смотреть в глаза, ведя безмолвную беседу. Грэм позволила себе окунуться в мечты, пока Леон её мягко обнимал. Тёплые, широкие ладони гладили лопатки и влажный затылок, посылая волну мурашек от приятных, и в то же время щекочущих, ощущений. —… удивительный, — полушепотом произнесла Эшли.