Глава тринадцатая – да начнется игра

      Глядя на то, с каким видом хмурилась Фурина, мне было воистину страшно за свое здоровье. Я все еще не знал, можно ли убить человека взглядом, но в этот момент вновь был готов в это поверить.       После небольшого (и громкого) разговора на тему «Как вы встретились?!», моя девушка всем своим видом давала понять, что ей очень трудно поверить в такие совпадения. Я рассказал ей о том, как посещал класс Муалани, чтобы подробнее расспросить ее о кознях Дотторе, и так уж вышло, что мне подвернулась Нилу. Собственно, так оно все и было, но вы ведь понимаете, что от этого мои слова убедительнее не стали? На самом деле, я бы тоже себе не поверил, если бы мы поменялись ролями: по счастливой случайности моя девушка встречается со своим бывшим воздыхателем, а затем он по ее же приглашению приходит к нам в кружок? Как-то слишком подозрительно это выглядит… А может, я просто и сам ревнивый?       – Ну… в общем-то, это вся история, – сказал я в самом конце, но надутые щеки и красный лоб так и не пожелали покинуть лицо моей девушки.       – Прямо-таки вся? Ну ла-а-а-дно…       – Эм… Хе-хе… А ты чего тогда вся красная?       – Ой! Извини, что мне было трудно поверить в такое «совпадение». Твоя «Божественная муза» от всей души раскаивается.       Последнее слово она сказала с таким очевидным сарказмом, словно и не пыталась его скрыть. Я пытался найти поддержку на стороне стоящей рядом Нилу, но она лишь неудобно улыбалась, словно провинившийся ребенок, который предпочел бы находиться где угодно, но только не здесь. Так я понял, что в этой неравной битве никакое подкрепление мне не поможет.       Фурина не сказала ни единого слова, не выразила ни единого протеста, даже ее мычание стало будто бы тише. Однако она так старательно отводила глаза и кривила губы, что ей не нужны были никакие слова. Очевидно, Фурина выбрала не разводить скандал еще сильнее, но и до конца подавить своих эмоций не могла.       «Точно обиделась…» – к такому выводу я пришел, пока морские глаза Фурины отчаянно бегали по комнате.       Знаете, а ведь я почему-то испытывал удовольствие, пока видел эту ее реакцию. В этот момент девушка напоминала капризного ребенка, но ей это так шло к лицу, что я почему-то… Да, я определенно умилялся этому виду. Уголки моего рта лишь едва приподнялись, большего я себе позволить не мог, а иначе бы это заметила Фурина, и тогда бы точно стерла меня в порошок.       – Ты сердишься потому, что я привел Нилу без твоего согласия? Но ведь ты сама как-то сказала, что нам не хватает талантов. Я думал, что ты будешь…       – Нет!       В один миг девушку переполнили эмоции, которые совершенно точно могли привести ее к слезам. От моих слов ее обида лишь усилилась, а вот я, к сожалению, оказался тем еще дураком, чтобы понять такую очевидность. Разумеется, Фурина злилась не на это, и даже участие Нилу не играло в ее обиде основную роль. В конце концов, мы с «Богиней справедливости» встречались уже год, и она достаточно доверяла мне, чтобы верить в мою преданность. Однако именно из-за этого у нее были все причины, чтобы обидеться на кое-что другое, что-то более значимое для нас двоих.       Кулаки маленькой леди слегка сжались, и она начала мять края юбки. Наверное, ей не очень хотелось, чтобы я видел ее капризную сторону, и потому она встала ко мне полубоком. И даже тогда я все равно видел, насколько красными стали ее щеки.       – Просто… Почему ты мне ничего не рассказал?? Я несколько дней пытаюсь вытянуть из тебя хотя бы пару слов, чтобы ты мне открылся. Но выходит, что ты ходил к Муалани, чтобы разузнать о Дотторе, и разговаривал с Нилу, чтобы облегчить душу. А вот со мной ты ничем делиться не стал… Нечестно!       Глаза Нилу поначалу расширились, и она отчаянно метала их от меня к Фурине. Думаю, теперь она жалела, что оказалась свидетельницей всего этого разговора, и тогда ее ноги сами понесли девушку обратно к выходу. Ох, сейчас я даже не знал, кому из нас двоих неудобнее.       – Я… Наверное, я лучше пойду.       – Стой! – голос Фурины так резко изменился и стал увереннее, что наверняка испугал бедную Нилу. – Да разве дело в тебе? Оставайся, если ты и в самом деле искала Навию. В конце концов, если Итэр позвал тебя к нам, то значит, на то была причина.       Миг испуга прошел и теперь настала пора уже для Нилу, чтобы она поддалась удивлению. И хотя Фурина все еще избегала ее зрительного контакта, но было видно, что она готова признать нового члена группы, если тот и в самом деле окажется не лишенным таланта. Именно эта ее черта и отделяла настоящую Фурину от ее капризной натуры: когда дело касалось театра, то девушка поступала так, как должна была поступать. Не было сомнений, что саму Нилу такой подход тронул до глубины души. Думаю, что глубоко в своих мыслях она наверняка уверила себя в том, что Фурина не захочет видеть ее в актерской группе. Ведь кому понравится видеть своего парня рядом с девушкой, которая к нему неравнодушна? Вот только Актриса поступила вопреки ожиданиям Нилу.       Но вот что насчет меня? Как я вообще реагировал на сказанные Фуриной слова в мой адрес? Знаете, у меня было какое-то двоякое чувство. С одной стороны, мне хотелось ей возразить, и сказать о том, что я не обязан отчитываться о каждом совершенном шаге. Это было бы справедливо, но… Другая моя сторона хотела извиниться. Нет, эта сторона чувствовала, что я должен перед ней извиниться. Просто по той причине, что я дорожил чувствами девушки, которую любил, и последнее чего я хотел – это чтобы «стена» между нами не стала еще больше. Да-да, та самая стенка, которая прямо сейчас вновь увеличилась в размерах.       – Фурина… – и вот он я, открывший рот, но не имеющий говорить дальше.       И почему же я замолчал? Честно говоря, я и сам не знал. Мне будто бы стало стыдно, и потому слова никак не шли, застревая на середине пути. Но стоило мне произнести ее имя, как Фурина краем глаза обратилась ко мне. В ее взгляде чувствовалась тень надежды, и она явно ждала, что сейчас я ей откроюсь, чтобы навсегда вычеркнуть это недоразумение из наших отношений. Для меня это означало лишь одно: к черту свои сомнения, как и свои противоречия. И в тот момент, когда я уже хотел продолжить…       – О-о… Смотрю, ты все-таки нашла их? – и вот снова, нас прерывают, не давая мне шанса закончить. Впрочем, в этот раз голос был хотя бы знакомым.       Теперь я точно убедился, что дверь в общую комнату надо всегда закрывать, а иначе мы так и будем удивляться появлению незваных гостей, словно в проходном дворе. Было бы неплохо еще и поставить охрану надежнее, чтобы не пускала в театр кого попало, но подобное было бы слишком «жирно» для моих возможностей.       Стоило этому «гостю» объявиться на пороге комнаты, как случилось сразу несколько вещей, связанных с нашей реакцией. Во-первых, глаза Нилу слегка расширились, но в целом она вела себя так, будто совсем не удивлена видеть перед собой «Скарамуччу». Да и по его взгляду я легко отследил, что свой вопрос он адресовал именно Нилу. А во-вторых – Фурина… Первые секунды ее глаза становились подобны тарелкам, готовые выпасть из орбит. Это был самый обыкновенный шок, но вот затем, когда осознание вернулось, то вместе с шоком на лице моей девушки появился также и ужас. Я не сомневался в том, о чем именно сейчас вспоминала Фурина.       Прошло уже больше года с той ночи, когда Скар со своими шестерками поймал Фурину в ловушку и начал над ней издеваться. Тогда он сделал это, чтобы выманить меня и уничтожить, но по итогу сам стал добычей меня и моей сестры. С тех пор Фурина уже не раз встречала Скара в коридорах или видела издалека, но она никогда не позволяла себе подходить к нему ближе, чем на пять метров. Думаю, что подсознательно Фурина уже никогда не забудет той ночи, даже если условно простит «Скарамуччу».       – ТЫ!!!... Да как ты вообще… – своими бессвязными словами, она лишь привлекла внимание Скара, который до этого будто бы и не замечал ее. – Как ты вообще сюда зашел???       Но вместо того, чтобы просто ответить на ее вопрос, Скар еще несколько секунд рассматривал Фурину. Было ощущение, будто бы он в ней просто не заинтересован, но увидев ее очевидный страх, он тут же ей улыбнулся. Я бы счел это за знак дружбы, если бы улыбка Скара не была такой издевательской.       – Ух ты! Давно не виделись, «Примадонна». А ты все так же не умеешь разговаривать с людьми?       – Кто бы говорил! И не уклоняйся, а отвечай на вопрос!       – Ну чего же ты так нервничаешь? – да уж, Скар словно тешил свою скуку этим диалогом, отчего мне было жаль свою девушку. – Я просто шел сюда на встречу со школьным товарищем, а по пути мне подвернулась эта рыжая барышня. Так как мы оба шли к театру, то составили друг другу компанию, а на входе нас пропустил тот странный мужик.       – Так я тебе и поверила! И вообще, в этом здании у тебя товарищей нет!       – Тут ты права… Но в таком случае спроси своего парня, должен ли я уйти.       Честное слово, я был готов прибить этого мальчишку на месте. Мало того, что он появился в самый неудачный момент, так еще и притащил за собой Нилу, а плюсом провоцировал Фурину. Впрочем, не скажу, что от его появления совсем не было плюсов: из его слов я узнал, что охранник пропустил их благодаря тому странному мужчине с тростью, а это не могло не навести на мысли…        То ли Скар не понимал, что своими словами он лишь подставляет меня, то ли понимал и делал это специально. Я легко был готов поверить во второй вариант, но сейчас то было и не важно: Фурина требовательно смотрела на меня, будто бы позабыв о той неловкой обиде, которая произошла минуту назад. Я старался сохранять спокойствие, пока Нилу решила немного унять ситуацию. Наверное, за это я должен буду ее поблагодарить в будущем, да?       – Эм… Фурина, он говорит правду. Я немного заблудилась на дороге, пока искала наш театр, и тут мне подвернулся Скар. Он сказал, что ему надо встретиться с Итэром, и потому он может показать мне дорогу. Но так как никто из нас не был в театре, то мы решили разделиться, чтобы найти вашу комнату сбора. Так что…       – И как это понимать?!       Как и ожидалось, Фурина не сильно была настроена на понимание. Из всех слов, сказанных Нилу, она приняла лишь те, что указывали на мою со Скаром встречу. Это лишь подтверждало тот факт, что «Странник» пришел сюда по моему личному приглашению, хотя на самом деле было не совсем так.       Наверное, стоит начать с того, что у нас со Скаром и в самом деле была запланирована встреча. Не так давно Люмин написала мне о том, что в скором времени она подошлет его ко мне, чтобы он оказывал помощь в предстоящей борьбе. И хотя самому мне это не нравилось, но выбирать не приходилось, ведь в отсутствии Сяо у меня было крайне мало союзников. Скар был не самым компромиссным человеком, и потому просто написал мне о времени встречи. Вот только в сегодняшней суматохе я об этом совершенно забыл, и благополучно на нее опоздал. Теперь, из-за этой дурацкой оплошности, мне не только придется объясняться перед Фуриной, но еще и выбирать между ней и Скаром.       «И что теперь делать? Если перенесу встречу на потом, то…» – мои глаза бегали от любимой девушки, к весьма нелюбимому типу, которого я стремился избегать. В голове я старался строить невидимую цепочку событий, словно продолжал сидеть перед шахматной доской. – «Нет, до первого экзамена остались считанные дни. Нельзя больше откладывать подготовку, а иначе так мы сыграем на руку Дотторе и его дружкам. А если так, то придется этому месту еще немного подождать».       Медленно вставая со своего места, я начал делать медленные шаги в сторону Скара, начисто игнорируя требовательный взгляд Фурины. В каком-то смысле это было жестоко, и от подобного я и сам испытывал к себе отвращение. Вот только, если я не хочу лишний раз ей врать, то, что еще остается, кроме как откладывать разговор о правде?       – Итэр! Подожди!       – Фурина, прости… Нам и в самом деле нужно поговорить наедине. Так что… – проглотив накопившуюся слюну, я попытался собраться с духом, когда поворачивался обратно к своей девушке. Ох, я надеюсь, что мое виноватое лицо отражало хотя бы каплю искренности. – Подожди меня еще немного, ладно? Я обязательно скоро вернусь.       Не моя просьба, и даже не мои идиотские оправдания смогли изменить лицо Фурины, а именно мои последние слова. И хотя никто из присутствующих не понимал, о чем именно я говорю, но в моих глазах Фурина смогла прочитать все. Она знала, что я говорю не про театр, а про нее саму: сейчас я фактически пообещал, что вернусь к ней, когда улажу все то, что происходило с нами и нашей школьной жизнью.       Лицо Фурины больше не отражало возмущение или обиды, но теперь она показывала какую-то необычную грусть, и даже удрученность. Наверное, она поняла, что сейчас просто не сможет меня отговорить. И это был первый раз за последний год, когда она не смогла до меня достучаться. Ее черты лица медленно обмякли, когда до нее дошло, что сейчас она может лишь смириться с моим решением, да проводить глазами. Жаль только, что Скар не умел читать ситуацию, и решил, что просто обязан как-то «оригинально» попрощаться с Фуриной перед нашим уходом.       – Пока-пока, «Примадонна», надеюсь увидеть твой ближайший спектакль, хе-хе.       – ПОТЕРЯЙСЯ!!!       ***       Сегодня падающий снег был необычайно мокрым. Стоило этим белым хлопьям коснуться моей щеки, как они таяли прежде, чем я успевал почувствовать их ледяного прикосновения. Из-за всего этого сегодняшний снегопад больше напоминал дождь, чем зимнее явление. Даже не хочу знать, как и с какой силой ругались сегодня владельцы автомобилей, что ехали домой с работы.       Стоит признать, что в обстановке уединения Скар не был похож на обычного себя. Пока мы шли обратно к учебному корпусу, то я был уверен, что он начнет всячески язвить или выводить меня из себя, но он просто молчал, словно так и должно было быть. Даже лицо его оставалось крайне равнодушным ко всей этой обстановке. У меня в друзьях частенько находились люди, не особо богатые на эмоции, но когда я сталкивался с подобным у всех остальных людей, то такая обстановка частенько меня напрягала. Я уже начал думать о том, как мне лучше к нему обратиться и начать разговор, но вот Скар, к моему глубочайшему удивлению, смог меня опередить.       – Куда ты дел тот меч, который я тебе отдал?       – Спрятал в комнате. А что?       – Плохо… – и хотя он так сказал, но на лице у него так и не появилось эмоций, будто бы ему было все равно на причину этого «плохо». – Хранить подобный инвентарь за пределами тренировочного зала запрещено. Если школа начнет внезапную проверку жилых помещений, и этот меч найдут – то могут понизить твой личный рейтинг.       – Почему ты думаешь, что школа вообще начнет такую проверку?       – Потому что сейчас школа будет искать любой повод, чтобы прицепиться к студентам. А уж прицепиться к тем, кого не любит руководство – тем более. Да и если поднимут старые записи, то вновь всплывет то самое дело, когда ты поколотил пятерых хулиганов.       – Все те «хулиганы», за исключением тебя самого – уже покинули школу. Нет никаких свидетелей того, что я и в самом деле устраивал ту драку.       – Рад это слышать…       – Что-то искренности не ощущаю. Не мог бы ты сказать это более эмоционально? – сказал я спокойно и равнодушно, пока мы оба делали медленные шаги, и в результате получил точно такой же ответ.       – Катись к черту… Так сойдет?       Разумеется, что в ответ я ему ничего не сказал. В каком-то извращенном смысле мне даже начинал нравиться этот парень: мы с ним могли поливать друг друга грязью до самого скончания мира, и при этом ничего не чувствовать, чтобы кидать оскорбления в ответ.       Время шло, как продолжались и наши шаги к учебному корпусу. Мы уже пересекли реку, которая отделала здание драмкружка от всей остальной школьной территории, так что совсем скоро должно появиться нужное нам здание. Однако перед тем как это случится, я должен был выяснить еще кое-что, пока эта странная беседа не зашла в тупик.       – Наверное, я должен тебя поблагодарить?       – А это еще с чего?       – За то, что соглашаешься помогать.       – «Помогать»?? Ха! Не неси чуши! – пускай и всего на пару секунд, но наконец-то я смог добиться от этого парня хоть каких-то эмоций. Хотя эти эмоции и были лишь насмешкой. – Твоя сестра всего лишь шантажирует меня компроматом, который когда-то смогла на меня приобрести. Если бы не Люмин, то я бы на это ни за что не пошел. Да и Дотторе своими идиотскими играми может испортить жизнь мне самому. Так что у нас с тобой не более чем совпадающие цели. Ни о какой помощи тут не идет и речи.       – Так я и думал…       И в самом деле, на что я вообще рассчитывал? В очередной раз мне удалось убедиться, что подружиться с этим парнем попросту невозможно. А самое ужасное в этой ситуации с экзаменами то, что мне придется терпеть его общество до самого конца «естественного отбора». Почему? Да потому что моей сестре с чего-то сдался подобный «пес» в услужении, и потому она будет навязывать его мне несмотря ни на что.       Как я и думал, уже через несколько минут мы достигли нужного здания, что означало для нас конец этой ужасной погоды. Первым делом нужно было обсудить все происходящее, а потому нам надо было отсидеться в каком-нибудь укромном месте. И пускай выбор наш был банален, но он пал на библиотеку. Вообще-то, по логике вещей, там сейчас должно было быть много учеников в преддверии экзаменов. Но, к счастью или беде, нависшая над нами ситуация создала такую обстановку, в которой большинство учеников просто не решались пойти сюда. Впрочем, мы со Скаром решили, что все равно должны делать вид, будто заняты чем-то определенным, дабы не привлекать внимания. Так что теперь, если кто-то зайдет в наш неприметный угол, заставленный книжными стеллажами, то он не обнаружит ничего, кроме двух играющих в шахматы учеников.       – Ты уже решил, как будешь действовать? – Скар сказал это почти что шепотом, дабы наш диалог не дошел до чужих ушей. И говоря это, он сделал свой десятый по счету ход – сделал рокировку.       – Я как раз над этим думаю. Но, перво-наперво нужно определить, сколько фигур на этой «шахматной доске», – услышав мой ответ, Скар бросил на меня свой острый взгляд, словно пытаясь раскусить мои мысли, но сам я не сделал ничего, кроме своего следующего хода – вывел вперед атакующую пешку. – К слову, ты зря так понижаешь голос. Можешь мне поверить, ни сегодня, ни в ближайшие дни в эту библиотеку никто не зайдет.       – С чего такая уверенность? Разве наилучшим решением в этой ситуации не будет тщательная подготовка к экзаменам?       Я не смог полностью сдержать улыбки, и потому один уголок рта все же поднялся к верху, из-за чего могло показаться, будто бы я просто нагло ухмылялся. Впрочем, быть может, это не было далеко от правды? Не дождавшись моего ответа, Скар отвел в сторону фигурку коня, чтобы освободить линию. Довольно ожидаемо, и потому я тут же поставил на позицию своего слона, дабы не дать двум ладьям объединить усилия на одной линии. Поняв, что я оборвал его замысел в самом начале, мой «собеседник» цокнул языком.       – В обычной ситуации ты был бы прав. Но после того, что устроил Дотторе, никто не станет ходить лишний раз в библиотеку, да и вообще попадаться кому-либо на глаза.       – Ты это о чем? – Скар даже оторвал глаза от доски. Как я и думал, он все еще не догадался о том, что здесь происходило.       – Дотторе удалось посеять панику среди учеников. Он специально распространял ложную информацию о половине исключенных, чтобы всех напугать, и после истории с Сяо все учащиеся смогли в этом убедиться. Теперь все ученики относятся друг к другу с подозрением: они не знают, кто друг, а кто враг. И потому, вместо того, чтобы сплотиться и помочь друг другу, они действуют по принципу «каждый сам за себя».       Лицо моего «партнера» приобрело задумчивый вид, пока он рассматривал свои фигуры. Он никак не мог связать их воедино, потому что ему мешал мой вышедший на позицию слон. А пока ладьи не были связаны, то и не могли провести мощную атаку. Поэтому, чтобы устранить моего слона, Скар своим ходом выдвинул вперед ферзя. Оно и понятно, ведь с таким мощным пешечным строем у него было преимущество на своей половине поля. Одного слона недостаточно, чтобы удержать позицию на вражеской территории.       В этот момент мои глаза оторвались от доски, чтобы посмотреть на ситуацию за окном. Снег все еще падал, но уже не так обильно как раньше. В этой мокрой каше, что сейчас была на дорогах, можно было легко застрять, чего уж говорить про обычных детишек, у которых сейчас промокают ноги? Я задумался о том, как бы действовал «Доктор», сиди он сейчас передо мной вместо «Скарамуччи».       «Вот только одно не дает мне покоя. Особое условие первого экзамена – это командные состязания, работа в группе. И именно перед таким экзаменом Дотторе умудрился сделать то единственное, что максимально помешает ученикам его сдать – он их рассорил. Кто-то из школьного руководства определенно сливает ему информацию о грядущих испытаниях. Быть может, сама директриса?» – я попытался вспомнить все, что рассказывала мне Мавуика о нашей «Царице». Когда глаза мои вернулись на доску, то я вновь увидел ситуацию, в которой Скар попался на мою удочку. Да, ему удалось спугнуть моего слона, и теперь ничто не мешало ему объединить две ладьи для атаки. Однако сам того не замечая, Скар связал собственную королеву со своим королем – грубейшая ошибка. Теперь, стоит мне переставить слона для атаки по ферзю и Скар уже не сможет уклониться, ведь убрать ферзя, означает подставить под удар короля. – «Нет, она бы не стала так рисковать. Сейчас для нее самое важное – это сохранить свою репутацию, а потому она не будет подвергать себя опасности, чтобы лишний раз связаться с Дотторе. К тому же нет никаких гарантий, что даже директрисе известны условия предстоящих экзаменов… Выходит, Дотторе помогает кто-то из учителей, которые будут проводить экзамен».       – И все же, если я правильно понял Люмин, в первую очередь этот парень будет пытаться выгнать именно тебя. Есть идеи, куда он ударит в первую очередь?       – Думаю, что это тоже очевидно. Как он сам выразился – ему «скучно», а значит, он будет пытаться спровоцировать меня на ответную реакцию. Такие, как он, всегда первым делом бьют не по тебе, а по тем, кто тебя окружает.       Несмотря на свое очевидное преимущество, я все еще не сделал ход. Наверное, неприятные мысли смогли отвлечь меня от партии, когда в голове вновь пронеслось лицо лучшего друга, которого я навсегда потерял. У меня не было сомнений в том, что Дотторе обязательно попытается выгнать Фурину, Люмин или Аяку, чтобы разозлить меня. Однако Скар, по всей видимости, считал иначе.       – Да ну? А вот я так не думаю… – этому парню и в самом деле удалось меня удивить, ведь до этого я был уверен, что мыслю правильно.       – То есть?       – Я с ним не слишком хорошо знаком, но в своих книгах ты всегда описывал его как какого-то умника, верно? – с этим было тяжело не согласиться, ведь именно такое представление у меня возникло о Дотторе, когда я собирал о нем информацию для персонажа своей книги. «Доктор» – это не более чем злой гений в моем представлении. – Разве стал бы такой тип намеренно говорить о том, кого он хочет исключить? Уж скорее он хочет, чтобы ты так думал…       И хоть мне жуть как не хотелось этого признавать, но в словах Скара был смысл. И смысл этот довольно прост: Скар намекает на то, что Дотторе специально попытался напугать меня, чтобы я отвлекся и бросил все силы на защиту Фурины и прочих. Поневоле глаза начали расширяться, будто бы я с искренним изумлением смотрел на лицо «Скарамуччи». Увы, но он этого не оценил, и, заметив мой взгляд, тут же покосился в лице.       – Ты чего так смотришь?       – Да так… Просто удивлен, что ты способен выдавать умные мысли.       – Ты у меня точно до выпуска не доживешь! – буркнул он, даже не скрывая своего раздражения, но почему-то мне захотелось лишь улыбнуться на подобную реакцию. – Цель Дотторе – это исключить как можно больше учеников, так? И еще он стремится морально тебя раздавить. Это значит, что бить он будет по твоим одноклассникам, которые меньше всего готовы к подобным экзаменам.       И опять же, звучало вполне логично. Стоило немного пораскинуть мозгами, но если поставить вопрос так, как это предложил Скар, то действия Дотторе можно было предугадать. В голове в быстром порядке начали проноситься лица тех моих одноклассников, у которых было больше всего проблем с учебой или социализацией. Были среди них и парни вроде нашего Беннета, а еще девушки, на подобии Ноэль. Хотя, у последней не было никаких проблем с учебой, но она была из тех, кто легко поддается чужому влиянию. Да, именно по этим ребятам «смута», которую создал Дотторе, и ударит сильнее всего.       – Ну, так что? Есть у тебя план при таких раскладах? Или мне уже можно писать письмо для Эи, в котором я хвастаюсь, что ты вылетел из школы…       Ох, как же он любил пошутить! Впрочем, сейчас я был готов оценить его юмор. Я очень тщательно обдумал все его слова, но по итогу так и не почувствовал, что мне стоит хоть немного волноваться. В конце концов, на мою задумку это никак не повлияет. В этот раз я ухмыльнулся от всей души и без всякого там притворства, а моя рука сама собой потянулась к фигурке слона. Когда я сделал тот самый ход, который все это время планировал, то на лице Скара пробежалась очень едкая досада. Он понял, что из-за своей оплошности потерял свою самую мощную фигуру.       – Можешь не волноваться, я уже все продумал… Кстати, тебе шах.       – Да иди ты! Я сдаюсь… – никакой громкой реакции от него не последовало, если не считать того, что он глубоко вздохнул.       Мне очень хотелось посмеяться, но в этот раз я смог выдержать. Тем более что ровно в этот же момент произошло то, из-за чего я напрочь забыл о нашей партии – мой телефон завибрировал, оповещая меня об очередном сообщении. Я даже не успел полностью его прочитать, как улыбка на моем лице заиграла с новой силой. Теперь у меня не осталось ни единого сомнения в том, что первый экзамен я ни за что не провалю.       «Пора использовать «сеть Акаши». Если Дотторе распространяет раздор с помощью своих шпионов, то я просто отвечу ему тем же» – мне оставалось лишь наслаждаться тем, с каким недоумением Скар смотрел на меня, пока я читал пришедшую весточку.       Ровно в тот же самый момент, когда на мой телефон пришло оповещение, то же самое произошло и с телефоном Скара. Разница была только в том, что он понятия не имел, кто отослал ему это письмо, да и с какой целью. Знали бы вы, как я радовался, пока смотрел за тем, как каменное лицо этого неприятного мальчишки наполняется шоком.       – Что за ерунда? Откуда… – вне сомнений, он наверняка подумал, что это какой-то спам, но прочитав несколько строк, тут же осознал, что это никакое не совпадение. – М-минутку… Это же решения от задачника… Тот самый, из которого наша школа берет задания для большинства контрольных.       – Едва ли они будут так делать на предстоящем экзамене, но вполне возможно, что задачки будут схожие. Если не ошибаюсь, там к каждому ответу и пояснение прилагается?       – Их больше сотни! – в этот момент он был похож на ребенка, который впервые увидел океан. – И когда ты только успел?! Стоп! Откуда у тебя вообще мой номер??       – Кроме тебя, подобные сообщения получили еще несколько сотен учеников. И это только начало.       – Чего??? У тебя там что, своя подпольная фирма?!       – Ну-у, почти… – почему-то я не сдержал неудобной улыбки, хотя извиняться мне было не за что. Да и на Скара я уже не смотрел: куда интереснее было наблюдать за выходом, где как раз объявились парочка новых гостей.       – Ит-э-э-э-р! – протянутый детский голос мгновенно заполнил всю библиотеку, из-за чего моя маленькая подруга обратила на себя недовольный взгляд смотрительницы.       Как я уже сказал, всего новых «гостей» было двое. Про Бэрри мне было нечего сказать, ведь маленькая «Нахида» выглядела так же, как и всегда: все тот же хвостик на одну сторону, то же по-детски прекрасное выражение лица, и тот же детский сарафан с портфелем за спиной. Эта девочка всегда любила смотреть на жизнь с оптимизмом, и возможно, что именно по этой причине ее мама позволяла мне общаться с ней настолько близко. Ведь обычно эта маленькая мисс была той еще домоседкой.       Но что-то я задержался на «Нахиде», а между тем, ее спутник тоже был интересной личностью. Хотя нет, тут скорее подойдет слово «странной». Его прическа чем-то напоминала горшок, а прибавив к ней изумрудные глаза, и можете мне поверить – вы легко перепутаете этого парня с девушкой. И это было еще страннее, если учесть тот факт, что девушкам своего возраста он нравился. Сам я никогда не мог понять причину такой популярности, ведь ничем кроме своих познаний в ботанике парнишка не отличался.       – Привет, Итэр, – спокойно поздоровался Тигнари, будто бы не заметив Скара, но затем он взглядом поприветствовал и его.       Не унимая своего жизнерадостного выражения на лице, Бэрри молча подошла к ближайшему от меня стулу, чтобы занять свое место. Я хотел пододвинуть его ей, но одним движением ладони девочка дала понять, что справиться сама. В каком-то смысле это было забавным зрелищем, ведь стул этот был выше ее роста, так что ей пришлось забираться на него. Что до Тигнари, то он сел напротив нас, слева от Скара. В отличие от Бэрри, в нем не чувствовалось того же запаха жизни, и уж тем более он не был настроен оптимистично, но я все равно был ему благодарен за сегодняшний приход.       Увидев этих двоих, Скар никак не отреагировал, будь то словами или действиями. Некоторое время он просто молча наблюдал за приглашенными мною гостями. Даже не сомневаюсь, что про себя он делал некоторые выводы. Много времени ему не понадобилось, и по итогу, еще до того как мы начали говорить, Скар уже смог сам догадаться до сути происходящего. Что же, это сэкономило мне время…       – Понятно. Вот значит, что ты сделал, – он ухмыльнулся, и быть может, что это был первый раз, когда я был рад его ухмылке. «Нахида» пропустила его реакцию мимо своего внимания, предпочитая на месте разрешить один вопрос.       – Вы получили наши сообщения?       – Да, все ровно в срок. Знаешь, даже я удивляюсь, как тебе удается делать все это по расписанию.       – Хи-хи! Ну, у меня ведь достаточно своих помощников, – при последнем слове изумрудные глаза «Богини мудрости» вскользь пробежались по Тигнари, но он не подал виду, будто бы хоть как-то в этом замешан. Вполне возможно, что он просто не хотел так быстро раскрываться перед Скаром.       В этой школе, наполненной гордецами и глупцами, не было никого, кто смог бы переплюнуть «Нахиду» в умственных способностях. Стыдно об этом рассказывать, но когда я впервые услышал про ее «сеть», то просто не поверил в правдивость подобного. И можете ли вы представить мое лицо, когда я узнал, насколько обширно влияние этой маленькой крошки? А уж когда до меня дошло, сколько человек принимали в этом участие, то я всерьез мог представить, как всей этой школой управляет какая-то маленькая «богиня».       Я не знал точно, сколько человек ей помогали, но Бэрри всегда искала в свои помощники не только самых умных, но и самых отзывчивых учеников. Они были кем-то вроде ее представителей, обеспечивали связь нуждающихся в помощи учеников с самой «Нахидой», когда им нужно было подтянуть учебу. Ее помощники были искусны в самых разных отраслях, и одним из таких был как раз парень, что сидел напротив меня – Тигнари. И имя всей этой подпольной схеме дала сама Бэрри – она назвала ее «сеть Акаши».       Пока Бэрри подробно рассказывала Скару, чем именно они занимались, то лицо моего бывшего врага медленно менялось. Теперь ему было уже не по силам сохранять равнодушие на лице, и его любопытство прослеживалось невооруженным глазом. Я мог понять его чувства, ведь если бы и мне внезапно пришли ответы на предполагаемые вопросы, то я тут же потребовал бы объяснений.       С того самого момента, как нам объявили о первом экзамене, то на «Нахиду» тут же посыпались письма с просьбами о репетиторстве. Разумеется, наш «Доктор» ничего не знал о существовании этой тайной сети, ведь она ему была не нужна – он и без нее считался самым умным учеником школы. Поэтому, когда я понял, какую грязную игру ведет Дотторе, то попросил Бэрри объединить столько учеников, сколько для нее вообще было возможно. И пускай ученики не доверяют друг другу из-за паники, но они готовы поверить «Нахиде» – таинственной девочке, которая уже не раз выручала отстающий старшеклассников из беды. Ну и конечно, я уже попросил ее о том, чтобы она распространила всевозможные решения задачек между всеми моими друзьями, как и учебный материал к ним. Это было решено еще до того, как я познакомился с учениками Мавуики.       Когда Бэрри закончила объяснять этот скромный план «Скарамучче», то он больше не выглядел как человек, что сомневается в моих решениях. Хотя, наверное, я сейчас приукрашиваю, ведь даже к концу этого небольшого рассказа мальчишка все еще продолжал над чем-то размышлять.       – Теперь ясно. Вот только, хватит ли этого? В школе сотни учеников, нельзя же подтягивать одновременно всех. Тем более что до экзамена остались считанные дни.       – Всех и необязательно, – я был уверен, что на этот вопрос ответит Бэрри, но вместо нее на это вызвался Тигнари, будто бы только и ждал, когда Скар спросит об этом. – Нас ждет командный экзамен, с численностью по пять человек на группу. Если хотя бы один из них будет достаточно подготовлен, то он сможет передать свои знания остальным. А если мы ограничим круг обучения до «отстающих» студентов, то их обучение не составит труда.       – Но даже так, вы уверены, что сможете потянуть такое количество студентов? Мы ведь даже конкретных вопросов не знаем…       Но не успел Скар договорить, как Бэрри уже начала демонстрировать ему свою солнечную улыбку. Ее зеленые глаза словно так и кричали «не волнуйся», пока сама она покачивалась из стороны в сторону. Клянусь, я бы и сам испытывал те сомнения, что были у Скара, но в моем случае я знал, насколько сильна была «Нахида».       – Тигнари – один из лучших учеников в мире ботаники. Нет такого вопроса, на который он не смог бы ответить. К тому же, они не станут давать нам вопросы по темам, которые вы проходили год или два назад, ведь им нет смысла давать всем нам поблажки. Зная это, можно легко разделить знания на «уровни», которые мы отсылаем ученикам.       – Сума сойти! – не могу сказать, какие чувства испытывал сейчас Скар, но его улыбка была пропитана как сарказмом, так и восхищением. В общем, странный он был тип. – Мне от тебя страшно становится, девочка! Ты что, и в самом деле намериваешься спасти всех разом?       – Ну да, а разве в этом есть что-то невыполнимое? Ведь человеческий мозг может все.       Между этими двумя будто бы началось зрительное противостояние. Скар своим взглядом явно испытывал Бэрри на прочность, и потому его улыбка, как и все остальное выражение лица, были как никогда пугающими. Он будто бы так и спрашивал «А силенок у тебя хватит?», но ответом ему была лишь все та же беззаботная мордашка этой маленькой девочки. Бэрри нисколько не дрогнула под его взором, и ее детская улыбка так никуда и не делась. В конце концов, без разницы, сколько пройдет времени, но Скару придется смириться с ее планом.       А вот если вы спросите меня, то мой ответ будет еще проще – мне было все равно. Точнее говоря, мне было все равно на основную массу учеников. Я не пытался противиться решению Бэрри, чтобы спасти как можно больше учеников, да и в каком-то смысле был даже «за», ведь так я смогу подорвать планы Дотторе. Но в первую очередь я буду спасать своих одноклассников, друзей, и самых близких для меня людей, а уже потом начну сожалеть, если кто-то вылетит из школы…

***

      Как и было обещано, первый экзамен наступил уже через три дня. Пролетели они незаметно, и потому даже я начал беспокоиться о самоуверенности «Нахиды», как и о том, успеет ли она притворить свой план в жизнь. Но сколько бы я не волновался, моя маленькая подруга всегда меня успокаивала, и говорила о том, что у нее все получится. Разве мог я сомневаться в ребенке, когда он показывает мне настолько милое лицо?       Первый из конкурсов на личный рейтинг, по умениям стрелять из лука, прошел сегодня утром, как раз перед экзаменом. Я не соврал своим новым друзьям, и не стал в нем участвовать, но и как-либо вмешиваться в проведение конкурса не соизволил. По итогу, победителем этого турнира стал человек, в победе которого я не сомневался ни на секунду – это была глава школьной секции по стрельбе из лука, моя давняя знакомая Эмбер.       Быть может, это и в самом деле жестоко? Еще в тот момент, когда Муалани предложила Оророну участвовать, то я уже был уверен в том, что у парня нет почти никаких шансов. Однако я промолчал, потому что в этом турнире должен был участвовать и Тарталья. Пусть и ненамного, но участие Оророна смогло снизить шансы «Чайлда» на победу. Если честно, это было весьма двояким чувством: я не позволил противнику победить, но и не помог союзнику выиграть. Не стану врать, в глубине души этот факт меня волновал.       Однако мое волнение, не шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас испытывали остальные студенты. Во время позднего обеда, который проходил перед самым экзаменом, большинство учеников сидели в столовой с белыми лицами. Я видел, как различные ребята разбивались на группы и тихо себе перешептывались, но даже не слыша их разговоров, я почему-то был уверен, что большая часть их слов была направлена на самоуспокоение друг друга. Первое время я пытался найти глазами кого-нибудь из своих друзей, но очень быстро сдался и просто принял тот факт, что все они уже успели поесть, и теперь стояли перед дверьми в назначенный кабинет.       Единственными, кто вел себя не так как все – был «Доктор» со своими друзьями. В отличие от других, эти ребята только и делали, что самодовольно улыбались, словно им обещали проход даже без сдачи самого экзамена. Да уж, воистину самоуверенные в себе люди. Я видел их шайку лишь издалека, но даже не сомневаюсь, что он не забыл бросить на меня свой насмешливый взгляд, глядя на то, как я сижу в полном одиночестве.       Про себя скажу лишь то, что я решил и вовсе не обедать. Нет, сам я был вполне спокоен, и при желании легко бы принял любую пищу, но сейчас мне было не до этого. Нужно было хорошенько прочистить разум, чтобы быть готовым к экзамену, и ради этого я принялся за то единственное, что помогало в такие моменты – я вновь начал играть в шахматы. Только в этот раз никакого Скара рядом не оказалось, так что и играть мне пришлось с самим собой.       «Если верить сообщению Хайтама, то всех нас разделят на составы, а затем будут запускать в кабинет по пятьдесят человек за заход. То есть – всего по десять групп за один раз… Черт, и почему только моя группа будет заходить первая!?» – а пока я над этим думал, то поставил самому себе шах, и сам же ушел из-под него. – «Впрочем, это сейчас не так важно. Если верить словам Мавуики, то она смогла подергать за ниточки, и устроила все так, чтобы Фурина оказалась в одной группе с Тигнари и Сахарозой, так что едва ли у них будут шансы провалить тест».       Быть может, я пытался успокоить самого себя? Нет, скорее я пытался отвести свои мысли от того, что меня на самом деле волновало. Я и Бэрри делали все, чтобы подготовить учеников к этому экзамену, но я понятия не имел, что на уме у моей сестры. Люмин не ответила ни на одно из моих сообщений, где я предлагал ей помощь, словно сестра решила вести свою собственную игру. Не могу сказать, что я в ней сомневался, но такое отчужденное поведение было на нее не похоже, и это вызывало у меня чувство страха. Поди еще разбери, что может быть на уме у обиженной девушки!       – Могу я присесть? – внезапный дружелюбный голос прервал всю идиллию, которую я смог создать, пока играл сам с собой.       Просто кошмар! Я так увлекся этой односторонней игрой, что даже не заметил, как ко мне подошел один знакомый юноша, а на пару с ним еще и девушка. Клянусь, если бы я не знал их обоих, то послал бы в ту же секунду, чтобы лишний раз не отвлекали. Но, как любят говорить в наше время – не сегодня.       Я впервые видел, чтобы эти двое ходили вместе. Глаза с сиреневым оттенком, ухоженные волосы, аккуратная походка – все эти черты принадлежали моему другу, а по совместительству и товарищу в школьном театре, фокуснику по имени Лини. Я довольно редко видел его злым, да и в тех немногих случаях он скорее изображал злость, чем по-настоящему ее чувствовал. Ну, ничего удивительного, ведь вместе со своей сестрой этот юноша мечтал стать величайшим фокусником, а что же за фокусы, если ты даже на лице своем не сможешь отыграть обман? В общем, я это к тому, что по жизни Лини был довольно приветливым и добрым парнем, из-за чего мы с ним легко находили общий язык.       Но удивило меня не столько появление Лини, сколько то, с кем именно он ко мне подошел. Сегодня его спутницей была Нилу, та самая девушка, что еще несколько дней назад пришла к нам в театр, чтобы стать частью нашей небольшой семьи. В отличие от Лини, который предпочел присесть напротив, и не убирать своего добродушия, внешний вид девушки не показывал ничего, кроме чистого беспокойства. А ведь если подумать, то с таким выражением лица Нилу вписывалась в общую атмосферу даже больше, чем наш Лини. Думаю, на всю столовую сейчас не найдется того, кто станет так же беззаботно улыбаться.       – Ну что? Смотрю, ты в хорошем настроении, – мне даже смотреть на него не надо было, чтобы понять, как много сарказма прячется в его словах.       – Ничего особенного, просто пытаюсь сосредоточиться на ближайшем экзамене, только и всего. Тебе, кстати, советую заняться тем же.       Следом за словом, моя рука передвинула фигуру со слоном, ставя противоположному королю мат. Я делал вид, словно сосредоточен лишь на партии с самим собой, но Лини хватило одного взгляда на доску, чтобы понять, что я всего лишь уклоняюсь от ответа.       – Конечно, я знаю, что ты парень слегка замкнутый, но быть может, не стоит так сильно отдаляться от общества? Весь драмкружок волнуется за тебя, Итэр.       Опять! Неужели каждый второй считал своим долгом сказать мне об этом? Сначала я слышал что-то подобное от Фурины, а теперь в точности то же самое говорит и Лини. Думается мне, что Навия решила любой ценой прекратить мои переживания, даже если для этого придется уговорить всю театральную группу.       Шли секунды, но взгляд фокусника никак не желал отступить, будто бы собираясь ждать моего ответа до самого конца времен. Конечно, меня таким не проймешь, я вполне могу сидеть вот так столько, сколько захочу, но в каком-то смысле тогда мне будет жаль Лини. Оставалось лишь перевести дыхание, а затем попытаться и перевести тему. Это было единственным, что я мог сейчас сделать, чтобы не ранить чувства Лини.       – Лучше объясни, а как так вообще вышло, что вы вдвоем теперь гуляете вместе? – по смущенной реакции Нилу я догадался, что именно такого вопроса она и опасалась.       С другой стороны, Лини так и остался спокойным, несмотря на мой провоцирующий вопрос. Он одарил Нилу все тем же дружелюбным взглядом, словно даже радуясь, что сегодня она с ним. Не думаю, что наш фокусник был каким-то ловеласом, но могу точно сказать, что в будущем у него могли бы быть неплохие шансы на Нилу. Вот только, когда его глаза вернулись к моей шахматной доске, то по ним я понял, что никаких особых чувств, кроме искренней дружбы, у этого парня к нашей рыжеволосой не было. А это значит, что дело было в чем-то другом.       – Навия приняла прошение Нилу, так что теперь девушка полноценная участница нашей театральной группы.       – В самом деле? – я попытался изобразить удивление, но вышло так себе. И Лини не стеснялся ответить мне самодовольством.       – Ты бы об этом знал, если чаще навещал драмкружок. В общем, теперь Нилу нужно привыкнуть к нашей небольшой команде, и как раз для этого меня назначили кем-то вроде ее «гида». Изначально Навия хотела возложить это на тебя, но Фурина так яро протестовала, что мы начали бояться за безопасность драмкружка…       «Спасибо ей за то, что избавила меня от этих излишних хлопот» – не могу быть уверен, но кажется, что в этот момент я смог слабо улыбнуться.       Наверное, на этом его короткое объяснение подошло к концу, а вместе с тем и очередная тема для разговора. Я делал вид, что всеми силами сконцентрирован на партии с самим собой, и даже не сомневался, что прямо сейчас Лини думает над тем, что еще может мне сказать. Увы, но сейчас было не то время, когда я мог делиться с кем-то своими переживаниями. Мне хотелось делать вид, что и сам Лини это понимает, и потому отступит, но как же сильно я недооценивал нашего фокусника…       – Пускай в твоих глазах это и прозвучит самонадеянно, но я понимаю твои чувства.       Это было неожиданно, и я не был готов к такой фразе, а потому позволил глазам слегка расшириться. Странно, но почему-то, пускай и всего на секунду, я почувствовал, как испытываю злость по отношению к Лини. Он – понимает меня? Что еще за чушь!? Как он может такое говорить, если он не знал, каким другом был Сяо?? Если этот фокусник никогда не видел, насколько прекрасным человеком была Госпожа Эи… Но вновь шли мгновения, а Лини так и не убирал своей мягкой улыбки, словно был заранее готов к моему бунтарству.       – Ты ведь не согласен, да? Но уверяю тебя, Итэр: если бы я видел, что кто-то довел мою сестру до такого состояния, как у Люмин, то я бы тоже ходил такой угрюмый. И именно поэтому я могу тебя понять.       – А ты уверен? – мне очень хотелось задать этот вопрос с сарказмом, но почему-то я проявил любопытство. Злость моя словно ослабла, когда я вспомнил, как сильно Лини дорожит своей сестрой. И следом за моим вопросом, изменилось и выражение лица Лини: оно стало серьезным и решительным, как у человека, что готов на крайние меры.       – Уверен. И ты будь уверен: если бы Линетт грозила опасность исключения, то я, не думая ни секунды поступил бы точно так же, как это сделал Сяо. Я бы пошел на все, чтобы защитить сестру, даже если бы пришлось самому вылететь из школы.       Нилу наблюдала за всей этой картиной, но и не думала нас прерывать. Ее голубые глаза так и кричали о грусти и волнении, которое она испытывала, глядя на нас. Однако при этом, девушка все равно не вмешивалась, словно молча соглашаясь с нашей позицией. Почему? Да потому что у каждого из нас были те, кто нам дорог, и ради защиты которых мы пойдем на что угодно. Нилу это отлично помнила, а вот я умудрился забыть. Теперь до меня дошло, каким эгоистом я выглядел со стороны.       Чувство стыда было неприятным, и потому я не мог ни опустить глаза на шахматную доску, лишь бы не встречаться взглядами с фокусником. Конечно, я отлично понимал, что мне пытается сказать Лини, но все равно не мог дать ему того, что он от меня ждал. А все потому, что для себя я уже все решил. Это решение было трудным, и едва ли Фурина сможет меня понять, но все-таки... Да, я в очередной раз вынужден говорить себе одну и ту же фразу: у меня нет выбора.       – Ребята… – нет, говорить об этом вслух было слишком сложно, так что я проглотил слюну, чтобы набраться решимости. – Могу я кое о чем вас попросить?       Как я и думал, оба собеседника изрядно удивились моей внезапной перемене в настроении. Тон мой хоть и был твердым, но при этом в нем чувствовались нотки мольбы, что просто не могло оставить Лини и Нилу безучастными.       – Разумеется! Если это не что-то запредельное, то мы обязательно поможем, – говорил-то наш фокусник самоуверенно, но он еще не знал, что именно я собираюсь попросить.       – Фурина… Если случится так, что я и сам не переживу эти экзамены, то будьте рядом с ней, чтобы поддержать. Проще говоря: присмотрите за ней, если со мной что-то случится.       Ну, кто бы сомневался, что у этих двоих будет именно такая реакция! Теперь и Нилу и Лини смотрели на меня так, будто не верили своим ушам. Печаль, тревога, жалость – все эти чувства переполнили их глаза, и в особенности глаза самой Нилу. Удивительно, но я еще никогда не видел Лини таким обеспокоенным, даже когда угрожали закрыть наш школьный драмкружок. Он смотрел прямо в мои глаза, будто пытался найти хоть какой-то намек, что я сказал это в шутку, но у него не было никаких шансов.       – Итэр, ты…       Не смог он договорить, или просто боялся сказать окончание фразы, этого я не знал. Даже не выслушав его до конца, я просто смотрел в глаза Лини, чтобы молча донести до него свой ответ. И по истечении нескольких секунд мне удалось добиться результата: пускай и медленно, но Нилу кивнула на мою просьбу, а Лини последовал за ней.

***

      В тот момент, когда я подошел к нужному кабинету, то до начала экзамена оставалось около пяти минут. Как и было обещано, не меньше полусотни учеников уже ждали своего часа, чтобы зайти вовнутрь. Хотя я и не пытался подавать виду, но даже мне было немного неспокойно, когда приходилось вот так ждать. В такие моменты каждая лишняя секунда кажется жадным глотком воздуха, которого у тебя как никогда мало.       Издалека я видел, как моя группа находится вблизи дверей, но сам не торопился к ним подходить. Ни на секунду я не выпускал телефон из рук, чтобы как можно дольше оставаться на связи с Нахидой. К тому же, мне хотелось найти своих друзей, чтобы оценить их эмоциональное состояние. Сейчас большинство ребят нервничали еще больше, чем в столовой, и чтобы хоть как-то себя успокоить, они держались вблизи своих товарищей.       «Как и предупреждал Хайтам… Нас и в самом деле будут пускать лишь по пятьдесят человек. В таких условиях я не смогу помочь Качине и остальным ребятам Мавуики, которые будут сдавать следующими. Но так у них будет больше времени на самоуспокоение» – медленными шагами, держа руки в карманах, я проходил вдоль окон, около которых сейчас стояло большинство учеников.       Аяка была верна себе, и оставалась сердцем для группы, с которой сдавала экзамен. Леди Камисато была в приподнятом настроении и решила, что должна воодушевлять своих товарищей. Вполне похоже на нее, и за это я был ей благодарен. Когда я проходил мимо, то на короткую секунду наши глаза встретились, но я решил, что лучше не отвлекать Аяку, и потому поспешил поскорее скрыться от ее глаз.       Сахароза стояла у дальней стены, что-то обсуждая с Альбедо. Ее парень не сдавал экзамен в этом составе, его очередь должна была наступить позже, но, тем не менее, он все равно пришел сюда сейчас. Даже не сомневаюсь, что он и в мыслях не допускал, чтобы не поддержать Сахарозу перед экзаменом. Я видел, как периодически на ее лице появляется улыбка, а для меня это означало лишь одно: за Сахарозу можно не волноваться, ведь прямо сейчас она была в надежных руках. Куда сильнее удивляло меня то, что Альбедо продолжал сохранять на лице абсолютное спокойствие, словно предстоящий экзамен его совсем не пугал. И почему только у меня самого нет такой выдержки?       Но оставим моих друзей, ведь на самом деле я искал не их, и даже не свою сестру, хотя пока я шел, то глазами видел и ее. Люмин держалась в стороне ото всех, и даже от собственной группы. На ее лице не было и следа той Люмин, которую я знал: никакой улыбки, насмешки или любого другого признака «теплоты». Моя сестра просто сверлила глазами ближайшую стену, решительно смотря на нее, как на самого ненавистного врага. И хотя она ничего не говорила, но ее аура отлично говорила вместо нее – никто из учеников не осмеливался сейчас к ней подходить. Я всегда знал, что скрыто под улыбкой Люмин, но даже так, мне было не по себе от подобного зрелища…       Впрочем, я ведь уже сказал, что с самого начала искал не сестру? Та, кого я хотел увидеть перед экзаменом, была недалеко от Сахарозы, и так же недалеко от своей группы. Фурина стояла перед окном, спиной к остальным ученикам, и просто смотрела на улицу. Уверен, она специально отвернулась от большинства глаз, чтобы как можно меньше людей увидели ее смятение. Ну, разумеется, ведь именно такой особой и была моя дорогая Фурина.       Пускай это и прозвучит нечестно, но я нашел в себе силы, чтобы насладиться этим зрелищем. Пока Фурина опиралась локтями о подоконник, а ее глаза взирали на белоснежную картину, то мне выпал шанс оценить ее красоту. Небольшое смятение и страх в глазах девушки придавали ей излишние детские черты, которые я так сильно в ней любил. Красивые пряди волос пролегали вдоль ее скул до самого подбородка, а оттуда свисали вниз. Этот задумчивый и слегка испуганный вид придавал Фурине образ самой настоящей французской леди, и я… Глядя на нее, я вновь покраснел, будто бы вновь в нее влюбился.       Что же мне оставалось, кроме как покрепче сжать зубы, а затем подойти к ней? Я просто не могу не поговорить с ней, но она была так увлечена своими мыслями, что даже не замечала моего приближения. И поэтому я решил, что просто обязан позволить себе небольшую шалость: незаметно подойдя к девушке, я накрыл своей ладонью ее глаза, мягко прикрывая их.       В одно мгновение Фурина вздрогнула, когда страх прошелся по ее телу. Однако уже в следующее мгновение ее тело расслабилось, будто она поняла по одному прикосновению, кто стоит за ее спиной. Мою руку она убрала, а затем обернулась, чтобы продемонстрировать настолько приятную улыбку.       – Итэр, – подытожила она, хотя это было и необязательно. – И чего ты так долго? Мог бы и раньше подойти, а не за пять минут до начала.       – А ты что, волнуешься?       – Я?? Конечно же, нет! За кого ты меня принимаешь?       Ну, разумеется, она волновалась. Даже без ее гордой позы и приподнятого носа я бы понял, что она блефует. Как всегда, Фурина пыталась казаться сильной и неуязвимой, но на деле она лишь пыталась скрыть свой страх. Конечно, это всегда выглядело мило, но сейчас было ни к месту, да и времени на подобное у нас не было. Я тут же взял ее за руку, чтобы ее внутренние страхи, которые она пыталась от меня скрыть, начали отступать от девушки. И снова она вздрогнула, но лишь для того, чтобы эти самые страхи смогли из нее выйти.       – Я ни на секунду не стану сомневаться, что ты справишься.       – Ну… – как я и думал, ей нужен толчок, чтобы она сама смогла поверить в свои же слова. – Ну, разумеется! Что же ты будешь делать, если твоя «Божественная муза» так легко вылетит из школы?       Она засмеялась в ту же секунду, а вот как по мне – ничего смешного! Мне так хотелось высказать свое недовольство, но в то же мгновение я ощутил, как завибрировал мой телефон. Там, на экране, было лишь несколько слов, написанных в переписке с маленькой «Богиней мудрости».       – Все готово! – лишь гласила надпись из чата, но она вызвала у меня такую улыбку, что рот был готов треснуть.       – Что там? – Фурина не могла пропустить мимо мою реакцию, но я решил, что этот сюрприз оставлю на следующий раз.       – Да так, просто получил приятный отзыв к книге.       Не уверен, что Фурина мне поверила, но ее рука так и продолжала держать мою. Между тем, я успел заметить, как примерно треть учеников прямо сейчас уткнулись в свои телефоны, чтобы прочитать новые сообщения. Думаю, нет нужды объяснять, что эти самые письма прислала им именно «Нахида» - наша извечная маленькая спасительница. Это была последняя часть подготовки, и у них будет лишь несколько минут, чтобы запомнить короткий учебный материал, но именно так и должно проходить «повторение».       И знаете, Бэрри сделала это как раз вовремя, ведь уже через несколько минут из кабинета вышел высокий, но молодой мужчина с серыми волосами. Вид его был важный, поза крепкая, а взгляд так и сочился уверенностью. И ведь действительно, Аль-Хайтам был не из тех учителей, с которым станешь спорить на уроках.       – Всех, кто зачислен на предстоящий экзамен – прошу заходить. Остальные же пусть ожидают своей очереди. И никаких исключений.       Странно, а почему я так сильно ухмыльнулся после его слов? Тарталья был недалеко от меня, и на его лице была расслабленная физиономия, а я еще никогда не чувствовал, чтобы так сильно хотел сбить с кого-то спесь, как с него. Жаль только, что Фурину такое могло напугать.       – Итэр?       – Не обращай внимания, – успокаивающе сказал я, чтобы не нагонять волнений на свою девушку. Осталось лишь в последний раз вздохнуть, а затем сделать первый шаг навстречу этим обещанным испытаниям. – Ну что же… Да начнется игра.