Глава пятнадцатая – свидание

      «Когда бульон начал обжигать горло, то я пообещал себе: больше никогда в жизни я не стану говорить, будто бы разбираюсь в прелестях острой пищи. Нет, не то чтобы я раньше сильно этим грешил, но тогда я просто не понимал, насколько далек от такой вещи, как самый настоящий и воистину хороший рамен.       – Ах-х-х! – протянул я, как только глубокая миска оторвалась от моих губ. – Еще никогда в жизни не ел настолько вкусной лапши!       – Рада, что тебе понравилось… – Эи бросила эти слова, пока сидела правее моего места. Когда она смотрела на меня, то ее будто бы посетила слабая улыбка, но стоило ей только посмотреть на мою тарелку, как вся эта улыбка моментально испарилась. – Хотя, до рамена, что готовят у меня на родине, этому ресторану все равно далеко.       – Да уж, иногда я забываю, что вы из Японии.       Не уверен, что я сказал что-то оскорбительное, но мне почему-то все равно захотелось извиниться. Рука сама собой дернулась к макушке, чтобы погладить голову от чувства неудобства. И хотя я уже давно научился относиться к Эи как к близкому другу, мне все равно было неудобно, когда мы с ней проводили время вот так, наедине!       Компания Эи устраивала меня на все сто процентов, и причина моего дискомфорта была уж точно не в девушке, но почему-то я все равно не мог отделаться от чувства неудобства. В последнее время у моей наставницы появилась привычка, о которой я предпочел не рассказывать другим ученикам: учительница фехтования начала звать меня на прогулки после тренировок, и каждый раз выбирала ту или иную забегаловку. На этих встречах она постоянно спрашивала мое мнение о местной кухне, словно пытаясь выяснить, каких именно предпочтений я придерживаюсь. Разумеется, это приносило мне удовольствие, но от этого главный вопрос никуда не делся: в чем вообще причина такого особого отношения?       Сегодняшний день исключением не стал, и Эи в очередной раз спросила, не хотел ли я составить ей компанию после уроков. Честно говоря, я уже начинал пугаться от таких диалогов! Тем более, что в этот раз «Госпожа Эи» целенаправленно пыталась узнать, нет ли у меня никаких планов на сегодня… Хотя, это будет преувеличением, скорее уж Эи ясно намекала мне, чтобы никаких планов я не строил. Что скажешь – очень уж «вовремя»! На самом деле, у меня сегодня уже было запланировано одно важное дело, и оно было даже важнее, чем общение с любимой наставницей. Однако Люмин заверила меня, что если я успею вернуться домой к вечеру, то сердиться она не будет, так что я с чистой совестью отправился на встречу с учительницей – прямиком в японский ресторан.       – Получается, что у вас с этой Кэт все наладилось?       – Д-да… Н-наладилось…       Надеюсь, я не слишком сильно покраснел? А что мне еще оставалось?! Никто не задает вопросы о личной жизни вот так внезапно! Впрочем, это же была Госпожа Эи, и едва ли я еще не привык к подобному поведению с ее стороны. Пока я был готов растаять от стыда, то она вовсю наслаждалась сладкими круглыми шариками, которые в Японии назывались «данго». И вот, отправив в рот один из таких шариков, ее глаза стрельнули в меня долей хитрости.       – Какой-то скучный ответ. Значит, ничего особенного у вас еще не было?       – Это еще почему!? – тогда я был слишком глуп, и не понял, что так Эи лишь провоцирует меня на ответ, да и спрашивала она меня далеко не о детских шалостях. – Мы с ней постоянно ходим на свидания! А еще и за руки держимся, да и чтобы вы знали, недавно я смог ее… поце… ловать…       «Черт! Да я же веду себя как самый неопытный ребенок!» – к самому концу от меня уже ничего не осталось, если не считать моей «помидорной» физиономии.       Я даже не заметил, как встал со своего места, а теперь мне предстояло сокрушительно плюхнуться обратно, чтобы до конца дней просидеть на этом табурете. Было так стыдно, что у меня не хватало решимости поднять глаза на Эи. Я вновь превратился в того маленького и неумелого коротышку, который в первый раз посетил ее спортзал.       – Вот значит как? Рада слышать.       – Вы это нарочно, да? – недовольно пробурчал я, надувая щеки.       Уверен, что Эи вдоволь позабавилась над моим поведением. Она всегда была спокойной и хладнокровной, но тем сильнее мне нравилось видеть ее милую и необычную сторону. А вот сегодня это качество сыграло со мной злую шутку, и уже не казалось мне таким интересным.       Но, что же еще я мог ей ответить, если не правду? Ведь, по сути, жизнь моя с каждым днем становилась все лучше. Кэ Цин, наконец, приняла мои чувства, и сразу после этого мы начали встречаться. Я был по уши влюблен в нее, и каждый день наслаждался очарованием юной Кэт. Лишь одна беда пришла мне за это – теперь все мои мысли постоянно путались, из-за чего мне стало трудно писать свои черновики. Эх, как же мне было неудобно из-за этого перед Чжун Ли! Тогда я чувствовал, что подвожу его, но даже на это мой учитель сказал, что так оно и должно быть в моем возрасте. Мол, у меня сейчас любовная горячка, а потому и писать нормально не могу. И что за глупости он только не придумает?! Какая еще любовная горячка???       – Ну-ну, не обижайся…       Наверное, в глубине души я хотел, чтобы она продолжила меня расспрашивать. Быть может, мне и в самом деле был нужен совет, чтобы как-то продвинуться в моем писательском деле? Я уже сдал в печать две книги, и через Чжун Ли мне ясно дали понять, чтобы я продолжал трудиться дальше. Другой команды мне было не нужно, мой запал никуда не исчез, вот только… Следующей книгой про мир «Тейвата» должна была стать Инадзума – Страна Молний. Я хотел сделать ее несколько лучше, чем просто «хорошей», настолько лучше, насколько вообще был способен. А значит, и главный персонаж новой книги – Архонт – должен был быть шикарным.       – Итэр, скажи…       – Да?       – Ты остался доволен?       – В каком смысле? – брови слегка изогнулись, ведь вопрос был искренне мне непонятен.       – Ну-у, то есть… – не могу поверить, что говорю об этом, но Госпожа Эи отвела взгляд! Я бы не поверил, скажи мне об этом кто-то другой, но она точно засмущалась! – Я про вкус… Тебе ведь понравилось, да?       – Вкус… Рамен? Ах, да… Т-то есть да! Он оказался вкусным!       Уверен, я сейчас выглядел как самый последний идиот. Наверное, даже хорошо, что Эи так настойчиво изучала свое «данго». Вновь я задумался над тем, зачем же Эи позвала меня сюда, если все, что она делала в этот вечер – это задавала мне вопросы о жизни. Да и зачем для такого звать меня в ресторан, если об этом можно было спросить и после тренировок? Нет, в ее действиях был какой-то определенный мотив, но я еще не мог понять, какой именно.       – Получается, ты бы не отказался от добавки, да? – говоря это, сама она продолжала смотреть на свое данго, будто хотела угостить меня не раменом, а сладостями.       Эи оставалась спокойной, какими были и ее прекрасные глаза. Для сегодняшней встречи она выбрала повседневную одежду, состоящую из спортивной куртки на замке и с капюшоном, а снизу облачилась в такие же спортивные штаны. Честное слово, если бы я не знал правды, то определенно назвал бы ее ученицей нашей школы, нежели одной из ее преподавателей.       Если задуматься, то мистер Ли частенько намекал, что Эи непростой человек, и потому к ней нужен свой подход. Скорее даже, она никогда не откроется кому-то, пока сама этого не захочет. Ли говорил, что нужно много терпения, чтобы расположить к себе такую личность, как наша Госпожа Эи. Что скрывала за собой эта равнодушная маска? Какая у нее была история? Если честно, мне с каждым днем все сильнее хотелось это понять. И почему-то у меня было чувство, словно эта женщина относилась ко мне не совсем как к ученику.       – Эи… Извините, но могу ли я задать вам вопрос?       – Конечно, – сказала она без задоринки, отправив в рот еще один круглый шарик.       – Почему вы так сильно обо мне заботитесь? – в одно мгновение мне показалось, что я сказал совсем не то, что было нужно, и потому поспешил уточнить. – То есть, я ничего не имею в виду! Просто… Знаете, в последнее время вы как-то странно себя ведете. Нет, если задуматься, то вы с самого начала странно на меня смотрели, еще в тот момент, когда я впервые пришел на ваши занятия. Чем я заслужил особое к себе отношение?       И вот опять, этот взгляд Эи… Не знаю даже, что за картину она вспомнила, но глаза юной учительницы будто бы провалились в собственные воспоминания. Интересно, она всегда надевает такое лицо, когда над чем-то задумывается? Мне вдруг захотелось увидеть, какой была Госпожа Эи в быту, но я тут же вспомнил, о чем меня предупреждал Чжун Ли: никогда не пробовать пищу, приготовленную лично Эи.       Снова я позволяю себе отвлекаться от темы, и погружаю вас в свои скучные представления. Тем временем, Эи явно смогла прийти к какой-то мысли. Только теперь до меня дошло, что так она пыталась мысленно прийти к ответу на вопрос, который я ей задал. Уголки ее ровных губ слегка приподнялись, показывая мне легкую, но в то же время весьма печальную улыбку.       – Думаю, я просто хочу научиться ладить с детьми.       – «Научиться»? – подобное утверждение и в самом деле показалось мне глупостью. – Но вы ведь итак уже…       – Ты же знаешь, что у меня нет собственных детей, так? Тем не менее, будучи совсем юной, я уже стала законным опекуном для одного юноши…       Эи явно вознамерилась не встречаться со мной глазами. Не думаю, что она испытывала стыд, но в ней определенно разгорались какие-то противоречия. Внезапно до меня дошло, что теперь девушка перестала есть «данго», а ее руки нервно трутся друг об друга. Думаю, что где-то в глубине души, эта женщина чувствовала себя необычайно одинокой.       – Но беда в том, что я совсем не знаю, как должна вести себя настоящая «мать»… У меня не получается быть той, кто ему нужен. Вот я и подумала, что если попробую сблизиться с каким-нибудь ребенком, то смогу хотя бы иметь представление о том, что такое быть матерью.       Ее голос еще никогда не казался мне таким искренним. Неужели Эи, будучи невероятно сильной наставницей, на самом деле вот такая? Не умеет общаться с другими, замкнутая в самой себе, но при этом – желающая приблизиться к окружающим людям. Я был рад за то, что именно мне она отвела роль человека, на котором хочет попрактиковаться, но в то же время – это слегка удручало.       «Так я что же для вас, тренировочный манекен, получается?» – странно, но мне захотелось засмеяться от подобного сравнения.       А пока я наслаждался видом своей «мягкотелой» наставницы, и позволял ей блуждать по собственным мыслям, то случилось нечто такое, что совсем не входило в мои сегодняшние планы. И началось все с того, что к нашему столику подошла официантка. Видом она была еще моложе Эи и наверняка, это была ее первая работа, а потому ничего удивительного, что в разговоре с нами она так волновалась.       – Эм… Извините, но я хотела сообщить вам, что ваш заказ готов… – вопреки моим ожиданиям, Эи моментально оживилась после этих слов. Она словно только того и ждала, чтобы кто-то сообщил ей эту новость.       – Правда? Тогда это замечательно, – не тратя больше времени на эту персону, Эи тут же переключилась взглядом на меня. Если честно, то я уже ничего не понимал. – Итэр, у тебя ведь еще есть немного времени?       – Ну… Если честно, то я еще должен встретиться с сестрой. Люмин ждет моего возвращения домой, так что мне нужно торопиться. Понимаете, сегодня мы с ней…       – Так даже лучше. Я хочу еще кое-что обсудить, так что останься. В конце концов, это относиться и к твоей сестре, раз вы с ней близнецы.       – К Люмин?? Подождите! Я ничего не понимаю…       – Лучше тебе присесть обратно.       – Но Люмин не посещает наш клуб по кендо! Если вы из-за чего-то остались мною недовольны, то наказывать мою сестру за это нельзя! – поверьте, в тот момент я и в самом деле мог прийти к такому выводу, уж слишком резко Эи сменила тему и вцепилась в меня.       – Итэр… Просто сядь и жди.       И что она этим хотела сказать?? Какое такое дело у нее могло быть к Люмин, если она не могла сказать об этом ей самой? Но, так или иначе, у меня не было причин не доверять «Госпоже Эи», и потому я послушно сел обратно, хотя и не без сомнений. С каждой секундой волнение лишь нарастало, словно меня к себе вызвала сама директриса. Получается, меня заманили в ловушку, чтобы отчитать? Я пытался вертеть головой, чтобы осознать происходящее вокруг меня, но в ту же секунду наставница наказала мне сидеть спокойно. И именно из-за этого, когда за моей спиной раздался внезапный голос все той же официантки, то я едва не подпрыгнул на месте.       – Пожалуйста, прошу, – ее мягкие нотки стали еще мягче прежнего, когда она наклонилась к нам с Эи, чтобы поставить напротив меня какую-то картонную коробку.       Коробка эта была небольшой и квадратной, я и представления не имел, что такого в ней может быть. По глупости я даже успел навыдумывать себе каких-то небылиц, но, как и всегда бывает в такие моменты – все оказалось намного проще. Как минимум, для меня стало новостью, что эта маленькая коробочка открывалась нестандартным способом: ее боковые стенки и верхушка отсоединялись от остальной части, оставляя дно и содержимое на столе.       Но опустим детали, мои глаза заворожило вовсе не от самой коробки или ее устройства, а именно от содержимого. Поначалу я просто не понимал, что это такое, но затем, когда глаза привыкли к данной картине, то я… Я не понимал происходящего еще больше! Из головы вылетело все, что я успел себе представить, и единственное, что там осталось – это вид чудесного торта. Да-да, именно его…       Как оказалось, заказ, про который только что говорила Эи, оказался самым обычным тортиком средних размеров. Так как я не был мастером кондитерских изделий, то не мог с точностью описать, из чего это лакомство состояло, но если судить по цветам – то я четко видел, как его украшают самые разнообразные фруктовые начинки. На самой его верхушке, используя какой-то красный крем, были написаны буквы, составленные в слова. Я еще не успел их прочесть, но этого было и не нужно, ведь я итак догадывался о том, что именно там написано.       Кажется, только что я сказал, что не понимаю, что здесь происходит? Но, по правде говоря, я немного преувеличил. На самом деле, пускай и с тормозами, но я уже осознавал суть происходящего. А все потому, что дома меня тоже ждало подобное угощение, только от моей сестры… Ох, похоже, что за сегодня я явно растолстею!       – Г… Госпожа Эи… Это что… – я был так шокирован, что не мог связать и двух слов. Даже мой подбородок никак не мог унять свою дрожь.       С трудом мне удалось перевести глаза на Эи, которая уже вертела в руках большой кухонный нож, отведенный специально для нарезания. Ее взгляд казался задумчивым, но на деле она просто стеснялась посмотреть мне в глаза. Я прекрасно видел, как дергаются уголки ее губ, словно наставница специально сдерживает подступающую улыбку.       – У тебя ведь сегодня день рождения, верно? Так что, прими мои поздравления… И для сестры кусочек не забудь приберечь.       – Так вы об этом говорили??       – Конечно, а о чем же еще? – пускай и всего на миг, но улыбка девушки стала ослепительно прекрасной, из-за чего я вновь покраснел. – Я ведь по себе знаю, насколько близнецы неразлучны в таких вещах. Она не простит тебя, если узнает, что ты не поделился с ней лакомством.       Внутри меня разгоралось что-то очень теплое… Что-то такое, о чем я вновь успел и позабыть. В последние годы, мы с Люмин получали поздравления от родителей лишь по почте или в виде поздравительной открытки. Поначалу я списывал это на занятость, но когда боль от одиночества стала невыносимой, то во мне начала разгораться ненависть как к своим родителям, так и к собственному дню рождения. Однако Люмин, моя любимая сестра – была другой. Она во всем пыталась видеть плюсы, никогда не унывала и всегда защищала родителей, а потому требовала, чтобы мы с ней отмечали дни рождения даже будучи в школе. Точно так же мы делали и все остальное – вместе, рука об руку. Поэтому, даже не чувствуя радости от этого праздника, я всегда старался быть счастливым ради Люмин.       Но все это было раньше, а вот сегодня что-то явно изменилось. Я смотрел на этот торт завороженным взглядом, и хотя ничего особенного в нем не было, но мое сердце стало биться чаще. Я вновь окунулся в то время, когда самый дорогой для меня человек покупала мне сладости, пока мы шли домой.       – П-почему?...       Да, я знаю, что уже задавал этот вопрос буквально минуту назад, но не спросить об этом просто не мог. Тем не менее, в этот раз Эи словно нашла в моем вопросе совсем иной смысл. Она приставила палец к губе, отводя глаза к верху, но ее вид все равно не показывал излишних эмоций. И вот как ее вообще понимать прикажете??       – Почему? Хм… Думаю, потому, что мне просто нравится тебя учить, Итэр.       Мне пришлось проглотить слюну, когда мягкая ладонь женщины легла на мою маленькую голову, чтобы взъерошить волосы. И хотя смотрела она вполне спокойно, но я вновь ощутил, как Эи просто пытается себя сдерживать. Так неужели, именно к этому она и стремилась? Быть может, она хотела, чтобы однажды ей удалось проявить подобные чувства к другому ребенку? Тому самому, за которого она была в ответе, но не знала, как к нему надо подступиться.       Я не был ее сыном, и я никогда не смогу стать им для нее, ведь через меня Эи лишь пыталась научиться этому чувству, но тем не менее… Тем не менее, я все равно чувствовал, как начинаю видеть в Эи кое-кого, по кому сильно скучал.       – Так, что же еще… Кажется, детям принято дарить подарки, да? Итэр, ты бы ничего не хотел получить? Разумеется, лишь в рамках разумного.       – Получить? Ну, я…       Если по совести, то я должен был отказаться от ее предложения. Эи ничем не была мне обязана, и уж тем более я не должен был как-то выделяться из ее студентов, но мне все равно хотелось кое-что от нее получить. Была одна вещь, над которой я раздумывал уже очень давно, но у меня никогда не хватало храбрости, чтобы об этом попросить. Почему? Да потому что уж слишком сильно я ей восхищался, чтобы выдвигать такие просьбы. Но, с другой стороны, если сейчас мне представился такой удобный случай, то почему бы им не воспользоваться?       – Вообще-то… Знаете, а ведь у меня есть одна просьба.       – Слушаю.       – Я… – уже во второй раз я проглотил слюну, чтобы набраться решимости. Я знал, что Эи не станет меня ругать, но все равно не был уверен, что могу просить ее об этом. – Я хотел бы стать вашим личным учеником!       – Личным? Это как? – когда я понял, что мои слова можно понять уж слишком разно, то мне сразу же захотелось прикусить себе язык, но тогда бы я не смог разъяснить свою мысль. Поэтому, с самоистязанием было решено повременить. Я придал своему голосу больше эмоциональности, чтобы показать Эи, насколько для меня важна эта просьба.       – Прошу, можете давать мне персональные уроки?? Лишь наедине, чтобы мы смогли общаться…       И вот опять, я говорил такими фразами, которые можно понять двояко. А может, это лишь я себе выдумывал всякие глупости? В любом случае, Эи не пришла к каким-то глупым выводам, но и не осталась без вопросов. Ее глаза сощурились на мне, будто так она могла лучше меня понять, но у нее все равно ничего не вышло. Шли секунды, и мое волнение нарастало в геометрической прогрессии. Теперь я уже неуверен, что выдвигать подобную просьбу было хорошей идеей. Ох, знали бы вы, как же это трудно, просто ждать ответа на свою просьбу!       – Конечно, я могу, но прости… Боюсь, я не понимаю, зачем тебе это надо.       Прошло довольно много времени с тех пор, как я в последний раз так волновался. Впервые мне было неудобно просить о том, чтобы какой-то человек стал частью моей книжки. А ведь раньше я и вовсе не просил, а просто списывал портрет с человека, даже не интересуясь его мнением. Кажется, что в этот раз все было иначе.       – Вы ведь в курсе, как я пишу свои книжки?       – Да, Чжун Ли как-то рассказывал мне об этом. И?       – На самом деле я… – нужно было сделать лишь один шаг, чтобы озвучить свою просьбу, но, как и всегда, на это требовалась решимость, а значит – время. Я был вынужден перевести дыхание, прежде чем вновь заговорить с Эи. – Прошу, позвольте сделать вас одной из главных героинь в моей следующей книге!       Лицо, которое продемонстрировала Эи в этот миг, нельзя было привязать в какой-то конкретной эмоции. Она словно не до конца понимала смысл сказанных слов, а с книгами так и вовсе никогда не сталкивалась. Поэтому я решил, что должен увереннее разъяснить свою просьбу, а иначе Эи так и не сможет меня понять.       – Следующая книга в моей коллекции – это Инадзума, страна молнии. Я собирался воссоздать ее по культуре вашей родины. Но, что более важно, я должен выбрать человека, который будет прообразом моего следующего архонта.       – Ах, так вот к чему ты клонишь. Ты надеешься, что во время тренировок сможешь научиться меня понимать?       – Да, все верно.       – Это отлично, – я успел раскрыть рот от радости, и снова поторопился. – Но я тебе тут не помощник.       – Почему это?!       – А почему это ты решил, что я подхожу?       Мне никак не удавалось понять, говорит она серьезно, или просто провоцирует меня на что-то. Лицо Эи оставалось равнодушным и спокойным, и даже глаза ее не выражали никаких эмоций. Неужели человек и в самом деле способен вот так спокойно отказывать? Наверное, после такого резкого вопроса, мое лицо приняло растерянный вид, раз Эи поспешила сама все объяснить.       – Я не тот человек, который умеет общаться с другими. В отличие от твоего классного руководителя, едва ли я могла бы расположить к себе людей, а потому и «богиней» меня представить довольно…       – А вот я думаю, что это не так! – сам себе удивляюсь, насколько же я осмелел, раз решился оборвать Эи на полуслове. – Может, вы и не общительная, но когда я вижу вас с мечом – то вы внушаете людям ничего, кроме уважения! Как вы сами думаете, почему «кендо» так популярно в нашей школе? Да потому что это ВЫ преподаете его! В школе не найдется женщины более уважаемой, чем вы, госпожа Эи!       Прежде чем я осознал, как много слов наговорил, то мне представился уникальный случай: я увидел, как Эи смотрит на меня с широко раскрытыми глазами. Ее удивление было настолько велико, что даже рот был слегка приоткрыт. Думаю, сам того не осознавая, я смог смутить ее, о чем говорил ее румянец, а ведь она всегда казалась мне крепкой словно железо. Но сейчас передо мной был не острый клинок, а скорее самая обычная девушка, способная не только на силу, но и на человечность.       Ли уже предупреждал меня, что за «стержнем» этой госпожи скрывается увлекательная, но весьма тяжелая история. Думаю, он намеренно хотел, чтобы я обратил внимание именно на эту учительницу, ведь кто как не Чжун Ли знал, что нужно для моей книги? Теперь мне хотелось еще сильнее узнать, каким человеком была эта женщина, но прежде чем я сделал хоть какие-то выводы – ко мне нагрянуло собственное осознание.       – П… Простите…       Уже в который раз я медленно вернулся на свое место, опуская голову к низу, чтобы молча извиниться. Я думал, что позволил себе непозволительное, когда начал громко спорить с одним из преподавателей. Однако, похоже, что у Эи на всю эту ситуацию были свои взгляды. Стоило мне присесть, как я ощутил, что приятная женская ладонь опять гладит меня по голове, только в этот раз с еще большей заботой.       – А ты наглец, Итэр. Просишь меня о частных уроках, а сам продолжаешь звать «госпожой», когда мне это не нравится, – мне опять захотелось извиниться, но из-за вида этой легкой и теплой улыбки, я просто позабыл все слова. – Обычно дети избегают дополнительных занятий, а ты, значит, просишь накинуть тебе пару лишних? Неужели тебе и в самом деле нечем заняться? Лучше бы уделил это время своей девушке.       – Будем считать, что я – исключение, – самодовольно высказался я, даже не понимая, насколько самоуверенно выглядело мое лицо в этот момент. И почему-то, после моих слов Эи улыбнулась еще сильнее.       – Исключение? Но ведь исключения – это враги вечности…»

***

      – У-в-а-а! – кажется, тогда я так широко открыл рот, что едва не вывихнул себе челюсть.       – Сам вытащил меня сюда, а теперь зеваешь?! Не много ли смелости???       – Хватит ныть. Разве ты не слышал, что нет ничего лучше утренней пробежки? Чем жаловаться, мог бы уже сделать один кружок.       – Если тебе так хочется стать сосулькой в такую погоду – пожалуйста. Только вот не понимаю, зачем тебе для этого я!       В то утро я окончательно убедился, что если Скар начинал ворчать, то этому ворчанию просто не могло быть предела. А ведь он и сам зевнул, ровно за несколько секунд до меня, но при этом все равно выдвигал какие-то претензии! Ну, и как это вообще называется?!       Впрочем, несмотря на его вредные выпады, я все равно никак ему не отвечал, и на то было сразу две причины. Во-первых, чем больше он ворчал – тем сильнее я мог злорадствовать в душе и наслаждаться его чувством дискомфорта. Ну, а во-вторых, пускай и ненамного, но я был с ним согласен. С недавнего времени я начал посещать наш спортивный зал, чтобы брать у Мавуики уроки по самообороне, а значит, мне предстояло привести себя в форму. То, от чего я уже успел и отвыкнуть, вновь стало частью моей жизни: я делал упражнения, оттачивал навыки с мечом, когда никто не видел, и даже бегал с утра по школьной площадке. Сегодняшний день был одним из таких, и я даже вытащил за собой «Скарамуччу» для важного разговора, но тут-то погода вновь решила сыграть с нами злую шутку – стало невыносимо холодно. А учитывая, что стояли мы исключительно в спортивной униформе, то нам было холоднее вдвойне.       – И когда уже придет эта твоя новая «пассия»?! – думаю, раздражение Скара усиливалось с каждой секундой, пока он пытался подышать на замерзшие ладони.       – Ее зовут Ситлали, и никакая она не «пассия». Если ты вдруг забыл, то у меня уже есть… Есть девушка…       Я едва не оборвал себя на полуслове. Стоило мне хотя бы упомянуть про Фурину, как я тут же впал в уныние. Со времен первого экзамена мы с ней так и не смогли увидеться, потому что все свободное время я отдавал подготовке ребят к тестам, а также тренировался с Мавуикой. Больше так продолжаться не могло, и потому я решил: пора уже что-то с этим делать… И, к моему сожалению, я пришел лишь к одному выводу, что можно было изменить в нашей ситуации. Ужасно, но то, что я хотел сегодня сказать – заставляло мой кулак сжаться от досады.       – О-о-о, извини! Просто вокруг тебя их так много вертится, что порой я путаюсь, кто именно из них твоя девушка.       – Интересно, а как быстро найдут твое тело, если я тебя тут в снегу закопаю… – и хотя казалось, что говорю я всерьез, но Скар от моих слов лишь злобно и самодовольно улыбнулся. – Если тебе холодно, то тем больше причин начать пробежку, пока не пришла Ситлали. Так что давай, сделаем по кружочку.       – Дурака нашел? Я тебе не партнер по бегу.       «Да уж, этому парню не угодишь… Неудивительно, что Эи не знала, как к нему подступиться» – но не успел я даже закончить мысль как следует, как вдруг над моей головой загорелась очередная идея. И чего мне только стоило не ухмыльнуться от собственной задумки.       – Ох, получается, ты боишься, что я тебя обгоню? Представляю, что бы сказала Эи, если бы ты…       А вот дальше я резко умолк, потому что картина перед глазами «с ноги» выбила все прочие мысли из головы. Скар даже не дал мне договорить, и просто умчался вперед, демонстрируя свое каменное лицо. Ощущение, будто бы он и не ворчал несколько секунд назад, а с самого начала был готов к тренировке.       – Чего встал?? Давай догоняй!       Странно, я вроде бы и радовался тому, что моя задумка удалась, но вот смотреть на то, как Скар меня обгоняет – мне было совсем не по душе. Так что, в этой ситуации я поступил так, как бы сделал на моем месте любой уважающий себя мужчина: я вознамерился победить, даже если мне придется прыгнуть под ноги этому самовлюбленному коротышке! Ведь на кону стояла моя гордость! А пока я бежал, то у меня хотя бы был шанс, чтобы обдумать все произошедшие за последние сутки события.       Не успел закончиться первый экзамен, как нам тут же объявили о следующем. В то же самое утро, когда Люмин навсегда сделала себе имя, руководство школы объявило дату следующего тестирования. Не считая даты проведения, никакой точной информации нам не дали, кроме, разве что, предмета экзамена: в этот раз, это будет математика.       Вычислить учителя, что будет проводить этот экзамен, было не так уж и сложно, ведь именно учителей этого предмета в нашей школе было меньше всего. Зная это, я почти на все сто был уверен, что главным «судьей» на экзамене будет Нин Гуан. И если я прав, то этот факт мог успокоить всем нам нервы. Да, разумеется, Нин Гуан нельзя было назвать самой доброй женщиной на планете, но она пользовалась уважением всех своих учеников, и едва ли была способна поступить с нами несправедливо.       Но даже если предположить, что учитель мне известен, то, что же делать с особым условием? Почему-то я сильно сомневался, что наша «Нинка» вот так просто нам его расскажет, а значит и действовать оставалось лишь самим. Зная это, я договорился о встрече с Ситлали и Оророном, чтобы под видом хорошей утренней пробежки обсудить нашу дальнейшую тактику.       Ну, а раз мы итак вынуждены ждать, то почему бы и не размяться, как мы сделали сейчас? Мы со «Странником» так сильно увлеклись, что совершенно перестали отдавать отчет своим силам. Не замечая собственной отдышки, каждый из нас пытался развить скорость истребителя, чтобы не просто обогнать оппонента, а полностью сокрушить его. И хотя пробежали мы всего один круг, но я был готов поклясться перед богом, что это был самый тяжелый круг в моей жизни. Обычно я не славился как человек, который легко ведется на детские провокации, но почему же этот случай стал таким вопиющим исключением? Боюсь, что в этот момент я попросту не знал ответа, да и не до него было: мы со Скаром так запыхались, что присели прямо на беговой дорожке у самого финиша. Чувствуя, как кровь приливает к лицу, а по всему телу распространяется излишнее тепло, я даже не сразу заметил, что теперь мы с этим парнем сидим «спина к спине».       – В итоге… я… прибежал первым…       – Фигня! – он дышал еще тяжелее меня, но все равно был готов найти в себе силы, если это касалось споров со мной. – Моя рука дотянулась до финиша раньше!       – И что мне твоя рука, если в забеге ценятся ноги? Моя лодыжка быстрее коснулась линии…       – Пха! Да одна моя рука принесет больше пользы, чем обе твои ноги! – и почему мне сейчас казалось, что говоря это, он с важным видом задирал нос?       Поверьте, я бы обязательно растолковал этому надоедливому жуку, что есть к чему, но именно в этот момент нас соизволили прервать. Молодая и красивая девушка со спортивным телосложением, пересекала уличную площадку вместе с парнем в капюшоне, который был выше нее аж на целую голову. И хотя одеты они были по погоде (в отличие от нас), но я отчетливо видел, что их куртки расстегнуты, и под ними у гостей надеты спортивные костюмы.       – Поколения сменяют друг друга, а молодые парни так и продолжают тратить время на свое традиционное занятие – страдают идиотизмом.       Я обязательно не забуду обидеться на ее слова, но как-нибудь в следующий раз. Сейчас мне еще предстояло отдышаться после этого сумасшедшего забега, а значит, нет времени, чтобы отвечать на выпады Ситлали. Тем более, что даже Скар не стал ничего ей отвечать, а просто поднялся с земли и стряхнул с себя снег. Да уж, теперь ему еще не скоро придется испытать на себе чувство «замерзания».       – Но, раз уж вы уже начали, то не вижу причин останавливаться. Значит, обойдемся без разминки.       Очень уж мне хотелось спросить, а не шутит ли она. В смысле, вот так просто начать следующий забег, когда мы еще не отдышались от предыдущего?? Ситлали явно нравилось быть садисткой, и ее женская улыбка лишь подтверждала этот факт. Только один человек реагировал на все это так, словно такое происходило с ним каждый день – это до абсолютного спокойный Оророн. Хотя, что-то мне подсказывало, что и он сейчас был в приподнятом настроении.       – Ух, «Бабушку» лучше не злить, когда она что-то приказывает…       – Ты что-то сказал?! – провокация Ситлали звучала настолько угрожающе, что Оророн едва не подпрыгнул на месте.       – Вовсе нет… Просто готовлюсь к тренировке.       – Вот и готовься, потому что ты и этот парень бежите первыми. А мы с Итэром пока поговорим о делах.       Оророну ничего не оставалось, кроме как кивнуть, но вот Скар скорее сам себе ногу сломает, чем совсем уж ничего не возразит. В тот момент, когда Ситлали отвернулась, то я отчетливо слышал полушепот со стороны своего «союзника».       – Интересно, а все ученицы Мавуики такие колючие вредины?       Понятия не имею, как Оророн отреагировал на его слова, ведь к этому моменту его лицо уже скрылось от моих глаз. Потратив несколько секунд на то, чтобы окончательно привести себя в порядок, Скар пошел на еще один круг, только теперь уже с Оророном. Даже если кто-то и увидит нас всех вместе, то все, о чем они узнают, так это о нашей совместной разминке. Во всяком случае, именно так все выглядело со стороны.       Скар не стал повторять свою прошлую ошибку, тем более, что в этот раз его противником был не я. Он бежал в спокойном темпе, чтобы к финишу сохранить максимум энергии, подобно своему оппоненту. Это увеличивало время их забега, и в то же время давало нам с Ситлали лишние минуты, чтобы еще раз поговорить. Пока она приводила в порядок свои волосы, а очки убирала в портфель, то я продолжал смотреть за бегущим Оророном.       – Ну и как наши «дела»?       – Никакого шума, – она слегка пожала плечами, чтобы подчеркнуть тот факт, что новостей у нее не так много. – Как ты и просил, я поспрашивала всех своих знакомых из других классов. Однако никто из них больше не замечал странного поведения от сверстников, да и дружки Дотторе к ним больше не подходят.       – То есть, в этот раз он ничего не задумал? Что-то мне плохо в это вериться…       – Да кто знает, что происходит в голове этого «чурбана»? – я так и не понял, что именно она пыталась сказать этим небольшим ругательством, но оно и не имело значения, пока Ситлали продолжала говорить. – Но, раз до экзамена всего несколько дней, то он в любом случае не успеет ничего сделать. Мы опережаем его на шаг.       Поначалу мой взгляд был направлен на бегущих парней, которые уже пересекли середину пути, но затем, обдумывая слова Ситлали, я медленно отвел глаза к утреннему небу. Как и должно быть зимой, оно было привычно серым, не давая солнцу донести до нас хотя бы частички тепла. Ситлали на это было все равно, она словно была создана для отрицательной температуры, а вот у меня уже начали болеть руки. Но что такое боль в руках, когда твою голову разрывает от потока мыслей? Не знаю почему, но я просто не мог согласиться со словами девушки. Чтобы Дотторе вот так просто принял безысходность? Нет, такое было просто невозможно представить.       – Ваша… очередь… – сказал Скар, едва его нога коснулась финишной линии. Признаться честно, мне даже стало его жаль: он ведь, как и я, определенно отвык от такой нагрузки.       Никакими излишними сигналами мы не обменивались, ведь все, что от нас требовалось – это просто пробежать один круг. Так что мы с Ситлали молча встали на свои позиции, а уже через несколько секунд принялись двигать ногами. Как и в случае с прошлой парочкой, мы специально бежали в замедленном темпе, дабы растянуть разговор. Однако даже так, оглядываясь на Ситлали, я не мог отделаться от ощущения, что бегать ей крайне тяжело. Причем даже тяжелее, чем мне или Скару, будто бы Ситлали вообще не привыкла разминать ноги.       «Так она что же, затворница? А я почему-то думал, что все ученики Мавуики сплошь спортсмены…» – и улыбка моя налезла сама собой, стоило лишь мне так подумать.       – А что тогда с особым условием? Каким Нин Гуан собирается его поставить?       – Мавуика… смогла разузнать немного… оно довольно простое… – каждое слово давалось отличнице не без усилий, но я боюсь, что все мы уже прошли ту фазу, когда можно было жалеть себя.       И вот так Ситлали начала свой небольшой рассказ о том, что на этот раз смогла выведать Мавуика. Она не соврала, и подобно прошлому тесту, условие было весьма простым. Однако я вновь не мог отделаться от чувства, что где-то здесь спрятан подвох. Наверное, к этой мысли меня подталкивал тот факт, что Дотторе в этот раз не предпринимал никаких действий.       Хоть и бежали мы медленно, но со своими объяснениями девушка закончила лишь у самого финиша, где нас уже ждали Скар и Оророн. Этому поспособствовало то, что Ситлали едва не задыхалась после каждого слова, пока мы с ней проходили полосу. А уж в самом конце, когда мы с ней пересекли финишную черту, то она и вовсе упала на колени.       – Больше не могу!! Как вы только находите в себе силы выходить из дома в такую рань?!       – Эм… Ситлали, так ведь уже время полдника… – скажу лишь, что Оророну явно не следовало говорить об этом. От того взгляда, которым его одарила «Бабушка» – даже мне стало бы страшно.       А пока девушка успешно изничтожала нравоучениями Оророна, словно тот был ее личным внуком, то я воспользовался моментом, чтобы вкратце рассказать всю информацию Скару. Не знаю даже отчего, но я вдруг захотел услышать его мнение по поводу поведения Дотторе. То есть, не мог же я один быть таким сущим параноиком???       Вновь мне казалось, что Скар просто отмахнется от моих слов и обвинит меня в паранойе, но в этот раз все было иначе. Юноша не стал высмеивать мои слова, когда я подчеркнул, что считаю действия «Доктора» странными. Даже напротив: по-моему, это был первый раз в моей практике, когда я видел Скара таким задумчивым.       – Получается, он решил залечь на дно? – я начал отрицательно покачивать головой еще до того, как он закончил эти слова.       – Никогда не поверю, что он из тех, кто станет заниматься подобным…       – Тогда из-за чего?       Скар задал мне прямой вопрос, но вот над ответом еще предстояло подумать. Условия экзамена было довольно простым, и все же, имея в своем распоряжении разных людей из разных классов, Дотторе все равно мог попытаться выгнать кого-либо. Так почему же он бездействует, когда уже проиграл первый экзамен? Я бы мог подумать, что так он опасается Люмин, но ее задумок не знал даже я, а значит у «Доктора» и подавно шансов не было.       «Что бы я предпринял, будь я на его месте? Наверное, попытался разгадать причины провала первого экзамена…» – я бросил взгляд на Ситлали и Оророна, которые до сих пор о чем-то спорили, но все же выглядели крепкими друзьями. Подобные узы нельзя было разрушить в один момент, и лишь дурак мог предположить иначе. – «Но в этом нет никакого смысла. Бэрри сделала все, чтобы обезопасить себя, когда создавала свою подпольную сеть. Даже если кто-то из ее «учеников» расскажет обо всем Дотторе, то он никогда не доберется до источника всех этих нитей. А если так, то какую еще цель он может преследовать?»       Почему-то мне упорно казалось, что ответ на все загадки намного ближе, чем я думал. «Доктор» опять играл со мной в собственную игру, провоцируя меня на какие-то действия, мол, попытайся еще разгадать, что такого я задумал. И если это вызов, то должен ли я его принимать? Решение нужно было принять в самое ближайшее время, пока у меня еще были возможности, чтобы подготовиться к ближайшему тесту.       – Ну что, сделаем еще по кругу? – казалось, что Оророн сегодня буквально переполнен жизнью, но вот его подруга такое стремление явно не поддерживала.       – Ни за что! Еще один такой круг – и мне точно понадобиться скорая помощь!       – «Бабушка», ты что, вчера опять сделала «это»? – у Оророна был какой-то странный взгляд, словно он боялся произнести что-то вслух, и в то же время боялся услышать ответ. Не знаю, на что именно он намекал Ситлали, но она моментально возмутилась.       – Нет, конечно! Ну… Если только малость… – с каждым словом краска на ее лице становилась все гуще, и явно не от холода. – Но это здесь вообще ни при чем!       – Хм… Мавуика говорила, что тебе нужно больше тренироваться. У твоего тела слабая подготовка, помнишь об этом?       Не знаю даже, кем можно было назвать Оророна: он был либо храбрецом, либо тем еще глупцом без инстинкта самосохранения. Ситлали посмотрела на него таким яростным взглядом, от которого меня совершенно точно передернуло. Губы ее надулись, глаз задергался, а волосы того и гляди были готовы встать дыбом, как у какой-то злобной ведьмы. Кажется, нам со Скаром здесь явно было не место…       – И это ты-то будешь меня отчитывать?! Напомни, кто из нас проиграл последний турнир по стрельбе?? А, «внучок»?!       – С… Страшная женщина… – он пытался сказать это полушепотом, чтобы разгневанная Ситлали не услышала его, но по итогу все вышло наоборот.       – А? Ты что-то там сказал?!       – Совершенно ничего…       – А вот мне кажется, что да!       И почему у меня было такое ощущение, словно я уже видел где-то такую картину? Мне так и хотелось вставить сюда знаменитую фразу «милые бранятся – только тешатся», но я был уверен, что после такой дерзости Ситлали не отпустит меня живым. Все-таки, она была странной девушкой, но, разве другие люди меня привлекали?       Улыбка лезла сама собой, и с каждым мгновением, пока я наблюдал за этой парочкой, то сдерживать смех удавалось все труднее и труднее. Должен ли я сказать этим двоим, как именно они выглядят со стороны? Определенно, у меня было такое желание, но я не знал, как нужно спрашивать о подобном, чтобы лишний раз не смутить подростков.       – Вы двое что, встречаетесь? – а пока я заморачивался над какими-то мелочами, то Скар просто «брал быка за рога». Причем спросил он об этом с такой легкостью, словно узнавал погоду на завтра.       В воздухе повисло то, что можно назвать моментальной тишиной. Оророн стоял с бледным видом, будто бы мысленно готовился к своей скорой смерти. Ситлали же, напротив, улыбалась подобно маньячке, пытаясь скрыть за улыбкой подступающую ярость. И, кажется, теперь глаз девушки дергался еще активнее прежнего. В воздухе запахло жареным, из-за чего мне тоже захотелось пробежать кружок другой вокруг площадки, а вот Скар… То ли он и в самом деле был самоуверенным пофигистом, то ли атмосферу не умел читать, в общем, на поведение Ситлали он отвечал максимально равнодушно, с примесью высокомерия.       – Скар, у тебя ведь вообще девушки никогда не было, да? – да-да, почему-то мне вдруг захотелось задать ему именно этот вопрос.       – А что, должна была быть? Не вижу ни одной причины, почему человек должен гнаться за чем-то подобным в свои школьные годы, – на секунду он оторвал свой взгляд от Ситлали, чтобы переключиться на меня. Только в моем случае он смотрел на меня так, словно вопрос мой был крайне глуп. – Насколько вообще высокий процент среди парочек, чья школьная любовь закончилась удачно? Таких идиотов можно по пальцам пересчитать…       «Засранец» – категорично заявил я в мыслях, и совсем не стыдился того о чем подумал. Уверен, Скар по одному моему взгляду смог понять, что я о нем подумал.       Почему-то я был уверен, что Ситлали просто поколотит этого самовлюбленного типа, но в очередной раз я поспешил с выводами. Что-то в последнее время я с этим зачастил, да? Но, так или иначе, вместо банальных кулаков, Ситлали почему-то устало вздохнула, словно Скар был далеко не первым, кто смог прийти к подобному выводу. Чтобы правильно ответить на его вопрос, она решила всем своим видом показывать важность и гордость. Стоит заметить, что сейчас у нее это получалось даже лучше, чем у моей девушки, а ведь та была талантливой актрисой.       – Что еще за глупости? С чего это я буду с ним встречаться?       – Значит, нет?       – Нет! Мы просто… – покачивая головой, девушка явно отбросила какие-то мысли, дабы не сказать ничего лишнего. Ситлали и в самом деле была осторожной в выборе слов. – Скажем так, у нас с Оророном дружные семьи, вот мне и приходится постоянно за ним приглядывать, словно за младшим братом. Только вот я довольно ворчливая на характер, и потому этот дурачок с самого детства дал мне это глупое прозвище – «Бабушка». Вы даже не представляете, как много с ним бывает хлопот!       «Думаю, у него с тобой бывает не меньше» – этот вывод пришел ко мне сам собой, но я решил не произносить его вслух, дабы «Бабушка» и мне не отвесила старческого подзатыльника.       – Кстати говоря, Итэр… – словно вспомнив что-то более важное, Ситлали отогнала от себя любые намеки на ворчливость и недовольство. – А ты сам-то в безопасности? Разве, тебе не стоит и самому где-то поучаствовать, чтобы поднять личный рейтинг?       – Я думал, что Итэр будет участвовать в турнире по фехтованию. Ведь так?       Не могу винить Оророна за такие выводы, ведь каждый, кто знал меня лишь поверхностно, должен был прийти к заключению, что я попытаюсь набрать баллы через «кендо». Но, по всей видимости, Ситлали была осведомлена намного лучше, и потому уже знала, что ни на один из конкурсов или турниров я пока что не записался. На секунду она смерила своего «внука» предупреждающим взглядом, будто бы намекая ему, чтобы он не смел болтать лишнего. И знаете, этого с лихвой хватило: Оророн тут же опустил голову, не намереваясь больше делать поспешных выводов.       Конечно же, я и сам давно раздумывал об этом. Будучи лучшим учеником школы, Дотторе успел забраться на самый верх еще до начала борьбы, и тем обезопасил себя. Мой противник мог смело позволить себе полный провал как минимум одного экзамена, ведь даже тогда не было гарантий, что он вылетит. Но вот я – не имел такой подушки безопасности, и в отличие от банды Дотторе, занимал средние места во всех списках. Моя сестра уже не имела такой угрозы, и после своей выходки успешно вошла в десятку лучших учеников. Так может, и мне стоит поступить подобным образом?       Хватило небольших усилий над головой, чтобы представить то, как я выступаю на состязаниях по кендзюцу, и то, как я на них побеждаю. Мой противник роняет меч, падает на колени, а судья объявляет меня победителем. Все это было прекрасно, но… Знаете, во всей этой картине я почему-то никак не мог представить лицо своего оппонента. Улыбка налезла сама собой, когда я понял, почему именно не хочу нигде участвовать.       – Не интересует.       – Но ведь тогда ты будешь в опасности! – чуть ли не прокричала девушка, словно искренне за меня беспокоилась. А вот Скар, в отличие от нее, продолжал наблюдать за мной с интересом, будто бы я сказал что-то очень важное.       – Знаю, но если есть шанс, что кто-то из моих друзей будет участвовать в тех же турнирах, что и я – то для них эти баллы будут куда важнее. Так что пускай турнирами занимаются те, кому победа и в самом деле необходима.       Интересно, а смог ли я сказать именно то, что так желал услышать Скар? Даже после моего ответа он продолжал изучать меня глазами, но мне так и не удалось понять, о чем именно он думал в этот момент. В свою очередь, Ситлали и Оророн теперь стояли с обеспокоенными лицами. Я понимал их, ведь мне совсем не шло вести себя подобно герою, да и по закону жанра, как только «герой» говорит подобные слова – то он обязательно умирает.       – Ну, не делайте такие лица, я ведь не сказал, что собираюсь вылететь. Лучше уж расскажите, как сейчас дела у остальных?       – Ох… – не знаю, что такого я спросил, но у Скара будто бы закончилось терпение. – Ну-ну, давайте вы теперь начнете болтать о жизни, расскажете друг другу о своем детстве, поплачете в плечо, а я тем временем благополучно замерзну насмерть…       Скар демонстративно размял конечности, чтобы показать, что ему и в самом деле было холодно, вот так стоять на месте. Поэтому никого толком не спрашивая, он тут же пошел на еще один беговой круг. В этой ситуации Оророн будто бы не знал, куда ему деться: наверное, он просто не хотел оставлять «Странника» в одиночестве, пока тот пробегает всю дистанцию. Короче говоря, замешкавшись на пару секунд, «Внучок» тоже пошел на второй круг, предоставляя меня и Ситлали самим себе.       – Что вообще с этим парнем?! Он еще чуднее, чем я себе представляла…       – Думаю, он просто нетерпеливый, вот и не хочет ждать, пока мы наболтаемся, – стоило мне это сказать, как я до дрожи удивился собственным словам. И когда это я начал понимать поведение нашего «Скарамуччи»?       – Не понимаю, и зачем только твоей сестре понадобилось отсылать к тебе подобного типа? У него ведь на лице написано, что он та еще заноза в одном месте.       – Да кто знает? У моей сестры всегда был странный вкус на знакомства, но… – и вновь я вспомнил прочтенные дневники Люмин, в которых она рассказывала об одном из таких вот «знакомств». – Думаю, если Люмин решила использовать этого парня как инструмент, то это значит, что она считает его полезным.       Пока я это говорил, то мой взгляд прицепился к бегущему Скару. Моя сестра приковала его к себе путем шантажа, и потому я не мог верить ему полностью. Чью сторону примет этот парень, когда настанет момент выбора? Мне хотелось верить, что он не станет ничего замышлять против меня, но мысленно я должен был приготовиться к тому, чтобы исключить и его тоже. Ведь, как я уже говорил, нет на свете более опасного врага, чем ненадежный союзник.       – К слову, отвечая на твой вопрос… – Ситлали внезапно напомнила мне о моих же словах, про которые я успел забыть. – Та маленькая девочка, которую ты попросил заниматься с нами…       – Бэрри.       – Да, именно она. Если честно, она самое настоящее чудо. Без нее мы бы и вовсе пропали.       «Что-то подобное говорила и Муалани» – я позволил себе ухмыльнуться, когда представил, как маленькая «Богиня мудрости» лично занимается с группой Мавуики.       Глаза инстинктивно бросились в сторону Ситлали, чтобы оценить ее лицо. Девушка пыталась прикрыться шарфом, чтобы не замерзнуть, но я все равно заметил, как едва заметно просачивается ее теплая улыбка. Очевидно, что Ситлали говорила искренне и даже с теплом. Похоже, что «Нахида» и в самом деле обладала каким-то необъяснимым даром – влюблять в себя всех окружающих.       – Значит, Качина смогла найти с ней общий язык?       – Именно! Твоя Бэрри очень ей помогает, правда…       – Что?       – Думаю, Качина все равно недостаточно уверена в себе, а от этого беспокоиться и наша Муалани.       Замечание было правильным, но из разряда таких, с которыми ничего не поделаешь. С первого взгляда я понял, что Качина не из того типа детей, которые так легко в себя поверят, и причина этому – отсутствие равной поддержки. Да, у нее были надежные друзья, в виде Муалани и остальных, но Качина слишком мало общалась с детьми своего возраста. Ей нужен был кто-то такой, в ком она сможет увидеть равную себе душу. И именно по этой причине я попросил Бэрри заниматься с ней лично. На это понадобиться много времени, но если получиться, то эти две малютки станут хорошими подругами.       «Убью двух зайцев одним выстрелом, да? Одновременно подготовлю Качину ко всем предстоящим экзаменам, и найду для Бэрри хорошую подругу… Быть может, хотя бы так я смогу отплатить ей за помощь?» – но, хоть я так и думал, в душе все равно понимал, какую плату от меня потребует «Нахида». И ежу понятно, что эта маленькая мисс ждет от меня вкусных сладостей.       На короткое мгновение я опять позволил себе улыбнуться. Мы благополучно пережили первый экзамен, и если будем придерживаться той же тактики – то без труда переживем и все остальные. Сейчас я был готов поверить, что в будущем все станет таким же, как было прежде, а значит, со временем я смогу исправить то, что собирался сделать сегодня… Нет, неправильно: позже я исправлю то, что «обязан» был сделать сегодня, не взирая на последствия.       – Слушай, Ситлали, могу я задать тебе вопрос?       – М?       Мысли о сегодняшнем задании вновь навалились на меня, подобно тяжелому грузу, и потому я решил, что мне стоит как-то отвлечься. Нужно было поговорить хоть о чем-то, чтобы занять этим голову, но в итоге я выбрал именно ту тему, которая интересовала меня сильнее всего. Холодный ветер подул так сильно, что едва не сдул капюшон Ситлали, который она только-только успела натянуть, а вот я этих шуточек от погоды словно и не замечал. Теперь мои глаза неустанно следили за Оророном – одним из тех «учеников», которых я пообещал защитить перед Мавуикой.       – Скажи, а вы кто? – как я и думал, девушка моего вопроса не поняла, когда изобразила искреннее недоумение, и потому я тут же продолжил свой необычный вопрос. – Я учусь в этой школе с самого детства, но вот вас в ней раньше не видел. Получается, вы перевелись в нее совсем недавно? Как именно вы связаны с Мавуикой, что она попросила меня защищать вас?       С каждым новым словом мой голос становился все серьезнее и холоднее. В воздухе повисла тяжелая атмосфера, которая могла и напугать юную «Бабушку», но сейчас у меня не было выбора. Ставки были слишком высоки, чтобы я не знал, кем именно являются мои союзники. И хотя я не сказал этой мисс ничего конкретного, но одним лишь тоном дал понять, что шутить я не намерен.       Несколько долгих секунд она смиряла меня удивленным, но в то же время любопытным взглядом. Не понимаю, чего такого интересного она нашла в моей пугающей ауре? Но, как оказалось, Ситлали уже давно была готова к подобному поведению. Ее выражение лица так и кричало о важности, с которым она собиралась мне отвечать.       – А я думала, ты уже и не спросишь, хе-хе.       Красивые глаза, наполненные самоуверенностью, теперь неожиданно обмякли, будто бы Ситлали приняла в себя душу другого человека. Ее взгляд обратился к бегущему Оророну, у которого явно случилась какая-то заминка, из-за которой он начал бежать медленнее. Думается мне, что эта девушка была не из тех, кто сознается в том, что собиралась мне сказать. Почему? Да потому что люди, подобные ей, никогда не признаются в своих истинных чувствах к окружающим.       – Все «ученики» Мавуики – знакомы с самого детства. Когда мы были детьми, то встретились в одном любительском клубе по приемам самообороны. Там-то мы и встретили нашу Мавуику…       – «Там»?       – Да, в южной Америке. Помнишь? Мы говорили об этом в кафе… – освежив мне память, Ситлали ожидала, что я начну задавать вопросы, но их так и не последовало, а значит, девушка могла продолжить, как только я ей кивнул. – Мавуика всегда была доброй с нами, всегда обо всех заботилась, словно о собственных детях. Атмосфера в нашем клубе никогда не была такой, какую испытывают друг к другу обычные одноклассники, мы были словно…       Но тут Ситлали застопорилась. Похоже, что она не знала, каким именно словом ей описать отношения в их небольшой группе. А может, прекрасно знала, но стеснялась сказать об этом вслух, ведь тогда ее красное лицо станет еще краснее. Наблюдать за этим было забавно, но слишком жестоко по отношению к самой Ситлали. И потому, я решил, что должен ей помочь.       – Семья, да?       – Д-да… Что-то вроде того… Кхм-кхм! В общем, для всех нас Мавуика всегда была кем-то вроде второй матери, и она заботилась не только о нашей подготовке, но даже следила за тем, чтобы мы получали достойное образование после школы.       – А не слишком ли сильно для обычной учительницы по самообороне?       – Представь себе – да! Но Мавуика всегда оставалась слишком самоотверженной, и потому никогда себя не жалела. Думаю, что для нее наш небольшой кружок – это и есть ее истинный дом. Она буквально видит в нас своих детей…       Взгляд мой потупился, когда я вспомнил, как точно так же ко мне относилась и моя собственная наставница. В моем воображении лица Эи и Мавуики постоянно сменяли друг друга, пока я окончательно не пришел к выводу, что между ними все-таки есть что-то схожее. И хотя Эи не умела показывать свои истинные чувства, но она всегда думала о благополучии своих учеников, даже когда остальным казалось, что ей на них плевать.       Неприятное чувство грусти нагрянуло так неожиданно, что я совсем не успел к нему подготовиться. Сравнивая двух «воительниц» я также вспомнил и о том времени, которое проводил вместе с «Богиней вечности», и мне… Мне стало грустно, когда я понял, что искренне скучаю. Но вот вопрос, скучал ли я по Эи, или в моей жизни мне не хватало кое-кого еще? Кого-то такого, кого Эи поневоле заменила для меня?       – А вот затем, все резко изменилось… Не так давно, Мавуике сделали предложение: она должна была переехать сюда для решения каких-то дел, а взамен, всем нам будет дозволено получить образование в одной из лучших школ мира. Разумеется, далеко не все из нас смогли сюда переехать, ведь окончательное решение оставалось за родителями. Но, по итогу наша небольшая команда теперь учиться здесь, а совсем недавно к нам присоединилась и сама Мавуика. Более простой истории и не придумаешь, да?       Я не стал ничего ей отвечать, потому что ответ здесь был лишним. Была ли эта история и в самом деле «простой»? Мавуика любила своих учеников так, словно те были ее детьми, но в чем причина такой привязанности? У каждого из нас своя история и своя память, что формирует личность внутри нас. Именно по такому принципу я и отбирал большинство своих персонажей, когда писал ту или иную книгу. Теперь было глупо отрицать, что я невольно начал интересоваться истинной историей Мавуики. Могла ли она стать той, кому я однажды доверю важную роль в своей книге? Не хочу этого признавать, но я опять захотел переписать весь «Натлан» с нуля.       – А «Капитано»? Я слышал, как Муалани упоминала его. Как он связан со всеми вами?       – Ох, чуть не забыла про него… – какое-то странное выражение завладело лицом Ситлали, словно ничего она и не забывала, а просто не хотела лишний раз вспоминать. – В общем-то, они с Мавуикой давние партнеры.       – Это как?       – Оба имеют права на наш кружок. По сути, Капитано является его владельцем, и потому Мавуике постоянно приходится обсуждать с ним все решения, касаемо будущего клуба. И можешь мне поверить, эти двое спорят чаще, чем я перечитываю свои любимые романы.       «И у кого это так много сил, чтобы постоянно спорить с Мавуикой? Не завидую я этому мужику…» – я усмехнулся быстрее, чем эта мысль пролетела в моей голове. На какое-то мгновение во мне даже зажглось желание, чтобы познакомиться с этим самым «Капитано», но я быстро отбросил от себя эту мысль. Сейчас мне было не до того, чтобы встречаться еще хоть с кем-то.       В тишине, нарушаемой лишь воем ветра, Ситлали явно ждала, пока я не отвечу ей хоть как-то. Но что же она хотела от меня услышать? Мое мнение об их «семье»? О самой Мавуике? Или же, готов ли я назвать их своими союзниками? Наверное, Ситлали надеялась, что после ее рассказа я все же начну им доверять.       Вновь я вспомнил о том, что за разговор мне сегодня предстоит и с кем. Время поджимало, а значит, и решать было нужно прямо сейчас. Муалани, Кинич, и все остальные – они были хорошими ребятами, но я не мог остаться с ними навсегда. Ведь у меня в этой школе тоже были люди, которых я был готов назвать членами своей семьи. И сейчас я был им нужнее.       – Ситлали, я… – но нужные слова так и не покинули моего рта, а виной всему то, что прямо передо мной затормозил летящий на всех парах юноша с сиреневыми глазами.       – Ух… Опять я… победил…       – Ты что, жить без этого не можешь? – так я хотел отчитать Скара, но от моих слов он только лишний раз ухмыльнулся.       – Ну так, я ведь должен напоминать тебе, какой ты неудачник…       – И как это вообще связано?!       И снова никакого результата, если не считать его самодовольной рожи. К этому моменту и Оророн успел добраться до финишной полосы, но почти сразу же был готов побежать в обратную сторону: Ситлали явно не понравилось, что ее «внучок» так легко проиграл Скару в забеге. Странное дело, но почему же я опять позволяю себе улыбаться? Я уже собирался как-нибудь ответить «Страннику», дабы словесно отыграться и втоптать его в грязь, но не успел: мой телефон завибрировал, сообщая о получении нового письма.       Это было довольно смешанное чувство. С одной стороны, я обрадовался этому небольшому сообщению, а вот с другой – мне вновь стало тяжело. Я мог лишь горько улыбнуться, когда ко мне пришло осознание того, что вот и закончилось то самое «время», которое было отведено мне для принятия решений.       «Прямо-таки легка на помине…» – подумал я, перечитывая каждое слово.       (Фурина) – Привет! Я на месте, ты там скоро? Жду не дождусь встречи, так что поторопись!       Что ни говори, а настроение у моей дамы было приподнятым. Ну, а как иначе бывает перед свиданием? Тем более что мы не проводили их так давно, если не считать нашей подготовки к экзаменам. Написав быстрый и короткий ответ, я вновь перебросил взгляд на ребят, которые словно забыли про мое присутствие. Ситлали гонялась за Оророном, словно кошка за испуганной мышью, а Скар, глядя на это, только и делал, что пускал насмешки в сторону разъяренной девушки. Думаю, он и в самом деле не мог жить без идиотских шуток, которые пускал в адрес окружающих.       Знаете, а ведь мне было даже жаль, что придется разрушить эту небольшую идиллию. Я понимал, какой эффект окажут мои следующие слова, но выбора все равно не было.       – Извините, но мне надо идти.       – Ась??       Я сказал об этом не очень громко, но эффект вызвал мгновенный: вся троица тут же перевела на меня свои взгляды. Не могу их винить, ведь это я сегодня позвал их сюда, а теперь выходит так, что я резко решил их покинуть. Это что же получается, что я их «кинул»? Наверное, больше всех от подобного бесился Скар: он, как оказывается, только зря вышел из дома в такую холодину.       – Ну-у, простите… На самом деле, у меня сегодня свидание назначено, так что мне надо бежать… – к своим словам я благополучно прикрепил растерянную улыбку, но для Скара ее явно не хватило.       – Издеваешься?! Ты мне что, хочешь сказать, что я тут сейчас отмораживал конечности, только чтобы пробежать с тобой пару кружков по площадке???       – Смотри на все с оптимизмом, зато ты познакомился с двумя хорошими людьми. Чем не плюс?       То, что Скар сказал дальше, я лучше озвучивать не буду, не для людских ушей такие ругательства. И вот опять, он вроде бы меня оскорбил, но почему же мне было так весело от этого факта? Наверное, как и ему, мне просто нравилось издеваться над некоторыми людьми. Или, быть может, это он так дурно на меня влиял?       – Довольно неожиданно, знаешь ли… Кто вообще назначает свидания и деловые встречи на один и тот же день? – и хотя взгляд «Бабушки» был острым, но надутые щеки начисто портили тот образ, который она так пыталась показать. Бедная Ситлали, ей еще очень много предстоит узнать о моих выходках.       – Прости, – и вновь я оправдываюсь, из-за чего охота было стукнуть самого себя по голове. – По правде говоря, я не думал, что она подойдет на место так быстро…       – Тогда, может, познакомишь ее с нами? Будет неплохо пообщаться со знаменитой Фуриной.       Вообще-то, идея не была лишена смысла, но имела несколько нюансов: во-первых, после случая с Нилу, Фурина точно порвет меня на части, если увидит рядом со мной еще хоть одну девушку, а во-вторых – сегодня было неподходящее время. Хоть я и собирался сегодня подарить Фурине очередную порцию радости, но также и должен был с ней поговорить. И разговор этот едва ли понравится моей девушке, а потому и лишние свидетели нам были ни к чему.       – Лучше не стоит. Прости, но мы с ней уже давно не оставались наедине, и я… В общем, я хотел бы провести этот день лишь для нас двоих.       Как я и думал, для Ситлали подобного оправдания хватило с лихвой. Ну, а чего еще ждать от человека, который любит читать легкие романы? Одна лишь мысль о «романтической» близости между двумя влюбленными, могла заставить эту девицу покраснеть.       Собственно, именно такой реакции я и добивался, ведь так? Мне нужен был момент, в котором я смогу воспользоваться замешательством ребят и «сбежать». Нет, моя совесть была при мне, но сегодняшнее «свидание» было намного важнее, чем обсуждение будущей стратегии. И поэтому, не давая Ситлали шансов прийти в себя, я поспешно развернулся, чтобы покинуть спортивную площадку.       – В общем, я пошел. Я итак сегодня задержался здесь…       Даже не сомневаюсь, что Скар был вне себя от злости, когда ему приходилось видеть мою уходящую спину. Наверняка он вспомнил те самые времена, когда я уходил с тренировок раньше всех, не заботясь о пользе для команды. Если бы меня хоть чуть-чуть волновало его мнение обо мне – то я бы обернулся, чтобы убедиться в своих догадках, но вы ведь понимаете, что это было бы даже не смешно? В любом случае, Скар вновь смог меня удивить, когда я услышал его голос позади себя. Конечно, он был раздражен, но дело было совсем не в этом.       – Идиот! Хоть бы цветы тогда к свиданию прикупил!       Он что, сейчас серьезно? И это он-то будет меня учить, как нужно общаться с девушкой? Сяо вылетел из школы, Люмин обезумела, а Скар дает мне советы на свидания – кажется, этот мир и в самом деле сошел сума.

***

      Я нашел Фурину недалеко от назначенного места встречи. Не обнаружив ее на мосту, я сразу же понял, что она отвлеклась и ушла ниже. Почему именно туда? Потому что именно в том месте началось то, что когда-то привело к началу наших отношений – место, где я спас Фурину из воды.       Вообще-то, я мог подумать, что просто рано пришел, но такой мысли мешало сразу несколько факторов. Во-первых, Фурина уже и сама успела сказать, что пришла к месту встречи. А во-вторых, после прощания с Ситлали и остальными, я заглянул в еще парочку мест, так что надеяться на то, что я мог прийти вовремя – да я скорее поверю, что Люмин начнет встречаться со Скаром.       Девушка стояла в нескольких метрах от берега. Так как холода еще не спали, то поверхность реки все еще была покрыта плотным слоем льда, по которому можно ходить. Тем не менее, Фурина смотрела на воду с долей страха, и в то же время – она слабо улыбалась. Думаю, она и сама понимала, что именно этому месту стоит сказать спасибо за наши отношения.       Внезапно я понял, что вместо того, чтобы подойти к ней, я просто любуюсь видом девушки издалека. В этот раз она надела белую зимнюю куртку с капюшоном, а в дополнение к ней теплые штаны. На самом деле, она хотела одеться в юбку и колготки, но я обещал ей, что в таком случае напихаю ей снега прямо под эту самую юбку, если актриса вздумает так сделать. Впрочем, погодка сейчас стала мягче, и теперь с улиц хотя бы пропал ветер. Это позволило Фурине гулять без шапки, обходясь лишь хорошим шарфиком, а вдобавок к нему и капюшоном. Это было немного иронично, не находите? Я создал книжную Фурину как богиню воды, но она прекрасно выглядела и на фоне зимней атмосферы.       Можно было бесконечно наблюдать за этой милашкой, которая придается теплым воспоминаниям, но мы торопились, а потому я просто не мог не потревожить ее. Шаг за шагом мои ноги приближались к девушке, которая до последнего момента не замечала меня, а даже когда заметила – не оторвала взгляда от замерзшей реки.       – Все еще боишься?       – Уже почти нет. Особенно, когда…       Но договаривать она не стала, или была не в силах. Я без труда мог понять, что окончанием ее фразы было что-то вроде «Особенно, когда ты рядом», но решил не смущать девушку еще сильнее. Я видел, как она пытается делать вид, словно эта река ей все еще интересна, но на деле Фурина лишь пыталась скрыть свою радость, которая так сильно бушевала внутри нее.       В последнее время я вновь начал замечать, что Фурина будто бы разучилась злиться. Или она с самого начала не умела этого делать? Так или иначе, она попросту не могла делать это в долгосрочной перспективе, когда между нами возникали недомолвки. Если это и в самом деле было так, то у меня был повод для бесконечного чувства счастья, потому что сам я в последнее время только и делал, что волновался за наши отношения. Стена, что так стремительно росла между нами с момента начала экзаменов, все еще никуда не делась, но Фурину это сейчас не волновало – она с легкостью была готова забыть все, что было раньше, чтобы приятно провести время со мной сейчас.       – Знаешь… Я тут… В общем… – никогда не думал, что буду стесняться из-за той мелочи, которую собирался сделать, но именно это и происходило со мной сейчас. Мне даже захотелось отругать Скара за то, что он дал мне такой совет, но тогда я лишь подчеркну, что он был прав.       – Что?       – Ну-у… Я тут купил тебе кое-что… В общем, держи.       Говоря это, я убрал из-за спины руку, которую все это время держал там. В руке у меня был небольшой сверток бумаги, но по его форме даже дурак мог легко понять, что именно в нем завернуто. В длину этот сверток был не больше полуметра, и если в начале его можно было смело взять в руку, то на самом конце сверток начинал резко расширяться во все стороны. Фурина была не глупа, и потому моментально поняла, что я ей вручаю. Разумеется, я делаю это далеко не в первый раз, но в связи с последними событиями, девушка слегка отвыкла от подобных знаков внимания. Ее глаза и губы застыли в одном выражении, а слегка дрожащие пальцы медленно раскрывали верхушку плотной бумаги.       – Это…       – Извини, что только один, это была последняя в магазине.       Когда Фурина полностью открыла сверток, то перед ее лицом оказалась пышная голубая роза. Она была почти такой же насыщенной на цвет, как морские глаза девушки, а потому очень ей подходила. Я не соврал, роза и в самом деле была последней на весь магазин, но именно потому я и выбрал ее – мне показалось довольно романтичным, если я подарю этот одинокий цветок Фурине.       Что до самой Фурины, то тут мне можно было не волноваться: уже по первому ее взгляду я понял, что цветок ей понравился. Глаза девушки едва не блестели, хотя, как я уже сказал, мне далеко не в первый раз приходится дарить ей цветы. В самом начале она сбивчиво дышала на голубые лепестки, это можно было сказать по пару, что исходил из ее рта. Должно быть, так она пыталась взять себя в руки, и когда ей это удалось, то ее улыбка тут же преисполнилась важностью.       – Дурак ты, Итэр, что же с ней станет, пока мы будем гулять? Уверен, что она сможет пережить весь день? – как и всегда, эта актриса пыталась строить из себя важную персону, когда волновалась, но я по глазам видел, как она радуется этому небольшому подарку.       – Ну, уж прости, если не понравился. Я надеялся, что мы оставим его на посту, пока сами будем… – но не успел я договорить, как моя левая щека ощутила что-то очень теплое и мягкое. Фурина не стала ничего ждать, и решила легонько чмокнуть меня, пока я не запутался в объяснениях.       – Разве я сказала, что он мне не понравился?       Несколько долгих секунд, в которых я совсем забыл о присутствии зимы, мы с ней смотрели друг другу в глаза. Фурина понимала, что сейчас нас никто не видит, а потому и притворяться ей не было смысла, но… Быть может, ей просто нравилось дразнить меня этим своим образом? Если так, то у нее отлично получалось, потому что тем сильнее мне нравилось наблюдать за ее настоящей стороной.       Я улыбнулся ей в ответ, улыбнулся искренне, но где-то внутри все равно оставил долю печали. Стоило мне лишь вспомнить о том, что Фурина была актрисой, как меня заполнила грусть от предстоящего разговора. Нужно было срочно что-то предпринять, пока эта самая грусть не начала отображаться на моем лице, но Фурина и тут мне помогла: она уверенно взяла меня за руку, пока ее вторая рука держала прекрасный цветок перед самым носом.       – Ну что, пойдем? Хотя, ты так и не сказал куда…       – Хе-хе, это секрет, – моя самодовольная физиономия заставила Фурина нахмуриться. Ей определенно не нравилось, когда я ее дразнил. – Сегодня ведь моя очередь выбирать свидание, верно?       – Разумеется, но мы могли бы…       – Нет уж! Никаких больше снеговиков! – отрезал я, отчего Фурина демонстративно надула губы.       – Пф! Вредина!       Сказала она, а сама сжала мою руку еще крепче. Но что же я мог поделать? Мне хотелось какой-то романтики, чтобы освежить голову, но зная любовь Фурины к «странным» выборам свиданий – я уж точно никакой романтики так не дождусь! И потому, ответив на ее руку своей, я повел ее к нашему следующему пункту в маршруте, прямиком на автобусную остановку.       В каком-то смысле, Фурина была права: покупать розу в таких обстоятельствах было весьма глупой затеей, но я все еще надеялся, что на месте нам удастся с кем-нибудь договориться, чтобы цветок поставили в вазу, пока сами мы гуляем. В этот раз я решил, что не стану ограничиваться простым кафе, а сделаю так, чтобы сполна отыграться за все те встречи, которые мы с Фуриной пропустили. Я хотел устроить свидание на весь оставшийся день, даже если оно нужно лишь для того, чтобы провести с девушкой один очень важный разговор…       А пока мы ехали в автобусе, то я никак не мог перестать замечать озорные искры во взгляде Фурины. Она не отрывалась от своей розы, и даже не думала о том, чтобы хоть на секунду убрать ее от своего лица. Сейчас актриса вела себя, словно малое дите, которое получило долгожданный подарок на день рождения.       «Назвала меня дураком, а сама не отрывается от подарка… Ну, просто вылитый ребенок» – но сам я был не лучше, ведь мне нравилось наблюдать за этой детской мордашкой. И, что самое поразительное, за это я должен был благодарить человека, от которого меньше всего можно ожидать помощи. Мне едва не перекосило лицо от осознания того, что теперь я чем-то обязан Скару. – «Интересно, а какое бы лицо у нее было, скажи я ей, что это Скар посоветовал мне купить цветы?»       Наверное, вам уже хочется узнать, что же такого я выбрал в качестве нашего свидания? На самом деле, ответ был до невозможного банален: мы с Фуриной отправились на целый день в самый популярный парк аттракционов в городе. Не потому, что я видел в этом какую-то особую романтику, просто мне казалось, что нам обоим следует немного встряхнуть головы, дабы уйти подальше от всей этой гнетущей атмосферы. И пускай завтра или позже любой из нас может вылететь из школы, пускай в конце я сообщу девушке о своем решении, сегодняшний день был целиком и полностью наш.       – Ух ты!!! – вскричала девушка, когда увидела все эти разнообразные краски и огни, которыми были украшены аттракционы.       Если честно, я не думал, что ее можно так легко удивить. То есть, мы с ней и раньше катались на горках, но в этот раз я выбрал самый большой парк, и он явно смог впечатлить Фурину. Она радовалась еще пуще прежнего, хотя я был уверен, что сильнее было уже некуда. Не думаю, что после сегодняшнего вечера у меня останутся лишние деньги, но чего только не сделаешь, чтобы дитя было довольно, верно?       На каждой большой горке глаза «Фокалорс» мгновенно загорались от нетерпения, а затем так же мгновенно меркли, когда мы с ней садились в кабину. Впрочем, а чего еще ждать от моей трусихи? На горке под названием «катапульта», она так сильно вцепилась в мою руку, что мне казалось, будто она хочет ее оторвать. Во время «летающей тарелки» ор девушки был таким громким, что я был уверен – ее слышал весь парк. А вот когда Фурина сидела в кресле «ракеты», на высоте свыше двадцати метров, то ее взгляд был похож на взгляд умершего человека, настолько сильно она испугалась.       Но, одно оставалось неизменным: хоть Фурина и проявляла дичайший страх на каждом аттракционе, она с каждым разом все сильнее и сильнее радовалась после него. Я видел, как ей хочется пробовать еще и еще, как она хочет испытывать все эти эмоции, которых ей так не хватало в детстве. Мне было легко понять ее приподнятое настроение, ведь Фурина, наконец, получила то, чего так сильно хотела – разделенное со мной время. Это говорило о том, что хоть девушка и не испытывала обиды, но в глубине души и сама сильно переживала, глядя на нашу нарастающую «стену». И я был искренне за нее рад, вот только… Только я знал, что в конце дня, мне придется слегка подпортить эту улыбку…       – М-м-м! Какая вкуснятина! – довольно протянула она, отправляя в рот еще один кусочек своего лакомства. – Вот, держи!       И я даже не стал спорить, а просто позволил ей покормить меня с руки. Вообще-то, это заставляло мои щеки краснеть, но в то же время мне было приятно.       Да, помимо аттракционов, мы пользовались и всеми остальными прелестями парка. Фурина то и дело останавливалась у разных магазинчиков, внутри которых продавали сладости. Вот и прямо сейчас, она просто не устояла перед тем, чтобы купить порцию сладкой ваты. И вновь банально, но чего еще ожидать от сладкоежки вроде нее?       Время в подобных местах всегда бежит быстрее наших мыслей. Я даже не успел оглянуться, как прошло больше половины нашего времени, а вместе с тем – и половина нашего свидания. Мало-помалу, дело шло к закату, и я решил, что нужно посетить и те места, которые закрывались раньше остальных. И одним из таких мест стала новинка этого парка: это был мини-кинотеатр, рассчитанный лишь на два десятка человек. Кажется, тогда мы выбрали для просмотра какую-то романтическую комедию, но о чем именно она была, я вам рассказать не смогу. Дело в том, что на меня начала давить усталость, которую я заработал на аттракционах, так что я благополучно заснул, даже не дойдя до середины фильма. Впрочем, Фурина заснула еще раньше меня, так еще и уселась мне в колени, чтобы ей лучше спалось, так что никакой «смертной казни» за пропущенный фильм я так и не получил.       Когда мы вышли наружу, то свет солнца окончательно спрятался за горизонтом. Тем не менее, народу в парке меньше не стало, а скорее напротив – число гостей скорее возросло, а вместе с ними возросло и чувство жизни в парке. В этой атмосфере я вновь задумался над тем, как же все-таки меняются взгляды на вещи, в зависимости от обстоятельств. Я никогда не был ярым фанатом аттракционов, да и с Фуриной мы их посещаем не в первый раз, но сегодня я радовался им как никогда прежде. Удивительно, насколько начинаешь радоваться времени с любимым человеком, когда оно внезапно ограничивается?       – Тьфу ты! – едва не выругался я, принимая очередное «поражение» в одном деле. Я бы легко успокоился, да только смешок со стороны моей девушки действовал на меня подобно красной тряпке. Ну не мог я оставить все как есть, когда она начинает надо мной смеяться!       Пока мы с ней гуляли вдоль парка, выискивая новые развлечения, на глаза Фурине попалась линия, вдоль которой пролегали лавки для тира. Честно говоря, я не особо разбирался в этом деле, но почему-то мне показалось неплохой затеей, попытаться выбить приз для девушки, путем кидания сюрикена. Почему я выбрал именно этот метод? Да черт его знает! Наверное, я просто вдохновился всякими аниме-сериалами про ниндзя.       Подобное рассуждение сыграло со мной злую шутку, потому что, как оказалось, таланта кидать сюрикены у меня ровно столько же, сколько у Эи таланта к кулинарии. Мне никак не удавалось правильно размахнуться, или даже прикинуть, как и с какой силой я должен бросать металлическую звезду. Поначалу мои неумелые попытки выглядели уместно, но после того, как я едва не кинул сюрикен в хозяина лавки – Фурина окончательно расхохоталась. Да уж, такого удара по самолюбию я давно не испытывал…       – Просто форма у них неправильная, только и всего.       – О-хо-хо! – зря я вообще начал что-то говорить, ведь высокомерное лицо Фурины стало еще большим ударом, пускай оно и было притворным. – Что такое? Неужели нашему гениальному «Путешественнику» смогли утереть нос? А я-то думала, что он идеален прямо-таки во всем.       – Фурина… Твое притворство сейчас вообще не к месту…       А получил я только то, что она еще раз хихикнула, а затем – снова меня поцеловала. Очень быстро и очень легонько, я даже не успел ничего почувствовать, но все-таки это был поцелуй. Наверное, как мне нравилось дразнить свою любимую девушку, ей в свою очередь, нравилось видеть мое ворчащее лицо.       – Ладно-ладно, «мазила», – меня едва не передернуло, когда она назвала меня подобным образом. – Лучше скажи, на какой аттракцион пойдем дальше?       Как же легко она смогла увести мои мысли подальше! Я тут же задумался над ее вопросом, словно здесь и впрямь было над чем подумать. Времени оставалось все меньше, да и большинство горок мы уже посетили. Что же еще могло поднять нам настроение, чтобы оно стало замечательным завершением для свидания? Поразительно, но я вновь пришел к самому банальному из ответов. Удивляло меня только то, что мы за весь день ни разу не прокатились на этом аттракционе.       – Может, тогда пойдем на «Тропу влюбленных»?       Удивительно быстрая реакция: Фурина покраснела в то же мгновение, в которое сорвались последние буквы с моего языка. Одну секунду она потратила на то, чтобы ее глаза расширились, а уже во вторую отвела их в сторону. Непонятно только, почему же она так смутилась? В конце концов, встречались мы с ней уже год, а она… Сума сойти, Фурина и в самом деле стеснялась подобных вещей! И это несмотря на то, какого рода близости уже были между нами!       – Д… Давай… – так сдавленно, что мне показалось, будто бы я услышал это от пятилетнего ребенка.       Но пока мы с ней шли, девушка быстро смогла прийти в себя. Думаю, мы никогда не сможем преодолеть этот барьер до конца: как актриса, Фурина слишком сильно привыкла скрывать свои эмоции, и потому она никогда не перестанет смущаться, чтобы показывать их на публике. А уж о том, чтобы не краснеть, когда она перед всеми демонстрирует чувство любви – да тут и говорить нечего.       – Ладно, беру свои слова назад. Все-таки, лепить снеговика было бы не так интересно.       – А ты что, действительно во мне сомневалась? – вызывающе сказал я, чем еще раз вызвал хихиканье Фурины. Внезапно я понял, что ее пальцы сместились, и теперь крепко переплетаются с моими.       – Нет-нет, и не подумай, просто… Спасибо за такой чудесный день, Итэр, я все равно хотела бы видеть тебя еще чаще. Веришь или нет, но я скучаю по нашим «свиданиям» внутри стен нашего театра, – настроение мое изменилось так резко, что в животе словно похолодело, когда Фурина упомянула театр. Она так увлеклась своим хорошим настроением, что даже не осознала, как я выпустил ее руку из своей. – Ну, ничего страшного. Очень скоро у нас пьеса, так что там и проведем время вместе.       Я так резко остановился, что Фурина даже не успела этого заметить. Она успела сделать не меньше пяти шагов, прежде чем осознала, что меня нет рядом. У меня никак не получалось собраться, хотя я пытался настроиться на этот разговор весь день. Но откладывать и дальше я тоже не мог, а значит, настало время озвучить Фурине свое решение.       – Итэр, ты чего встал? На «тропу влюбленных» опоздаем же, – она так сильно укуталось в свои позитивные эмоции, что даже перестала замечать моих отрицательных. Она не увидела, каким серьезным и угрюмым стало мое лицо теперь, когда я остановился. – Ну? В чем дело?       Но я все равно не знал, как мне об этом сказать. Я пообещал себе, что не выпущу Фурину из своих рук, и никому не позволю отнять ее у меня, но тогда… Тогда почему же сейчас у меня было чувство, словно я делаю ровно обратное? Вздохнув полной грудью, я поднял глаза, чтобы с решимостью заглянуть в морские глаза девушки.       – Фурина…       – Ну что?! Знаешь, сейчас не настолько тепло, чтобы так долго стоять на одном месте.       – Фурина, я ухожу из театра…