Глава тридцать третья – спортивный фестиваль

      Да уж, давно я так не уставал. Мои плечи поднимались и опускались чаще, чем я успевал моргать, а ноги и руки уже свело так, словно их накачали металлом изнутри. Тем не менее, моя ведущая рука все еще крепко держала меч, который был направлен на лежачего противника.       – Эй, вы видали? Как он так быстро двигался…       – Я такого еще не видел.       Пока я пользовался каждой секундой, чтобы перевести дух, стоящая вокруг нас толпа уже начала шушукаться. Признавая свое поражение – ведь ничего другого ему не оставалось – мой шокированный до ужаса противник медленно встал. Я утвердительно кивнул ему, говоря, что бой закончился, а затем перевел взгляд на толпу претендентов. Как я и думал, теперь их всех осадил самый настоящий шок после увиденного.       – Эй, это уже какой бой?       – Кажется, восемнадцатый подряд…       – И он не проиграл ни одного.       – Ничего себе… Интересно, а все ученики Эи такие сильные?       – Это… Это и вправду Итэр??       Шепот продолжался. Я их не виню, ведь даже когда я был в нашем клубе «кендо», то почти не выкладывался на полную. Но сегодня, когда проходил наш спортивный экзамен, то я решил сделать исключение. Или, вернее сказать, должен был?       Пот скопился на лбу, так что я поспешил вытереть его, прежде чем окончательно выпрямиться. Сейчас самым важным было сохранить лицо: эти ребята не должны знать, насколько я устал, а иначе им взбредет в голову идея, попытать у меня удачу еще раз.       – Следующий? – вызывающе, но спокойно спросил я, а в ответ получил лишь молчание, восхищение, и даже испуг. Кажется, это представление наконец-то закончилось. – Что же… Тогда я думаю, что я свободен. Тем более что время у вас и так уже на исходе.       Нет, только не подумайте, что я тут избиваю учеников, или что-то решаю на спор. Наше небольшое соревнование проходило достаточно честно, если не считать того факта, что меня вообще к нему допустили.       Фехтовальные поединки – одна из «игр» на спортивном фестивале, о которых я расскажу вам чуть позже. Правила, которые были установлены нашим клубом, были совсем не теми, которых мы придерживались на официальных соревнованиях, но в то же время, они были довольно просты. Во-первых, что вполне логично, участвовать в этой дисциплине мог любой желающий, а не только члены «кендзюцу». Во-вторых, участник мог использовать меч любой формы, будь то катана или рапира, главное – чтобы клинок не был заточен. Это правило установила сама Мавуика. Ну, и третье – это правило проведения поединков.       Для начала мы провели что-то вроде серии «предварительных» матчей, чтобы определить десять лучших мечников-мастеров. К ним-то я и попал, чтобы закончить с этим как можно быстрее. Затем, каждый желающий может вызвать одного из «мастеров» на поединок. Изюминка в том, что количество попыток ничем не ограничено, и ты можешь вызвать одного и того же мастера даже десять раз подряд, и даже если ты десять раз его победил. Однако важно не забывать: чем чаще ты побеждаешь одну и ту же «цель» – тем меньше очков получишь за победу, и напротив, чем чаще мастер побеждает претендентов, тем больше победа над ним принесет тебе очков. Разумеется, сами мастера тоже получают очки за каждую победу. Если по окончанию «игры» ты смог войти в десятку лучших по очкам – то дисциплина считается пройденной, а если ты оказался в двадцатке худших – то игру ты провалил. Как я и сказал, количество попыток не ограничено, но самой игре выделили около двух часов, и я был рад, что этот срок уже подходил к концу.       Покидая поле для фехтования, я чувствовал, как многочисленные взгляды провожают меня в спину. Ну, конечно же, ведь многие из них в последнее время не стеснялись говорить про меня гадости, когда против меня шла травля в интернете. Теперь, как мне кажется, они подумают об этом дважды. Не каждый же день ты видишь, как кто-то побеждает восемнадцать раз к ряду?       Мне определенно нужен был отдых, чтобы продолжать «игры», так что я направился прямо к шатру, где школьное руководство разместило один из «пунктов снабжения». Ничего особенного, если подумать: в таких местах нам выдавали соки, воду, и даже некоторые закуски. Здесь мы могли отдохнуть, набраться сил перед соревнованием, а также обсудить с товарищами прошедшую игру, или ту, которой еще было суждено начаться. Сегодня, на школьном спортивном поле таких палаток развернулось сразу несколько десятков: в одних были пункты для привала, а в других велась подготовка к той или иной предстоящей игре.       Погода, к моему удивлению, тоже была на нашей стороне. После вчерашнего ливня, все те темные тучи решили покинуть небосвод, так что теперь все мы наблюдали ясный солнечный день. Если бы не прохладный ветер, который был нормальным для нашей ранней весны, то я бы и вовсе забыл, что у нас тут весна, а не лето.       Атмосфера на этом спортивном празднике была соответствующей. Думается мне, что под действием погоды и победного азарта, большинство ребят и вовсе забыли, что сейчас мы находимся на финальном экзамене, который определит наше будущее. Куда ни посмотри – всюду можно было заметить улыбающиеся лица и радостные возгласы. Конечно, находились и те, кто предпочитал провести время в тишине, и вдали от общества, но даже они выглядели радостными. Так я заметил, что Лини, к моему удивлению, где-то оставил остальных членов драмкружка, и теперь наслаждался обществом Нилу. О чем они говорили я не слышал, но парень явно увлекся каким-то рассказом, а вот Нилу… Знаете, сам Лини этого не замечал, но рыжеволосая девушка не отводила от него и глаза, пока ее щеки покрывались румянцем. Даже не удивительно, что нигде поблизости не наблюдалось присутствия Линетт – сестра явно умела чувствовать атмосферу, и ей вовсе не хотелось мешать брату. Кое-кому из моего окружения явно следовало у нее поучиться, но сейчас я не хотел о ней думать.       От души был рад за «сладкую парочку», ведь это означало, что жизнь многих моих знакомых отлично складывалась и без моего участия. Жаль, что эта очевидная мудрость не дошла до меня раньше: жизнь сама находит выход, и зачастую наше участие не всегда необходимо, чтобы исправить какую-то проблему. На ярком примере это доказывала Нилу, которая радовалась жизни даже после того, как навсегда потеряла парня. В общем, я был вынужден признать, что слова Кадзухи, сказанные мне год назад, оказались правдой: мы сильны, пока у нас есть причины, чтобы оставаться сильными.       Но что-то я слишком много внимания уделяю Лини с Нилу, а ведь на этом фестивале было множество и других талантов, заслуживающих моего упоминания. Пока я шагал к палатке с едой, то мимо меня промчался счастливый Беннет, который чуть в меня не врезался. Он тут же извинился, а затем помчался дальше, призывая своих друзей, Фишль и Далию, бежать за ним. Я успел заметить, как в его руке было что-то вроде эстафетной палочки. Наверное, ребята участвовали в какой-то игре с забегом. Вы только вдумайтесь: этот парень, которого многие считали самым настоящим неудачником, совсем недавно потерял лучшего друга, но все равно находил в себе силы, чтобы так широко улыбаться. Какой же силой он обладал внутри, если ничто в мире не могло заставить его унывать? И кто же тогда тут неудачник на самом деле? В общем, ничего удивительного, что такие девушки, как Барбара и Фишль, втайне питали к нему чувства – и удивляло то, что он все еще ничего об этом не знал.       И все же, несмотря на общий позитив, был на этом стадионе один единственный человек, который явно не собирался радоваться жизни. Нет, это была вовсе не Люмин – та, как и следовало ожидать, изображала приветливость перед какими-то девчонками, словно ничего и не происходило. Честно говоря, то был последний человек в этой школе, от кого я ожидал увидеть сегодня угрюмое настроение – от Ху Тао.       Я заметил ее в тот миг, когда почти зашел в шатер. Она сидела на лавочке под навесом, обняв колени и уставившись куда-то в пустоту. На ней не было и тени улыбки, которую она так часто демонстрировала в классе, не было и намека на привычный задор и позитив, который все и всегда считали странными. Глаза Ху Тао выглядели растерянными, или даже потерянными, она никого не замечала, и словно не знала, как ей себя вести. Я поймал себя на мысли, что еще ни разу не видел ее такой задумчивой. В общем, это точно была не та Ху Тао, которую я знал.       «Что это с ней? Может быть, она узнала о нашей ссоре с Фуриной? Или Фурина в таком плохом состоянии, что это отразилось и на Ху Тао?» – последняя мысль мне не нравилась, но я так и не смог ее проверить.       – Ой! – выходящий из палатки слегка врезался в меня, но вовсе не испытывал от этого обиды. Увидев мою персону, Син Цю на мгновение оцепенел, но тут же взял себя в руки и протянул руку для рукопожатия. – Итэр! А ты чего не заходишь? Там сейчас раздают свежие хот-доги, просто пальчики оближешь!       – Я…       Я хотел объяснить, что занят, но когда я вернул свои глаза на прежнее место, то Ху Тао как будто и след простыл. Момент был упущен, и мне лишь оставалось ответить на приветствие своего литературного знакомого.       – Просто показалось, что… А ты куда-то спешишь?       – Ох, если честно, то да. Мы с Чун Юнем участвуем в «Охоте за хвостами», – я даже боялся предположить, что это за игра и какие у нее правила. – Так что мы заскочили лишь на небольшой перекус.       – А Ху Тао вы не позвали?       – Ну, я ее приглашал, но она сегодня какая-то сама не своя, и я решил, что ее лучше не трогать.       – Понятно… – меня не покидало странное ощущение, что Ху Тао сейчас нельзя оставлять одну. – Слушай, а не мог бы ты взять ее с собой? Мне кажется, что если даже Ху Тао чем-то обеспокоена, то ее надо как-то отвлечь. Иначе она точно себя перегрузит.       – Хм… Если ты так говоришь, то, наверное, это имеет смысл. Попробую что-нибудь сделать, – в подтверждение своих слов, Син Цю дружески похлопал меня по плечу.       – Буду благодарен.       – Ага. Кстати, я там внутри Аяку видел, если поторопишься, то успеешь ее застать.       Я натянуто улыбнулся, пытаясь выразить свою благодарность за эту информацию, которой, на самом деле, не испытывал. Сказать по правде, теперь у меня как-то отпало желание заходить в шатер, но мой бурлящий желудок быстро сообщил мне, что плевать он хотел на мои желания и на мою протестующую совесть. В общем, внутрь я все же зашел.       Стараясь не привлекать к себе внимание, я решил, что не буду долго стоять на входе, дабы не попасть под взгляд Аяки, но, как выяснилось, вряд ли мне это потребуется. Внутри было так много народу – не меньше двадцати человек – что затеряться в толпе было проще простого. Кто-то просто попивал газировку, а кто-то с наслаждением уплетал горячий хот-дог.       Свою порцию я получил довольно быстро, и тогда же сказал себе, что, в общем-то, Син Цю не соврал – свежие хот-доги и в самом деле оказались очень вкусными, особенно после такой изнурительной «игры». Наверное, потому так много ребят не торопились покидать «место привала». Из-за этого я очень долго не мог найти себе уголок, куда можно приземлиться, и пришлось ждать, пока кто-нибудь не соизволит его освободить.       – Говорю тебе, футбол – беспроигрышный вариант!       – Ну, не знаю… Мне все-таки кажется, что лучше нам попробовать баскетбол.       – Так для него ведь еще площадку не подготовили! Если будем так долго ждать, то рискуем потерять очки.       – А может, нам на фехтование пойти?       – Не-не, даже не думай! Там сегодня какой-то псих разносит всех подчистую…       Небольшой спор от небольшой группы ребят донесся до моих ушей. В принципе, тут таких было хоть отбавляй. Кто-то рассказывал о своих сегодняшних победах, кто-то с унынием докладывал о провалах, но в целом, все были в чувстве спортивного азарта, и явно не собирались сдаваться.       Кажется, я обещал вам, что объясню все правила проходящих «игр»? Что же, теперь я даже не знаю, с чего начать… Думаю, сперва стоит объяснить, что «играми» мы прозвали любую спортивную дисциплину, которая присутствовала на спортивном экзамене. На рассмотрение ответственным учителям – одним из которых была и Мавуика – ученики выдвигали эти дисциплины, излагая правила для «игр». Это могло быть что угодно: атлетика, гимнастика, бег с препятствиями, боевые искусства – среди которых было и фехтование – и даже настоящие спортивные игры. По итогу, таких дисциплин было отобрано несколько десятков, и для каждой из них ученики разработали собственные правила, разделяющие победителей, проигравших, и просто тех, кто принимал участие.       С начала экзамена у каждого ученика было десять «жизней», или, как их еще прозвали – баллов. За победу в дисциплине ты получал два балла, за простое участие – один балл, а за проигрыш терял сразу три, но это лишь в одиночных играх. Если говорить про командные соревнования, то за проигрыш в них ты мог потерять сразу пять баллов. Чтобы сдать экзамен, каждый ученик к концу дня должен был лишь набрать сумму баллов, превышающую ноль. Разумеется, кому-то из вас могло прийти в голову, что самым простым путем сдачи будет и вовсе не участвовать в играх, мол, нигде не участвуешь, значит, нигде и не проиграешь. Но именно здесь школа выдвинула свое особое условие: к концу дня, каждый ученик должен был поучаствовать как минимум в трех одиночных играх, и еще двух командных. Неявка ровняется поражению: пропустил все пять игр – ушел в минус на девять баллов, то есть, тунеядцев здесь явно терпеть не станут.       Как я уже сказал, условия для «проигрыша» и простого «участия» в каждой игре были свои, поэтому в каждой игре были шансы, как заработать очки, так и потерять их. Однако многие игры и вовсе не включали в себя «участников», так что ставки в таких играх были еще опаснее.       И вот тут началось то, что стало погибелью для некоторых ребят. Те, кто слепо начал участвовать во всем подряд, уже успели нахватать «проигрышей», и теперь им не оставалось ничего, кроме как пытаться ухватиться за баллы любыми способами.       К своей тупости, я оказался одним из таких болванов, и еще на старте умудрился провалить несколько одиночных игр. Или, быть может, я специально их провалил? Я никак не мог решить, чего хочу сильнее: победить, чтобы все это закончить, или намеренно проиграть, чтобы ответить за свои преступления…       «После фехтования мой баланс должен быть равен пяти баллам. Пока что этого хватит, но если ничего не изменится, то ситуация примет плачевный оборот, и к концу дня я уже улечу в минус... Я должен остаться в плюсе до того, как приму участие в шахматах, а иначе наша с Дотторе игра вообще не будет иметь никакого смысла» – но в самый разгар своего мозгового штурма, мои мысли прервались сами собой, когда на мои глаза попалась одна интересная личность.       Удача явно мне улыбалась, так как Камисато Аяка, сидевшая неподалеку от меня, так и не смогла меня заметить. Одета она была по-спортивному, как и все мы, но в случае с ней подобная одежда лишь приковывала к себе излишнее внимание: спортивные темные штаны, а сверху обтягивающая спортивная майка цвета синевы, что отлично подчеркивала грудь девушки. Аяка и без того всегда пользовалась популярностью у парней, но в такой майке у них точно появилось на один повод больше, чтобы подглядывать за каждым ее телодвижением.       Впрочем, самой девушке сейчас явно было не до этого. Ее внешний вид говорил о том, что она была крайне изнурена. Одежда, которую я только что описывал, была потрепанной и местами грязной, да и на самой Аяке виднелись следы разных падений.       Сегодня я был уверен, что увижу ее на участии в фехтовании, и сказать по правде, ужасно этого боялся после нашей последней встречи, однако выяснилось, что я боялся вовсе не того, чего следовало. В самый разгар одного из своих поединков я заметил, как Аяка участвовала в забеге на тысячу метров, проходящем вокруг нас. Тогда это слишком сильно приковало мои глаза, и я едва не получил лишнюю шишку на свою голову. С другой стороны, насколько я знал, Аяка заняла первое место, так что у меня все равно был повод для радости.       – Как всегда, перенапрягаешься… – я почему-то сказал это вслух, да еще и улыбнулся.       Увы, но моей улыбки Аяка не разделяла. Лицо ее выдавало изнурение, или даже угрюмость, так что она будто бы никого и не замечала – сидела себе, тише воды и ниже травы. И если говорить про все это, то я не уверен, что не являюсь причиной такого состояния.       Если я знал Камисато Аяку, а я уж точно ее знал, то у нее не должно было быть проблем с физкультурой, но она уж точно не из тех, кто станет выкладываться не в полную силу. Эта девушка вообще не знает таких слов, как «побереги силы». К тому же, она частенько волнуется, из-за чего могла и проиграть пару игр. В общем, ее как представительница своей семьи, она не могла ударить в грязь лицом.       Горькая усмешка быстро меня поразила. Наверняка, Аяка уже знала, что Люмин ее лишь обманула, но для Камисато это была лишь еще одна причина, чтобы начать себя корить. Она не только допустила моего «глубокого погружения», но и не смогла помочь Люмин, своей лучшей подруге. Да и подруге ли теперь, когда Люмин превратилась в такого ужасного монстра?       Аяка, ребята Мавуики, Ситлали, Скар, а еще… еще была и Фурина. Количество людей, перед которыми я должен был извиниться, просто зашкаливало. Чем больше я над этим думал, тем больше осознавал, как много дров я наломал. Этому не было оправдания, я это прекрасно понимал, но если мне все же дадут шанс, чтобы меня выслушать, то я… Нет, я не уверен, что Фурина станет меня слушать, но я просто не мог не поговорить с ней.       К слову, раз уж я вспомнил Фурину. В этот раз я вовремя обратил внимание, что не вижу ее на фестивале. Конечно, я много кого сегодня не видел, да и времени на сдачу у нее было еще много, но неужели Фурина и в самом деле могла забиться в своей комнате, лишь бы не видеться со мной? Меня эта мысль пугала больше других. Поэтому, я пообещал самому себе, что обязательно поговорю с «Богиней справедливости» к концу дня, даже если проиграю партию у Дотторе. Пускай она ненавидит меня, или даже общается со мной через дверь, но она должна знать, что больше я не собираюсь терять время на ерунду, которое мог… нет, которое я ДОЛЖЕН был проводить с ней.       Из шатра я вышел в задумчивом состоянии, а также вооружившись банкой газировки и трубочкой. Мне предстояло решить, как быть дальше, потому что ситуация моя начинала уже накаляться.       «Если за неучастие в командном сражении отбирают пять баллов, то к концу дня у меня будет минус пять», – разумеется, мои размышление не учитывали участие в командных играх. Главным минусом таких игр было то, что они проводились только в команде, а значит, я должен был найти себе товарищей. И беда тут в том, что все ребята заранее успели договориться между собой, какие команды им составить. Все принимали участие вместе со своими друзьями, а вот отщепенцы вроде меня никому нужны не были.       В последнее время я не особо пользовался популярностью среди учеников. Да и раньше не сказать, чтобы я любил с кем-то объединяться: если начиналось какое-то коллективное мероприятие, то на выручку мне всегда приходили Сяо и Альбедо. А что же сейчас? Можно сказать, что сейчас мне аукнулось все то, что я творил в последнее время. И это удручало, потому что я просто не знал, что я здесь делаю. Быть может… может это я должен был покинуть школу в тот день? Когда Сяо взял всю вину на себя, должен ли я был ему это позволять? Ведь скажи я тогда правду, и все могло быть иначе…       Ноги мои сами собой остановились, когда я проходил мимо лавочек, на которых сейчас сидели ребята в полном одиночестве. Лица у них были еще угрюмее моего, что говорило о том, что мы с ними были пленниками одной ситуации. Вообще-то, нам бы следовало объединиться друг с другом, но никто не хотел создавать команду, в которой никто никого не знает. Одним словом – те еще самоубийцы.       «Но ведь неучастие не означает отчисление с экзамена, верно? Командные игры можно и проигнорировать. И если это так, то до начала шахматного турнира я должен одержать верх еще в трех играх, тогда мне хватит очков, чтобы не упасть ниже ноля», – хотел бы я, чтобы все прошло так же гладко, как в моих мыслях, но разве мы с вами находимся в сказке?       В общем, на деле все было намного сложнее. Если кто-то из вас подумал, что сдавать одиночные игры намного легче и безопаснее, то я поспешу вас расстроить. За провал одиночной игры отнимали всего два балла, вместо пяти, да и команду себе искать не надо, но вот конкуренция… В одиночных играх каждый был лишь за себя самого, и потому людей на таких играх было в разы больше.       Сначала я попробовал повторить подвиг Аяки, только на беге с препятствиями. Вышло неплохо, и бежал я не намного медленнее остальных. Однако мой рост никогда не был тем, чем я мог выделиться, и хотя я никогда не испытывал из-за этого неудобств, сейчас это сыграло со мной злую шутку. Заняв лишь четвертое место, и позволив трем высоким ребятам себя обогнать, я получил лишь один бал за участие. Впрочем, даже тогда я почему-то привлек к себе излишние взгляды: по всем правилам бега, я должен прибыть одним из последних, но я едва не вырвал победу из лап людей, которые были выше меня чуть ли не на полторы головы. Мне начинало казаться, что я мало-помалу становлюсь звездой этого фестиваля.       Следующим нужно было что-то серьезнее. Я знал, что моей сильной стороной были отточенные рефлексы и быстрая реакция, а значит и игра должна была отталкиваться от них. Долго я думать не стал, когда на мои глаза попалось несколько столов для «пинг-понга».       – То, что нужно! – я так воодушевился, что едва не прокричал это на все поле.       Какой-то части меня было обидно, ведь на этой «игре» меня явно недооценивали. Разумеется, я не был участником какого-то клуба или секции, но неужели нельзя хотя бы предположить, что я люблю заниматься им, когда никто не видит?? А впрочем, я же и вам об этом не рассказывал…       Короче говоря, у меня не было времени, чтобы развлекаться с этими парнями, так что в игре с шариком я вкладывал в удар те же скорость и силу, что использовал при фехтовании. Результат был довольно очевиден – я ошеломлял каждого нового оппонента, и быстро одерживал над ним верх.       – Эй, а он хорош…       – А разве Итэр играет в пинг-понг?       – Никогда не видел его с ракеткой в руках.       «Потому что я с вами и не играл, дурень!» – я не без боли вспомнил о том, как Эи во время тренировок наказала мне упражняться в пинг-понге, чтобы отточить свою реакцию. Но, как и все остальное, что касалось наших персональных тренировок – это осталось секретом.       «Восемь очков. Всего одна игра, и я буду в плюсе. Всего одна удачная игра…» – я внезапно понял, что со стороны это могло быть похоже на молитву, говори я такое вслух.       К сожалению, в этот раз я и сам перенапрягся. Совсем не жалея сил на свою игру с ракеткой, я излишне выдохся, и даже не удосужился толком прочесть правила перед следующей игрой. Мне-то казалось, что «Стрельба из лука», будет неплохой идеей, но я еще никогда в жизни так не ошибался! Вот вы как думаете, что определяет победителя в таком соревновании? То, как метко ты попадешь в цель? Ну, собственно, так оно и было, вот только судили не по одной мишени, и даже не по десяти. Согласно выдвинутым правилам, каждый участник должен был совершить, по меньшей мере, СТО выстрелов! И вот кто тот ненормальный, кто придумал это правило?! Нет, если вы какой-нибудь «Леголас», у которого никогда не заканчиваются стрелы, не устают руки, а пальцы не режет от тетивы, то сто выстрелов из лука и в самом деле будут для вас пустяком. В ином же случае – вы попали в самую жо… кхм-кхм… То есть в беду.       Но я зря так сильно жалуюсь, ведь среди нас было сразу двое этих самых «Леголасов» – ими были Оророн и Эмбер, поделившие между собой первое место. Оророн явно не спешил встречаться со мной взглядами, что мне было только на пользу, он просто выглядел как человек, который не знает, как ему следует со мной разговаривать. А вот что до меня, то мне лишь оставалось с треском признать свое поражение, и попрощаться со своими тремя очками. Ну, я надеюсь, вы же не думали, что я буду побеждать везде и повсюду, как «Путешественник»? В конце концов, я вовсе никакой не герой в сияющих доспехах, и я совсем не «непобедимый».       Паника заставила меня исправить положение, и для того я вернулся к своей старой стратегии. Я искал «игры» рассчитанные на реакцию и силу твоих конечностей. И какое же чудо! Я отыскал ее там, где совсем не рассчитывал найти – я принял участие в прыжках через скакалку. И даже не думайте смеяться по этому поводу!       Это была попытка, предпринятая скорее из отчаяния, но она сработала. Нет, в этот раз я не скажу, что я втайне занимался прыжками через скакалку, да и я вообще ее не особо их любил. Зато я точно знал, что ноги мои уже надрессированы отвечать на любое движение, направленное на них. Это-то и послужило залогом для моей победы – реакция мечника.       Ну что, теперь подведем итоги? Из хорошего – я ушел в плюс на два очка, и мне не хватало еще четырех, чтобы закончить свои похождения. Тогда я мог бы пропустить все командные соревнования, и со спокойной душой пойти играть в шахматы. А вот из плохого: я жутко устал, причем настолько, что едва мог подняться, когда снова пришел в зону отдыха. Пальцы мои все еще болели, а ноги сводило так, словно их ударило током.       В этот раз в палатке было уже не так активно, как до этого. Некоторые ребята даже места себе искать не стали, и просто расположились на земле, лишь бы немного отдохнуть. У всех уже заканчивались силы, а без них невозможно было участвовать в играх дальше. Пристроившись на земле у какого-то ящика, я откинул голову назад, и стал жадно глотать ртом воздух. Все тело ныло и протестовало на такие нагрузки, а я пытался не обращать на это внимание, как и на окружающую обстановку. Да, на происходящее вокруг мне было все равно, так что я прикрыл глаза, позволяя телу обливаться потом.       – Черт… Все бы сейчас отнял, лишь бы оказаться в объятиях девушки… – жаль, что я не уточнил в какой, ведь в ту же секунду мое лицо приятно защекотали чьи-то пряди.       – Ну, смотри, за язык никто не тянул.       Я так вымотался, что не мог понять, кому принадлежит этот голос. Это точно была не Фурина, но голос этой девицы определенно был мне знаком – он был каким-то твердым и властным, словно голос взрослой женщины. Наплевав на все, я попытался представить, что это все-таки Фурина.       Несмотря на свои же слова, девица не обняла меня, но сделала что-то такое, в чем я нуждался не меньше. Я ощутил, как две мягкие ладони упали на мои плечи, тут же начав их массировать. Чувство наслаждения медленно вливалось в мое тело, проходя от шеи по позвоночнику, и так до самого копчика. Зная, что это неправильно, я позволил себе небольшую улыбку.       – Ситлали… Фурина убьет тебя, если узнает, что ты…       И я начал открывать глаза, чтобы узнать, что склонилась надо мной вовсе не Ситлали, и даже не Фурина. Нет, ее зрачки были такими же голубыми, но вовсе не «морскими», не было той чарующей гетерохромии, которую я так любил в глазах Фурины. С каждой секундой этого осознания, мои глаза расширялись все сильнее, пока я смотрел на глаза девушки, чье лицо повисло прямо над моим. Не было на ней ни улыбки, ни каких-либо других эмоций, она словно вообще ничего не видела в том, что делает массаж чужому парню. Однако вынужден признать, что этот массаж она делала прекрасно, а ее белые косички были такими мягкими, что в них можно было уснуть.       – Ты!!! – я так громко крикнул, что привлек к себе взгляды почти всех, кто находился в шатре.       Ноги мои забыли про прежнюю усталость, и я попытался встать, или, вернее сказать, вскочить на ноги, но добился лишь того, что Киана с силой усадила меня обратно на пятую точку. Просто поразительно, сколько мощи было в этой девушке! И хотя я был уставшим, но мне почему-то казалось, что в силе она превосходила меня по всем параметрам.       – Да сиди ты на месте. А не то вместо обычного массажа получишь от меня акупунктуру.       Серьезная угроза, особенно в ее исполнении. Спорить я не стал, но следующие пять минут меня не покидало чувство дискомфорта. Конечно, не из-за массажа, его-то Киана делала просто отлично, а скорее просто от факта того, что его делала именно Киана! Даже не знаю… ну, вот не могу я с ней общаться! Мне казалось, что мы настолько несовместимы, что от напряжения между нами можно смело заряжать атомную бомбу.       А вот Киана явно не испытывала всего этого. Свой массаж она делала как надо, но на ее лице было такое равнодушие, словно ей от этого скучно.       Когда она закончила и встала сбоку от меня, то я наконец-то смог оценить ее в полный рост. Тело Кианы выглядело даже спортивнее, чем у Аяки. Она была стройной, подтянутой, и без каких-либо следов усталости, вроде мешков под глазами. Но, разумеется, как и все мы, Киана испытывала изнурение от спортивного дня, об этом говорил пот на открытых участках ее тела. А уж поверьте, такие были!       Последнее я смог оценить, когда эта спортсменка и писательница прильнула губами к своей бутылке с апельсиновым соком. Несмотря на прохладный воздух, на ней были надеты черные короткие шорты, а сверху девушку украшала обтягивающая спортивная майка, уже оранжевого цвета. Подобную майку носила и Аяка, но в случае с Кианой, ее майка была короткой, из-за чего пупок, да и вся область живота ниже груди, были открытыми. Не думаю, что Киана так хвасталась или красовалась перед парнями, она скорее была… настоящей спортсменкой? Да у нее даже руки были слегка накачанными, по женским меркам, так что едва ли она могла дать себя в обиду.       – С… спасибо… за массаж.       Сдавленно, но по-другому я и не мог. Наверное, я слишком пристально за ней наблюдал, потому что не прошло и трех секунд, как она повернулась ко мне лицом и не без ухмылки.       – Что, спортивные подвиги оказались труднее, чем что-то печатать на компьютере? – эти ее слова заставили меня отвернуться обратно. Так чувствуется игла, что медленно входит в твое тело.       – А у меня все отлично.       – Да-а, тут поспорить сложно. Я тут видела, как ты разносил в пух и прах всех участников на фехтовании.       – Тогда чего это ты за меня волнуешься? Заняться больше нечем?       – Волнуюсь? Это слишком громко сказано. Но разве не ты еще не принял участия ни в одном командном сражении? – зубы мои лишь слегка сжались, но Киана явно это заметила. – Что же такого случилось? Помню, ты гулял с учениками тетушки Химеко, а до этого развлекался с собственной компанией. Так много друзей, и все куда-то потерялись?       На это мне было нечем ответить, кроме уныния и доли удивления. Откуда Киана обо всем этом знала? Мне не хотелось думать, что в этой школе каждый второй ведет за мной слежку.       – Уж кто бы говорил? Тебя саму я тоже с ними никогда не видел, хотя ты и ученица Мавуики…       – Химеко.       – Да какая разница?! И вообще, почему ты так ее зовешь? – мне и в самом деле было интересно, но Киана лишь лениво пожала плечами, мол, долго рассказывать, так что я решил, что задавать этот вопрос бесполезно. – Ты ведь тоже ее ученица, не так ли? Так почему ты всегда держишься в стороне? Уверен, ребята Мавуики были бы рады, если ты…       – Просто не хочу и все. Я сама решаю, с кем мне интереснее общаться и когда мне это делать. И никакие обстоятельства не заставят меня быть частью социума, если я этого не желаю.       – Неужели… неужели тебе не грустно без друзей? – наверное, я не совсем правильно понял Киану, ведь она посмотрела меня, как на полного дурака.       – Я и не сказала, что не имею друзей. Но мне хватит и двух-трех, лишь бы люди были такими, с какими мне будет комфортно. Зачем мучить себя общением с человеком, если никто из вас не будет от этого счастлив?       «Значит, такая же отщепенка, как и я…» – от этого факта моя голова стала качаться из стороны в сторону, словно от безнадежности. Наверное, все писатели отчасти испытывают чувство одиночества.       – Посмею спросить. Получается, ты тоже не участвовала в командных состязаниях?       – Не-а, – она сказала об этом так спокойно, делая глоток своего сока, что мне стало не по себе.       – Понятно. Тогда ты в таком же положении, что и я: пытаешься вырваться из своего минуса.       Печальная участь для всех, кто не умел или не хотел играть в команде. Этот экзамен явно был не для нас. Так я думал, пока не увидел, как Киана активно качает головой в знак протеста.       – Вовсе нет. С учетом отсутствия командных сражений, у меня к концу дня будет больше пятнадцати очков.       «Пятнадцати?! Но тогда получается, что… Она что, победила в семи одиночных играх??» – это настолько же восхищало, насколько казалось мне бессмысленным.       Однако Киана так точно не считала: даже поучаствовав в стольких соревнованиях, и одержав в них верх, она не выглядела уставшей или мрачной. У нее остались силы на то, чтобы получать удовольствие от этого экзамена, и она не собиралась останавливаться.       – Но… Но зачем? Тебе ведь нужно было принять участие всего в трех играх. К чему такая борьба за очки?       – Потому что всегда нужно стремиться к большему, а не довольствоваться простым «выживанием». Если перестанешь искать способы стать лучше, то рано или поздно начнешь «гнить» и окажешься одним из этих слабаков, – ее голова дернулась в сторону тех, кто из последних сил сидел на земле, не в силах подняться на ноги.       Это были люди, которые хватались за соломинку, которые потеряли очки лишь потому, что до этого не желали работать над собой. И я был один из них…       Киана протянула мне бутылку, но вовремя опешила, и сначала протерла горлышко. Я принял ее «подарок», но после еще долго не мог избавиться от чувства, что меня отчитали за мою же убогость. Перед уходом, Киана помахивала мне рукой из-за спины, а сама направлялась навстречу следующим спортивным подвигам.       – Я не участвую в командных играх, потому что не умею общаться со своими друзьями. Завидую я тебе Итэр, ведь ты такого проклятия точно не имеешь.       И вот так она ушла, оставляя меня с тяжелым грузом из собственных мыслей. А уже через десять минут я и сам покинул шатер, чтобы еще раз как следует все обдумать.       Теперь обстановка на поле поменялась, как и сами игры, которые на нем устраивали. Я поднялся выше, прямо к лавочкам, ведь обзор оттуда открывался куда яснее. Ближе всех ко мне была игра в баскетбол, о которой еще недавно говорили ребята из палатки. Неподалеку от них, если не по соседству, проходила игра в волейбол. Ну, а если присмотреться вдаль, то можно было заметить, как ребята устроили что-то вроде эстафеты на роликах.       – Ладно… Тогда подумаем еще раз, – глядя на то, как ребята на роликах зарабатывают травмы, то я уже успел пожалеть, что не напросился в команду к Син Цю, и не пошел на эту его «Охоту за хвостами», что бы она ни значила.       «Семь очков… Если пропустить обе командные игры, то останется минус три. А чтобы выйти из этого минуса, нужно победить еще в двух индивидуальных соревнованиях. Однако сейчас игры в основном идут с расчетом на команду, а я уже начинаю выдыхаться. К тому же…» – в этот момент, мой собственный голос в голове будто был подменен на голос Кианы.       «Потому что всегда нужно стремиться к большему, а не довольствоваться простым «выживанием»… Завидую я тебе Итэр, ведь ты такого проклятия точно не имеешь» – я никак не мог выбросить из головы эти ее слова.        «Если представить на секунду, что я приму участие хотя бы в одной из командных игр, то это разом решит все мои проблемы. Всего одна игра…» – я еще раз осмотрел поле, чтобы понять, не мог ли я чего-нибудь упустить. – «В таком случае, мой итоговый счет составит четыре очка, но что за игру я могу себе позволить? Игра должна быть командной, но без участия команды, чтобы я мог участвовать и в одиночку. Иными словами: игра не должна быть привязана к определенному числу участников».       Голоса нескольких сотен детей и взрослых полностью заглушали звуки природы, но даже в такой обстановке я словно мог услышать, как ветер проносился по всему стадиону, и как окружающие нас деревья ему отвечали. Столько разных мероприятий, столько разных людей с различными талантами. Мог ли кто-то из них придумать такую игру, где даже один мог победить нескольких? С точки зрения зрелищности, до этого обязательно кто-то должен был додуматься. А иначе, что это за соревнования, без криков ошеломленной толпы и красивого шоу?       Уйдя в раздумья, я быстро пришел к выводу, что под такое описание попадало всего две игры, которые скоро должны будут проходить. Первой была «Перетягивание каната», и ее суть в объяснении не нуждается. По правилам, которые выдвинули на этом экзамене, в этой игре команду мог представлять и один человек, но эта игра мне уж точно не подходила. Конечно, я не считал себя слабым, но чтобы несколько раз к ряду и в одиночку пересилить сразу пятерых или шестерых человек? Лучше уж сразу отчислите меня.       Значит, вся надежда была лишь на последний оставшийся вариант – игра в «Вышибалы». И хотя она носила такое название, придуманные школьниками правила несколько отличались от нормальных «Вышибалов». Игра, где нужно постоянно уклоняться от мячей, если не хочешь получить по голове. Как по мне, это было тем еще насилием для детей, особенно если учесть, что выступать я буду один, но другого плана у меня не было. Я с уверенным шагом отправился к центру школьного спортивного стадиона.       Когда я подошел к судье и сообщил, что намереваюсь принять участие, то он подумал, что неправильно меня понял. Первые секунды он вообще заглядывал мне за спину, словно за ней я спрятал всех участников своей командой. Затем же, когда до него дошло, что я и в самом деле намереваюсь участвовать один, то он посмотрел на меня как на самого настоящего безумца.       «Ты понимаешь, сколько синяков получишь?!» – словно говорило его лицо, а я лишь пожимал на это плечами. Да я уже и сам давно понял, что я тот еще безумец. Одинокий, потерявший надежду на будущее, настоящий безумец.       Как я и говорил, правила в этой игре значительно отличались от оригинала. Хотя, еще вопрос, существовали ли в этом беспорядке четкие правила? Ладно, что-то я отвлекаюсь. Обычно в этой игре есть от одного до нескольких водящих, а остальные – то есть, сами вышибалы – встают от него по двум сторонам, и пытаются попасть по нему мячом. В нашей версии все было иначе: две команды, от одного до пяти человек, вставали друг напротив друга на квадратном поле, длинной в пятнадцать метров. Чтобы игра проходила быстрее, таких полей подготовили сразу пять, вдоль всей спортивной площадки. Прямо по центру поля их разделяла черта, отделяющая команды друг от друга. Далее все шло, как и в оригинальной игре – нужно было выбить оппонента броском мяча, но с небольшими правками. Во-первых, обе команды могли выбивать друг друга, и каждый человек со старта уже держал мяч, а во-вторых, мяч можно было подбирать, если он успел коснуться земли или оградительной сетки, натянутой по периметру. Игра идет до тех пор, пока все члены одной из команд не будут выбиты, или не выйдет время – три минуты на игру. Во втором случае, победа присуждается тому, в чьей команде осталось больше игроков. Что, тоже успели подумать, что я пошел на самоубийство, которое будет стоить мне пяти очков? Не волнуйтесь, я полностью с вами согласен.       Команд на эту игру набралось больше двадцати – довольно много. Условия победы представляли собой обычную турнирную сетку, в которой твое место определялось тем, как далеко ты заберешься. Сначала, путем этого «турнира», будут отобраны три лучшие команды – они-то и получат статус победителя в игре. А вот что до тех, кто официально проиграет, и потеряет очки экзамена, то ими станут пять худших команд, которые будут отбираться из тех, кто проиграл в самом первом поединке.       Пока я выходил на поле, то успел заметить составы различных команд. Многие отщепенцы, которых я ранее видел на лавочках, теперь объединились в группы по двое и по трое. Было бы здорово, пригласи они и меня вместе с собой, но я пришел к выводу, что после всех этих слухов, которые все еще гуляли по интернету, со мной просто никто не хотел связываться. Между прочим, было обидно. Вновь я почувствовал себя таким брошенным, что захотелось плакать. Тогда во мне зародилось необъяснимое чувство тревоги.       Как и в случае с судьей, наблюдающие за игрой ученики посчитали меня сумасшедшим, и до них не сразу дошло, что играть я собираюсь один.       – Это что, Итэр?       – У него команда опаздывает? Или это трюк такой?       – Да нет, по-моему, он просто свихнулся от отчаяния…       Отчаяние? Да, наверное, именно оно и привело меня сюда. А может, я просто так устал, что хотел сам себя подвести к провалу. Кто-то догадался назвать меня беднягой, а кто-то просто посмеялся над моим положением. Мне до всего этого было как до лампочки – максимально все равно. Сейчас я должен был сконцентрироваться так, словно от этого зависела моя жизнь. Нужно играть в эту чушь так, как я веду себя с мечом в руке – безжалостно, подобно машине, и без всяких сомнений. Именно так я выживал все эти годы.       Моими первыми противниками выступали всего двое ребят, это были те самые одиночки, что объединились для выживания. Для меня это был самый лучший расклад, ведь одержать победу всего над двумя противниками? Да я же делал такое десятки раз! Стоит лишь отключить разум, представить себе, что на кону моя жизнь, и тогда я не дам им шанса на победу… вот только я всего этого не мог. Даже стоя здесь с каменным лицом, и пытаясь отгородиться от лишних чувств, я вдруг понял, что у меня дрожат колени.       Поняв, наконец, что против них вышел всего один противник, эти парни начали ухмыляться. Один из них был тощим и низким, с серыми волосами, а второй, напротив, высоким, смуглым и с большими руками. Ну, прямо «Шрек и Осел» какие-то. Но глядя на них, и пытаясь стать тем монстром, каким я был в сражениях, я отчего-то постоянно вспоминал картины из прошлой ночи. Вид Кинича, которому я сломал руку, Оророна, которому разбил голову, и даже Муалани, которая плакала из-за меня. И страшнее всего мне было вспоминать лицо Фурины. Я будто… будто бы начал бояться самого себя.       «Да что это с тобой? Соберись, Итэр! Если я сейчас проиграю… если дам слабину, и позволю эмоциям себя сломать, то все будет закончено уже здесь» – но колени никак не хотели прийти в норму. Я осознал, что как бы сильно я не призывал «другого Итэра», он больше не придет ко мне на помощь.       Мы уже встали на позиции, и игра могла начаться в любую секунду, как только зазвучит свисток от судьи, но я просто не мог пошевелиться. Я больше не мог сражаться так, как делал это раньше, будто меня покинуло что-то очень важное. Ведь теперь каждый раз, когда я попробую отключить свое сознание для боя, то в мою голову будут приходить воспоминания из прошлой ночи. Слова Скара, нарушенная клятва, и осознание того, что я остался совершенно один и навсегда. При мысли об этом, у меня задрожали не только ноги, но и руки, державшие баскетбольный мяч.       «Ч-черт!!! Почему именно сейчас?! Когда осталось пережить всего один день… Почему это осознание пришло лишь сейчас?» – все, как и говорила Эи: когда я пойму, что меня ранит моя собственная сила, то лишь тогда я замечу, как много на мне ран. И, кажется, сегодня пришел мой день.       Мне вдруг стало так страшно, что я зажмурился. Неужели я и в самом деле проиграю вот так? Даже без малейшей борьбы, униженный и опозоренный, как человек, который не в силах больше поднять свой «меч».       – Ох… А ты и в самом деле очень проблемный. Что, ничего лучше тебе в голову не пришло? – этот по-своему заносчивый голос прозвучал так близко, что казалось, будто его обладатель появился буквально из воздуха.       Не буду врать, я остался в немом шоке, когда обернулся. Парень около меня вел себя совершенно непринужденно, но в нем чувствовалась какая-то наглость. Фиолетовые глаза устремились на противников, но я был уверен, что еще какую-то секунду назад они смотрели на мою спину.       – С… Скар…       – Я и без тебя знаю, как меня зовут. Или это тебя так ребята поколотили, что ты даже дрожать не перестаешь? – звучало не без укора, и уж точно не без насмешки, но не прошло и двух секунд, как этот заносчивый… нет, как мой друг посмотрел на меня, чтобы усмехнуться. – Соберись.       У меня не было слов. Не знаю, потерял я их в горле, или они испарялись еще раньше, но я просто не знал, что могу сказать, если тут вообще следует что-то говорить. Шок пробрал меня до самых костей, но вместе с тем – дрожь исчезла. А пока я пытался прийти в себя, то Скар уже занял свое место слева от меня, и надевал перчатки без пальцев, которые кто-то любил использовать в баскетболе. И не успел я хоть как-то на это ответить, как мне предстояло удивиться еще один раз, только теперь уже на голос девушки.       – Уравняем шансы! – мне пришлось еще один раз резко развернуться, чтобы обнаружить, что справа от меня стоит Ситлали, и уже завязывает свои волосы в хвост.       – Т… Ты же…       – Замолчи и играй. Как я смогу выслушать твои извинения, если ты с позором покинешь школу?!       Девушка не стала смотреть на меня, потому что не сводила глаз с противников, но на ее лице мелькала улыбка. Такая улыбка, какой я еще у нее не видел, а в руках у нее уже красовался мяч для игры.       «Я что, сплю?! Или этот мир окончательно перевернулся???» – нет, я был рад, но ничем кроме сна объяснить это просто не мог.       Ну что же, теперь поводов для ухмылок у моих оппонентов явно убавилось. Перевес явно был не на их стороне, что отметили все, кто наблюдал за игрой.       – О, значит, у него все-таки была команда?       – Так это будет игра три на два?       – Нет, скорее уж, четыре на два, – это был третий раз, и слава богу, что последний, а иначе я просто упаду в обморок от шока. Черт, да мне уже хотелось начать растирать себе лицо, лишь бы отогнать такие правдоподобные галлюцинации! Но, как бы сильно я не пытался, девица с белыми как снег волосами никуда не исчезала. – Думаю, что от меня тоже будет польза, вам так не кажется?       – Киана! – с радостью выкрикнула Ситлали, и Киана скромно ей ответила, а затем переключилась на нас со Скаром.       Не уверен я, что они со Скаром были сильно знакомы, но на ее внезапное появление Скар ухмыльнулся еще шире. Теперь взгляд этого парня стал каким-то хищным, словно от сладкого предвкушения, и все это он обратил на наших противников. Им не стало лучше, когда он еще и демонстративно начал разминать костяшки.       – Отлично, так будет еще веселее.       И вот, набрав мячей, они уже встали на свои позиции, с расстоянием в два шага. Я был по центру, Скар и Ситлали слева и справа от меня, а Киана позади нас, дабы служить прикрытием. Ну, точнее говоря, это я так думал, что она собирается быть прикрытием. Сейчас сами поймете…       «Это ведь нереально… Такого просто не бывает!» – да-да, мне потребуется еще много времени, чтобы поверить в происходящее.       К счастью, тут на помощь пришел голос со стороны, прямо из толпы зрителей. Звучал он звонко, властно, но, что самое главное – сильно. Как голос тренера, который обращается к своему ученику.       – Итэр! А ну встань в позицию! Или хочешь вылететь самым первым?!       Рыжие волосы, самоуверенная улыбка, и огненный взгляд, который был пропитан боевым духом – вот, что я увидел, когда повернулся на зов, и заметил гордо стоящую Мавуику. Завидев ее, Киана с миловидной улыбкой помахала ей ручкой, но учительница словно засмущалась, и сделала вид, что не замечает Киану. Это позабавило последнюю еще сильнее.       «Ф-Ь-Ю-Ю» – громкий свист наполнил поле, и в тот же миг началась наша игра.       Первыми свой ход сделали противники. Тот из них, кого я и прозвал «Шреком», сделал несколько стремительных шагов вперед, прямиком на меня. Я с силой кинул свой мяч, но, как и следовало ожидать, оппонент смог уйти в сторону. Это позволило мне оценить его скорость, что само по себе уже было неплохо. Далее я напряг ноги и приготовился к тому, чтобы начать уклоняться, ведь именно на меня бежал противник. Расстояние было всего четыре метра, когда он замахнулся рукой, а затем… затем я ошибся, ведь мяч полетел совсем не в меня.       Наверное, от чувства радости я стал излишне наивным, да и вообще как-то растерял бдительность. Было бы слишком легко, начни они с такой банальности, а вот я, как полный дурак, совсем не учел таких поворотов. Теперь мне лишь оставалось смотреть, как баскетбольный мяч улетает вправо от меня.       – Ситлали!! – от испуга я выкрикнул ее имя. Мне вовсе не хотелось, чтобы такой мощный бросок прилетел в голову нашей «Бабули».       Однако я зря волновался, потому что пороху у нашей Бабушки было хоть отбавляй. Не проявив ни одной волнительной эмоции, Ситлали просто убрала голову в сторону, позволяя мячу задеть лишь пару волосков. Ее глаза следили вовсе не за мячом, нет-нет, она не отводила своего решительного взгляда от наших противников, а вот сам мяч – был для нее словно муха.       Снаряд не без звука срикошетил от оградительного забора, и теперь летел уже в Киану. После столкновения с чем-либо, атака мячом уже не представляла для игрока угрозы, и Киане было нечего опасаться, однако, как выяснилось, юная Киана только на это и рассчитывала. Даже не сомневаюсь, что именно для этого она и встала позади всех нас.       Стоило мячу полететь в ее сторону, как девушка ловко поймала его свободной рукой, и теперь удерживала оба снаряда, подобно помпонам у чирлидерши. В тот же миг произошло то, что навсегда осталось в моей памяти.       Получив второй мяч, Киане бы следовало передать один из них кому-нибудь из нас, ибо удерживать их оба крайне неудобно. Но то ли у этой девушки руки были клеем обмазаны, то ли хватка была железной, она без труда держала оба мяча, пока бежала вперед, подобно торпеде. На какую-то секунду, оба противника даже опешили от такой прыти.       «Напрямую… Слишком опасно!» – и только я об этом подумал, как второй оппонент, который еще не кидал своего меча, запустил его в полет, вложив в бросок всю свою силу. Теперь, этот мяч на полной скорости летел навстречу бегущей Киане.       Это было не просто поразительно, это было ошеломляюще. Киана нисколько не сбавляла темп, но в какой-то миг ее тело подпрыгнул вперед и вверх, а тело крутанулось и выгнулось в воздухе, так что смертельный мяч пролетел прямо под выгнутой поясницей. Можно сказать, что девушка перепрыгнула этот мяч, как гимнастки перепрыгивают шест на бегу.       На этом чудеса не закончились, ведь теперь настало время поговорить об атаке. Будучи в воздухе, тело Кианы прокрутилось, а правая рука изо всех сил совершила бросок мяча, как будто руки девушки были самым настоящим требушетом. Да и удар был соответствующим: мяч прилетел прямо в голову противника, и врезался так сильно, что тот мгновенно упал на спину. Далее, когда нога девицы лишь коснулась земли, она по инерции полетела вперед, но все еще продолжала крутиться, подобно юле. Это дало ей лишний заряд кинетической энергии, и, сделав несколько оборотов, Киана позволила себе второй бросок, который прошел почти так же, как и первый: мяч залетел противнику в голову, заставляя его упасть на пятую точку.       Несколько долгих секунд на поле воцарилась абсолютная тишина, ведь зрителям требовалось время, чтобы поднять свои челюсти с пола. А затем, когда этот миг прошел, то нас ждал самый настоящий взрыв из потрясенных голосов. Они были такими громкими, что даже заглушили свист судьи, говорящий о завершении матча.       – Это что сейчас было???!!!       – Да им же и десяти секунд не понадобилось!!       – А эта девушка?! Она кто вообще??       – Я таких прыжков еще никогда не видела!       Признаюсь честно – я их тоже не видел. Киана подобрала с земли ближайший мяч, а потом эффектно развернулась, позволяя своим косам элегантно развиваться по воздуху. И когда она подошла обратно к нам, то нам со Скаром тоже потребовалось время, чтобы прийти в себя. Лишь Ситлали повела себя так, будто ничего и не случилось. «Бабуля» просто подошла к ней, чтобы легонько хлопнуть по ладони, а затем они обе улыбнулись нам так, словно мы были лишь детьми на их фоне.       – Киана… ты… – но прежде чем я все-таки смог что-то выдавить, Киана от души улыбнулась, и покрутила на пальце баскетбольный мяч.       – Ну, что? Скажи, разве это не самая веселая в мире игра? Хи-хи! Ну, так научись получать удовольствие! – нет, мы и в самом деле были из разных миров.