Глава 25. Званый ужин

Заходящее солнце расписало небо золотыми и розовыми оттенками, когда Оминис, Себастьян и Элизабет вновь оказались у входа в поместье Ицар Мракс. Их шаги звучали едва слышно на гравийной дорожке, увитой виноградными лозами, что добавило мгновению некое чувство неизречённого величия. Поместье в вечернем освещении выглядело таинственно и даже немного тревожно, словно скрывало в своих стенах множество тайн. Украшения приёма уже были убраны. За входом в поместье их встретил дворецкий, почтительно поклонившись и проводив гостей в главный зал. Открылись двери, и перед троицей предстала величественная столовая, наполненная плавным мерцанием свечей и лёгкими ароматами изысканных блюд. В центре стола под великолепной люстрой уже сидела Ицар Мракс в своём неизменном величии, словно императрица на троне. — Присаживайтесь, дорогие гости, — сказала она, мягким жестом указав на приготовленные для них места. Элизабет оказалась напротив женщины, Оминис сел рядом, а Себастьян — по другую сторону от Элизабет. Тишина, нарушаемая лишь приглушёнными звуками сервировки, придавала обстановке особую торжественность. — Сегодняшний ужин имеет для нас всех особое значение, — начала Ицар, её глаза, казалось, сверлили каждого из них. — Я хотела бы обсудить будущее этого дома и то, какой вклад вы, мои дорогие гости, можете внести в его процветание. Затем, немного помолчав, женщина добавила: — Именно поэтому хочу предложить вам остановиться здесь на какое-то время. Это позволит нам ближе познакомиться друг с другом и совместно решить… Кое-какие вопросы. Что думаете об этом? Себастьян и Элизабет переглянулись, чувствуя, как неожиданная возможность витает в воздухе. — Это большая честь, — начал Себастьян, его голос звучал уверенно и благодарно. — Было бы замечательно пожить здесь. Но что именно вы ожидаете от нас, миссис Мракс? — Как ваша фамилия, юноша? — волшебница не сводила пристального взгляда с Себастьяна. — Сэллоу, мэм, — с лёгким поклоном отозвался Себастьян. — Небезызвестный магический род. Я слышала о Соломоне Сэллоу. Отличный мракоборец был в своё время. Как он поживает сейчас? При упоминании дяди Себастьян невольно сжал челюсть и тяжело сглотнул подступивший к горлу ком. — К сожалению, он не так давно скончался. Тихо, в своей постели, — еле слышно ответил юноша. Элизабет незаметно протянула руку под столом и сжала опущенную кисть Себастьяна. Пока это был единственный способ выразить ему свою поддержку. Парень немного расслабился. Элизабет кивнула и добавила: — Вы оказали нам большую честь своим предложением. Мы постараемся оправдать ваши ожидания, миссис Мракс. Женщина тут же забыла про Себастьяна и перевела цепкий взгляд ледяных глаз на девушку: — Наслышана о вас, мисс Элизабет. Зачислена сразу на пятый курс Хогвартса, защитила Хогсмит от нападения тролля, обезвредила банду браконьеров в Тёмном лесу. Откуда вы родом, дорогая? — хоть на лице Ицар и красовалась улыбка, однако голос её звучал надменно. — Моя фамилия Рал, но мои родители погибли, когда я была совсем ребёнком, мэм, — Элизабет сумела сохранить внутреннее и внешнее спокойствие. — Живу на окраине Лондона с тётей и дядей в родовом поместье своего отца. — Как занимательно, — светлые глаза Ицар заискрились интересом. — Рал, значит. Подскажи, как звали твоих родителей? — Ричард и Келен. — Как они погибли? — Пожар в Лондонском театре. Напряжение за столом нарастало. Ещё немного и, казалось, воздух заискрится от напряжения. Ицар молча кивнула, приняв ответы Элизабет. Хозяйка дома обдумывала каждое слово, как игрок, изучающий возможные ходы. Настроение за столом становилось всё более тягостным. Казалось, что женщина наслаждается созданной ей атмосферой, словно проверяет своих гостей на прочность. — Печальная история, — наконец произнесла Ицар с нехарактерной для её холодного голоса ноткой сочувствия. — Я понимаю, что обоим вам пришлось пережить трудные времена. Именно поэтому я уверена, что вы поймёте важность нашего сегодняшнего разговора. Мы все должны работать на общее благо. Она поднялась из-за стола, давая понять, что дискуссия приобретает ещё большую значимость, перемещаясь в менее формальную, но всё же наполненную важностью и тревогой атмосферу гостиной. Ицар Мракс подошла к камину и взяла с полки пергамент. Немного помедлив, она вновь обернулась к волшебникам, сидящим за столом. Затем достала волшебную палочку и, взмахнув, произнесла несколько заклинаний. Гостиную окутал невидимый купол магических чар, защищая от посторонних глаз и ушей. — Элизабет, слухи в магическом мире разносятся быстро. Я не уверена, что слышала вашу фамилию раньше, но до меня точно доносились разговоры о юной… когтевранке, поступившей на пятый курс, которая видит чуть больше, чем остальные волшебники. Элизабет побледнела и тяжело вздохнула, но взгляд не отвела. — Этот особняк достался мне от покойного мужа. К сожалению, Крампус не успел поведать мне все его тайны, прежде чем отойти в мир иной. — Что именно вам нужно от меня? — твёрдо прервала её Элизабет, желая побыстрее прояснить ситуацию. — В доме есть запертая комната. Ключ от неё скрыт в тексте этого пергамента. Я потратила почти два года, но так и не приблизилась к разгадке, — неохотно призналась Ицар. Было видно, как тяжело этой гордой женщине признавать своё бессилие. — Я прошу вас помочь добраться до истины и открыть комнату. Взамен я предлагаю стать почётными гостями поместья Мраксов и беспрепятственно воспользоваться знаниями, скрытыми в библиотеки. — Ицар перевела взгляд на племянника. — Как я понимаю, ты не просто соскучился по тётушке. Оминис кивнул, слегка улыбнувшись, и подытожил: — Мы готовы к этому сотрудничеству, тётя. Обещаю вложить все усилия, чтобы не подвести вас. Ицар Мракс, кажется, удовлетворённая ответом, вернулась к столу и подняла бокал с красной жидкостью: — Ну что ж, за плодотворное сотрудничество! Звякнули бокалы, и ужин продолжился в более непринуждённой обстановке, с разговорами на общие темы. Проводив гостей до их новых комнат на втором этаже, слуги поспешили исполнить поручение и отправились за вещами на постоялый двор. Элизабет вместе с Оминисом и Себастьяном молча следовали за управляющим поместьем, который раскрывал перед ними двери просторных, элегантно обставленных комнат. В воздухе витал тонкий аромат старой бумаги и воска, дополняя атмосферу древнего дома. Элизабет внимательно оглядела свою комнату, в которой преобладали тёмные оттенки дерева и мягкие золотистые орнаменты на стенах. На каминной полке стояла небольшая коллекция книг, среди которых девушка приметила довольно редкие издания. Плотные бархатные шторы скрывали окна, защищая от постороннего света и создавая уютное, почти интимное пространство. Ей следовало отдохнуть после долгой дороги, но мысли о запертой комнате не давали ей покоя. — Элизабет, тебе всё нравится? — тихо спросил Оминис, заглянув в её комнату через приоткрытую дверь. Он знал, что тётю трудно впечатлить, и испытывал смешанные чувства — от восторга перед предстоящей загадкой до тревоги перед сложностью решения. — Да, место впечатляющее, — кивнула Элизабет, приглушённо ответив, чтобы их не подслушали. — Но мне не терпится приступить к главной цели нашего визита. Пергамент у Ицар выглядит обычным, но в таких местах всегда скрывается что-то большее. Ты ведь тоже чувствуешь это? Оминис подошёл к ней ближе и, улыбнувшись, добавил: — Конечно, чувствую. Завтра начнём наши исследования. Главное — не терять надежды и быть настойчивыми. Этот дом хранит свои тайны, и мы обязательно их разгадаем. — Оминис, могу я тебя спросить ещё кое о чём? — Элизабет глубоко вздохнула и пригласила друга присесть в одно из кресел около окна. — Конечно. Что тебя беспокоит? — спросил Оминис, когда девушка закрыла дверь и присела в кресло напротив. — Я хочу спросить у тебя, как ты видишь меня? Точнее, видишь ли ты разницу в магических линиях рядом со мной. — Элизабет нервно заламывала руки, пытаясь подобрать слова. — Не понимаю, Лиззи. Что ты имеешь в виду? — нахмурился Оминис, оглядывая подругу своими особенными глазами. Элизабет осторожно посмотрела на Оминиса, ощущая, как в её душе растёт тревога. — Я пытаюсь понять, видишь ли ты хоть какие-то отголоски древней магии. Я поняла, что вижу то, что некоторым не поддаётся. Но твоё зрение особенное, и я хочу понять, замечаешь ли ты энергию древней магии, — она задумалась ещё на мгновение. — Опиши, как ты видел то, что произошло там… на поляне с культистами. Оминис откинулся на спинку кресла и на мгновение замолчал, погружаясь в воспоминания. Юноше было сложно объяснить, как он чувствовал магию, не видя её в обычном понимании, но ощущая её силу и движение в пространстве. — Лиззи, ты уже знаешь, что я не вижу обычным образом, — начал он тихо. — Но когда мы были на той поляне, я чувствовал вибрации древней магии совершенно иначе. Это было как будто плотное, осязаемое давление в воздухе, которое менялось на подходах к земле. Энергия циркулировала вокруг тебя особенно сильно. Я видел магический поток, вырвавшийся из твоего тела в мир. Ещё я видел, как энергия покидает тебя, поэтому попытался поделиться своей. Но эта магия была лишь немного ярче обычного. Я бы не понял, что ты использовала именно древнюю магию, если бы не эта утечка сил. Элизабет внимательно слушала, пытаясь себе представить, как Оминис воспринимал магию в тот момент. Девушка понимала, что его способности позволяли ему видеть мир иначе, и это могло бы помочь в их деле с артефактом. — То, что ты ощущал, очень важно. Это значит, что мы можем использовать твои уникальные чувства для обнаружения скрытых магических линий в этом доме. Завтра мы начнём наши исследования, и я уверена, что найдём то, что ищем, — с энтузиазмом произнесла она. — Согласен, — кивнул Оминис. — Главное — не торопиться и следовать нашим предчувствиям. Этот дом полон тайн, и я рад, что мы будем разгадывать их вместе. — Я тоже, — поколебавшись мгновение, Элизабет добавила: — Спасибо, что присматриваешь за мной. Я это очень ценю. Могу я попросить тебя ещё об одном? — Конечно. — Меня пугает то, как артефакт из озера влияет на меня. Я совсем не помню, что происходило в той пещере на глубине. Не могу даже предположить, к чему приведёт всё это. Пообещай, что не позволишь тьме захватить моё сознание. — Я никому и ничему не позволю взять над тобой контроль, обещаю. — Спасибо, — Элизабет проводила друга до двери комнаты и крепко обняла на прощание. В тени коридоров поместья, пролегающих через старые и скрипучие этажи, Себастьян неспешно прогуливался, пытаясь уловить хотя бы кусочек ночной тишины. Его мысли были полны растерянности и каких-то смутных опасений, связанных то ли с артефактом, то ли с их недавними переживаниями. Он остановился, когда вдруг заметил, как Оминис выходит из спальни Элизабет. Тихие шаги друга, казалось, пронзали холодную тишину. Себастьян нахмурился, его глаза сузились от подозрения. «Что он тут делает посреди ночи?» — подумал Себастьян, не отводя взгляда от удаляющейся фигуры. Сжав кулаки, он почувствовал, как злоба и ревность начали наполнять его сердце, создавая внутри обжигающее пламя. «Разве она не должна доверять мне больше всех?» — кипел он внутри. Тёмное чувство вырастало в грудной клетке, и Себастьян решил поговорить с Оминисом на следующий день. Этот разговор давно уже был необходим.