Глава 38. Тревожные сборы

Оминис, Элизабет и Себастьян двигались по лесу, следуя подробным указаниям Аргуса, который знал каждый уголок этого мрачного места. Всю дорогу их окружало лишь шептание ветра в ветвях и редкие крики птиц. Затишье продолжало нарастать, создавая неловкое напряжение после событий прошлой ночи. — Вон там, — тихо сказал Себастьян, указывая на странное растение с крохотными голубыми цветками. — Это то, что нам нужно. Элизабет с тихим вздохом направилась к указанному месту, осторожно срывая цветок. Ей казалось, что каждый шаг и каждый шорох могут привлечь к ним новых чудовищ. Себастьян следовал рядом, его глаза постоянно сканировали окрестности, готовые заметить любую опасность. Юные волшебники ещё не произнесли ни слова друг другу о прошедшей ночи, но в их молчании было нечто большее, чем просто недосказанность. — Осторожнее, — резко сказал Оминис, когда ветка под ногой Себастьяна громко хрустнула. — Лес может скрывать больше, чем вы видите. После того как ребята собрали достаточное количество ингредиентов, они вернулись в деревню Тинворт. Магические и не очень лавочки, опустевшие и почти забытые, выглядели зловеще. Пробираясь меж ними, ребята почти не смотрели друг на друга, только иногда обменивались короткими, тревожными взглядами. В их сердцах было больше тепла, чем у неподвижных деревьев и опрокинутых лавок, свидетельствовавших о недавнем бедствии.

***

Предвечерний свет медленно гас, окрашивая зал таверны «Пристанище Барроу» в тёплые оттенки. Восседая за длинным столом, маги деревни внимательно слушали рассказ старца и юных волшебников. Элизабет, окончательно успокоившись, сидела между Оминисом и Себастьяном, неспешно попивая горячий чай. Аргус Хоуп, держа в руках древний свиток, начал собрание. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить план дальнейших действий. — начал Аргус, оглядывая присутствующих. — Наши враги становятся всё опаснее, и нам нужна мощная магия для избавления. Хватит переживать этот кошмар каждую ночь. Ждать помощи от Министерства магии больше нет сил. — Мы в курсе, что у тебя есть нужные ингредиенты для древнего ритуала, — добавил один из старших магов, пожилой мужчина с седыми волосами. — Но кто будет проводить его? — Это очень рискованно, — заметила молодая ведьма, сидящая неподалёку. — Ритуал требует исключительной концентрации и сил. Также необходимо учитывать орду инферналов, которые будут защищать своих хозяев. Себастьян поднялся, глядя на собравшихся с решимостью. Его совсем не смущала разница в возрасте и опыте. Говорил парень с опытными магами как равный. — Мы готовы попробовать, — заявил он. — Мы все до сих пор живы только потому, что работали вместе. Если у нас есть хоть малейший шанс справиться с этим ритуалом, то мы должны им воспользоваться. — Я поддерживаю, — тихо отозвался Оминис, положив руку на плечо Элизабет. — Мы уже сталкивались с похожей угрозой, так что вполне можем противостоять им. Осталось только объединить силы и обезвредить тёмных магов. — Да, я согласна, — подтвердила Элизабет, глубоким вдохом собрав всю храбрость. — Мы пройдём через это вместе. Аргус нахмурился, но затем кивнул. — Очень хорошо, — сказал он. — Мы начнём на рассвете. Нам нельзя терять время. Подготовьтесь и отдыхайте сколько сможете этой ночью. — А могу ли я узнать побольше о самом ритуале? — спросила Элизабет. Аргус вздохнул и раскрыл свиток, демонстрируя древние символы. — Этот ритуал позволит нам накрыть антимагическим куполом зону, в которой, по нашим предположениям, обосновались заморские маги, — объяснил старый волшебник. — Эта магическая ловушка позволит нам на время сравнять силы, дезориентировав и обезвредив тёмных магов, чтобы безопасно подобраться к ним. Однако, для завершения ритуала-ловушки волшебнику необходимо продержаться до конца заклинания невредимым, находясь поблизости от врага. А я уверен, что тёмные будут отбиваться если не сами, то с помощью эти мёртвых тварей. — Это будет нелегко, но с правильной тактикой и подготовкой мы справимся, — нахмурился Оминис, обдумывая услышанное. — Давайте сделаем это! — сказал Себастьян, и его слова были поддержаны общими аплодисментами. Волшебники начали расходиться по домам. Элизабет, Оминис и Себастьян направились по своим комнатам, но каждый из них не смог найти покоя. Мысли о ритуале и предстоящей битве переполняли их, не давая уснуть. В тени полупрозрачных занавесей мелькали образы, внушавшие беспокойство и страх, а тихое потрескивание дров в камине не приносило утешения. Элизабет вздохнула и отвернулась от окна, ощущая, как её тревога вновь нарастает. Она знала, что не сможет уснуть в одиночке, и решила навестить друзей. Выйдя в коридор, она почти сразу наткнулась на Оминиса и Себастьяна, которые, как оказалось, тоже не нашли покоя в своих комнатах. — Я знал, что вы здесь, — тихо сказал Оминис, слегка улыбнувшись. — Может, соберёмся все вместе? Так будет легче… подготовиться. — Отличная идея, — согласился Себастьян. — Давайте пойдём ко мне. По крайней мере, у меня есть чай. Устроившись в комнате Себастьяна, ребята сидели вокруг стола, на котором одиноко горела свеча. Тени от пламени плясали по стенам, создавая неясную атмосферу чего-то уютного. Они начали обсуждать детали ритуала, делясь своими мыслями и планами. — Я думаю, нам надо чётко определить роли, — предложила Элизабет, набросив плед себе на плечи. — Кто будет выполнять основное заклинание, а кто отвлекать инферналов и других врагов. Так мы не будем путаться друг у друга под ногами. — Думаю, что основное на себя возьмёт Аргус. Эти местные маги не особо умелые, на сколько я понял, — уверенно сказал Себастьян. — Думаю, мы все будем заняты ордой инферналов. У нас достаточно сил чтобы расправиться с ними. Особенно, когда не будет страха спалить деревню, — саркастично усмехнулся он. — Хорошо, — кивнул Оминис, подперев подбородок рукой. — Будем стараться обезвредить инферналов с помощью всех возможных заклинаний. Элизабет, прикроешь мне спину в этом сражении? — Конечно, как и всегда, — ответила она, чувствуя прилив уверенности от составления хоть какого-то плана. — Мы справимся, если будем действовать вместе. Главное — не поддаться паники. Обсуждение плана заняло большую часть ночи. Они пробовали различные тактики, обменивались идеями и оттачивали детали, стараясь не замечать отдалённый жуткий вой где-то под окнами. В какой-то момент Себастьян вышел из комнаты, чтобы принести ещё чая, и вдруг остановился у приоткрытого окна, глядя на светлеющее небо. — Почти рассвет… — пробормотал он, вернувшись с подносом. — Нам опять не удалось поспать. Скоро уже выдвигаться. — Мы готовы, — твёрдо сказала Элизабет, посмотрев на друзей. — Мы справимся. Оминис улыбнулся в ответ и кивнул. — А ещё у меня где-то оставался флакон зелья бодрости. Должно хватить, — Элизабет спешно покинула комнату и, вернувшись через несколько минут, добавила в чай тягучую жидкость медового цвета. Наконец, чувствуя некоторое умиротворение от совместной работы, они решились отдохнуть последние оставшиеся часы. Пусть их сон был прерывистым и неспокойным, но на пару с зельем это помогло пополнить запас сил. Впереди их ждало испытание, но они знали, что вместе смогут преодолеть любые трудности. Позднее утром Себастьян, осознавая важность предстоящего ритуала и чувствуя необходимость успокоить терзавшие его переживания, направился навестить Элизабет. Парень тихо постучал в дверь её комнаты, но не дождался ответа и осторожно приоткрыл дверь. Элизабет стояла у зеркала, рассеянно поправляя пряди волос. Ночная сорочка слегка съехала на плечо, обнажая ключицу, и она торопливо поправила ткань, когда в дверях возникла знакомая тень. — О! — она резко обернулась, чуть не задев сумку с флаконами зелий. Сердце ёкнуло. — Себастьян… Ты… Что? — голос прозвучал выше обычного, и она тут же закусила губу, чувствуя, как горят щёки. — Я не ожидала… Прости, я немного занята. Себастьян, сам чувствуя неловкость ситуации, уже было сделал шаг назад. Но выдохнув, закрыл дверь за собой, оставшись в комнате. — Я… То есть да. То есть… — он резко сжал кулак, будто поймал себя на чём-то запретном. — Я не хотел… отвлекать тебя. Повисла тишина такая густая и неловкая, будто комната вдруг стала слишком тесной. — Я просто… хотел проверить, как ты. — наконец выдавил из себя Себастьян, глаза его упорно смотрели куда-то в район её левого уха. — Перед ритуалом. Вдруг… — Вдруг что? — Элизабет скрестила руки на груди, но тут же разжала их — выглядело это слишком нервно. — Вдруг тебе страшно, — юноша проглотил последнее слово, будто оно обожгло язык. Элизабет резко рассмеялась, стараясь скрыть напряжение. Но смех всё равно вышел нервным. Себастьян моргнул, и уголок его рта дёрнулся в попытке улыбнуться. — Ну, я… справляюсь. — Знаешь, Элизабет, я думаю… Я волнуюсь за нас. Не просто за ритуал, но за нас, за наши жизни. Мы столько всего прошли вместе. Я боюсь, что всё может пойти не так. Что я могу потерять тебя… — его голос дрожал, что было необычно для Себастьяна. — Себастьян, я понимаю. И тоже волнуюсь. Но мы должны верить друг в друга. Мы уже доказали, что можем справиться с любыми трудностями, — Элизабет осторожно приблизилась к нему, пытаясь успокоить. Себастьян откашлялся, переступил с ноги на ногу и кивнул, чувствуя её поддержку. Затем он вдруг расправил плечи и взглянул прямо в изумрудные глаза девушки, пряча все сомнения где-то внутри себя. — Может быть, это не самое подходящее время, но… я думаю, что между нами есть нечто большее. Нас двоих явно влечёт друг к другу, — он, наконец, высказал свои мысли, которые терзали его уже давно. Элизабет слегка помрачнела, осознавая, что разговор явно уходит от практичных вещей в более личное русло. — Себастьян, я… — она запнулась, пытаясь подобрать правильные слова. — Я тоже думала об этом, но сейчас у нас важная миссия. Мы должны сосредоточиться на угрозе, затем на помощи твоей сестре. Давай поговорим об этом позже, когда всё будет позади. — Элизабет… — продолжил Себастьян, голос его вдруг стал тише. — Если что-то пойдёт не так… — Не пойдёт. — перебила Элизабет, почти шёпотом. — Но если пойдёт… — Тогда мы разберёмся. — Элизабет сделала ещё шаг навстречу, пальцы сами потянулись к его рукаву, но остановились в дюйме, так и не коснувшись его руки. — Как всегда. Себастьян на мгновение задержал дыхание. — Да, — выдохнул он. — Как всегда. Дверь скрипнула где-то в коридоре — оба вздрогнули. — Встретимся внизу через полчаса? — Себастьян отступил и спиной наткнулся на дверь. — Да, конечно. Увидимся на общем собрании, — Элизабет отступила и отвернулась к зеркалу, вновь поправляя волосы, уже более резкими движениями. Себастьян развернулся и открыл дверь, но на секунду задержался. — Элизабет? — М? — Ты… красивая. Дверь захлопнулась прежде, чем она вообще поняла, что он сказал. Элизабет осталась одна, глупо улыбаясь. Тишина в комнате давила, а отражение в потускневшем зеркале казалось чужим — будто девушка смотрела на себя сквозь тонкий лёд. Пальцы машинально поправили прядь волос, но взгляд не фокусировался на движениях. Всё внутри колыхалось, будто море после бури. Слова Себастьяна застряли под кожей, жгли, как прикосновение, которого не случилось. Где-то под рёбрами ёкнуло. Элизабет зажмурилась, пытаясь разложить по полочкам этот вихрь чувств: Растерянность — потому что он никогда не был так откровенен. Тепло — потому что ждала. Даже если не признавалась себе в этом. Страх — потому что завтра может не наступить, а ответные слова от неё так и не прозвучали. Элизабет вдохнула резко, будто всплывая. Ладонь её прижалась к холодному стеклу, будто пытаясь удержать что-то ускользающее. — Неподходящее время. Неподходящее место. Но разве чувства когда-либо спрашивают разрешения? Себастьян. Его имя отозвалось эхом в памяти: как он временами замирал, теряясь в собственных мыслях, как кусал губу и закатывал глаза, когда нервничал, как смотрел украдкой, думая, что она не видит. С одной стороны, Элизабет и сама долго ощущала некую особенную близость между ними, что-то явно большее, чем просто дружба. Но, с другой стороны, она понимала всю серьёзность текущих событий и важность миссии. Чувство первой влюблённости окутало её тёплым, но тревожным коконом. Её сердце билось чуть быстрее, на щеках появлялся лёгкий румянец, а в глазах начинали светиться искорки нежности и надежды. Слишком много. Слишком близко. Однако, это приятное тянущее чувство в груди сопровождалось и оттенком беспокойства. Элизабет осознавала, что сейчас не время для романтических признаний. Они оба должны быть полностью сосредоточены на предстоящем испытании и помогать друг другу сохранять ясный ум и хладнокровие. Элизабет резко отдернула руку от зеркала, распрямила плечи, взгляд стал твёрже. В отражении больше не было смущённой девушки — только твёрдый взгляд и сжатые челюсти. Но в уголках губ всё же осталась тень той самой улыбки, что вырвалась без спроса, когда дверь захлопнулась. — После, — тихо пообещала Элизабет сама себе. — Если выживем. Пора было собираться на непростую битву.