Глава 46. Зов артефакта

Себастьян бежал, спотыкаясь о корни, холодный воздух обжигал лёгкие. Оминис едва поспевал за другом. Свет их волшебных палочек дрожал, выхватывая из тьмы искорёженные тени. Деревья вокруг будто тянули к ним ветви-когти. Где-то вдали прокричала сова, и этот звук слился с учащённым стуком сердец. Взгляд Себастьяна был прикован к фигуре впереди. Элизабет шла, не оглядываясь, её силуэт мерцал в такт пульсации кристалла в её руке. Друзья устремились ей наперерез. Себастьян первым приблизился к Элизабет и схватил за плечо. Девушка резко обернулась, и в её глазах горело нечто чуждое, нечто зловещее. — Лиз, остановись! Это артефакт влияет на тебя! — нервно вскрикивал Себастьян, стараясь удержать её на месте. — Лиз, прошу! — его голос сорвался на хрип. Под ладонью, сжимающей её плечо, Себастьян ощутил неестественный жар, будто под кожей девушки пылал огонь. Себастьян видел, как её пальцы судорожно сжимают кристалл. Видел в её глазах пустоту, в которой мелькали лишь отблески фиолетового света. Когда Элизабет полностью повернулась к нему, в её улыбке было что-то чужое, слишком острое, слишком голодное. «Это не она, это не она…» — бешено стучало в висках. — Себастьян, осторожно, она может быть опасна, — предупредил Оминис, направляя палочку на Элизабет. — Я должна идти… они зовут меня… — отрешённо произнесла Элизабет и начала вырваться из рук Себастьяна. Юноша, стараясь не причинить вреда, попытался обхватить покрепче запястье Элизабет, но силы девушки словно удвоились под воздействием артефакта. Элизабет с силой отбросила Себастьяна на несколько шагов назад. Он едва удержался на ногах, но быстро восстановил равновесие, стараясь не выпускать девушку из поля зрения. — Лиз, пожалуйста, остановись! — голос Себастьяна звучал отчаянно, но он уже понимал, что увещевания не помогут. Глаза Элизабет сияли зловещим блеском. Она вдруг набросилась на него с кулаками. Первый удар пришёл слева. Себастьян едва успел отклониться. Но второй, в солнечное сплетение, вышиб воздух из лёгких. Третий, в челюсть, ослепил белой вспышкой боли. Мир поплыл. Себастьян почувствовал вкус крови, услышал, как палочка с глухим стуком падает в траву. «Стой! Не смей падать!» Но ноги не слушались, а Элизабет уже заносила руку для нового удара, её глаза сверкали, как у хищника. Юноша шагнул назад, едва не споткнувшись. — Прости, Лиз, — прошептал Себастьян, из последних сил перехватывает её руки. Элизабет яростно дёргалась, стараясь вырваться из его захвата. Себастьян чувствовал, как с каждым движением девушка только набирает силы, будто её телом управляла некая нечеловеческая мощь. В следующий момент Элизабет изловчилась и вывела его из равновесия, толкая коленом. Резкая боль пронзила живот Себастьяна, заставив его согнуться пополам. Каждый вдох обжигал лёгкие, но он лишь стиснул зубы и крепче вцепился в её запястья — если отпустит сейчас, то потеряет её. Оминис с напряжённым выражением лица направил палочку на артефакт в руке Элизабет, стараясь найти способ обезвредить камень. Манящие чары на него, увы, не сработали. Себастьян, чувствуя, что больше не сможет сдерживать Элизабет, обхватил её тело, стараясь вывести из равновесия и зафиксировать на земле. Элизабет с силой ударила его локтем вбок. Себастьян закашлялся, но тут же попытался перехватить девушку за плечи. Она, словно разъярённая дикая кошка, продолжала атаковать, но не выпускала артефакт из руки. Себастьян вновь схватил её за запястья и внезапно вспомнил уроки по самообороне, которым когда-то обучал его дядя-мракоборец. Используя особый манёвр, Себастьян сумел закрутить руку девушки за спину и зафиксировать ноги. Элизабет взвыла от боли, на мгновение просвет разума блеснул в её глазах. — Лиз, мы остановим это. Мы вместе, — тяжело дыша прохрипел Себастьян ей на ухо, изо всех сил удерживая девушку. Вдруг Элизабет подняла руку с кристаллом, и мрачный фиолетовый свет засиял ещё ярче, ослепляя друзей. Девушка вырывалась с невероятной силой, словно источники тьмы оживали внутри неё. Элизабет рванулась вперёд, её плечо ударило Себастьяну в грудь, и мир опрокинулся. Спина врезалась в землю, звёзды мелькнули перед глазами юноши. Он с трудом поднялся на ноги, чувствуя всё нарастающую боль в рёбрах. Элизабет нахмурилась, фокусируя помутившийся взгляд, и ринулась вперёд, высоко подняв свободную руку. Не ведая жалости, она готовилась обрушить на Себастьяна мощное заклинание. Пятясь, юноша, успел нащупать потерянную волшебную палочку и выкрикнуть: — Арресто моментум! Из палочки вырвался яркий свет, пытаясь замедлить Элизабет. Но воздействие артефакта оказалось сильнее: заклинание лишь вскользь задело девушку. Элизабет замерла лишь на мгновение, а затем вновь кинулась на парня. Её кулаки били его в грудь, причиняя ужасную боль. Оними с ужасом следил за всем происходящим и, стремясь помочь другу, выкрикнул: — Петрификус Тоталус! Но Элизабет, словно одержимая, увернулась с пугающей ловкостью. Себастьян же, несмотря на боль, не позволял себе сдаваться. Его пальцы впились в её руки, будто клещи. Элизабет дёрнулась, но он уже перехватил её предплечье, блокируя движение. — Лиз, пожалуйста! Это не ты! Сопротивляйся! Ты сильнее этого! Но голос Себастьяна, казалось, тонул в хаосе её разума. В их борьбе его палочку снова выбило на землю, а сам юноша опять оказался на спине. Себастьян с ужасом глядел в остекленевшие глаза Элизабет и лицо, перекошенное гневом. Оминис, всё же решившись на отчаянный шаг, быстро переместился ближе. — Вингардиум Левиоса! — закричал он, направляя палочку. Тело Элизабет мгновенно приподнялось в воздух и замерло, сцепленное невидимой силой. Она извивалась, хрипела, пытаясь вырваться, но безуспешно. Оминис, стиснув зубы от напряжения, удерживал её тело, превращая удары в бесполезные взмахи. Себастьян приподнялся, вытирая кровь с губы: — Ты должна бороться, Лиз, — повторил он, сердцем чувствуя, что его слова всё же дойдут до неё. — Мы спасём тебя. Я спасу тебя… Я не могу потерять тебя. И тогда в её глазах возник едва-едва заметный проблеск осознания, словно прежняя Элизабет начала пробираться сквозь тьму, окутывающую её разум. — Оминис, нам надо что-то делать! — в отчаянии прорычал Себастьян, не зная, как справиться с девушкой не навредив. Оминис, понимал, что дольше не удержит левитирующее заклинание, принял тяжёлое для себя решение. Обычные уговоры здесь не помогут. Сердце сжалось от осознания, что выбора нет. «Это Лиззи. Ты не можешь… но должен!» — голос внутри вопил, что предаёт друга, но рука поднялась сама. — Прости… Кр… — прошептал он, и слова застряли в горле. — Остолбеней! Красный луч ударил в грудь Элизабет. Она замерла, глаза на миг округлились, в них мелькнуло настоящее понимание. Затем веки сомкнулись, и Элизабет рухнула прямо на руки Себастьяна. — Поймали! — облегчённо выдохнул Оминис, подходя ближе и опуская свою палочку. — Мы не могли позволить ей уйти с этим артефактом. — Спасибо, Оминис. Я… Я бы не смог… — выдохнул Себастьян. — Но что теперь? — Мы должны оградить артефакт, пока он не сделал что-то похуже. Пожалуйста, следи за Элизабет, а я постараюсь разобраться с кристаллом, — сказал Оминис. Присев рядом с девушкой, он сосредоточился на светящемся камне в её руках. Себастьян опустился на колени, дрожащие руки потянулись к лицу Элизабет. Прядь волос, прилипшая ко лбу, была влажной от пота. Он бережно убрал её с теперь безмятежного лица девушки, пальцы скользнули по уже холодной коже. «Дыши. Прошу. Просто дыши». Под его ладонью бился слабый пульс. Где-то рядом Оминис тяжело дышал, бормоча всевозможные защитные и контрзаклинания заклинания, одно за другим, пытаясь ослабить влияние артефакта. Но Себастьян слышал друга будто сквозь толщу воды. Всё, что существовало сейчас, — это тёплый вес Элизабет на его руках. Кристалл начал дрожать, и свет его постепенно затухал, пока не стал лишь тусклым отблеском. Время, казалось, замедлилось, пока Оминис завершал необходимые манипуляции с волшебной палочкой и артефактом. Затем юноша, взяв кристалл в руку, почувствовал, что он больше не источает мрачную энергию. — Готово, — выдохнул Оминис, показывая Себастьяну теперь безвредный камень. — Но мы должны быть осторожны. Он очень не стабилен. Нельзя оставлять в нём ни капли магической энергии. — Главное, что с Элизабет всё в порядке, — с облегчением сказал Себастьян, вновь взглянув на девушку. — Надо вернуться в лагерь и дождаться, пока она очнётся. Лес дышал. Ветви скрипели, будто предупреждая об опасности, а холодный воздух обжигал лёгкие. Пахло сырой корой и свежими листьями. Даже лунный свет казался здесь чужим, пробиваясь сквозь чащу рваными лоскутами. Оминис шагал впереди, осторожно держась тропинки и освещая дорогу с помощью верного заклинания «Люмос». Яркий, но мягкий свет его палочки выхватывал из тьмы узкие полосы земли, терявшиеся в тёмном море лесной чащи. Позади него Себастьян аккуратно нёс на руках Элизабет, которая всё ещё не приходила в сознание. Мышцы его болели от напряжения и травм, но он не позволял себе остановиться, боясь за её жизнь больше, чем за своё здоровье. Тревога плела тонкие сети в его голове, отчего каждый шорох и каждый звук казались угрозой. Себастьян продолжал повторять про себя слова Оминиса: «с ней всё будет в порядке», пытаясь успокоить хаос своих мыслей. Дорога к лагерю казалась бесконечной. Каждый шаг давался нелегко — кусты разрывали одежду, коряги цеплялись за обувь, и влажная земля скользила под ногами. Оминис ещё раз укрепил простой отпугивающий магический барьер, чтобы быть уверенным в безопасности своих друзей. Он периодически озирался, проверяя, не отстаёт ли Себастьян, и подбадривал его: — Мы почти на месте, держись! Каждое мгновение, когда свет палочки Оминиса натыкался на очередное препятствие, он моментально находил обходной путь, чтобы не потерять драгоценное время. Себастьян чувствовал, как тяжесть Элизабет на его руках превращается в символ ответственности, и, несмотря на усталость, продолжал двигаться вперёд. Холодный лесной воздух смешивался с теплом его дыхания, создавая облака пара, которые тут же исчезали в темноте. Вскоре впереди показался знакомый уютный свет магического огня, аура тепла и безопасности. Лёгкий дым поднимался вверх, волнами растекаясь и теряясь в темноте ночи. Сердце Себастьяна забилось быстрее: они добрались. Оминис начал ускоряться, чувствуя близость безопасного пристанища. Наконец, они вышли на крохотную поляну, где стоял их лагерь. Себастьян аккуратно уложил Элизабет на мягкие одеяла рядом с огнём. Парни обменялись короткими и усталыми, но облегчёнными вздохами. Оминис направила волшебную палочку на огонь, чтобы усилить его, а Себастьян накрыл Элизабет своей мантией, защищая от ночного холода. Костёр заиграл новыми красками, обнажая тени на их лица. Себастьян достал свою волшебную палочку и накрыл поляну дополнительными защитными заклинаниями. Гиппогрифы продолжали мирно спать под ближайшими деревьями. Себастьян знал: впереди ещё много трудностей, но сейчас самое главное — Элизабет здесь, с ним, в безопасности. Юноша присел рядом, продолжая следить за её дыханием, и молча надеясь, что утренний свет принесёт ответы на все их вопросы.