Глава 47. Сомнения

Просыпаясь, Элизабет ощущала на своей коже мягкий свет, проникающий сквозь густые кроны деревьев, и прохладу свежего воздуха. Она медленно открыла глаза и сразу почувствовала как нечто тёплое и уютное окружает её. Слегка повернув голову, девушка обнаружила Себастьяна, сидящего рядом. Спиной он опирался на ствол большого дерева, а руками крепко обнимал Элизабет. Её голова уютно устроилась на его груди. Незримо Себастьян передавал ей чувство защищённости, которое сейчас было так необходимо. Девушка смутно помнила события прошлого вечера, но поняла, что Себастьян сделал всё от себя зависящее, чтобы она была в безопасности. Элизабет вздохнула, чувствуя, как дыхание Себастьяна ровно поднимает её голову, а запах древесной коры наполняет лёгкие. Щёки вспыхнули, но девушка лишь незаметно прижалась к нему чуть сильнее, как будто боясь, что любое движение разрушит этот хрупкий момент. Впервые за долгое время Элизабет чувствовала себя… дома. Из приятной дрёмы её вырвал взволнованный голос. — Лиззи, ты проснулась! — радостно воскликнул Оминис, склонившись к ней поближе. — Как ты себя чувствуешь? Она улыбнулась, ответив тихим, едва слышным голосом: — Всё в порядке, Оминис… Спасибо. Себастьян тоже проснулся и заметил пробуждение девушки. Его глаза загорелись тёплым светом, когда он осознал, что она вернулась в сознание. — Элизабет, ты как? — произнёс он слегка обеспокоенно, всматриваясь в глубину её изумрудных глаз. Элизабет отвела взгляд, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. — Спасибо, Себастьян. Похоже, ты спас меня, — прошептала она, одновременно ощущая приятное тепло и лёгкое смущение. Щеки её слегка порозовели, но Элизабет не спешила вырваться из объятий Себастьяна. Осознавая, что удерживает её дольше, чем позволяло приличие, юноша поспешил отпустить Элизабет. Его пальцы на мгновение задержались на её талии, будто не в силах отпустить, но затем он немного нервно отстранился. — Эээ… прости, я просто… Себастьян не закончил, потому что тёплый и чуть насмешливый взгляд девушки заставил его сердце биться чаще. — Ты же знаешь, мне не было неприятно, — едва слышно прошептала Элизабет, и он почувствовал, как кровь приливает к лицу. Ему самому было непривычно так открыто проявлять нежные чувства. — Хотел удостовериться, что ты в порядке, — пробормотал Себастьян, выпрямляясь и беря её руку, чтобы помочь девушке встать. Элизабет улыбнулась и, поднимаясь на ноги, всё ещё чувствовала лёгкое смущения. Они оба знали, что этот момент был чем-то большим, чем просто необходимостью. Это было проявлением заботы. Оминис, словно почувствовав эмоции друзей, весело хлопнул Себастьяна по плечу: — Ну что ж, ребята, давайте позавтракаем и обсудим наши дальнейшие планы. Сегодня нас ждёт долгий путь. Отдохнув трое юных волшебников провели необходимый ритуал поклонов, выказав уважение гиппогрифам. Элизабет с грацией и уверенностью оседлала Крылану, вспоминая, как легко этот величественный зверь поднимается в воздух. Себастьян, с лёгкостью и привычной быстротой закрепив последний ремень на своём гиппогрифе, занял место на спине существа. Оминис, хотя и выглядел немного неуверенно, быстро нашёл равновесие и принял комфортную позу, готовый к полёту. Гиппогрифы величественно взмахнули крыльями, поднимая своих всадников в небо. Лес быстро остался позади, раскрывая перед ними зеленеющее пространство с далёкими видами на деревню Фелдкрофт. Воздух был свеж и чист, и терпкие запахи леса смешивались с прохладным ветром. Полёт проходил вполне размеренно. Оминис, казалось, чувствовал себя всё более уверенно, сосредоточившись на ощущениях. Элизабет наслаждалась тем, как легко парила Крылана, чувствуя уверенность с каждым движением. Когда Крылана сделала плавный разворот, Элизабет поймала пристальный взгляд Себастьяна, будто он хотел запомнить каждую её черту на фоне бескрайнего неба. Она замерла, и ветер унёс её смущённую улыбку, но юноша уже всё же успел увидеть её. И когда Себастьян улыбнулся в ответ, девушке показалось, что земля где-то далеко внизу перестала существовать. Добравшись до леса недалеко от деревни, троица решила остановиться на привал. Место оказалось тихим, а высокие деревья служили естественным укрытием. Друзья быстро нашли подходящее место для ночлега, развернули импровизированный лагерь и зажгли небольшой костёр. Тепло магического огня и уютный свет вокруг создавали атмосферу безопасности. Элизабет, Себастьян и Оминис обсуждали дальнейший план действий. Им предстояло некоторое время провести в лесу, чтобы избежать ненужного внимания, и затем отправиться пешком к Фелдкрофту. С гиппогрифами они уже попрощались, не забыв вежливо поблагодарить фантастических существ за помощь. Вечер плавно опустился на лес, и лёгкий треск магического пламени наполнял воздух мягким, успокаивающим звуком. Троица сидела вокруг костра, их лица освещались золотистым светом. Элизабет разложила карту на пледе перед собой и обвела пальцем маршрут, который они должны были проделать на следующий день. — Если мы пойдём вдоль реки, к полудню будем в Фелдкрофте, — заметила она, глядя на задумчивое лицо Себастьяна. — Там можно будет раздобыть необходимые припасы и встретиться с Анной. — Да, но главное — не привлекать лишнего внимания, — добавил Оминис вздохнув. — Мы и так достаточно наследили. Себастьян отложил карту и устремил взгляд в танцующие языки пламени. События прошлой ночи никак не выходили у него из головы. Артефакт, который мог вылечить его сестру, был опасен. Юноша молча раздумывал, стоит ли ставить жизнь Элизабет под угрозу ради Анны. Элизабет посмотрела на него и заметила отсутствующий взгляд. — Себастьян, что ты замышляешь? — мягко спросила она. Себастьян вздрогнул, словно проснувшись ото сна, и вздохнул. — Просто думаю о нашем плане, — ответил он уклончиво. — На карту поставлено несколько жизней. Оминис качнул головой, понимая, что его друг оказался в сложной ситуации. — Мы все здесь ради Анны. Она заслуживает исцеления, — проговорил Оминис. — Но Элизабет… Мы найдём решение. — Мы справимся, — Элизабет коснулась плеча Себастьяна, стараясь придать уверенности. — Мы в этой истории вместе и найдём выход. Её пальцы задержались на плече Себастьяна чуть дольше, чем нужно. Он вздрогнул, но не отстранился, а лишь повернулся к ней, и в его глазах она увидела не только тревогу, но и что-то тёплое, беззащитное. — Что, если артефакт причинит тебе вред? Я не могу этого допустить. — Я верю в тебя, Себастьян, — прошептала Элизабет, и её рука медленно сползла вниз, едва касаясь его ладони. Себастьян смотрел на девушку, и в этот момент слова казались ненужными. Костер освещал её лицо золотистым светом, делая веснушки на носу почти невидимыми, а взгляд изумрудных глаз глубже, чем обычно. — Спасибо, — прошептал он, но благодарность была не за поддержку, а за то, что она просто есть. За то, что её рука всё ещё лежит в его, и он не хочет, чтобы это закончилось. — Ты так спокойна только потому, что не помнишь, что случилось прошлой ночью, — с горечью в голосе отозвался Оминис. — А нам с Себастьяном пришлось сдерживать тебя, стараясь не навредить. Нам всем очень повезло, что никто сильно не пострадал. Мы едва справились… Элизабет резко вдохнула, и её пальцы впились в собственные предплечья, будто она пыталась зацепиться за реальность. В висках стучало: обрывки шёпота, холодные пальцы, сжимающие её запястья… Чьи? — Мне жаль, — прошептала она, и голос предательски дрогнул. — Но эти голоса… Они звучали внутри меня. Как будто я сама хотела пойти… Оминис подался вперёд, выражение его лица было серьёзным, но в голосе звучала поддержка: — Эти голоса могли быть результатом остаточной магии артефакта. Нам нужно быть предельно осторожными, чтобы это не повторилось. Мы не можем позволить, чтобы тебя снова завлекли. — Я не могу рисковать тобой! — огонь костра отразился в глазах Себастьяна, как вспышка ярости. — Ты не понимаешь… Вчера Оминису пришлось применить против тебя оглушающее заклинание, лишь бы остановить. А если в следующий раз этого будет недостаточно? — Он резко встал, отбрасывая длинную тень. — Я не смогу смотреть в глаза Анне, если из-за меня ты… — Мы обязаны попытаться, — Элизабет вновь мягко сжала его руку, стараясь вложить как можно больше уверенности в свои слова. — Мы уже прошли через многое и всегда находили выход. Оминис прав, мы просто должны быть осторожны и доверять друг другу. — Себастьян, — Элизабет подвинулась ближе, заслоняя собой костёр, и внезапно прижала его ладонь к своей груди. — Чувствуешь? Я живая. Я здесь. И я не отступлю! — её пальцы сжали руку Себастьяна до боли. — Я выбираю рискнуть. Потому что Анна — часть твоей семьи. Я хочу, чтобы ты наконец-то обрёл покой в душе. — Мы поддержим друг друга, как и всегда, — кивнул Оминис, соглашаясь. — Если ты чувствуешь себя неуверенно, Себастьян, мы можем вернуться к этой теме позже. Найдём способ обезопасить всех нас. Но не забывай, что Анна испытывает боль постоянно. В её случае время — мучительная пытка. Себастьян глубоко вдохнул, явно борясь с внутренними сомнениями, прежде чем медленно кивнуть. Его взгляд стал более решительным, хотя тревога всё ещё проблёскивала в глазах. — Хорошо. Мы будем действовать. Но если что-то пойдёт не так, мы отступим. Мы не можем потерять ещё кого-то. Элизабет и Оминис согласились, и трое друзей снова сосредоточились на тепле костра, размышляя о предстоящем пути. В душе каждого укреплялась уверенность, что они могут преодолеть любые трудности, если будут держаться вместе. Наступила ночь, и темнота окутала лес. Звёзды ярко мерцали на небе, освещая поляну, где трое юных волшебников расположились на ночлег. Первой дежурить вызвалась Элизабет. Она сидела у костра, вглядываясь в глубину леса и прислушиваясь к его тихим шорохам. Лёгкий ветерок покачивал ветви деревьев, создавая едва заметный шелест. Вскоре к ней подошёл Себастьян. Его глаза были слегка подсвечены светом костра, а тень, отбрасываемая на лицо, делая его выражение более серьёзным. — Не можешь заснуть? — спросила Элизабет, слегка повернув голову в его сторону. Себастьян опустился рядом с ней, глядя на танцующие языки пламени. — Да, — признался он, немного помолчав. — Бессонница мучает. Думаю о ритуале и… обо всём, что случилось. Элизабет внимательно посмотрела на его профиль, уловив, что Себастьян явно хочет сказать нечто большее. — Что именно тебя тревожит? — поинтересовалась она, подбадривающе улыбнувшись. Себастьян вздохнул и провёл рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. — Я беспокоюсь о том, как Анна воспримет моё возвращение, — медленно начал он. — Последний раз, когда мы виделись… Ну ты помнишь: инферналы, ссора, убийство дяди… И я был виноват во всём том кошмаре. Элизабет слегка нахмурилась, но быстро вернула себе спокойное выражение лица. — Ты ведь хотел помочь, Себастьян, — напомнила она. — И сейчас ты делаешь всё возможное, чтобы исправить ситуацию. — Я не знаю, простила ли Анна меня. Да и можно ли вообще простить подобное, — продолжил юноша, его голос дрожал от неуверенности. — Я боюсь, что она может отвергнуть мою помощь. — Я уверена, она поймёт, что ты делаешь это ради неё, — Элизабет подалась чуть ближе, её голос звучал спокойно и вкрадчиво. — Твоя забота и желание помочь — вот что важно, — девушка коснулась его плеча в знак поддержки. — Анна переживает нелёгкие времена, но ты её брат, и она знает, что ты всегда был и будешь рядом. Себастьян посмотрел на Элизабет с благодарностью. — Спасибо, — пробормотал он, чувствуя, что её слова немного успокоили бурю в его душе. — Я просто… Я не вынесу, если снова потеряю её доверие. — Доверие восстанавливается поступками, Себастьян, — кивнула Элизабет, глядя на его серьёзное лицо. — И ты уже делаешь всё, что в твоих силах, чтобы это произошла. Прошу, не сдавайся. Он ненадолго замолчал, а потом снова заговорил, глядя на огонь: — Я так благодарен, что ты и Оминис здесь. Спасибо, что поддерживаете меня. — Мы одна команда, — улыбнулась Элизабет. — И пройдём через это вместе. Тишина растянулась, будто время остановилось. Где-то вдалеке завыл ветер, и Элизабет непроизвольно придвинулась ближе. Себастьян замер. Его плечо приятно грело её. Элизабет не шевелилась, боясь разрушить этот хрупкий момент. В этой тишине Себастьян чувствовал, как его страхи и сомнения стали менее грозными. «Возможно, действительно, всё получится». — Всё получится, — прошептала Элизабет, словно читая его мысли. — Веришь? Себастьян не ответил. Но когда его мизинец коснулся её руки, девушка поняла: это и есть ответ.