Глава 5: Цена Дракона

Глава 5: Цена Дракона

Винтерфелл 300 год от з.э

Деймон.

Лианакс приземлился так близко к замку, как только мог. Он помог своей тёте спуститься и, получив её разрешение, поднял её на руки, плотно укутав своим плащом. Затем он направился к замку. Мужчины внимательно смотрели на него, пока он проходил мимо. Ему не нужно было давать своему дракону какие-либо указания — Лианакс всё понял сам и быстро удалился. Деймон собирался поговорить с ним завтра. Молва разнеслась по замку, и к тому времени, как он достиг внутренних ворот, люди уже сбежались, чтобы проверить, правда ли то, что они слышали. — Мама! — закричал Робб, бросаясь к ним. Деймон почувствовал, как его тётя пыталась вырваться, но он прошептал ей, что она может упасть или потерять плащ, и она немного успокоилась. Следом за Роббом к ним торопился его дядя, немного отставая, но всё же прибавляя шаг. — Робб, мейстера. Нам нужен мейстер, — сказал Деймон. Затем, заметив панику на лице кузена, поспешил добавить: — С твоей матерью всё будет хорошо, но помощь мейстера всё же может понадобиться. — Приведите Лювина немедленно! — крикнул Робб одному из стражников. Тот тут же побежал за мейстером. — Мама, — тихо сказал Робб, и его мать улыбнулась ему. — Дядя, давай сначала занесём её внутрь, — сказал Деймон, опередив возможные вопросы. Дядя протянул руки, чтобы взять её. Деймон осторожно передал женщину, указав на необходимость сохранить плащ, после чего они направились в крепость. Мейстер в серой мантии поспешил им навстречу, за ним последовали остальные члены семьи. Добравшись до покоев мейстера, Деймон остался снаружи вместе с кузенами, пока Робб и его дядя оставались рядом с их тётей. — С мамой всё в порядке? Она не пострадала? — спросила рыжеволосая девочка. — Если они причинили ей боль, я убью их всех, — добавила темноволосая, сжав кулаки. — Спасибо, что вернул маму, — тихо сказал младший из мальчиков. — Не за что. С вашей матерью всё будет хорошо. Ей просто нужно немного отдохнуть, — ответил Деймон, стараясь ободряюще улыбнуться. — Ты наш кузен? Принц Деймон? — спросила темноволосая девочка. — Просто Деймон, — ответил он, на этот раз улыбнувшись искреннее. — Но ты же принц? — уточнила рыжеволосая. — Ну, я всего лишь ваш кузен, — сказал он. — Я Арья. Это Санса, а это Рикон, Бран и Робб, которого ты уже знаешь, — представилась Арья с широкой улыбкой. Деймон ответил ей такой же улыбкой. Прежде чем он успел что-то сказать, из комнаты вышел Робб. Его настроение заметно улучшилось. Он потрепал Рикона по волосам и с облегчением посмотрел на Деймона. — Мама устала. Отец перенесёт её в их комнату, чтобы она отдохнула. Нам тоже стоит передохнуть. Завтра вы сможете её навестить, но ненадолго, — объяснил Робб, оглядывая остальных. Дети кивнули. Как только мейстер открыл дверь, они поспешили внутрь, чуть не оттолкнув его. Деймон остался снаружи, прислонившись к стене. Его работа была выполнена лишь наполовину — завтра он собирался отправиться обратно на Железные острова. Санса улыбнулась ему, ведя Рикона в его комнату. Арья, казалось, хотела поговорить, но Робб покачал головой, и она оставила кузена в покое. — Где Бран? — спросил Деймон, вспомнив ещё одного мальчика. — Он очень устал, мой принц, — ответил Робб. — Мы решили дать ему отдохнуть. — Пожалуйста, Робб. Просто Деймон, хотя бы, когда мы одни. Робб опустил голову. — Деймон... я не могу выразить, насколько благодарен тебе за всё, что ты сделал. Если бы ты этого не сделал... Боги, я даже думать не хочу... — Но я это сделал, — ответил Деймон, положив руку на плечо кузена. — Не думай о том, что могло бы случиться. — Да, ты прав. Думаю, отец захочет поговорить с тобой. — Пусть это подождёт до завтра. Мне самому нужен отдых, — сказал Деймон, и Робб кивнул, соглашаясь. — Я отведу тебя в твою комнату, — сказал Робб с мягкой улыбкой. Деймон последовал за кузеном по коридору. Его отвели в просторную двухместную комнату, где уже горел огонь. Хотя он не чувствовал сильного холода, тепло было приятно, особенно перед завтрашним днём. Комната выглядела уютно — кровать была покрыта большим мехом, и он почти чувствовал, как падает в неё от усталости. — Я поговорю с тобой завтра, Робб. — Да, Деймон. Спасибо, — ответил кузен, улыбнулся и закрыл за собой дверь. Сняв доспехи, Деймон рухнул на кровать и мгновенно заснул. Но его сон, как и всегда, был беспокойным. Во сне его ожидали те самые семеро, выстроившиеся в ряд. Они требовали своё, и он вновь ощущал удары кнута, каждый из которых оставлял жгучую боль. Семь ударов от каждого, по семь раз. Боль была почти невыносима, и он знал, что закричал бы, если бы мог, но не все крики слышны в темноте. Когда он проснулся, шрамы на спине всё ещё были ощутимы. Он подошёл к камину, потянул руку к раскалённым углям и почувствовал, как начинается процесс исцеления. Метки постепенно исчезали. До прихода Р'глора, до того, как он стал избранным, Деймон страдал от рук теней. Но его бог не оставил его, указав путь. Тени боятся только света — силы, которая принадлежит Р'глору. Осторожно смыв с рук пепел и одевшись, он вышел из комнаты. Почти сразу его встретила волчица с серым мехом и внушительными размерами. Очевидно, она была магической. Волколаков не видели севернее Стены уже целое поколение, но у каждого из Старков, казалось, был свой волк. Деймон быстро понял, кому принадлежала эта волчица. — Нимерия, не надо, — раздался голос Арьи. К её удивлению, Деймон спокойно провёл рукой по шее зверя. — Я тоже Старк, — сказал он, улыбнувшись. Арья рассмеялась. — Слава богам, иначе ты остался бы без руки. — Я собирался найти что-нибудь на завтрак. Поможешь? — Иди за мной, — сказала она и повернула в противоположном направлении от того, куда он собирался идти. Когда они вошли в Большой зал, Деймон почувствовал на себе множество взглядов. Среди них он заметил улыбающихся Большого Джона и Мейдж, что хоть немного облегчило его пребывание здесь. Захватив немного еды, он сел за стол, где к нему почти сразу присоединились Арья, Большой Джон, Мейдж и несколько других людей, чьи лица он ещё не знал. Он попытался есть молча, но это оказалось невозможным под их внимательными взглядами. В результате он ел умеренно, хотя был голоден. — Что? — наконец спросил он, ухмыльнувшись. — Ты и твой дракон уничтожили их всех? Подожгли эти проклятые острова? — спросил Большой Джон. Арья, сидящая рядом, уставилась на него с открытым ртом. — У тебя правда есть дракон? Можно на нём покататься? Покажи мне его, пожалуйста! Я ведь показала тебе своего волка, — умоляюще произнесла она. — У меня есть дракон, и ты его увидишь, но позже, — ответил он, улыбнувшись энтузиазму кузины. — Она такая же девочка, как Нимерия? — спросила Арья, её глаза блестели от радости. — Она такая. Её зовут Лианакс. Я назвал её в честь своей матери, — сказал он. — А что вы сделали с кальмарами? — подал голос один из мужчин. — Ничего. Я был там не за этим. Я прилетел за своей тётей. Сегодня разберусь с Железнорожденных. Вчерашняя ночь была посвящена возвращению тёти, — ответил он. — Но ты вернёшься? — спросил Большой Джон. — О, не волнуйтесь. Я вернусь, — заверил его Деймон. Рейегар Рейегар вздохнул, глядя на людей, сидящих за столом. Его сын был хозяином дракона — первого дракона в их семье за сто лет. И эти идиоты хотели, чтобы он наказал его. Хотели, чтобы он отчитал своего сына за то, что тот полетел на Север, чтобы помочь семье. Он перевёл взгляд на Артура, который едва сдерживал улыбку, пока Джон и Оберин яростно обсуждали ситуацию. Его второй сын сидел молча, с выражением, которое Рейегар едва мог различить. Люцерис тоже не произнёс ни слова. Единственное, что удивило короля, — это молчание Мейса. Видимо, тот действовал по строгим указаниям своей матери, Королевы Шипов. — Достаточно, — громко сказал Рейегар. — Я больше не потерплю разговоров о том, что Деймона следует наказать за то, что мы должны были сделать сами. — Ваша светлость, если принц Деймон нападёт на Железные острова, это создаст нестабильность, — заметил Джон. — И всё же не было никакой нестабильности, которая могла бы возникнуть, если бы они напали на Север, Джон? — спокойно произнёс Артур, заставив всех замолчать. — Железные острова не готовятся к войне с Севером, сир Артур, — ответил Джон. — Значит, им нечего бояться, Джон? — отрезал Рейегар. Джон замолчал, не зная, что ответить. — Ваша светлость, принц Деймон, будучи хозяином дракона, сам по себе создаёт не стабильность, — сказал Оберин. — Что бы вы предложили? — с лёгкой усмешкой спросил Рейегар. — Мы должны заставить принца передать дракона короне, — произнёс Эйгон. Оберин кивнул, соглашаясь. — Удачи вам в этом, ваша светлость, — фыркнул Люцерис, и Эйгон усмехнулся. — Тогда нам следует приковать к себе лучших, — добавил Эйгон. — Нет, — твёрдо сказал Рейегар. — Я не посажу на цепь первого дракона, который появился в нашей семье за многие поколения. Даже если бы я этого захотел, как это возможно? Это дракон, а не чёртова лошадь или собака. — Значит, ты позволишь принцу Деймону разгуливать с силой дракона за спиной? — спросил Оберин. — Я думаю, мой сын уже ходит с силой дракона, Оберин. Ты что, пропустил это, когда мы были в Драконьем Логове? — Я ничего не упускаю, ваша светлость. — Хорошо. Хватит о драконе. Я больше ничего не хочу слышать о нём, пока не вернётся Деймон. Какие новости о Железных островах? Кто-нибудь из наших капитанов что-то слышал, Люцерис? — Нет, ваша светлость, ничего. Они, похоже, не совершают набегов слишком далеко на юг, — ответил Люцерис. — Это хорошо, не правда ли? — вставил Мейс. — Это странный случай, — задумчиво сказал Рейегар. — Он наводит на мысль, что слухи о Севере могут быть правдивы. — Это невозможно, ваша светлость. Железные острова не могли готовиться к войне без нашего ведома. Где они могли спрятать свой флот? — Возможно, там же, где Деймон спрятал дракона, — спокойно ответил Артур. Рейегар рассмеялся. — Вы сегодня очень разговорчивы, сир Артур? — с раздражением спросил Оберин. — Я заметил, что, когда люди ведут себя как идиоты, это пробуждает во мне болтливую сторону, мой принц, — отозвался Артур. Рейегару пришлось сдерживать смех. — Где лорд Варис? — спросил Рейегар, чтобы отвлечь внимание двух дорнийцев, чьи взгляды становились всё более напряжёнными. — Он прислал записку, что встретится с несколькими из своих маленьких пташек и не сможет присутствовать, — ответил Джон. — У нас есть ещё какие-нибудь дела? — спросил Рейегар. Никто не ответил. — Хорошо, тогда мы закончили. Эйгон, ты останешься. Артур тоже. Когда все вышли, Рейегар повернулся к своему старшему сыну. — Ты так ревнуешь своего брата, что хочешь все его вещи? Ты всё ещё ребёнок, Эйгон? — Мне всё равно, что у Деймона. Я думал только о короне, — ответил Эйгон с безразличием. — Деймон — тоже корона, сынок. Он твой брат. Возможно, если бы ты попытался обращаться с ним как с братом, ты бы это понял. — Он твой сын, а не мой брат, — сердито ответил Эйгон. — Осторожнее, сынок. Я уже предупреждал тебя, не испытывай моё терпение, — произнёс Рейегар, пристально глядя на него. — Как скажете, отец. Позвольте мне извиниться. — Иди. Но запомни: если я узнаю, что ты пытаешься настроить против себя своего брата, я буду недоволен. И не забудь, ты должен встретить корабль своей бабушки. — Отец. Артур, — коротко сказал Эйгон и вышел из комнаты. Когда дверь закрылась, Рейегар налил себе вина и грустно улыбнулся, взглянув на Артура. — Я действительно боюсь за этого мальчика, Артур. Он не контролирует себя и не понимает, что делает. — Он будущий король. Может быть, давление слишком велико? — Возможно. Но меня больше всего беспокоит его ревность. Он будет королём, Артур, но всё равно жаждет того, что есть у других, больше, чем того, что есть у него самого. Ты знаешь, что он посылал людей, чтобы они проникли в покои Деймона? Хотел забрать его доспехи и мечи. Зачем? Он ведь даже не дерётся больше. — Этого уже давно не было, — согласился Артур. — А теперь, когда у Деймона есть дракон, всё станет только хуже. Боги знают, как Рейнис это воспримет. — А как ты это воспринимаешь? — тихо спросил Артур. — Я был дураком, Артур, полным дураком. Не знаю, простит ли он меня когда-нибудь, — сказал Рейегар, качая головой. — Может, и не простит. Но тебе всё равно стоит попробовать, мой друг. — Я это сделаю. Она знала, не так ли? Она знала, — продолжил он, словно говоря сам с собой. — Я искал принцессу, а она знала, что носит обещанного принца. --- Мирцелла Она притворялась больной три дня. Возможно, после первого дня в этом уже не было необходимости, но она продолжала, ведь Джоффри жил с ними в их покоях. Ночами она читала и лежала в постели, вставая лишь тогда, когда мать сообщала об отъезде Джоффри. Её отношения со старшим братом всегда были напряжёнными. В детстве она защищала Томмена от Джоффри, пока младший брат не стал достаточно сильным, чтобы постоять за себя. Но с возрастом поведение Джоффри становилось всё более отвратительным, и Мирцелла старалась избегать его. Теперь же, оказавшись здесь, она вновь чувствовала его влияние. Джоффри наслаждался тем, что подшучивал над равнодушием Эйгона, сталкивая их вместе. И Мирцелла ненавидела брата за это. Дядя Тирион пытался скрыть это под маской шуток, но Мирцелла была умной и понимала: он говорит правду. Что-то запланировано, и ей предстояло это узнать. В этот день она оделась и направилась на завтрак, где мать и дядя уже оживлённо беседовали, весело смеясь. — Ах, моя дорогая племянница наконец-то почтила нас своим присутствием, — сказал Тирион, когда она подошла, чтобы поцеловать мать и дядю в щёку. — Я подумала, что дам вам возможность провести время как братьям и сёстрам, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Подойди, племянница, садись. Может, ты сможешь уладить спор. — Вы спорили? — спросила она с удивлением. — Нет, мы обсуждали. Тирион считает, что твой дед уже знает о принце Деймоне, поэтому он идёт сюда. Я же думаю, что он что-то слышал о принце Эйегоне и хочет выяснить правду, — объяснила её мать с лукавой ухмылкой. — Итак, дорогая племянница, кто из нас прав? — спросил Тирион. — Вы оба, — ответила Мирцелла, беря тост и намазывая его джемом. — Ха, сидеть на двух стульях — это то, что отец точно оценит, — сказал дядя с усмешкой. — Нет, я думаю, он действительно слышал и то, и другое. — Что заставляет тебя так думать, любовь моя? — спросила её мать с любопытством. — Дедушка не пришёл бы сюда, если бы это было что-то одно. Оба события одновременно? Это уже другое дело. Если бы он знал только о драконе, он мог бы приехать на турнир. Но он ушёл до этого, не так ли? — Да, — кивнул Тирион. — Значит, он узнал о возвращении Деймона раньше нас. И он также что-то выяснил про Эйегона, что заставило его прибыть сюда. Удачно, что он окажется здесь до возвращения дракона, — заключила она. Мать и дядя гордо посмотрели на неё. — Ты, моя дорогая племянница, слишком умна для своего возраста, — произнёс Тирион с улыбкой. После завтрака Мирцелла решила прогуляться. Она шла в сопровождении своих дам, а её кузина Розамунда оживлённо болтала рядом. Повернув за угол, они столкнулись с Песчаными Змеями. Старшая из них посмотрела на Мирцеллу с явной враждебностью. — Смотри, куда идёшь, Ланнистер, — прошипела она. — Приношу свои извинения, — ответила Мирцелла сдержанно и направилась дальше. — Я слышала, что тёмный принц мечтает завоевать львиную шкуру, хотя не понимаю, зачем ему это, — насмешливо произнесла одна из девушек. — Возможно, из-за её кудрей, — усмехнулась другая, и они расхохотались. Мирцелла остановилась и, повернувшись, произнесла: — Змеи должны быть осторожнее в своих высказываниях. В наши дни в крепости водятся куда более опасные твари. — Думаешь, мы боимся львов? — с усмешкой спросила первая. — Нет. Но даже змею можно сжечь, — ответила Мирцелла и спокойно ушла. Внутри она знала, что девушки пытались вывести её из себя. Но она отдала им сдачи, просто иначе, чем они ожидали. Позже она рассказала об этом дяде, и Тирион предупредил её быть осторожнее: дети Вайпера играют нечестно. Её размышления прервал прибытие матери и Джоффри. Вместе они отправились в доки, чтобы встретить дедушку. Стоя у причала, Мирцелла наблюдала за флагманом дедушки, Леди Джоанна, который приближался. На палубе она увидела Томмена и её дядю, стоящих рядом. А позади них шёл её дедушка. Прошло более двух лет с их последней встречи. Она знала: с его приездом начнётся новая игра. И в этот раз он будет рядом, побуждая её победить. Джейме Возвращение в Королевскую Гавань всегда казалось ему странным. Обычно он приезжал сюда лишь на турниры, но сейчас турнира не было, а отец всё же настоял, чтобы он сопровождал его. Томмен был взволнован. Ему хотелось увидеть мать, сестру и похвастаться своими новыми навыками. Джейме с удивлением отметил, как изменился его сын. Пухлый мальчик исчез, уступив место уверенному юноше. Хотя в нём не было того высокомерия, которым отличался Джейме в его возрасте, на поле Томмен был достойным соперником и быстро набирал силу. Его отец, Тайвин, величественно восседал на своей белой лошади. Даже в свои годы он выглядел так же грозно, как и всегда. Позади Тайвина карета везла Серсею, Мирцеллу, Тириона и Джоффри. Джейме был рад, что они направлялись не в Красный замок, а в свой особняк. Последнее, чего он хотел, — это презрительные взгляды своих бывших братьев из Королевской Гвардии. Когда они прибыли, Джейме спешился, позволив конюху забрать лошадей. Он остановил Томмена, когда тот собирался исполнить свой долг и позаботиться о лошади сам. — Давай как следует поприветствуем твою мать и сестру, — сказал он. — Конечно, дядя, — ответил Томмен, сдерживая улыбку. Когда Джейме увидел Серсею, он с трудом удержался, чтобы не обнять её прямо на улице. За последние два года он видел её наедине лишь дважды, и каждый раз оставался жаждущим большего. Он улыбнулся Тириону и повернулся к Мирцелле. Вид её ошеломил его: перед ним стояла не девочка, а молодая женщина, чья красота напоминала ему Серсею в её юности. — Дядя, — сказала она, обнимая его. — Мирцелла, ты просто великолепна, — прошептал он, ощутив её улыбку. — Брат! — воскликнула она, переходя к Томмену. — Я скучал по тебе, Селла, — сказал Томмен с улыбкой. Она более формально поприветствовала дедушку, легко поцеловав его в щёку. Тайвин, казалось, даже смягчился на мгновение, но это выражение быстро сменилось привычной холодностью, когда Джоффри подошёл с фальшивой улыбкой. — Сестра, ты выглядишь блестяще, — сказал Джейме, обнимая Серсею. — Я скучала по тебе, любимый, — прошептала она, и он тихо ответил тем же. Войдя в особняк, Джейме не успел даже освежиться. Тайвин настоял, чтобы он, Тирион и Серсея немедленно отправились в его солярий. Как только они сели, настоящая причина визита стала ясна. — Мне сообщили, что Эйгон собирается жениться на Маргери Тирелл, а не на Мирцелле, — начал Тайвин, и в его голосе звучало разочарование. — Отличная новость, — заметил Тирион с усмешкой. Не дожидаясь ответа отца, он продолжил: — Эйгон недостоин моей племянницы. Да и его значимость давно уменьшилась. Ты, наверное, слышал о возвращении принца Деймона? — Не слышал, — признался Джейме, тогда как Тайвин, похоже, знал больше. — Второй сын — это не первенец, Тирион, — ответил Тайвин, сверкая глазами. — Конечно, отец. Но принц Деймон — не просто второй сын. Он не только проявил интерес к Мирцелле, но и стал всадником дракона. — Что? — спросил Тайвин с неподдельным удивлением. — Это правда, отец. Мы сами видели, как он полетел на Север, — подтвердила Серсея. — Он собирается охотиться на железнорожденных? — Верно, отец, — подтвердил Тирион. — И что за интерес к Мирцелле? — Тайвин пристально посмотрел на сына. Тирион объяснил: — Я знал Деймона до его исчезновения. Мы хорошо ладили. После возвращения он согласился на обед со мной и Мирцеллой. Они отлично поладили. А позже он пригласил нас в королевскую свиту, когда летел на своём драконе. С тех пор Эйгон внезапно заинтересовался Мирцеллой. — И ты его отгородил? — Разумеется, отец. Тайвин удовлетворённо кивнул. — Очень хорошо. Похоже, в моём присутствии не было необходимости. Но есть ли ещё что-то, что мне нужно знать о Деймоне? — Его доспехи из валирийской стали, как и его мечи. И ещё: королева Рейла скоро прибудет в Королевскую Гавань, — добавил Тирион. Джейме замер. Его королева… Он не видел её десять лет, и всё это время их разделяли тысячи лиг. Но теперь она будет здесь. Когда разговор закончился, Джейме направился за Серсеей в тихую комнату, где они могли остаться наедине. — Я скучала по тебе, любимый, — сказала она, закрывая дверь. — И я скучал по тебе, — прошептал он, заключая её в объятия. Их поцелуи были жадными, полными желания, накопленного за время разлуки. Рейлла Она сошла с трапа корабля, и взгляд её сразу упал на семью, собравшуюся, чтобы встретить её. И всё же мысль о тех, кого здесь не было, не давала ей покоя. Эйгон отсутствовал, что можно было объяснить по-разному, но отсутствие Деймона беспокоило её куда сильнее. Она посмотрела на Бонифера, который стоял рядом. Его взгляд, полный решимости разобраться в происходящем, придал ей сил. Рейлла перевела взгляд на Рейегара, в лице которого читалась тревога. Элия улыбалась, как и другие дети, хотя её внуки казались скорее раздражёнными и нетерпеливыми. Однако больше всего её беспокоила натянутая улыбка Рейенис — она всё больше напоминала своего дядю, что, несомненно, было следствием влияния Дорана и Оберина. — Мама, я рад видеть тебя, — сказал Рейегар, и Рейлла натянула улыбку, зная, что на них смотрят. — Благодарю за приём, мой король, — ответила она с лёгким реверансом и поцеловала его в щёку. Затем она тепло поприветствовала Элию: — Моя королева. — Рейенис, ты прекрасно выглядишь, — сказала она внучке, а та натянуто улыбнулась. — Как и вы, бабушка. Она обняла Дейнерис, которая хоть и ответила на объятие, сделала это немного скованно. — Мама, я так скучала, — произнесла её дочь искренне. — Визерис, сын мой, ты стал взрослым, — с улыбкой обратилась она к младшему сыну. — Мама, — буркнул он угрюмо. После обмена приветствиями Рейлла села в карету, к ней присоединились Рейегар и Элия, в то время как Рейенис с детьми отправилась в другой экипаж. Как только они тронулись в путь, Рейлла повернулась к сыну. — Где мой внук? — Эйгон заболел, мама, — ответил Рейегар, и она сразу поняла, что это ложь. — Я говорю не об Эйгоне, и ты это прекрасно знаешь. Где Деймон? — Он улетел на Север на своём драконе, — признался сын. Рейлла взглянула на него, как на сумасшедшего. — На чём он улетел? — На своей драконице. Разве ты не видела? — удивился Рейегар. — Почему мой внук отправился на Север, Рейегар? — Может, мы обсудим это, когда доберёмся до замка? — вмешалась раздражённая Элия. — Нет, мы не можем. Я хочу знать, почему Деймон полетел на Север на своём драконе? — Были сообщения о беспорядках с Железнорожденными. Деймон отправился помочь Северу, — ответил Рейегар. — Значит, мой внук отправился на войну? — воскликнула она. — Совет заверил меня, что войны нет, — попытался успокоить её Рейегар. Рейлла усмехнулась, полная презрения: — Сколько раз я говорила тебе, что нельзя полагаться на советы этих подхалимов? И что они делают, пока ты отворачиваешься? Разумеется, идёт война. Подумай, кому выгодно падение Севера? Особенно сейчас, когда Деймон вернулся. — Ты хочешь сказать, что мой совет намеренно ослабляет моего сына? — Именно это я и хочу сказать. Они уже предлагали забрать его дракона? Заковать его в цепи? Рейлла внимательно наблюдала за выражением лица сына, которое выдало его с головой. Она вздохнула. Рейегар замолчал, погрузившись в размышления. Это было лучше, чем ничего. Они ехали в молчании, пока не достигли Красного Замка. Выйдя из кареты, Рейлла сразу заметила сира Барристана. Она метнула в него такой взгляд, что рыцарь мгновенно поник. Одного взгляда Бониферу хватило, чтобы понять, что делать: он тут же направился к Барристану, чтобы сопроводить его в покои Рейллы. Она перевела взгляд на Малый Совет: Варис, Мейс Тирелл, Оберин Мартелл, Джон Коннингтон, Грольд Веларион — ни одного союзника. Рейлла выпрямилась, готовясь к предстоящей борьбе. Её семья, её внук, её драконы — всё это было слишком важным, чтобы позволить интригам совета лишить её сил и власти. Фальшивые улыбки и неискренние приветствия сопровождали её с момента прибытия. Оказавшись в своих покоях, она впервые почувствовала себя относительно спокойно. Узнав, насколько далеко находятся её сын и внук, Рейлла настояла на том, чтобы их кто-то сменил. В её груди закипала тревога, смешанная с решимостью разобраться. Как только прибыли Бонифер и сир Барристан, она внимательно наблюдала за тем, как её верный защитник дал указания своим людям. Бонифер заставил их обыскать каждую щель, чтобы исключить возможность подслушивания. Когда всё было проверено, он позаботился, чтобы никакие «птички» Вариса не смогли заглянуть в её дела. Закончив, он наклонился и, как всегда, нежно поцеловал её в щёку. Рейлла повернулась к Барристану и холодным тоном спросила: — Почему ты не с моим внуком, сир? — Он оставил меня, моя королева. Улетел на драконе. Я не смог последовать за ним, — ответил рыцарь, виновато опустив голову. — Значит, это правда? У него есть дракон? Расскажи мне об этом. — Его дракон — великая самка. Огромная. Я не могу точно оценить размеры, но её длина превышает сто футов. Она поистине величественна. — А что с Севером? — Бенджен Старк прибыл, чтобы просить помощи. Король предложил ему тысячу человек, но Деймон заявил, что сам направится туда, чтобы оказать поддержку. Рейлла невольно улыбнулась. Наконец, кто-то из её крови поступил так, как подобает Таргариену. — Что было дальше? Барристан рассказал ей о встрече Деймона с Малым Советом, о событиях в Драконьем логове, о конфликте между Деймоном и Эйгоном, где её внук преподал урок своему кузену, используя его приспешника. Она была удивлена дружелюбием Деймона к Ланнистерам, но, возможно, это было мудро: если Эйгон и Рейенис связаны с Дорном и Тиреллами, то Деймону нужны союзники, даже если у него есть дракон. — Есть ли ещё что-то, что мне нужно знать, сир? — спросила она. — Старый Лев вернулся. Вместе с сиром Джейме. — Они здесь? — Рейлла улыбнулась, её глаза загорелись. — Да, моя королева. — Хорошо. Ты можешь возвращаться к своим обязанностям. Я поговорю с внуком, когда он вернётся. — Благодарю тебя, моя королева, — сказал Барристан, поклонился и занял своё место у двери. Рейлла осталась одна с мыслями. Бонифер сел рядом, нежно взяв её за руку. Он молчал, давая ей возможность собраться с мыслями. Это всегда восхищало её в нём. Его терпение, его безграничная преданность. Наконец, она заговорила: — Мы должны выяснить, что задумал Лев в отношении моей любимой внучки, а затем раскрыть заговор против моего внука. Я хочу, чтобы те, кто это задумал, были найдены и наказаны. Твои люди готовы? — Сотня ждёт твоего приказа, моя королева, — ответил он, и она мягко поцеловала его в знак благодарности. — Будь осторожен, любовь моя. Мы вступаем на опасные воды, — предупредила она. И он лишь кивнул Деймон Деймон пролетал над Железными островами во второй раз за два дня, но на этот раз всё было иначе. Теперь он хотел, чтобы его увидели. Глядя на собравшиеся внизу корабли, он проклинал Джона Коннингтона и его игру. Никакого флота, никакого вторжения, никакой войны. Грифон не был дураком, он знал правду, но почему так упорно её отрицал? Может быть, он ненавидел Север? Деймон знал, что Джон ненавидел свою мать, хотя старался об этом не говорить в присутствии своего отца. Была ли причина в этом или в чём-то ещё? Это предстояло выяснить, когда он вернётся. Сейчас же он направился к крепости на Пайке, приземлившись на достаточном расстоянии, чтобы лучники не могли его достать. Не то чтобы стрела могла пробить кожу Лианакса, но пусть они верят в это, если хотят. Деймон закрыл глаза, вошёл в ближайшую чайку, привязал к её лапе свиток и отправил птицу в гнездовье, а затем стал ждать. Прошёл час, прежде чем люди вышли из крепости. Впереди шёл огромный мужчина в шлеме Кракена, а по обе стороны от него стояли двое, все несли флаг переговоров. Сойдя с Лианакса, Деймон направился к ним, внимательно наблюдая, как мужчина снимает шлем. По мере приближения он заметил явное сходство между троими: все трое были вооружены. Лианакс зарычала, давая понять, что следит за ними. — Что привело тебя в Пайк, Всадник Дракона? — спросил огромный человек. — С кем я говорю? — Виктарон Грейджой, лорд-капитан Железного флота. Это мои племянники, Родрик и Марон. — Вы Какая-нибудь связаны с Эуроном? — уточнил Деймон и, увидев хмурые лица, ухмыльнулся. — Он был нашим дядей, — ответил Родрик. — Он был похитителем и, без сомнения, был бы насильником. Мир стал бы намного лучше без него, — сказал Деймон. Марон шагнул вперёд, но Виктарон удержал его. — Эта женщина была бы его соляной женой, — бросил Марон. Деймон рассмеялся. — Эта женщина была моей тётей, леди Винтерфелла. Вы правда думали, что за её похищение не будет никаких последствий? Неужели вы настолько глупы? — Неважно, что сделал Эурон. Он уже мёртв, а то, что мертво, умереть не может, — ответил Виктарон, поднося руку к сердцу. — То, что мертво, умереть не может, — повторили его племянники. — Почему ты здесь? — снова спросил Виктарон. — Я здесь, потому что по своей глупости вы решили напасть на Север. У вас есть выбор: принять мои условия или узнать, как ваш народ справится с драконом. — Итак, каковы твои условия? — Немедленно прекратить грабежи на Севере, отвести флот и выдать Бейлона Грейджоя в течение часа, — сказал Деймон. Двое молодых людей снова двинулись вперёд, но Лианакс зарычала громче. — А разве не должны? — Тебе действительно нужно спрашивать? У вас всего один час. — Ты не получишь нашего отца, зелёныйчеловек, — бросил Марон, прежде чем напасть. Деймон блокировал удар, развернулся и уже хотел нанести ответный, но Лианакс опередила его. Крик Марона был коротким. Родрик, двинувшийся следом, был медлительным и неуклюжим. Когда его топор столкнулся с мечом Деймона, короткий клинок прошёл через глаз, и второй Грейджой рухнул. — Теперь тебе не будет покоя, мальчик, — мрачно сказал Виктарон. — Один час, — спокойно ответил Деймон и вернулся к Лианаксу. Он дал им два часа, но когда они не подчинились, поднялся в небо. Лианакс нетерпеливо ожидала действия. Они пролетели над Пайком и Харлоу. Деймон не колебался. — Дракарис, — произнёс он, и пламя охватило двадцать кораблей. Так началось его разрушительное путешествие по островам: Оркмонт, Блэктайд, Старый и Грейт-Вик, Солтклифф. Он не щадил ни пирсов, ни судов. Сила Лианакса не угасала, и ни разу её пламя не подвело. Когда всё было закончено, он вернулся на Пайк. Люди были сломлены. Виктарон вывел закованного в цепи Бейлона Грейджоя. — Ты получил свою сделку, Всадник Дракона. Теперь оставь нас в покое, — сказал Виктарон. — Если бы вы были достаточно умны, чтобы заключить эту сделку несколько часов назад, я бы так и сделал. Но позвольте мне прояснить, мой господин: если мне когда-нибудь снова придется вернуться в это забытое богом место, я поставлю себе задачу убедиться, что там не осталось ни одного из ваших людей, прежде чем я уйду. Вы заплатили Цену Дракона сегодня, мой господин, но долг выплачен только наполовину. Не заставляйте меня приходить и забирать вторую половину, — сказал он, схватив цепь. Затем он ударил и вырубил Бейлона, когда тот начал говорить. Перенеся Бейлона на спину Лианакса, он полетел обратно на Север. Пролетая над доками, он заметил, как огонь все еще пожирает деревянные строения. Мысли о том, сколько людей погибло сегодня по его вине, не оставляли его, хотя он не чувствовал ни стыда, ни сожаления. Только вопросы. Спустя несколько часов он прибыл в Винтерфелл. Когда он приземлился, таща за собой теперь уже очнувшегося Бейлона, из снежной дымки показалась белая фигура. Он повернулся, но Лианакс уже исчез в ночи. Белое существо приблизилось, и он понял, что это был волк. Зверь был огромным. Его белоснежный мех почти сливался с окружающим снегом, а горящие красные глаза изучающе смотрели на него. Позади послышался звук капающей жидкости. Он обернулся и увидел, что Бейлон обмочился. — Не самая плохая идея, — пробормотал он, глядя на волка. Волк молча подошел ближе, и, поддавшись необъяснимому порыву, он протянул руку. Волк лизнул его ладонь, а затем схватил за перчатку и потянул к себе. — Хочешь поиграть? — спросил он, а волк продолжал тянуть его. Он погладил зверя другой рукой, чувствуя, как мягкий мех греет его пальцы. Затем опустился на колени и посмотрел прямо в глаза волка. В этот момент он почувствовал что-то необычное — будто в его сознании щелкнул замок и открылась дверь. Неуловимая связь, чувство принадлежности, словно этот волк был частью него, как Лианакс и его брат Деймон. Поднявшись, он вновь схватил цепь и направился вперед. Волк шел рядом с ним, шаг в шаг. Когда он почти достиг замка, на встречу выехали всадники. — Кто это? — спросил один из них. — Бейлон Грейджой. Отведите его к моему дяде. Думаю, он будет очень рад его видеть, — ответил Деймон, передавая цепь одному из мужчин. Затем, не оглядываясь, он продолжил путь к замку. Волк остался с ним.