Глава 7: Драконы, розы и львы

Глава 7: Драконы, розы и львы

Красный замок 300 от з.э

Деймон. Если он думал, что ему позволят спокойно вернуться к своим делам, он жестоко ошибался. Как только он оказался в Красном замке, его сразу же затащили на заседание Малого совета — он даже не успел переодеться. Хотя если кто-то полагал, что сможет не пустить его бабушку в эту комнату, его ждал большой сюрприз. Она шла рядом с ним всю дорогу, а Барристан и Бонифер сопровождали её. Торос тоже последовал за ними по его просьбе, хотя, как и рыцарям, ему пришлось остаться снаружи. Деймон подошёл к нему и подозвал Призрака, который сел рядом со своим другом. — Присмотри за ним для меня, ладно? — сказал он. — Конечно, мой принц, — ответил Торос. — Я говорил с Призраком, — усмехнулся Деймон и рассмеялся. Развернувшись, он вошёл в зал и посмотрел, как члены совета занимают свои места. Его отец разговаривал с Артуром, оба пристально наблюдали за ним. Оберин сидел напротив, пытаясь запугать его взглядом, но вместо этого вызвал лишь ухмылку, что не ускользнуло от внимания его бабушки. Она тут же перевела взгляд на Гадюку. Варис тоже внимательно смотрел на него — в этом взгляде читалось любопытство. Теперь его лицо шута казалось менее чуждым, чем когда-то. Эйгон едва мог усидеть на месте, а Джон Коннингтон сердито поглядывал на его бабушку, за исключением тех моментов, когда она смотрела в его сторону — тогда он тут же отводил взгляд. Трус. Лорд Мейс просто сидел, словно писарь, которому не хватает лишь пера в руке для записей. — Сын мой, ты вернулся гораздо раньше, чем я ожидал. Надеюсь, на Севере всё в порядке. — Так и есть, ваша милость. Похоже, Десница оказался прав в своей оценке — никакого Железного флота, готовящегося атаковать Север, нет, — ответил он, отмечая удивлённый взгляд, который Эйгон бросил на Джона Коннингтона. — Как я уже говорил вам, ваша светлость, Старки всё это выдумали ради собственной выгоды, — вмешался Коннингтон. Его отец внимательно посмотрел на него. — Простите мою оговорку, ваша светлость, я хотел сказать: теперь его нет, — поправился Деймон. — Теперь? — переспросил Эйгон. — Я неправильно выразился ранее. Сейчас нет ни флота, готового атаковать Север, ни вообще какого-либо Железного флота, — пояснил он. Его отец нахмурился. — Что ты сделал, Деймон? — Я приказал Бейлону Грейджою отступить. Когда он отказался — сделал так, чтобы они больше никогда не смогли напасть на Север или кого-либо ещё. — Ты убил их?! Ты чудовище! Отец, мы должны что-то с этим сделать! — вскрикнул Эйгон. — Я уничтожил их корабли. Да, я убил некоторых. Но сколько бы людей погибло, если бы они вторглись в Север, как планировали? Или тебя волнуют только жизни Железнорождённых? — Какие у тебя есть доказательства того, что они действительно намеревались атаковать Север? — вмешался Джон Коннингтон. — У меня есть слово Хранителя Севера, мейстер Джона. Разве этого недостаточно? — спросил Деймон, в упор глядя на Коннингтона. — Ваша светлость, если станет известно о поступке принца Деймона, другие лорды будут недовольны. Я предлагаю немедленно принять меры, — заявил Коннингтон. — И какие меры ты предлагаешь принять против моего внука, Джон? — холодно спросила его бабушка. — Собираешься посадить его за то, что сам же должен был сделать? Деймон положил руку ей на спину, чтобы удержать от нападения на грифона. — Нам следует вызвать лорда Грейджоя и заставить его ответить на обвинения, выдвинутые принцем Деймоном, — предложил Оберин, что вызвало одобрительные кивки. — Тогда кричи громче, — усмехнулся Деймон, — потому что там, где он сейчас, он тебя не услышит. — Он мёртв? — спросил его отец. — Его казнили за его преступления. В том числе за организацию похищения моей тёти. В зале раздались потрясённые возгласы. — Леди Кейтилин похитили?! — ошарашенно спросил лорд Мейс. — Да. Если бы я не отправился на острова сам, она до сих пор была бы в руках Эурона Грейджоя. Хотя, возможно, мой дорогой брат и вы, лорд Десница, тоже считаете это обманом? — с вызовом посмотрел он на них. — Как ты смеешь так со мной разговаривать, ублюдок?! — взревел Эйгон, вскочив со своего места. — Осторожнее, брат, — ухмыльнулся Деймон. — Здесь нет Тёмной Звезды, который мог бы сражаться за тебя. Да и в прошлый раз он не слишком хорошо справился. Эйгон, сжав кулаки, сел обратно. — Деймон, Эйгон, хватит! — резко осадил их отец. — Ваша светлость, следует немедленно отдать приказ об аресте Эурона Грейджоя. Пусть он ответит на обвинения, выдвинутые принцем Деймоном, — вмешался Варис. Король кивнул, но Деймон лишь усмехнулся. — Это будет сложно, лорд Варис. Эурон не слишком обрадовался тому, что я спас свою тётю. Похоже, он воспринял это слишком лично. — Ты убил его? — спросил Оберин. — Нет, я позволил ему изнасиловать мою тётю, — фыркнул Деймон. — Конечно, я убил его. — Был ли хоть один Грейджой, которого ты оставил в живых, мой принц? — осведомился Варис. — Виктарион жив. Как, думаю, и Аша. Бейлон, Эурон, Марон и Родрик — нет, — ответил он. Его отец покачал головой. — Ты почти уничтожил Великий Дом… — Я свершил правосудие. Я предложил им условия — они отказались. Марон и Родрик нарушили переговоры и напали на меня. Эурон похитил мою тётю, намереваясь сделать её своей соляной женой. Бейлон планировал вторжение в суверенное королевство. Разве не долг Короны — защищать свой народ и вершить правосудие? — Ты называешь это правосудием? — с презрением бросил Джон Коннингтон. — Я называю это необходимостью. Если бы ты выполнял свою чертову работу, мне не пришлось бы вмешиваться. Так почему же ты этого не сделал? Коннингтон побледнел. — Все вы оставьте нас, Деймон… ! — резко вмешался его отец. Деймон наблюдал, как члены совета покидают зал. Эйгон и Коннингтон что-то перешёптывались, Варис вышел с видом человека, обсуждавшего лишь погоду. Его бабушка осталась. Когда король взглянул на неё, он тяжело вздохнул, осознав, что она уходить не собирается. — Твои поступки имеют последствия, сын. То, что ты сделал, разлетится по всему королевству. Если мы будем нападать, когда нам вздумается, это посеет страх и панику. — Страх, — сказал Дэймон. — Что? — переспросил отец. — Это вызовет страх. А страх — это хорошо. Люди должны бояться нас так же, как они должны нас любить, — сказал он, глядя на отца. — Он прав, Рейегар. Они забыли об этом. Мы позволили им забыть. Ты позволил, — сказала его бабушка, внимательно глядя на сына. — О чем ты говоришь, мама? — Дорн, Простор, проклятые Железнорожденные — никто из них больше нас не боится. Железнорожденные собирались напасть на Север, и твой совет не просто отговорил тебя от действий, а предложил вообще ничего не делать, если это случится, — сказала она. — Не было никаких доказательств, — отец покачал головой. — Я — доказательство. Мой дядя — доказательство. Просто потому, что они не хотят этого признать, не значит, что это не так. Почему они не сказали тебе? Чего они надеялись добиться? Вот вопросы, которые ты должен задать себе, ваша светлость, — сказал Дэймон, поворачиваясь, чтобы уйти. — Куда ты? — спросил отец. — Мне нужна ванна. — Мы еще не закончили этот разговор, — сказал он. — Как угодно, ваша светлость. Хотите — предъявляйте мне что хотите, хотите — нет. Мне, если честно, все равно, — бросил Деймон, выходя из комнаты. Он дошел до Тороса и Призрака, когда бабушка нагнала его и, не говоря ни слова, потащила обратно в свою комнату. Торос с ухмылкой наблюдал за этим, пока она не обернулась и не посмотрела на него. Оказавшись внутри, она сильно ударила внука по щеке, а затем тут же обняла. Дэймон посмотрел на Тороса, который поспешил выйти, за ним последовал Барристан, а вот Бонифер остался и сел. — Ты не можешь быть таким безрассудным, Дэймон, — покачала головой бабушка. — Мне пришлось бы это сделать, если бы они вторглись в земли моей тети, — попытался объяснить он. — Я не об этом. Я говорю о малом совете. Ты знаешь их лучше, чем кто-либо, — сказала она, и он кивнул. — Знаю. Просто не хотел объясняться с Коннингтоном. — И не нужно. Оставь грифона мне. А теперь расскажи, что случилось. Дэймон поведал ей, как видел выстроенные в ряд корабли, как предлагал условия и уничтожил флот. Когда он дошел до судьбы Бейлона, Бонифер пристально посмотрел на него. — Они назвали это Северным правосудием? — спросил он. — Да. — Это что-то значит, Бон? — обратилась бабушка к нему. — Этот приговор предназначен для самых страшных преступлений. Человека превращают в калеку — лишают зрения, языка, возможности сбежать, обрекая на вечные муки, — пояснил Бонифер. Бабушка взглянула на меч, висевший на плече Дэймона. — Где ты его взял? — У Эурона Грейджоя. Я отобрал у него меч и доспехи. — Те самые, что ты отдал Торосу? — Да. Я перед ним в долгу, бабушка. Без него я бы не справился. — Тогда и я перед ним в долгу. Ты ведь знаешь, чей это меч, не так ли? — Да. Я передам его владельцу, когда мы встретимся. — Хорошо. Теперь расскажи мне о себе и Мирцелле. — Бабушка? — попытался он отвертеться. — Деймон, — посмотрела она на него, и он рассмеялся, начиная рассказ. ***** Джон Джон Коннингтон ворвался в башню, Эйгон шел рядом. Оба были в ярости. Когда они добрались до покоев, один из людей Коннингтона протянул ему свиток. Джон чуть не швырнул его прочь, но, развернув, понял, что это весть от его человека на Севере. Он жадно пробежал глазами строки и передал свиток Эйгону. Тот улыбнулся — впервые с тех пор, как Дэймон вернулся. — Он встал на колени перед дядей и поклялся в верности. Отец должен это знать. — Какая разница? — Коннингтон скривился, но Эйгон улыбнулся еще шире. — Ты забыл, как в день своего возвращения он твердил, что не преклонит колени перед отцом? Что человек должен склоняться только перед богами? А теперь он показал, что это ложь. Это оскорбление короля, а значит, почти измена. — Твой отец никогда не обвинит его в измене. — Нет. Но это только начало. Он начнет сомневаться в нем все больше. А потом… мы найдем способ показать, будто он что-то замышляет. — А если так и есть? — задумчиво спросил Джон. — Если он действительно что-то затевает, это может стать проблемой, мой принц. — Пфф. Деймон слишком глуп для интриг. Он предан, несмотря ни на что. Но это неважно, мы все равно можем использовать ситуацию в своих целях. А вот дракон… дракон — проблема. — Мне сообщили из Цитадели, что существуют яды… — Я не хочу его травить. Это дракон. Он по праву должен принадлежать мне, — сердито сказал Эйгон. — Конечно, мой принц. Но на всякий случай лучше быть готовыми. Эйгон кивнул. — Ты видел, как он отдал броню этому пьянчуге? Я стоял рядом, а он снова меня унизил. — Возможно, если мы добьемся успеха, ты заберешь эти доспехи себе. Нет сомнений, что твой отец снимет их с него, — улыбнулся Джон. — Да… и мечи тоже. Этот… Светлый Рев, да? — Именно. Тайвин Ланнистер без сомнений предложит за него целое состояние. — Пусть попробует. Сомневаюсь, что Деймона волнуют деньги. Джон ничего не сказал. Он был согласен: Деймону золото не нужно. Но если он подарит меч Тайвину… это создаст мощный союз. С учетом его интереса к внучке старого льва, ситуация могла стать еще сложнее. Если они поженятся… Нет. Нужно что-то придумать. Дэймону нельзя позволить жениться на такой могущественной девушке. Меньший союз был бы куда выгоднее. А Эйгону пора укреплять свою собственную поддержку, пока не стало слишком поздно. — Как поживает леди Маргери, мой принц? — спросил Джон, подавляя отвращение к розе. — Думаю, с ней все в порядке. Хотя она и ее бабушка слишком увлечены… нет даже намека на погоню, — сказал Эйгон с пренебрежением, как и надеялся. — Они все равно предлагают много мечей и монет, мой принц. Возможно, лучше будет вести себя с ними хорошо. — Я наследный принц. Она прибежит, когда я позову, — сказал Эйгон и сердито взглянул на него, заставив того слегка съежиться. — Конечно, мой принц. Но что, если твой брат решит еще больше тебя опозорить, попытавшись снискать расположение твоей потенциальной невесты? — Как он уже сделал с Мирцеллой? Хм… Возможно, ты прав, Джон. Мне стоит поговорить с леди Маргери и ее бабушкой. Эйгон улыбнулся, вставая. Джон наблюдал за ним, пока тот не покинул покои, а затем перевел взгляд на стол. Дорнийцы и их заговоры, теперь еще и Демон — все становилось куда сложнее. Возвращение Рейлы в столицу только ухудшило ситуацию. Вмешательство бывшей королевы — то, от чего он пытался избавиться годами. Он налил себе бокал вина и залпом осушил его, затем наполнил снова. Ему нужна была дополнительная информация. А это означало визит к евнуху. Боги ведают, какую цену тот потребует на этот раз. Что касается Деймона… Даже успешное покушение привлекло бы к нему слишком много глаз. Только Рейла и ее благочестивый рыцарь могли бы обвинить его, а он пока не осмеливался переходить дорогу этой женщине. Но, возможно, был другой путь. Кто-то, у кого найдется причина ненавидеть принца. Кто-то, кого нельзя будет связать с ним. Джон начал писать записку, описывая события на Железных островах. Смерть братьев, дяди и отца оставила Теона единственным наследником. Возможно, в этом крылась возможность. — Дарра, отнеси эту записку Мартену. Пусть он перепишет ее и подсунет под дверь Теона Грейджоя, — сказал он, протягивая лист. Дарра молча взяла записку и исчезла в коридоре. ***** Оленна. Наблюдать за драконом на земле было одновременно восхитительно и тревожно. Видеть легендарное существо во плоти — это одно, но осознавать, на что оно способно, вызывало страх. Эйгон Завоеватель подчинил Вестерос с помощью трех драконов, заставив весь континент преклонить колени. А тех, кто осмелился сопротивляться… Недаром то поле назвали Полем Огня. Теперь у принца был один из них, и только мысль о том, что он может с ним сделать, особенно если ты окажешься его врагом, была невыносима. Видеть, как он направляется прямо к девушке из дома Ланнистеров, было тревожно. Так же, как и меч, который он нес на плече. Если это действительно был Светлый Рев… а она не сомневалась, что это он… значит, старый лев скоро окажется в стане принца. Она перевела взгляд с розы на львицу и лишь укрепилась в своем мнении — Маргери затмевала Ланнистерскую девочку во всем. Раздражало и то, что Эйгон уделял ее внучке так мало внимания по сравнению с тем, как Деймон смотрел на Мирцеллу. Сидя в своих покоях в ожидании возвращения Мейса с заседания Малого совета, она все больше размышляла над этим. Нужно было узнать намерения мальчика — и как можно скорее. Если Маргери окажется связана с Эйгоном, а Деймон с Ланнистерами… Вестеросу грозит еще один Танец драконов. Танец, который они, скорее всего, проиграют, ведь у него был дракон. Маргери сидела среди своих дам, держала двор, как истинная королева, и ее бабушка позаботится о том, чтобы та заняла трон, который заслуживает. Даже если для этого придется сменить короля, рядом с которым она будет сидеть. Когда прибыл Мейс, запыхавшийся и красный, Оленна обычно бы отчитала его за такой вид. Но сейчас она была лишь рада, что он поспешил донести новости. Она позволила ему отдышаться, выпить воды, даже сесть, прежде чем одарила его сердитым взглядом, побуждая говорить. — Принц Деймон напал на Железные острова. Железного флота больше нет, — сказал он. Оленна и Маргери ошеломленно переглянулись. — Что он сделал? — По всей видимости, Железнорожденные похитили леди Кейтилин, а принц Деймон поспешил на помощь, убив при этом Эурона Грейджоя. — Они осмелились похитить жену лорда Старка?! — голос Маргери был полон потрясения. — Да. Но она невредима, милая, — заверил Мейс, и Маргери кивнула. — Флот, Мейс? — вернула его к теме Оленна. — Ах, да, флот… Принц приказал Грейджоям отступить, но во время переговоров на него напали. Он убил двух сыновей Бейлона, а когда островитяне отказались подчиниться, он сжег их корабли. — Все? — уточнила она. — Так он сказал. Железного флота больше нет, — ответил сын, слегка дрожа. — А Бейлон? — Казнен. — Как отреагировали на это известие, Мейс? — Лорд Коннингтон и принц Эйгон были в ярости. Они требовали наказания для принца. — И? — Не знаю, мама, нам велели уйти. Оленна сомневалась, что Деймон понесет какое-либо наказание. Он был Всадником дракона, а это слишком ценное преимущество. Но он все же уничтожил великий дом, и найдутся те, кто потребует возмездия. Тиреллы, однако, не окажутся среди них. Лучше казаться другом, чем открыто стать врагом. Но что с ним делать? Привязывать к нему Маргери бессмысленно, если у мальчишки нет амбиций к трону. Хотя… Возможно, его можно использовать иначе. Если подтолкнуть Эйгона избавиться от тех, кто мешает ему жениться на ее внучке. Но сначала нужно понять, насколько большую угрозу представляет Деймон. — Маргери, ты говорила с принцем Деймоном? — Нет, бабушка. Он провел в столице всего день, а затем улетел на север. — Тогда, возможно, нам стоит пригласить его на ужин. Или на чай. Нам нужно получше узнать принца, не так ли? — Хочешь, чтобы я пригласила его? — Нет, дорогая. Я этим займусь. Оставшуюся часть дня Оленна провела за бумагами, размышляя о Всаднике дракона. И о самом драконе. Если он станет проблемой… ей понадобится способ уничтожить его. До сих пор это удалось лишь Дорну, и то благодаря счастливой случайности. Нет, случайность оставлять нельзя. Ей нужно больше. Она сама написала письмо и приказала отправить его с воронами. Если и был человек, который знал о драконах больше других, так это Лейтон Хайтауэр. Он и его сумасшедшая дочь потратили годы на изучение этих существ. записку, а затем проводила его взглядом, пока он не скрылся в небе. Только тогда Оленна вернулась в свои покои. Маргери уже была там — с улыбкой на лице. — Милая? — Принц Эйгон пригласил нас на ужин, бабушка, — сказала ее роза. Оленна тоже улыбнулась. — Тогда нам нужно позаботиться о подходящей одежде. Пойдем, моя дорогая, — сказала она и направилась с внучкой к дамам. Присутствие Демона уже само по себе меняло правила игры, думала она. Возможно, принц беспокоится так же сильно, как и она. Если ничего другого, скоро поступит предложение о помолвке. Но главный вопрос был: стоит ли его принимать? ***** Торос. Он чувствовал напряжение, когда Деймон шел обратно в крепость, слышал громкие голоса на заседании малого совета, а затем увидел, как Эйгон бросил на него взгляд и на нагрудник в его руках. Возвращаясь с принцем и его бабушкой, Торос заметил полуухмылку на лице Деймона. Что бы ни произошло на совете, его это, похоже, не беспокоило. Он ждал снаружи покоев, бросая взгляды на молчаливого белого волка, пока Деймон разговаривал с бабушкой. Через несколько минут принц вышел и жестом пригласил его следовать за собой. — Всё хорошо? — спросил Торос. Деймон улыбнулся. — Конечно. Всё по-старому. Торос усмехнулся. — В прошлый раз, когда ты так сказал, мы где оказались? — Разве это моя вина, что эти идиоты из «Золотого отряда» не понимают шуток? — Ты им угрожал. И что ты там говорил о Злом Клине? — Что он трус, который сбежал, поджав хвост. — И к чему это привело? — Эй, я же всё компенсировал. То вино стоило целое состояние, ты сам знаешь, — сказал Деймон, и оба рассмеялись. — Я скучал по тебе, старый друг, — сказал Деймон, кивая. — Я тоже, мой принц, — ответил Торос, когда они направились в покои Деймона. Призрак шел рядом. Когда они вошли, волк тут же устремился к одной из стен. Деймон приложил палец к губам, заставляя его замолчать, а затем резко ударил по стене. В следующее мгновение послышались торопливые шаги, удаляющиеся по коридору. Торос посмотрел на принца, который уже стоял на коленях и гладил Призрака. — Где ты нашел нового друга? — Призрак? Он с Севера. Трудно объяснить. Я чувствовал их там — старых богов, — будто они хотели поговорить со мной, но не могли. Потом появился Призрак. Я чувствую его, как и Лианакс, — сказал Деймон и кивнул. — Р’глор, должно быть, запретил им говорить с тобой, — заметил Торос. — Ты всегда говорил, что он ревнивый бог. — Так и есть. Особенно со своими избранниками. Если волк с тобой, значит, он это допустил. — Я знаю. Они переглянулись, явно пытаясь задать вопросы, которые давно вертелись у них на языке. В конце концов первым не выдержал Торос. — Это был Бенерро. Он послал меня сюда. Думаю, ему не нравилось, что мы были близки. Но когда я прибыл, понял, что что-то не так. Я должен был вернуться… Мне жаль, мой принц. — Не о чем извиняться, старый друг. У тебя были видения? — Да. Я видел, как ты пал. А потом услышал новости… — голос его дрогнул. — Почему Р’глор показал тебе это? Почему скрывал правду? — спросил Деймон. — Что случилось, когда я ушел? — Я еще немного путешествовал с Лианакс и Мелисандрой. Когда вернулся и понял, что они не говорят мне правду о тебе, я поговорил с Кинварой. Она сказала, что Бенерро развращает веру. — Он жаждал власти больше, чем кто-либо из нас. — Кинвара и Мелисандра попросили меня помочь освободить храм от него. Я посмотрел в пламя и увидел, как он падает, а Кинвара становится Верховной Жрицей. Тогда мы ударили. Его собственные силы не могли сравниться с Огненной Рукой, — Деймон опустил взгляд, поглаживая Призрака. — Бенерро мертв? — Теперь Кинвара правит. Я думал, она расскажет, куда ты ушел, но… Она тоже использовала меня, — с горечью произнес Деймон. — Р’глор использовал тебя, мой принц. Ты его избранник. Бенерро сбился с пути. Храм сбился с пути. Только избранные могли вернуть его на истинный путь. — Тогда скажи мне, старый друг, почему ты ушел? Почему оставил меня… нас обоих… одних на три года? — По воле Господа мы делаем то, что должны, мой принц. Мы можем не видеть пути, который он проложил, но должны следовать по нему. — Ты всё ещё веришь? — удивился Деймон. — Передо мной стоит мой принц. Мой путь остается прежним. Куда бы ты ни пошел, я последую за тобой, Деймон, — твердо сказал Торос. Деймон улыбнулся. — Ладно. Давай поедим. И надо перевезти твои вещи. — Переезжать? — Думаешь, я позволю тебе жить в таверне? Ты мне нужен здесь. Призрак не может прикрывать меня в одиночку, — усмехнулся Деймон. Они поели на кухне. Повар и слуги были удивлены, что принц королевства удостоил их беседы. Деймон шутил и смеялся со старой поварихой, которая буквально сияла от его похвал. А когда они уходили, он вручил каждому из слуг по серебряному оленю. Торос наблюдал, как их лица светились восторгом, будто они получили величайшее сокровище в мире. Закончив дела, они направились на Стальную улицу, где остановились у Тобхо Мотта. Кузнец снял с Тороса мерки и сказал, что пластина будет готова завтра. Собрав вещи из таверны и выслушав Деймона, который по пути указывал ему на «маленьких птичек», они вернулись в Красный замок. Комната, которую выделили Торосу, находилась этажом ниже покоев Деймона, но была куда роскошнее, чем он ожидал. Деймон объяснил, что это, скорее всего, дело рук его бабушки. — Мне нужно поужинать с семьей. У тебя есть всё необходимое? — спросил Деймон. — Разумеется, мой принц, — ответил Торос, оглядывая комнату. — Увидимся завтра. У нас важный день — идём смотреть на льва. Торос рассмеялся. — Тогда тебе лучше взять своего волка, — сказал он, глядя на Призрака, который лишь склонил голову набок. — Так и сделаю, — усмехнулся Деймон, направляясь к выходу. Но на пороге вдруг остановился и обернулся. — Торос… Хорошо, что ты вернулся. — Ты тоже, мой принц. Той ночью, лёжа в постели, Торос пытался понять замысел Р’глора. Почему бог привёл его сюда, но лишил правды? Почему обманул? Что было настолько важным, что Деймон должен был остаться один? Это был не Бенерро — ему он бы с удовольствием помог там, в Волантисе. Не Кинвара — она казалась очевидным выбором… Или всё-таки нет? Тихий голос в его голове подсказывал другое. А что, если храм потребовал бы, чтобы он сам возглавил их, если бы Бенерро пал? Деймон держал Огненную Длань, а вместе с ней и храм. Для всех он был ближайшим союзником принца, тем, кто находился ближе всех к Обещанному. Но если бы Торос остался, разве они не могли бы захотеть его? Эта мысль заставила его вздрогнуть. Может, Р’глор сам убрал его с пути, чтобы у жрецов не было соблазна сделать иной выбор? ***** Мальчик был прирождённым бойцом. Торос мог научить его кое-каким трюкам, но когда тот подрос, он полностью затмил учителя. Однако Торос не завидовал — напротив, он наслаждался тренировками, спаррингами, долгими беседами о тактике и стратегии. Это делало его дни особенными. Не все верили в мальчика. Были те, кто говорил, что он не может быть принцем. Что видения Тороса ошибочны. Но Торосу было явлено иное. Он видел, как дракон вылупился из камня. Видел, как мальчик взрослеет, становится увереннее. Видел, как он взмывает в небо. И потому, спустя неделю после возвращения в храм, он отправился к Бенерро и Кинваре. — Позвольте мне тренировать его, — потребовал он. Сначала ему отказали. Но затем пламя вспыхнуло ярче, словно сам Р’глор вознегодовал. И тогда ему позволили. Стало ясно: мальчик был сильнее, умнее, быстрее других. Поэтому Торос сам взялся за его обучение. И мальчик преуспел. Торос никогда не видел, чтобы кто-то так жадно впитывал знания. Никогда не встречал того, кто хотел бы учиться с такой страстью. Три месяца спустя видения начали меняться. Ещё через месяц они стали появляться и у других. Бои превратились в зрелище — всё больше жрецов и жриц приходили, чтобы увидеть мальчика собственными глазами. Когда начала собираться Огненная Рука, всё стало ещё интереснее. Через неделю ему пришлось переехать на большую арену — число зрителей росло слишком быстро. А потом у самого Деймона начались видения. Торос пытался направлять его, но без помощи Мелисандры этого было не сделать. — Посмотри в пламя, мой принц. Скажи мне, что ты видишь? — спросила она. Деймон вгляделся в огонь. — Я вижу город у реки… реки пламени. Город окутан тьмой. Я иду сквозь неё, но вокруг меня сияет свет. Вижу здание — тёмное, чёрное… Голос зовёт меня внутрь. Он замолчал, глаза остекленели. — Я вхожу… Вижу трон. Семь мужчин окружают его. Они приближаются ко мне, несут тьму… но затем комната наполняется светом, и я остаюсь один. В руках у меня… большой чёрный камень. Мелисандра тихо выдохнула, её лицо застыло. — Город теней и семь потерянных королей… — Где это? — спросил Торос. — Асшай. ***** Он проснулся в темноте. Протянул руку, и пламя вспыхнуло на его пальцах, осветив комнату. Свечи внезапно загорелись. Торос схватил кувшин с водой и жадно выпил. Затем оделся и подошёл к окну. Он смотрел на восход солнца, чувствуя, как наконец успокаивается дрожь в затылке. Через некоторое время он повернулся, чтобы прервать пост, всё ещё думая о снах, которые только что видел. — Ибо ночь темна и полна ужасов, — прошептал он, выходя из комнаты. ***** Деймон. Проснувшись, он обнаружил, что Призрак спит на краю кровати, его огромные размеры покрывали почти половину ложа. Деймон встал, умылся, оделся, схватил мечи и посмотрел на волка. Тот тут же вскочил. Сир Барристан стоял на страже у двери и беседовал с Торосом, который, как обычно, встал рано. Вчетвером — включая Призрака — они отправились разогреваться. Барристан и Торос уже поели, а его бабушка ушла час назад, так что Деймон ел в одиночестве. Закончив, он решил отправиться на спарринг с ними. Но, прибыв на тренировочный двор, понял, что был не единственным с таким намерением. На площадке уже собрались прихлебатели Эйгона: Тирелл, принц-лягушка, мальчик Ланнистер и Кальмар. Последний, едва увидев Деймона, тут же двинулся к нему. Барристан шагнул вперёд, но в итоге именно вид белого волка замедлил Кальмара. Он резко отвернулся и принялся говорить с принцем-лягушкой. — Итак, кто из вас, почтенные джентльмены, составит мне компанию? — спросил Деймон, повернувшись к Торосу и Барристану. — Почему бы тебе не пойти, Торос? — сказал Барристан. — Думаю, будет лучше, если я останусь на страже. — Как скажете, сир, — ответил Торос. Деймон достал затупленные мечи, бросив один Торосу, а свои собственные — и Светлый Рев — отстегнул от спины и передал Барристану. Слишком хорошо зная друг друга, они быстро вошли в ритм. Клинки скрестились. Они двигались вместе, с лёгкостью читая намерения друг друга. Но вскоре Деймон заметил, что за ними наблюдают. На балконе стояли она, её дядя и брат. Едва осознавая это, он начал хвастаться. Вложил больше усилий в вращения, делал больше прыжков, поворотов. Торос заметил это и лишь усмехнулся. Деймон ускорился, позволил Торосу атаковать, но не парировал, а просто уклонялся. Влево, вправо — едва уходя от ударов. Когда он увидел её улыбку, то решил завершить бой. Резко пошёл вперёд, удары посыпались всё быстрее, Торос вынужден был отступать. Затем Деймон сделал выпад ногой, но Торос схватил его и потянул вниз. Они рухнули на землю. Торос — на спину, Деймон — на грудь. Но Деймон поднялся первым и, прижав меч к груди Тороса, протянул ему руку. — Это было что-то новое, — сказал Торос, улыбаясь. — Я бы тебя прикончил, если бы не вскочил так быстро, — ответил Деймон. Он убрал клинки, забрал свои у Барристана и вновь закрепил Светлый Рев на спине. Друзья Эйгона удалялись. Деймон, Торос и Барристан поднялись на балкон. — Сир Джейме, леди Мирцелла, — произнёс Деймон, целуя её протянутую руку. — Мой принц, позвольте представить вам моего брата, Томмена, — сказала она. Светловолосый мальчик шагнул вперёд. — Ваша светлость, вы сражаетесь очень хорошо. Где вы научились таким приёмам? — Когда я был в Волантисе, мне посчастливилось тренироваться с Огненной Дланью, — ответил Деймон. Мирцелла с любопытством взглянула на него. — Огненная Длань, мой принц? — Воины Владыки Света, моя госпожа, — пояснил он. Призрак внезапно подбежал сзади. Сир Джейме и Томмен тут же встали перед Мирцеллой, но, к удивлению Деймона, сама девушка не выказала страха. Он поднял руку и погладил волка, немного успокаивая рыцарей. — Это Призрак, моя леди, — сказал он. — Клянусь, он не причинит вреда ни вам, ни вашим близким. Она шагнула к волку. — Селла? — предостерегающе сказал Джейме. Но её рука уже скользила по спине зверя. Призрак наклонил голову к её прикосновению. Мирцелла рассмеялась. — Ты ему нравишься, — заметил Деймон. Она взглянула на него с лёгкой ухмылкой. — Я очень милая, мой принц. — Так и есть моя леди, — ответил он. Она хихикнула. — Как прошла ваша поездка на Север, ваша светлость? — спросил Джейме. Деймон отвёл взгляд от Мирцеллы, вновь посмотрел на рыцарей. — Лучше, чем у железнорожденных, сир Джейме. Тот усмехнулся. Торос кашлянул за его спиной. Деймон покраснел, осознав, что не представил спутников. — Боюсь, столь долгое отсутствие при дворе повлияло на мои манеры. Позвольте представить вам Тороса из Мира. А сира Барристана, я думаю, вы уже знаете. Томмен смотрел на Барристана с благоговением. — Вы примете участие в турнире, сир? — Не знаю, парень. Может быть, — ответил Барристан с мягкой улыбкой. Затем взглянул на Джейме. — Ты будешь участвовать, мой принц? — спросила Мирцелла. — Я сделаю это, моя леди, — сказал Деймон. — Хотя у меня нет большого опыта в рыцарских турнирах. — Слишком занят полётами на драконе, чтобы научиться грации? — усмехнулся Джейме. Деймон рассмеялся. — Боюсь, Лианакс испортил мне лошадей, сир Джейме. — Вы присоединитесь к нам на обед, мой принц? — спросила Мирцелла, с нетерпением глядя на него. — Я… — Иди, мой принц, — внезапно вмешался Торос. — Я пойду соберу доспехи сам. Деймон потянулся к поясу, достал кошель и бросил его Торосу. — Возьми с собой Призрака. Он взглянул на волка и слегка кивнул. Призрак подчинился. — Кажется, мой день свободнее, чем я думал, моя леди, — сказал он, предлагая Мирцелле руку. Она взяла её. Они прошли через крепость к ожидающему экипажу. Деймон удивлённо взглянул на него, прежде чем увидел, как Барристану предложили лошадь вместе с Томменом. Сир Джейме сел в экипаж, собираясь выступить в роли сопровождающего. Деймон покачал головой и отстегнул мечи, прежде чем сесть. — Это действительно интересные клинки, ваша светлость, — заметил Джейме, оглядев оружие. — Пожалуйста, называйте меня просто сиром Деймоном, — ответил он. — Я понимаю формальности на публике, и, несомненно, сир Барристан будет настаивать на «вашей светлости», но к этому обращению сложно привыкнуть. — Разве Торос не называет тебя «моим принцем», Деймон? — спросила Мирцелла. Было очевидно, что ей нравится называть его по имени. — Это по другой причине, Мирцелла. Возможно, я объясню в другой раз. Он перевёл взгляд на Джейме. — Что касается мечей, сир, первые два — это долгая история. А третий вы, возможно, узнаете, если присмотритесь. Деймон передал меч Джейме. Тот осмотрел рукоять и навершие, затем слегка приоткрыл лезвие, чтобы увидеть валирийскую сталь. Его глаза расширились. — Этого не может быть… Это… это Светлый Рев! — Он самый, — спокойно подтвердил Деймон. — Но он был утерян! Как он оказался у тебя? — Эурон Грейджой каким-то образом заполучил его, — ответил Деймон. — Я отобрал его. — Отобрал? — переспросила Мирцелла. — Заплатил железную цену, как говорят кальмары, — с усмешкой добавил он. Джейме медленно кивнул, всё ещё рассматривая меч. — Каковы твои планы, Деймон? — спросил он. — Уверен, мой отец заплатит любую цену, какую ты назовёшь. — Он не продаётся, сир, — ответил Деймон. — Это клинок вашего дома, и я намерен его вернуть. Джейме и Мирцелла удивлённо взглянули на него. — Ты просто хочешь его вернуть? Бесплатно? — спросила она. — Да, — сказал он. И её улыбка превзошла любую цену, которую он мог бы запросить. ****** Рейла. Проснувшись рано утром, они с Бонифером позавтракали, после чего он повёл её на прогулку по городу. Она накинула на голову капюшон, прячась от любопытных глаз, и вскоре наткнулась на толпу, выстроившуюся за бесплатной едой. Рейла остановилась, наблюдая. В ряду девушек, раздававших еду, она увидела свою дочь. Дейенерис улыбалась людям, протягивая им хлеб и фрукты. Когда мимо прошла женщина с ребёнком, она вручила малышу засахаренные фрукты, и лицо ребёнка озарилось радостью. Рейла смотрела несколько минут, пока её дочь и темнокожая девушка рядом с ней не сделали перерыв и не направились к ней. Но прежде чем они успели подойти, Рейла увидела, как её дочь и та девушка поцеловались. Она слышала слухи, но видеть это воочию оказалось неожиданно. Немного сбитая с толку, она с Бонифером растворилась в толпе и ушла. ***** Блошиный Конец выглядел хуже, чем она помнила. Прошло восемь лет с её последнего визита, и теперь узкие улицы казались ещё более грязными и забитыми нищими. Они зашли в небольшую таверну. В тенях сидели люди Бонифера, незаметно следя за ними. Рейла заказала эль, но, попробовав, лишь поморщилась и оставила кружку нетронутой. Вместо этого она просто прислушивалась к разговорам вокруг. — Дракон был длиной больше ста футов, говорю вам! А принц сидел на нём, как на пони. — Слышал, он сражался с кальмарами на севере. — Нет, он просто летал на этой штуке. — Не знаю, но видели бы вы пламя, что он выпустил… Если бы он захотел, он мог бы сжечь нас всех. — Но он не захотел, не так ли? Он не такой, как его дед. — Нет, он настоящий дракон. Разговоры были в целом благожелательными. Убедившись в этом, Рейла предложила свою кружку одному из мужчин, который с благодарностью её принял. Затем они с Бонифером отправились обратно в Красный замок. ***** Она уже собиралась вернуться в свои покои, когда увидела её через окно. Удержаться было невозможно — Рейла вышла в сад, чтобы поговорить. — Моя королева, вы нас удивили, — первой заметила её Маргери. Рядом с ней сидела её бабушка, леди Оленна, которая медленно подняла голову. — Просто проходила мимо и поняла, что целую вечность не разговаривала с вашей бабушкой, — сказала Рейла, усаживаясь. — Не так ли, леди Оленна? — Кажется, только вчера я была здесь, моя королева, — ответила Оленна. Рейла едва сдержала улыбку. Верилось с трудом, что Оленна не знала о её приезде. — Я пришла повидаться с внуком, — добавила Оленна, заметив взгляд Маргери. — Принц Деймон определённо умеет произвести впечатление, — заметила она. — Конечно, наличие дракона помогает, — сказала Рейла, слегка рассмеявшись. Маргери тоже хихикнула, но Оленна оставалась невозмутимой. — Я слышала, что в честь принца устраивают турнир, моя королева, — сказала Маргери. — Должно быть, будет весело. Твой брат будет участвовать? — Да, — кивнула девушка. — А их милости? — осторожно поинтересовалась Маргери. — Прошло много времени с тех пор, как я была на турнирах, Маргери. Эйгон обычно участвует? — Нет, принц Деймон больше подходит для этого, — ответила за неё Оленна. Рейла улыбнулась. — Может, он даже коронует какую-нибудь милую девушку Королевой Любви и Красоты. Вот это было бы зрелище, — заметила она, наблюдая, как Маргери бросает взгляд на бабушку. Оленна раздражённо взглянула на внучку, но ничего не сказала. Спустя минуту Рейла встала. Розы, похоже, всё ещё были в игре. Или это сама Оленна играла за обе стороны, пытаясь усидеть на двух стульях. Когда они с Бонифером покинули сад, она повернулась к нему. — У нас есть люди, близкие к Тиреллам? — У нас есть близкие люди ко всем, моя любовь. — Хорошо. Следи за ними внимательно. Если Деймон всерьёз увлечён девчонкой Ланнистеров, они могут стать проблемой. — Как прикажешь, моя королева. Она мягко шлёпнула его по руке, и он рассмеялся. — Устроишь мне встречу с этим парнем, Торосом. Только он и я. Возможно, он расскажет мне больше о прошлом Деймона. — Разве не лучше спросить самого принца? — Разумеется. Но сначала я хочу узнать, что смогу сама. — Как поживают наши люди в Речных землях? — Готовы, если понадобится. Но ты знаешь, чего хочет Бринден. — Он не может этого получить. Не при Талли. А вот при Старке… возможно, это будет приемлемо. — Думаю, да. Рейла кивнула. — Отлично. Скажи своим людям, чтобы они позволили птицам следовать за ними. Бонифер коротко свистнул, подавая сигнал. ***** Тайвин. Он сидел в своём солярии в Скале, когда пришли сообщения: предполагаемой невестой должна была стать Маргери Тирелл. Сначала Тайвин Ланнистер пришёл в ярость. Одного было мало, Джоффри уже оказался пустой тратой времени и усилий, и он надеялся на большее от Мирцеллы. Но когда пришли вести о возвращении принца Деймона, его гнев улёгся. Напротив, он даже почувствовал облегчение. Он знал о наклонностях Эйгона, и тот, принц или нет, не мог избежать этого, женившись на его внучке. Но прежде всего Тайвин был дедом, а несчастливый брак не оправдал бы желаний Джоанны. Он обещал ей королевскую свадьбу, и Деймон всегда был её выбором. Дружба Джоанны с Рейлой позаботилась об этом, но когда мальчик исчез, выбора не осталось. Тайвин не собирался уходить в могилу, не исполнив последней воли своей жены. Поэтому он попробовал с Джоффри. Но мальчик разочаровал его. Тогда пришлось подтолкнуть Мирцеллу к браку, который ему не нравился. Но теперь принц не просто вернулся, он сделал это верхом на драконе. Тайвин должен был признать, что, когда его дети говорили об этом, он считал их безумцами. Не имело значения, что и Джейме, и Серсея утверждали, будто это правда. Но когда он увидел это своими глазами… Увидел плоть и чешую, услышал раскаты крыльев и жаркое дыхание… Тайвин, как и все вокруг, был поражён. Но ещё больше его впечатлил сам принц. Деймон шёл, как подобает наследнику — без высокомерия, но с уверенностью. И когда за его спиной высился дракон, а рядом шагал волк… Почему бы и нет? ***** Когда Деймон пришёл поприветствовать Мирцеллу, Тайвин чувствовал гордость. Он смотрел вокруг и видел, как собравшиеся лорды и леди изучают его семью. Вид валирийской стали на спине мальчика только усиливал впечатление. Но когда Тайвин увидел другой меч, его сердце чуть не остановилось. Дыхание перехватило. Светлый Рёв. Принц носил меч его дома. Теперь брак был ещё более необходим. Он не мог купить меч. Даже у него не было на это денег. Но, возможно, его будущий внук мог бы владеть им. ***** Но сейчас были другие дела. Он и Тирион ждали прибытия Джоффри. И неблагодарный мальчишка счёл благоразумным опоздать почти на час. Когда Джоффри, наконец, вошёл и небрежно рухнул на стул, Тайвин прикусил язык. Он ждал, когда тот заговорит. — Ты хотел видеть меня, дедушка? — равнодушно спросил Джоффри. — Да, — коротко ответил Тайвин. Тирион сидел молча. — Я очень занят, ты же знаешь, — продолжил Джоффри. — Чем же ты так занят? — Принц Эйгон хочет, чтобы мы подготовились к турниру. Мы встречаемся сегодня вечером. — Где? — В заведении Чатайи. Тайвин нахмурился. — Я получил несколько жалоб от леди Чатайи на твоё поведение во время предыдущих визитов. — Жалобы? От шлюх? Им ещё повезло, что я вообще им плачу. — Ты им платишь? — Тайвин изучающе посмотрел на него. — Нашёл себе собственный источник дохода? — Я плачу из своих карманных денег, — пожал плечами Джоффри. — И на что ещё ты тратишь мои деньги? — На самое необходимое. — Плата за возможность избивать девушек — не необходимость, — резко сказал Тайвин. Джоффри недовольно нахмурился. — Сядь прямо, ты Ланнистер. К сожалению. Мальчик тут же выпрямился. — С этого момента я накладываю на тебя ограничения. Чатайя тебе недоступна. Девушки недоступны. — Вы не можете этого сделать! Как я могу дружить с принцем, если не могу проводить с ним время в борделе? — Меня не волнует, сколько ты провёл времени с Эйгоном. Мне это ничего не дало. Он взглянул на Тириона. — К тому же, я слышал, что ты участвовал в каком-то заговоре против своей сестры. — Лжец, — вскинулся Джоффри, вскочив на ноги. — Сядь, — Тайвин посмотрел на него, — и если ты ещё раз назовёшь своего дядю так, я отниму у тебя не только деньги. Джоффри сжал губы, но сел. Через мгновение вошёл Сандор Клиган. Вернуть его стоило немалых денег. Тайвин предложил сделку: если Пёс согласится снова служить, но получит приказ, с которым не согласен, он может уйти. И всё равно получит оплату. Обычно Тайвин не рассматривал бы такую идею. Но Джоффри нужно было остановить. А этот человек определённо мог это сделать. — Тебе приказ, Сандор. — Я знаю. Пойдём, львёнок, у нас есть работа. — Работа? — голос Джоффри взлетел вверх, заставив Тайвина поморщиться. — Сандор должен научить тебя владеть этим чёртовым мечом, который ты таскаешь за собой. Твой брат справился с этим довольно легко. Джоффри раздражённо выбежал из комнаты. Тайвин устало посмотрел на Тириона. Тот вздохнул, протянул руку, схватил бутылку вина и налил им обоим по бокалу. — Думаешь, это пустая трата времени? — спросил он. — Я думаю, этот мальчишка не изменится. — Тогда нам нужно отправить его подальше отсюда. Тайвин молча кивнул. ***** Позже, когда слуга доложил, что принц прибыл на обед, Тайвин посмотрел на Тириона. Они уже собирались идти, когда вошли Мирцелла, Джейме и сам принц. Джейме и Мирцелла улыбались, когда Тайвин и Тирион поднялись, приветствуя гостя. — Лорд Тайвин, лорд Тирион, — спокойно сказал принц. — Ваша светлость, вы оказываете нам честь, — ответил Тайвин. Принц лишь небрежно отмахнулся. Затем он снял меч с плеча и протянул его Тайвину. — Я полагаю, это принадлежит вам, лорд Тайвин. Тайвин замер. Он смотрел на меч, почти слишком взволнованный, чтобы вынуть его из ножен. Когда он, наконец, это сделал, сердце забилось быстрее. Вихри валирийской стали, изысканное мастерство… Он перевёл взгляд с меча на принца, затем на Мирцеллу и Джейме. Потом снова на меч. — Эурон Грейджой носил его, когда мы встретились, — объяснил Деймон. — В конце концов, я решил, что избавить его от него будет лучшим выходом. Железная цена, как говорят кальмары. Неважно. Принц сделал шаг назад. — Лорд Тайвин, настоящим я возвращаю Светлый Рёв в ваш дом. Да послужит он вам во благо. Тайвин смотрел на него. Принц просто отдавал меч. Без платы. Без условий. Он просто возвращал то, что Тайвин искал всю свою жизнь. То, что он мечтал держать в своих руках. Принц, возможно, не требовал награды. Но это был долг, который нужно было вернуть. А Ланнистеры всегда платят свои долги.